Август, 2003 год.

20 августа, 2003. Монделло, Италия

Вечерний прохладный ветер щекотал её плечи, заставляя поёжиться. Она смотрела на красивый закат, держа в руке цветы. Краски неба завораживали: красивые персиковые линии вперемешку с красными и жёлтыми у кромки воды сменялись бардовыми и фиолетовыми облаками. Чем дальше от моря, тем красивей было море. Её босоножки, больше похожие на простую кожаную стельку, стояли рядом, наполовину засыпанные песком. Пальцы на ногах ощущали остывающие песчинки, ступня с блаженством тянулась ниже, туда, где ещё было тепло. Его рука легла на её спину, прямо на оголённый участок её красного платья подружки невесты. Она повернула голову и встретилась с ним взглядом. Его отросшие блондинистые волосы, заведённые за уши, развевались во все стороны, стоило ветру хоть немного усилиться. Она улыбнулась и, потянувшись ладонью, отодвинула пряди с его лица. Его привычно бледного лица. — Кто последний – тот доедает торт! — Тео, в меня больше не влезет! — Тогда отдай своё наказание Забини, принцесса! — Кто сказал, что я проиграю? — Я, потому что обыграю тебя. Он с удивлением уставился на рыжую девушку, которая оттолкнула его в сторону и, прямо в свадебном платье, рванула в море. Кудрявый парень в расстёгнутой белой рубашке подхватил брюнетку с короткими чёрными волосами и та, ничуть не стесняясь короткой длины своего красного платья, засмеялась и позволила ему утащить себя в воду. Жених, отошедший от шока, поспешил следом. — Они словно дети. — Они поженились час назад, Драко. Дай им насладиться моментом. Его ладонь лишь переместилась на её бок, сжимая бедро. Они оба с улыбкой наблюдали за тем, как друзья веселились в воде. Ткань белого платья Джинни всплывала на поверхность снова и снова, она путалась в ней ногами и никак не могла уплыть далеко. Пэнси, остановившаяся на глубине собственных плеч, наслаждалась ещё тёплой водой и бесконечно поправляла намокшую чёлку. Тео и Блейз восприняли шуточное пари всерьёз, плывя настолько быстро, что оставляли позади себя огромные брызги. В какой-то момент Забини догнал Нотта и потянул его за ногу вниз, от чего тот ненадолго оказался под водой. Вынырнув, он выглядел оскорблённым до глубины души. Вместе они оглянулись на берег. — Малфой, залезай! Драко не двинулся. Джинни и Пэнси обернулись на них. — Давай, хорёк, искупайся. Дай Детке-Грейнджер побыть одной и понять, что делать с пойманным букетом невесты. Паулина улыбнулась. Даже не смутилась. Идея внедрить в свадьбу подруги магловскую традицию была её. А то, что именно она поймала букет – было невероятно весёлым совпадением. Драко, по лицу которого было видно, что он колебался, повернулся к ней. Паулина лишь кивнула, улыбнувшись. Не торопясь, он убрал ладонь с её поясницы и, расстегнув пару пуговиц, трусцой побежал к берегу. Нырнув, он вызвал у Тео необычайный прилив сил, так что Нотт начал грести ещё быстрее. Пэнси и Джинни посмотрели куда-то в воду, улыбаясь. Когда Драко наконец вынырнул, оказалось, что он проплыл под водой десять метров. Паулина опустила взгляд на букет в своих руках. Перевязанные красной ленточкой белые со слабым перламутровым оттенком лилии смотрелись так странно в её ладонях. Она поймала их не специально, лишь хотела спасти Гермиону, в сторону которой изначально и полетели цветы. Чуть не стукнувшись головой о большой живот старшей сестры, она обнаружила, что лилии оказались в её руках. Джинни завизжала от радости, а Пэнси лишь настороженно посмотрела на Драко. Малфой устремил свой мягкий взгляд на неё и держался так непринуждённо всю церемонию и празднование, что Паулина несколько раз ловила себя на том, что краснела, когда перехватывала его взгляд. Причина его столь бережного отношения крылась в том, как именно она была одета. Выбранный цвет для платьев подружек невесты не стал удивлением для Гермионы и Пэнси, что уже говорить о Паулине. Удивление всего семейства Уизли, включая Билла и его жены Флёр, братьев Молли Фабина и Гедеона Пруэттов, а также двоюродной сестры Джинни Дианы Пруэтт, пришедшей в компании Гарри, вызвало то, что её платье было с вырезом. Сделанное из приятной лёгкой ткани, вверху оно подчёркивало её ключицы посредством простой полоски в качество крепления ниже плеч, отсутствие рукавов было логичным, учитывая палящее солнце, а открытая спина была приятным акцентом. Но все смотрели на них. На юбку платья, что доходило ей до щиколоток, и ту часть на её правой ноге, где во время ветра ткань немного отодвигалась, являя всем то, что должно было быть скрыто. Даже сейчас, стоя на пляже, она могла видеть, как платье у ног задралось, делая возможным любому желающем увидеть её шрамы. И этот желающий мог увидеть в них трагедию, нападение, травму и боль. Паулина видела в них собственное тело и фантомное ощущение пальцев Драко, привыкшего рисовать что-то своё на её коже. Ей не хотелось скрывать то, что было её частью. Ей не было больно видеть сопереживание других. Потому что себя она никогда не жалела. Услышав всплеск, она подняла голову. Где-то вдали Пэнси, сидящая на плечах Тео, с улыбкой наблюдала за тем, как Блейз помогал Джинни взобраться на себя. Впереди, прямо перед ней, из воды выходил Драко. Его расстёгнутая на несколько пуговиц рубашка и брюки, промокшие в солёной воде, идеально обтягивали его тело, подчёркивая каждый его сантиметр. Он зачесал мокрые волосы назад, и Паулина задержала дыхание. Его длинные волосы определённо были лучшим, что ей приходилось видеть за всю свою жизнь. Она подумала о том, как же хорошо, что он уволился из Хогвартса и стал вести семейный бизнес на постоянной основе. Потому что, увидя студентки, как сейчас выглядел их любимый профессор, попадали бы в обморок от восхищения. Малфой медленно подошёл к ней и протянул руку. Она вложила в неё свою правую ладонь, держа букет другой. В нерешительности она перевела взгляд на цветы. — Придётся оставить их на берегу. — А ты готова? — Что? — Ты готова показать им свои шрамы? Паулина посмотрела на него и ухмыльнулась. — Мне казалось, ты был очарован моей смелостью на этот счёт несколько часов назад. — Так и есть, – улыбнулся он, а затем сжал её ладонь. – Я очарован. Она мягко опустила букет на песок и, выпрямившись, сделала шаг к нему. Их глаза встретились. Каждый раз, когда они смотрели друг другу в глаза, они будто видели друг друга впервые. Сердце замедлялось, время вокруг замирало, а дыхание останавливалось. Как в тот самый первый раз в баре почти четыре года назад. Паулина мягко улыбнулась и, когда они уже оказалось у кромки воды, сказала: — Нарисуешь мне лиру, Драко? Губы Малфой растянулись в улыбке. Его взгляд говорил о том, что он был готов подарить ей целое созвездия с неба. Она зашила его кровоточащие шрамы вечного переживания за родными, постоянно оставаясь рядом. Он залечивал её рубцы мягкими движения своих пальцев по утрам и вечерам в кровати. И когда они касались друг друга, они наконец становились невредимыми. Целыми.