Зум

...В газетах, по телевидению, в интернете говорили одно и то же - что мир сошел с ума. Не новость. Мир давно сошел с ума. Но еще сообщали о странных явлениях. Слишком странных, больше подходящих для дешевого развлекательного чтива, чем для серьезных новостей. Однако все было правдой. Первые страницы газет, выпуски новостей и статьи в интернете все больше напоминали дурной ужастик. Мета-люди. Вот и название для тех, чьи способности были неестественными, невероятными... Для таких, как он с братом. И новостей мета-людях было все больше и больше. Заголовки просто кричат. Репортеры на все голоса говорят о мета-людях. Кто-то их превозносил, как героев – и один герой правда нашелся. Флэш, о котором писали чаще всего. Франциско он не нравился. Интуиция подсказывала, что что-то здесь не так, а интуиции он привык верить. В остальном же – заявление мэра Снарта о возможном введении чрезвычайного положения оптимизма не добавляло. Такого не было с самой войны Америк, вот только Франциско о ней не помнил, слышал только рассказы родителей, и сейчас те рассказы вспоминались сами собой. А вокруг было не ожившее воспоминание и не сюжет фильма, а реальность. И все равно не отпускало чувство, словно фантастики начитался... Вот только это не было фантастикой. Телефонный звонок резанул по нервам. Франциско вздрогнул от резкого звука - он никого не ждал. Брат его больше не беспокоил - пришел в себя после устроенного им на кухне и исчез. Франциско так и не сказал ему о своих кошмарах. Об этой огненной косе. Об апокалипсисе, приходящем в видениях. Остался со своими чувствами один на один, безуспешно пытаясь подчинить их. ...Очередной день в попытках освоить свои силы, в попытках превратить кошмар во что-то стоящее, ведь интуиция подсказывала, что это не просто кошмары - прошел незаметно. Это как сны... Мозг обрабатывает информацию – пока недоступную разуму, не замеченную, казалось бы, но на самом деле ничего не забывается. Если изменить частоту волн, чтобы можно было поймать этот «призрак» информации, пока он не стал кошмаром... Работа закипела. Безумная, казалось бы, идея, получила свое выражение. Франциско держал в руках свое изобретение – по виду, казалось бы, просто солнечные очки, только очень уж навороченные, но только он знал, сколько электроники они содержат и насколько тонкая волновая настройка должна быть. Вот и все? Он надел очки. Сознание заволокло серо-синим... Франциско напрягся... Что будет? Что сейчас будет? Вспышка. Синяя вспышка. Боль. Скрежещущий голос: «Что я просил тебя сделать?» И странная парочка – девушка с белыми волосами и парень с безумным взглядом... У него на груди расположилось, словно вцепившийся в него паук, какое-то устройство. Темная улица. Синяя молния. Франциско снимает очки, тяжело дышит. Вот это да! Это еще.. кто такие? Кажется, или их лица знакомы ему? Что случилось? Он надевает очки снова. И снова – серо-синие вспышки. Чем дольше он их видит, тем больше привыкает. Уже не вздрагивает. Этим всем можно управлять... Надевает очки снова. Видение, кажется, смешивается с происходящим в реальном мире... «Мы прерываем программу для срочного выпуска новостей» - говорит диктор в серо-синем призрачном мире. Экран показывает страшные картины разрушений.... Франциско снимает очки – хватит с него этих видений! В реальности по телевизору идет музыкальное шоу – запись прошлогоднего концерта знаменитого на всю страну джазового певца Джозефа Уэста, а никакие не новости. Еще недавно все издания говорили о выпуске его нового альбома, посвященного дочери. Как трогательно, - фыркал тогда Франциско, вспоминая свои отношения с братом. Но это в прошлом – после того, как Данте чуть не устроил у него в квартире пожар, брат зарекся шутить над Франциско. «Ты стал какой-то... не такой. Ты будто всех насквозь видишь, и это страшно» - сказал Данте, когда Франциско заматывал ему руки бинтами. Как он был прав! Его брат, который не мог понять вообще, что делает Франциско и чем увлечен, внезапно понял его суть и сказал что-то дельное и даже гениальное. - Мы прерываем трансляцию для срочного выпуска новостей, - песенка о смешной Валентайн сменяется холодным голосом диктора, и Франциско вздрагивает. На экране – не концертный зал, а городские улицы - видно разрушенные здания, хаос... Репортер с микрофоном предупреждает: - Некоторые кадры могут вас шокировать... ..И черная тень, объятая синими молниями, вылетает вперед. Застывшая маска – воплощение его ночных кошмаров – на миг замирает перед камерой. Явно специально, чтобы репортеры сделали красивый кадр, ведь понятно, что это... нечто движется с такой скоростью, что его просто невозможно сфотографировать. Скрежещущий голос вещает, словно из ада: - Этот мир будет принадлежать мне... отныне. И словно в страшном сне, репортер с микрофоном оседает на землю, пронзенный насквозь – рукой? Такое возможно? Да, говорит разум, ты это видишь своими глазами. - Меня зовут Зум. Камеры спешно выключаются, повторяется запись вчерашних новостей о разгроме в полицейском участке. Франциско убирает очки, закрывает лицо руками. Сбылось... Все сбылось. Теперь не остановить...