Двойники

Сердце колотилось часто-часто... Сон был липкий, неприятный. Франциско открыл глаза – хорошо, что он дома. Синтия еще спит – повернулась к нему спиной и ничего не подозревает. Франциско вылез из постели, посмотрел на часы – рано еще, для него, по крайней мере. Но еще не хватало, если видения во снах будут приходить... Тогда он просто рухнет от усталости. Ничего, душ и крепкий кофе все исправят. Когда он уже допивал вторую чашку, на кухню пришла Синтия. Посмотрела на Франциско – с мокрыми, зачесанными назад волосами, беспокойного, села рядом: - Плохой сон? - Скорее уж видение во сне. - А ты так можешь? - Не знаю. Такое впервые, - Франциско отвернулся от нее – не хотел разговаривать. Синтия не настаивала, занявшись завтраком. Сил не было на нее смотреть – такую счастливую, выспавшуюся, в этом розовом халате. Все резало по глазам. Франциско ушел в комнату, за свой компьютер. На этот раз он не стал запускать алгоритм для расчетов, он просто сидел и думал, глядя в монитор. Сон не выходил из головы. Постапокалипсис, явно, но какой-то неправильный. Как будто слишком киношная декорация. Франциско запустил мысль «туда», к своим двойникам: - У вас так бывало? Эй? Ответа не было. Непривычно. Последнее время Франциско ощущал их присутствие, даже если не общался напрямую. Просто отголоски эмоций или звуков, запахов... словно все это в соседней комнате. - Ау? – снова послал он мысль. - Ну, чувак, не поверишь, - наконец-то откликнулся один из голосов, - тут такой трэш творится! Следующие десять минут Франциско словно пересматривал свой сон наяву. - Ты ловил чужие видения? Бывало такое? – теперь ему стало понятно, что происходит. - Не говори заранее. Я понимаю. - Вот, даже слова подобрать не можешь. - Какие еще слова? То, что я разбираюсь в психологии? - Ну да, конечно... А сейчас ты решишь, что поехал кукухой. - Как-то это... не твое выражение. На вашей Земле так говорят или все более старомодно? - Для вас старомодно. Эти перебрасывания словечками у них тоже были в ходу. Франциско нравилось порой поддразнивать другого себя. Вот и в этот раз. Однако важнее было разобраться, что же такое происходит на самом деле. Удивление «с той стороны» он почувствовал прямо кожей. Значит, это однозначно что-то важное. Но важное для кого – для него самого или того, из другого мира, кого он даже не видел? - Блин... Здесь Зум... – кинули новую мысль. - Зум? – Франциско чуть не сказал это вслух, даже подобрался в кресле, - покажи. Он видел – не обычным зрением, а так, будто что-то вспоминает или фантазирует... вот только управлял воспоминанием не он. Странный мир с дирижаблями, белыми высокими зданиями, все будто освещено солнцем... и словно черная пелена нахлынула, сминающая здания, рисующая на них огненные молнии... И голос – тот самый голос, уже знакомый Франциско: «Ты соберешь для меня армию». - Что у вас происходит? Это... наш? – и следующие десять минут Франциско перекидывал свои воспоминания двойнику, ощущая его шок. - Он... приказал мне... а я не хочу! - Обойдется он. Так и скажи, - Франциско разозлился, двинул кулаком по столу, ойкнул. Протер глаза – Синтия стояла рядом, не мешала ему. Увидев изменившийся взгляд, прошла в комнату: - Циско, завтрак готов... Ты нормально? - Ага, позже. Я не закончил, - что именно «не закончил», он не пояснял, но Синтия не впервые видела, как ее друга накрывает видениями, как он будто с кем-то говорит. Франциско помнит, как в первый раз она испугалась – ему даже пришлось напоминать ей о мультивселенной. - Она тебя любит вообще-то. Завидую. - Откуда знаешь? - Я.. мы... видим не только события, но и чувства. Если не освоил еще, скоро освоишь. - Так... расскажи еще раз про армию. Франциско не заметил, как Синтия вышла – он глубоко погрузился в очередное видение – только на этот раз знал, что это не его мысли, и не сон, и не кино. - Серьезно он за вас взялся... Двойник из другого мира рассказывал, что происходило у них, он говорил и говорил – любил потрепаться, как все они, и был таким же паникером, как и сам Франциско порой, только он не позволял просыпаться своему паникерству. Последний раз это было после взрыва ускорителя. Некогда. Не до паники тут. Особенно когда ему тоже приказали собирать армию... и он собирал. Послушно. Испугавшись просто угрозы. Развел только панику. - Потому что ты тоже ее любишь. - Мысли хоть не читай! – взвился Франциско. - Иногда это само собой, извини, ты же знаешь. - Проехали. Что делать будешь? - Что, что... я отказался. - Ты сильный, - Франциско невольно повторил слова Зума. Сознание заволокло серо-синим... сполохи... ну вот опять. Он – нет, не он, тот другой, понял Франциско, стоял перед Зумом. Скрежещущий голос наводил ужас: «Ты бесполезен». И едва уловимое движение. Франциско раньше не видел, как Зум убивал – лично. Только по телевизору. Мета, убивший сына МакГи, больше не показывался, да он был и неинтересен Франциско. Одно движение руки – и боль. Чужая, но от этого не менее жуткая. Теперь он не просто знал, как убивает Зум. Он это почувствовал – всем телом. Несмотря на то, что он был жив, другой он только что умер – вот так просто. Потому что «бесполезен». - Что такое? – Синтия прибежала, - ты кричал... Франциско поманил ее к себе, обнял. Такую теплую, живую. Вцепился в ее ненавистный розовый халат. - Все хорошо. Все будет хорошо, Циско.... Он стиснул ее в объятиях, не желая выпускать, едва ощущая ее руки на своих плечах, не понимая – это что, его гладят по голове? Что за... - Тшшш... Я здесь. Что случилось? - Он убил его... другого меня... убил, понимаешь! Это больно! Франциско уткнулся в плечо Синтии. Хотелось кричать, хотелось разнести все... но он молчал. Просто молчал, не в силах произнести хоть слово. Этот вселенский, междумировой бардак надо прекращать. А чтобы его прекратить, его надо возглавить. И посвятить во все Синтию, наконец. Но не сейчас. Когда-нибудь. Когда боль пройдет...