Часть 4

      Утро началось с привычного грохота на кухне и запаха горелой яичницы. Снейпов поморщился, спрятал голову под одеяло, потёр лицо руками, от души выматерился и встал с дивана. Диван обиженно скрипнул, Северус болезненно охнул — спина завязалась в узел.       На кухне сидел Хагридов и с аппетитом уплетал яичницу. Северус рассеянно поздоровался.       — И тебе же доброе утречко! Не знаешь, что вчера Пушочек мой сожрал? Послабило беднягу. И знаешь, аккурат под дверью Амбриджевой… — Рубеус рассеянно замолчал и посмотрел на Снейпова, словно пытаясь узнать, сдаст или нет.       — Так она живёт двумя этажами выше, — Северус удивлённо моргнул.       — Я не сказал разве, что мы с Пушком погулять вышли? Очень полезно по лестницам ходить для этого… Для сердца, значит, — Хагридов почесал голову вилкой и пожал плечами.       Северус заржал. Громко, откровенно. До икоты. Потом отпаивался водой и уже почти решил хлебнуть домашнего виски соседа, как на кухню вплыла Уизлева.       — Чего ржём с утра пораньше, Северус Тобиасович? Рубеус, замечательная яичница, очень живописно стекает по твоей бороде.       — Грейнджерова, вы встали не с той ноги? — Снейпов выразительно осмотрел соседку самым презрительным взглядом. — Может, вы как-нибудь невзначай упадёте с кровати? Лишь в качестве небольшого наказания за свою дерзость. Или в качестве эксперимента. Может быть вставать по утрам это не ваше — ваше падать.       — А я смотрю, пельмешки попали в благодатную почву: что они отрава, что из вас яд выходит, — состроив милую мордашку, протянула девушка.       — Я это, наелся уже, — Хагридов вытер рот бородой и попытался бочком незаметно уйти из кухни, пока мужчина и женщина сверлили друг друга яростными взглядами.       Обстановку разрядил сваленный неловким Рубеусом шкаф с кухонной утварью. Северус и Гермиона вздрогнули и одновременно перевели взгляд на шкафчик и разлетевшиеся кастрюли.       — Твою ж медь, как вовремя. Ещё чуть-чуть и я бы вцепилась вам в лицо и откусила нос, — Грейнджерова выдохнула и чуть прикрыла глаза, пытаясь успокоиться.       — Не поверите, но я уже просчитал траекторию прыжка до самого большого ножа, чтобы отрезать то, что вы называете волосами и напихиваете в слив ванной, — Снейпов сжал и разжал кулаки.       — Один-один, — Гермиона посмотрела на мужчину.       — Идёт, — Северус кивнул и поспешил убраться с кухни, пока не начался новый раунд.       Молчаливая и не очень война этих двоих способствовала укреплению приятельских отношений во всей квартире. Их противостояния боялись все соседи. Особенно в моменты гормональных всплесков Грейнджеровой. Даже Сивилла, принявшая эликсира храбрости и доверительно сообщившая Гермионе о необходимости близких отношений с мужчиной для улучшения настроения, теперь в присутствии девушки молчала. Или жевала, чтобы ненароком не нагадать девушке скорую свадьбу, а себе скорые похороны.       В гневе девушка была страшна. Ширинка Снейпова считала иначе, но кто её спрашивает?