Часть 12

      В коммуналке было душно и шумно. Пахло алкоголем. Судя по всему, на кухне собралась какая-то стихийная пьянка.       Снейпов осторожно на цыпочках прокрался по коридору и из-за угла заглянул в комнату.       Так и есть – достаточно большое помещение было полно народа. На столе, застелённом чистой клеёночкой, стояли нарезки, салатики, маринованные грибы и огурчики, а также блины Грейнджеровой.       На коленях у Хагридова стоял баян, у ног лежал второй, разорванный пополам. Хозяин баянов сморкался в занавеску.       Поттеров вытирал пьяные сопли рукавом и приседал на ухо Уизлевой.       — Да мы же с ним и огонь, и воду, и две свадьбы Рона прошли. А тут так по-глупому... Он же... Он же после кротовухи прям помолодел! Животворящая штука, — Гарри всхлипнул и продолжил. — Мы же к Малфоевым затем полезли, чтобы павлинам перья выдрать. Альбус так и сказал: "Пусть ходят с голыми жопами, посмотрим, как эта красивая задница расшифрует послание."       — Ох, золотой был человек, — завыл Рубеус и опять уткнулся в занавеску. А потом вновь взялся за музыкальный инструмент, принимаясь наигрывать частушки. Играл грустно, с душой, пока странная компания за столом молчала, слушая музыку.       Северус продолжил осматриваться и удивился, заметив за столом Амбриджеву и Фаджева. Снейпов не хотел видеть то, как в порыве страсти усы Долорес и Корнелиуса сплетаются в объятиях, поэтому быстро отвернулся, ища за что бы зацепиться взглядом.       Раздался треск – Хагридов порвал второй баян...

В это время на шестом этаже больницы.

      — Альбус Персивалич Дамблдоров? Ну что же вы себя не бережёте. В вашем то возрасте, да кротовуху... Скажите спасибо высокопрофессиональным врачам за то, что вы ингредиенты для кротовухи не отправились прикармливать.       — Спасибо, — просипел Дамблдоров и трясущейся рукой ощупал лицо. Лицо было лысое, как коленка. — Вы отрезали мне бороду?       — К сожалению, её было не спасти. Мы созывали консилиум, — врач тяжело вздохнул, выдавая, как сложно произнести следующие слова. — Единогласно было принято решение – только ампутация...       Врач ещё раз вздохнул:       — Тем не менее, самое главное, что нам удалось спасти жизнь пациента. Поверьте, ампутация в этом случае не очень большая цена. Кстати, нам полностью удалось избавиться от последствий отравления алкоголем. Мы вас выписываем, — врач встал и одёрнул халат. — Сейчас придёт санитар и поможет вам собраться.       Альбус успел задремать, пока ждал санитара. Что было не мудрено после истерики по бороде. Без неё Дамблдоров чувствовал себя голеньким и неполноценным.       Санитар разбудил старика спустя час.       — Альбус Персивалич, на выход. Спит лежит. Почему подушка мокрая? Плакал? Так, радоваться надо, что выписывают, а не выносят, у нас такое редко бывает.       Не тратя больше слов, санитар выкатил койку с пожилым человеком в коридор в сторону лестниц.       — Значит так, лифта у нас нет, а спустить вас надо. А то с шестого этажа пока дойдёте, помрёте где-нибудь. А у нас статистика и так минусовая. Да и, пока найдут, завоняетесь так, что хлорки не хватит отмыть. Держитесь крепче, — рявкнул санитар и толкнул каталку вниз по лестнице.       С диким грохотом старик спустился. Рассеянно скрипя, койка выкатилась прямо к входным дверям. Там стоял ещё один санитар – наверное, обычно ловит тех, кто вылетает с лестницы, как пробка из бутылки – который вручил старику пакет с одеждой одной рукой, а второй поднял и выставил за дверь....

Коммуналка

      ...пополам. Всхлипнул и зарыдал, причитая: "Альбус, на кого ты нас покинул, родненький? Как же мы без тебя будем то? "       — Вы что, меня хоронили и порвали два баяна? — удивился Дамблдоров, появляясь из-за спины Северуса на тесной в данный момент, пропахшей водкой, пельменями и носками Хагридова коммунальной кухне.