Часть 17

      Свадьба Долорес Амбриджевой и Корнелиуса Фаджева была самым ожидаемым событием месяца. Для её проведения на два дня был закрыт драматический театр. По мнению Снейпова, свадьба этих двоих была самым драматическим событием за всю историю театра.       Бракосочетал брачующихся сам Златопуст Локонсов. Как удалось привлечь к этому событию столь популярного блогера-пустозвона и сколько стоили его услуги, Снейпов старался не думать.       Фаджев стоял в арке из каких-то розовых цветов, кажется, это была герань, и ждал наречённую. С противоположного края театра распахнулась дверь и впорхнули пять первоклассниц в костюмах розовых ангелов, за ними показалась Долорес. В розовом платье с миллиардом рюшечек и кружевных оборочек, до невообразимости похожая на свинью-копилку, которая запуталась в тюле.       Женщина-копилка улыбалась, глядя на своего будущего мужа, слой тонального над усами давал трещины.       — Почему её не побрили? — прошептал Снейпов. Гермиона на него шикнула и всадила локтем под рёбра. Мужчина хотел ещё что-то добавить, но передумал, решив, что потом выскажет всё, что накопилось, Люциусу.       Брачующиеся выслушали торжественную речь про корабль любви, бороздящий просторы океана жизни в болезни и здравии, обменялись кольцами и поцеловались. Снейпов был благодарен своей второй половинке, наматывающей сейчас сопли на кулак, за предусмотрительное "Мы сегодня дома не едим, а то на банкете ничего не захочется".       Зал, оформленный в розовых тонах и декорированный розовой ватой и кружевом, аппетита не отбил. Фуршетные столы манили бутербродами с красной икрой. Снейпов, оценив очередь поздравляющих и поставив Гермиону охранять место, рванул к столу.       Бутерброды выглядели шикарно. Икра переливалась и блестела маслом в лучах жужжащих ламп. Северус придирчиво осмотрел каждый, выбрал два, понюхал и решил, что свой съест сразу, чтобы не поздравить молодожёнов урчанием желудка.       Ещё раз понюхав бутерброд, мужчина жадно вонзил в него зубы. Сочные икринки взорвались во рту с лёгким треском и расцвели на рецепторах сочным вкусом свежей икры.       Снейпов застонал, бутерброд был восхитителен.       Вернувшись к Уизлевой, он протянул ей салфетку:       — Ешь, пока не заветрелись и без мух.       Уизлева с таким же стоном проглотила бутерброд. Северус обречённо опустил голову вниз – ширинка посмотрела в ответ. Как и всегда, когда дело касалось Гермионы, Снейпов ощутил себя озабоченным подростком.       Молодожёны сидели на тронах, украшенных розовой гранью, и принимали подарки. Северус осмотрелся, выискивая глазами Люциуса. Очень хотелось поделиться наблюдением, что лицо Амбриджевой похоже на фасад школы после капитального ремонта. И с того, и с другого кусками опадала штукатурка. Похоже, экономия на ремонте фасадов была у директора школы в крови. Возможно, макияж невесте делали те же самые бомжи без образования, что и школу красили. Может быть, даже за ту же жидкую валюту.       Долорес мило улыбалась, усы клочками пробивались из-под тонны тонального крема. Снейпов поморщился и натянул на лицо улыбку.       — Поздравляю вас, — искренне произнесла Гермиона и кинулась обнимать Долорес. — Счастья и любви вам на долгие годы! — в голосе отчётливо слышались слёзы. Северус спешно вручил Корнелиусу неподписанный конверт с деньгами и визиткой дяди Тома и утянул девушку подальше.       — Ты чего ревёшь? — строго спросил он, внутренне сжавшись.       — Даже мерзкая жаба вышла замуж, а я? Я никому не нужна, Северус, — девушка сморгнула слезы.       — Да поженимся мы, — Снейпов прочистил горло. — Нужна ты. Мне. Вот, — Снейпов пошуршал в кармане мелочью и, выудив кольцо, протянул его девушке. — Натягивай на палец и идём, есть хочется.       Столы в банкетном зале ломились от еды.       Северус и счастливая Гермиона сели за один из столов.       — Рулеты из баклажанов будешь? — спросил мужчина у своей спутницы.       — Я их не ем, но ты кушай, меня не смущает... — девушка покраснела и потупила глазки. Ширинка Северуса распознала намек и восстала, мужчина вздохнул. — Тебя не смущает лук? А то вон та селёдочка так вкусно выглядит, а без лука это будет скучно.       — Ешь всё, что душе угодно, — Северус пошарил в карманах пиджака и показал девушке непочатую пачку жвачки. — Примем меры.       После сытного обеда, по законам Архимеда, чтобы жиром не заплыть, вышел Снейпов покурить. На крыльце театра встретил старого пид... педагога и Люциуса.       — Северус, мальчик мой! — Альбус обнял Снейпова, естественно, облапав задницу. — Давайте не будем тут долго стоять, друзья мои. Сейчас начнутся конкурсы, не хотелось бы пропустить это веселье.       Мужчины синхронно вздохнули и проводили Альбуса, который, пошатываясь и напевая под нос, вернулся в здание театра.       — Как думаешь, он ворует таблетки у Батильды? — Малфоев поправил причёску.       Снейпов пожал плечами на реплику друга и, выбросив окурок в урну, потянул друга обратно в зал.       Альбус не соврал, конкурсы начались. Прямо на сцене стояли четверо уважаемых в городе людей и пытались попасть карандашом, привязанным к талии и висящим спереди, в бутылку. Победил Дамблдоров, проиграл Фаджев. Что не удивляло, опыт засовывания предметов в узкие отверстия у старого пид... педагога был обширный.       — Интересно, а в первую брачную ночь он как собрался попадать в отверстие... — пробубнил Снейпов. Люциус, сидевший рядом, подавился куском селёдки и ещё долго не мог прийти в себя.       — Следующий конкурс! — слегка истерично объявил Локонсов. — Сейчас, пока мои очаровательные помощницы выносят реквизит, нам нужно два участника! Кто желает оторваться от салатиков и наполнить этот праздник жизни и любви не только взрывами шампанского, но и кое-чем необычным?       — Если он испортит оливье петардой с блёстками, я позвоню соседу и его не найдут, — проворчал Северус.       — Знаешь, безопаснее будет, если я пойду поучаствую в конкурсе. Из-за твоего яда этот салат уже не кажется таким нежным, как раньше, — Люциус отставил тарелку и поспешил к ведущему, с другого конца зала спешил Альбус.       — Итак, реквизит готов! — откуда-то из-за кулис две девушки с синими губами вынесли огромные коробки с воздушными шарами и высыпали их на сцену. — Задача наших уважаемых участников, — Локонсов поклонился Альбусу и Люциусу, — лопать шарики своей пятой точкой. Кто лопнет больше шариков, получит бесплатный абонемент в салон красоты на массаж! Участники готовы?! Тогда начнем!       Мужчины, словно маленькие, начали прыгать на шариках. При взрыве первого шарика под напором задницы Малфоева Снейпов увидел кучу блёсток. Второй шарик тоже был с блёстками, как и все следующие. Шары Альбуса были без подарков. По окончании конкурса победитель сиял ослепительной не только улыбкой, но и задницей.       — Мне не удалось избавиться от этого подарка, — Малфоев вернулся за стол и бросил перед собой пригласительный. — В этот салон я больше ни ногой, а на день рождения подарил какой-то му... — покосился на девушку Снейпова и фразу не закончил.       — Дак? — невинно произнесла Гермиона и отпила сок. — А вы знаете, Люциус, что вашу сиятельную задницу Альбус Персивалич разглядывал, как рекламный баннер?       Малфоев поёжился, выпил пару раз для храбрости и смело и опрометчиво бросился в новый конкурс.       — Разбиваемся на пары! — прогудел ведущий и выдал одному из пары шарик для пинг-понга. В паре Дамблдоров/Малфоев шарик достался Альбусу. — Задача участника, которому достался шарик, засунуть его в одну штанину своего напарника и, прокатив его внутри под брюками, вытащить из другой. Я поэтому и просил разбиться на пары женщина и мужчина, — защищаясь, добавил Локонсов в ответ на разъяренный взгляд Люциуса.       — Все в порядке, друг мой, — слегка хищно проговорил Альбус.       — Хороший тамада, и конкурсы интересные, — Снейпов достал телефон и подошёл поближе к сцене.