13. Шрам останется

      – И что вы планируете делать, сенпай? – за столом напротив Какаши сидел человек в чёрно-серой форме.       – Да ничего, – джонин сидел, облокотившись на спинку стула, вытянув одну ногу вперёд и спрятав руки в карманы.       – «Ничего»? Вы серьёзно? – собеседник наклонился вперёд.       – Тензо, послушай, я, может, легко отделался, – Какаши поднял руку в бинтах, – пришёл в крови и без чакры, что аж обед проспал, в наших реалиях я могу умереть хоть завтра, а ты предлагаешь мне принять такое нерациональное решение.       – Сенпай, но вы ведь… – как только он замолчал в дверь постучали. Какаши сразу пошёл открывать, не собираясь дослушивать доводы своего друга.       – Какаши-сан! – крикнул было мальчик, но сразу замолчал, потому что сам не понял своего порыва. Он так и остановился на пороге, с поднятой головой, чтобы увидеть джонина. Тот в свою очередь посмотрел слегка удивлённо. Следующее его действие Мичи не понял от слова совсем, мужчина наклонился и потянулся, чтобы взять его руки в свои, согревая, а потом вообще тыльной стороной пальцев дотронулся до щеки мальчика.       – Маа, нос красный, руки холодные, заходи быстрее, – Какаши сам его подтолкнул, чтобы тот поскорее прошёл в квартиру. Мичисато и сам не заметил, что правда замёрз из-за сильного ветра, – а чего так поздно? Гай загонял?       – Просто долго отдыхал после тренировки, всё в порядке, – хоть кухню и было видно с порога, но мальчик только когда прошёл заметил человека, что сидел за столом, – з-здравствуйте…       – Мичисато, это Тензо, мой друг и в прошлом подчинённый.       – Какаши-сенпай, прекратите называть меня «Тензо» – сказал мужчина с раздражённой улыбкой.       – Ты сам продолжаешь называть меня сенпаем, – подметил джонин.       – Я правда считаю, что мне ещё есть чему у вас учиться, – сказал незнакомец с улыбкой, после чего протянул мальчику руку для рукопожатия, – называй меня как хочешь, Мичисато-кун.       – Тогда, – мальчик пожал широкую ладонь мужчины, разглядывая его одежду, – дядь, ты из АНБУ?       – «Дядь»? Мне 25… – парень удивлённо посмотрел на Мичи, но сразу переключился и сложил руки на груди, – как ты понял, что я из АНБУ?       – Эта форма описывалась в книгах по истории, – он указал пальцем на полку с книгами. Какаши отправил мальчика переодеваться в чистую тёплую одежду, а сам поставил чайник. Всего через несколько минут Мичисато уже спокойно разговаривал с новым знакомым, хоть и осторожно. С Тензо оказалось очень просто поладить и ещё легче вести диалог, это был не Гай, который только и твердил о своей юности. Если Какаши просто внимательно слушал Мичи, то Тензо чаще улыбался и ярче реагировал на его слова. Этот диалог был чем-то новым, хотелось и слушать, и рассказывать, но как бы сильно мальчику не хотелось поговорить – после тренировки его клонило в сон.       – Ты решил ему допрос устроить? – шёпотом спросил Какаши, накрывая мальчишку пледом, когда тот уснул за столом.       – Какаши-сенпай, а это правда, что вы из-за него переехали в квартиру из общежития? – оставил парень вопрос без ответа, потому что понимал, что он риторический.       – С чего бы? Я ещё в начале зимы переехал, – он сел за стол рядом с Мичи напротив Тензо.       – Да я вас с утра по всем общагам искал, пока мне этот адрес не дали, – недовольно ворчал тот, – вот и услышал подобные слухи.       – Ну, что поделать? Почему тебе приспичило-то меня найти?       – Я бы не стал вас искать, если бы меня не интересовал самый главный вопрос, – они продолжали разговаривать шёпотом с каждым разом всё тише и тише.       – Сказал же, ничего не буду делать, – вздохнул Какаши.       – Вы хотя бы видели, как он на вас смотрит? Как вы на него смотрите? – говорил Тензо предельно тихо, выделяя каждое слово, – и после этого говорите, что ничего не будете делать? Я не поверю.       – Какая разница? – напрягся джонин.       – Тогда хотя бы не давайте ему ложную надежду, – парень поднялся из-за стола, – пожалуйста.       Слова Тензо надолго засели в голове у джонина. Ему не хотелось оставлять ещё больший шрам на душе мальчика, но одновременно с этим было желание хотя бы дать ему эту крупицу детской беззаботности, которой не было у самого Какаши. Он знал, как больно терять кого-то дорогого, видел, как становился таким же в глазах Мичисато, не мог заставить себя проявить холодные стальные эмоции. Они бы были наигранными, отвратительными, а мужчина старался показывать только искренность. Вместе с этими мыслями приходили и старые воспоминания, они не так часто тревожили душу, лишь крайне редко вызывая кошмары и панические атаки по ночам. Какаши не хотел сближаться с кем-то и даже Гая держал на небольшом, но всё же расстоянии. Все дорогие ему люди умирали друг за другом и это уже было похоже на проклятье. Тензо уже давно ушёл, Мичи спал, поэтому сейчас был идеальный шанс, чтобы порассуждать на эту тему. Какаши думал об этом, пока убирался на кухне, настолько задумался, что погружённый в свои мысли он вымыл плиту и духовку, а чего уж говорить о посуде. Когда дел совсем не осталось он решил наконец перенести спящего мальчика в более удобное месте для сна, чем за столом. Пару секунд подумав он всё же взял его на руки с пледом и удивился насколько мальчишка лёгкий, джонин понял это ещё давно, но в первый раз думать об этом не было времени, во второй раз казалось, что это нормально во время реабилитации, но сейчас его вес и вправду казался нездорово маленьким. Само тело Мичисато казалось Какаши очень хрупким и беззащитным, от чего он сильнее ломался внутри. Душа разрывалась от мысли, что ему собственноручно придётся оставить этого мальчика после того, как он потерял хоть и не лучшую, но семью и дом. Точно. Можно хотя бы попробовать его вернуть домой. Да, родители не очень, но они хотя бы будут…       С этого момента Какаши начал искать хоть какую-то информацию о похожих по описанию государствах о которых говорил Мичи. Пропадая в архивах деревни и секретных отделах библиотеки хокаге он всё реже виделся с мальчиком. Ему казалось, что будет лучше, если он отвыкнет, а потом вернётся к себе домой. Оказалось Цунаде тоже была заинтересована в том, откуда мальчик родом.       – Мне кажется он оказался в нашей деревне не через простую телепортацию, – как-то раз сказала хокаге, намекая на нечто большее, – как ни крути, а в нашем мире без чакры ты не выживешь.       Джонин за несколько дней поисков так ничего и не находил, а Мичисато всё чаще начинал скучать без Какаши. Последний уходил рано утром и возвращался поздно вечером, почти не разговаривал и просто ложился спать. В один из дней мальчику всё же удалось немного провести время с мужчиной, когда надо было сходить в магазин. Какаши видел, как Мичи смотрел на семью из 3-х человек глазами, наполненными завистью, взглядом подчёркивал, как отец брал на руки своего ребёнка и целовал в щёку. Какаши видел, как мальчик много раз не понимал его обычных действий и без слов одним выражением лица и глазами спрашивал: «Зачем ты это делаешь?» или «Так бывает?». Конечно Какаши всё это видел и только сильнее убеждался, что надо вернуть его домой, потому что того, что ему нужно мужчина дать не сможет. Цунаде-сама теперь была уверена, что вернуть его будет невозможно, говорила, что мальчик с огромной вероятностью из абсолютно другого мира и они не смогут что-либо сделать без обладателя пространственно-временной техники, которого и в помине нет, а если и найдётся, то далеко не факт, что будет возможно вернуть Мичисато туда, куда нужно.

***

      Возвращаясь с очередной тяжёлой тренировки с Гаем, у мальчика было потрясающее настроение, не хватало лишь музыки для полноты картины, но уличный шум идеально заменял её. Ему ужасно хотелось, чтобы Какаши сегодня никуда не уходил, чтобы они просто посидели, поговорили как раньше, обсуждая новую миссию и нового жадного клиента. Обычно мужчина ждал возвращения Мичи, отдавал ему ключи и уходил по делам, либо ещё с утра пропадал до того, как мальчик проснулся бы. На удивление дверь была не закрыта на замок, но сразу бросились во внимание посторонние звуки. Кто-то бегал по квартире, при чем не только человек, но и что-то маленькое, будто небольшая собака. Мальчик побыстрее зашёл, разулся и прошёл в гостиную, из которой доносились крики.       – Какаши! Ты почему не говорил, что у тебя появилась девушка?! Вся квартира её запахом пропитана! – громко говорил незнакомый голос.       – Паккун! Вылезай оттуда! – так же громко пытался докричаться Какаши.       В гостиной мальчик увидел джонина в одних штанах, который стоял на четвереньках за диваном и пытался там что-то разглядеть. Он периодически перестал носить маску, к примеру после душа или не старался тщательно скрывать лицо во время еды, как раньше. От такой картины Мичи пробило на искренний смех, для него Какаши всегда был серьёзный, холодный, неэмоциональный и рассудительный взрослый человек, а тут он почти без одежды залезает за диван и кого-то ищет. Сам Какаши, наверное, впервые видел, как мальчик по-настоящему смеётся, раньше его смех был совершенно не таким, максимум улыбка или усмешка, а сейчас он правда заливался и улыбался во все зубы. Джонин ненадолго залип на эту картину, забыв про своего призывного пса, который уже выполз из укрытия и осторожно подбирался к Мичисато.       – Эй, пацан, а ты это кто у нас? – спросил Паккун, тыкая в ногу ребёнка лапой.       – Что? – Мичи не понял откуда идёт голос, пару раз огляделся и только потом посмотрел вниз и с испуга отдёрнул ногу, – говорящая… собака?       – Чего застыл, как будто впервые говорящее животное видишь. Я спрашиваю, кто ты? – повторил вопрос пёс.       – Я… – мальчик перевёл взгляд на Какаши, чтобы убедиться, что это в порядке вещей, – я Мичисато…       – Паккун, давай я тебе всё объясню? – джонин взял собаку, положил себе на голову и оставил так, придерживая двумя руками, – это Мичисато, по некоторым обстоятельствам он сейчас живёт со мной, Мичисато, это Паккун, мой призывной пёс, да, он умеет разговаривать, благодаря тесной связи с людьми.       – Ааа… я-то думал ты себе на старости лет женушку нашёл, а это какой-то ребёнок, – Паккун вытянул голову вперёд, чтобы сильнее учуять запах мальчика, – погоди, Какаши, это что, твой щенок?       – Нет, Паккун, это не мой щенок, слишком долго рассказывать, давай я просто выполню свою часть обещания и мы будем в расчёте? – мужчина ушёл на кухню всё ещё с собакой на голове и только стоило ему отойти на достаточное расстояние от мальчика, как за его спиной сразу послышался смешок. И ещё несколько. Какаши и Паккун вместе повернулись, чтобы посмотреть, что происходит. Мичи прикрывал рот рукой, неуверенный, что вообще ему можно смеяться и метал взгляд с мопса на самого Какаши и обратно, – что такое?...       – У Паккуна на спине Хено-хено-моджи… и типа… – он переводил указательным пальцем с мопса на джонина, сдерживая смех, и повторял это действие – ну… ну вы поняли!       Нет, серьёзно. Какаши впервые видел у мальчика такие эмоции и, чёрт возьми, как же было странно и приятно смотреть, что он улыбается, а не сидит глубоко в своих мыслях, что приходится несколько раз повторять его имя, чтобы вернуть в реальный мир. Мысли об этом натолкнули его на не самые лучшие воспоминания о панических атаках Мичисато и их причину в виде родителей, на этом моменте Какаши начал сомневаться, что всё правильно делает. Лучшим выходом было рассказать обо всём мальчику и спросить хочет ли вообще он возвращаться, это напрямую касается его жизни и он в праве быть в курсе дел и принимать решения. Пока Паккун наконец ел свой честно заслуженный стейк джонин решил невзначай начать разговор.       – Мичисато… – мальчик сидел за столом, положив подбородок на поверхность, напротив Какаши и гладил уши пса, пока тот ел прямо на столе, – мы тут с хокаге все архивы подняли, она думает, что ты не просто с другого конца планеты, а с другого мира… ну, знаешь, теории о параллельных мирах?       – Ого, – он остановился, оставив ухо Паккуна в покое и посмотрел на мужчину, – на самом деле… на самом деле это многое объясняет, думаю так и есть.       – Ты так спокоен, тебя это не удивляет?       – Ну я и сам думал об этом, – мальчик вернул всё своё внимание Паккуну.       – Вполне возможно, что если мы продолжим в том же темпе искать информацию, то рано или поздно найдём способ вернуть тебя обратно, – Мичи медленно поднял глаза обратно на Какаши, но тот уже смотрел в окно, – правда хокаге думает, что ничего не получится, но я постараюсь сделать всё возможное, если ты этого захочешь.       – Нет, пожалуйста… – он схватил своей небольшой рукой его за запястье, на что мужчина сразу повернулся обратно, – я не вернусь туда, Какаши-сан, я не хочу, – у мальчика был такой напуганный взгляд, что казалось он увидел сейчас настоящего монстра, – прошу, не надо, я хочу остаться с тобой… или хотя бы в Конохагакуре.       – Мичисато, ты уверен? – с сомнением спрашивал Какаши.       – Да! Я там не выживу, понимаешь, Какаши-сан? Лучше вообще жить без родителей, чем с ними! – джонин мог бы с ним поспорить, но он никогда не был в такой ситуации, с которой этому мальчику приходилось сталкиваться каждый день.       – Но они твои родители… – мужчина уже сам не понимал в чем убеждал его.       – Я скорее убью себя, чем вернусь, – на последнем слове его голос начал ломаться из-за кома в горле и подступающих слёз.       – Может хотя бы попробуешь? – он не принял слова мальчика всерьёз.       – Ты серьёзно хочешь вернуть меня туда? – вопрос был тихим, потому что уже было сложно нормально говорить.       – Да, – невозмутимый ответ, после которого Мичи схватил нож со стола, который лежал на случай, если Паккуну понадобится разделать мясо, и подставил левую руку. Какаши быстро среагировал, ладонью упёрся в стол, что аж посуда задребезжала, и схватил мальчика за предплечье, приподняв его. Мичисато от неожиданности выронил нож и тот свалился на пол с характерным звуком. Наверное, мужчина впервые проклял свою привычку натачивать все режущие предметы в квартире до предельной остроты. Перемахивая через стол, Какаши подхватил мальчишку на руки и не теряя времени направился в ванну, чувствуя, как быстро намокает его плечо. Он сразу включил ледяную воду, но остановился, – черт, венозное, – секунду посмотрел на запястье мальчика, из которого струйками лилась кровь, и закрыл кран. Мужчина посадил его на ковёр, держа за плечо, пытался найти в шкафчике аптечку, которая теперь хранилась в ванной комнате. Паккун тоже прибежал, но не подходил близко, чтобы не мешаться под ногами. Одной рукой Какаши отмерил на глаз бинт и оторвал зубами, – Паккун, найди вату, – пока мопс рылся в пластиковой коробке, джонин сложил ткань в несколько раз, первым попавшимся полотенцем протёр руку мальчика вокруг пореза от крови и приложил марлю, которая тут же окрасилась. Пёс к этому времени уже отыскал нужную упаковку и держал её в зубах за уголок. Мужчина взял небольшое количество ваты, положил сверху марли и начал туго перевязывать руку мальчишки новым бинтом, а как только закрепил его последним узлом, то провёл большим пальцем по предплечью Мичи вверх от запястья и медленно несильно надавил в районе локтя со стороны сгиба. Какаши потребовалось секунд 10, чтобы перевести дыхание и наконец поднять голову на мальчика. Тот закрывал лицо рукой и челкой, очевидно плакал, – больно? – вместо ответа лишь мотает головой вправо-влево, – а чего тогда плачешь?       – Я не буду возвращаться туда… – еле слышно проговорил Мичисато, его нехило потряхивало от случившегося.       – Не будешь, – Какаши сел поближе и прижал мальчика к себе, утыкаясь носом в его волосы. В последний раз он так реагировал на ранения своей команды на поле боя, а тут хоть и сильный, но обычный бытовой порез. Паккун тоже не остался в стороне и залез на колени к Мичи, жалея облизывал его руку, – надо пойти в больницу, чтобы тебе сразу вылечили руку, – мужчина почувствовал, как мальчик опять в разные стороны покачал головой, – тогда шрам останется.       – Ладно.       – Я тут подумал, – начал Какаши, принимая импульсивное решение, но даже не думал останавливаться. Он уже успел продумать много вариантов развития событий, взвесить все «за» и «против», но останавливал его лишь подсознательный страх, у которого давно нет даже почвы.       – О чем? – напряжённо спросил Мичи.       – Может… – он сделал глубокий вдох, положил подбородок на макушку мальчика и собрался с мыслями, – может ты хочешь, чтобы я стал твоим отцом?       – Что…       – Ну... ты хотел бы стать моим сыном?       – Чёрт! – Мичисато отодвинулся от джонина, выдернул руку и встал напротив него, а Паккун начал крутиться вокруг его ног, – Какаши-сан! Определись! Ты хочешь избавиться от меня или наоборот стать моим отцом?       – Я не хочу от тебя избавляться. Просто, – он смотрел прямо ему в глаза и закрывал пальцами нижнюю часть своего лица, – просто мне уже страшно терять тебя, понимаешь? Если ты останешься в нашем мире, то мне будет до ужаса страшно тебя потерять. Я уже считаю тебя своим сыном, Мичи, как бы сильно мне не хотелось этого признавать. Поэтому думал, что будет спокойнее, если ты вернёшься домой, но сейчас понимаю, что ни черта мне не будет спокойнее. Этот мир жестокий и опасный для тебя, но как только вспоминаю с какими подонками ты жил, начинаю всё больше и больше сомневаться, что там тебе будет лучше и сейчас я наконец это понял. Пожалуйста… прости.       Он не ответит, не скажет, что прощает, потому что не привык, потому что не каждый день ему такое предлагают, потому что странно видеть такого эмоционального Какаши. Мальчик терялся и не знал, что ему теперь делать. Конечно ему бы хотелось, чтобы этот человек стал его отцом, но он даже подумать не мог, что это реально может произойти.       – Всё нормально? – заместо ответа мужчина получил лишь небольшой кивок, – тогда… могу ли я стать твоим отцом?       – Ага, – слишком тихий ответ, который мог услышать только Какаши.