Спасибо, Миу…

      — Ну хватит… я сам уже не могу. — тот чуть погладил её по макушке.       Миу, всё ещё, скулила, но, даже в своём плаче, с радостью, обняла его ещё сильнее, не желая его отпускать. И, обнимая его, она вскинула голову, и поцеловала, после, что обернулась к тому, и обняла ещё сильнее, что было так сильно, что она начала тянуть его к кровати сильный, что она начала тянуть его к кровати.       — Ты любишь… ты любишь… ты любишь меня в ответ! Ты… — слёзы наполнили её глаза.       — Тихо, тихо… — он чуть смягчился в лице, но изменения никакого не было. Он устал уже, смотря на девушку, он уже начал думать и додумывать. Зачем она настаивает и пыталась его обнимать. Переубеждать его не делать этого… — Ирума-сан, прошу тебя. Не плачь.       — Я… я люблю тебя… я… не знаю, что ещё сказать, — она плакала так сильно, но так Отчаянно… — пожалуйста, пожалуйста… Я тебя люблю! Я делаю! Пожалуйста, не оставляй меня! — слёзы продолжали течь по её лицу. — Ты так много значишь для меня! Так много… пожалуйста… — она говорила всё, что могла, чтобы он не ушёл. — Ты… не можешь уйти, не сказав мне, что ты чувствуешь… — она сказала, плача.       — Миу-сан. Неужели тебе так важно то, что я испытываю. Даже если я покину это место и этот мир навеки? — он улыбался, но немного. Мышцы его рта и так устали. Всё таки он кричал и громко выл. И тому просто надо пойти на кухню, чтобы сделать себе ромашкового чая, чтобы успокоиться. И сделать этот поступок, даже если он ничего не скажет того, что он чувствует к Миу на самом деле всё время.       Не, ну, он тоже её любил, но сейчас у него тяжесть на плечах ещё не только из-за своей идеи. Ну и это Изобритательница. Миу обняла его ещё сильнее. Она просто не отпускала. Она знала, что это могут быть его последние минуты, поэтому проводила каждую последнюю секунду, любя его.       — Пожалуйста, останься со мной… пожалуйста… — она говорила всё, что могла, чтобы убедить его. Но она также не хотела, чтобы он заставлял его говорить то, что ему неудобно говорить. — Пожалуйста… только… не уходи… Пожалуйста… Я люблю тебя… Я люблю тебя… — слёзы лились из её глаз отчаянным, почти умоляющим видом.       — Хватит… — он чуть пытался убрать с себя её руки, но сил не было даже на это действие. Она слишком крепко его держала. Видимо правда не хотела, чтобы он уходил и не провёл кажется эту минуту с ней. — Мне надо уйти на кухню… нужно успокоиться. Надо сделать ромашково чая. И хватит уже ныть!       Миу, даже не смотря на то, что он хотел убрать от себя её руки, не давал этого. Она слишком сильно не хотела, чтобы он ушёл. Но, при этом, она же не хотела, чтобы его было слишком жаль. Они просто были слишком близко, чтобы он мог уйти. И у Миу тоже не оставалось сил, чтобы его отпустить.       — Пожалуйста… пожалуйста… — она не сдавалась, даже когда её хватка слабела.       — Ну ладно… ладно… Я останусь. Только если все те предушие слова - не ложь! — он посмотрел на неё, своими уже прежними глазами, фиолетовыми, как частичка космоса. Последняя Надежда для Миу, чтобы тот передумал…       И взяв её лицо в свои ладони. Тот глядит ей прямо в глаза. И кажется, её глаза стали тоже светлыми, какие-то пресные, как вода из под крана. Миу, с облегчением, что он с ней остался, обняла его ещё сильнее, что её слёзы, всё ещё, продолжали литься из её глаз.       — Ты… — Миу не знала, с чего начать, но, что она знает точно, так это, что она не хотела, чтобы он ушёл, и будет говорить, что бы это было для него. — Ты… я… — она снова попробовала. — Ты мне… — попыталось сказать ещё что-то.       — Хах. Твои глаза стали пресными. — ответил он, чуть хихикнув. Сейчас Кокичи уже понимает немного, что сейчас с этой плаксой,и смотря как та переубеждает его не делать плохой поступок. Ему становится её жалко. Когда он уже видит, как та прям сильно не хочет, чтобы он покидал её навсегда, без слов про неё. Что тот испытывал, и т.д. — Хватит уже ныть, плакса~ — он улыбнулся тёплой улыбкой, и коснулся её губ, вовлекая её в поцелуй. Солёные губы и чуть покусанные губы парня, слились в воедино. Их дыхание стало общим. Миу, из-за поцелуя, начала ещё сильнее, но, теперь, в хорошем смысле, кричать. Они были так близко, что её не покидали мысли, что это уже прощающаяся с ним. И, из-за этого, всё вышло на эмоции, они были так чутко вместе, что это было, как не бывает. Она так любила его, что просто не могла сдержаться. Поцелуй длился недолго. Секунд десять. И у Кокичи появляется слюнка между губ, и между чужих. Когда он отстранился от неё. Слишком смущающе и романтично он конечно поцеловал. Но вот вытерая её слёзы своим рукавом рубашки. Он продолжает сидеть с ней близко. Его не смущает, что уже касается её груди. Их рост такой же, разница большая между ними. — Ну ладно, ладно, не плачь. Только скажи что те слова правда, которые ты мне кричала… Я может быть и передумаю.       Миу, не смущаясь, что он её прижимает к себе, и, что их ямочки на щеках касаются, тоже не отстранилась.       — Мне так хочется остаться с тобой… — она всё ещё, не хотела его потерять, так что она продолжала быть привязенной к нему. — быть с тобой… — она улыбнулась, прижав его к своему телу. — Останься…       — Ладно, ладно, — успокаивающе ответил он, погладив её по локтям, проходясь рукой по её телу, гладил, пытаясь её успокоить. — мне, смотря на тебя, уже становится жалко. Ладно, хорошо. Если ты так хочешь… я могу с тобой остаться, и не покидать тебя…       Он тогда гладил её по волосам, наслаждаясь запахом её волос, и смотря на её глаза, целовал в мокрые от слёз щёки. Он уже успокоился, в отличии от этой плачущей девушки. Миу, не смущаясь, что его рука касается её тела, и от того, что он целует её в щёки, она прижимается к нему ещё крепче.       — Ты… — её лицо покраснело еще больше, слёзы перестали течь, но она всё ещё держала его крепко, не желая отпускать. — Мне не хочется, чтобы… — она пыталась держать себя в руках. — …чтобы ты ушёл…       — Ни-хи-хи~ Миу, не ной. Я уже сказал что останусь так уж и быть. Ради тебя… — он погладил её по шее, и обнял её, уткнувшись немного ей в грудь. А его руки сзади неё продолжали чуть гладить волосы. Ирума, прижимала его к своей груди, в то время, как он гладил её волосы. — С… сама… — она улыбалась, что она должна удержать его. — скажу… — её глаза снова наполнились слезами. — …что ты мне… — она должна была постараться не заплакать, хотя у неё, вероятно, не получилось бы. — … что… что… — она едва могла говорить, потому что плакала.       — Ирума-чан. Я уже понял, что ты хочешь мне сказать. Я тоже тебя люблю. — и уткнувшись в её открытое место у униформы на груди. Он чуть стал целовать кожу на груди. Которая была не скрыта. Она любит такую одежду носить, явно. И тот знал об этом. Поэтому воспользоваться этим, никогда ведь не поздно. Миу, несмотря ни на что, не беспокоилась и даже находила утешением то, что он целовал её грудь. Вместо того, чтобы попытаться оттолкнуть его, она схватила его и притянула ближе, чтобы он мог продолжать делать то же самое.       Наконец она перестала плакать и заговорила, но единственное, что она продолжала говорить, было: — Я люблю тебя… — и она не хотела останавливаться.       — Можно? — он взглянул на её шею, когда прекратил целовать её грудь, и когда он заметил эти колючие штуки на шее, и чокер, он чуть отстранился, чтобы взглянуть на неё. Как бы спрашивая, можно ли ему поласкать её в шею. Миу, как и в этом случае, не смущалась, и не хотела, чтобы он прекратил целовать её шею, и, вместо этого, она только хихикала, улыбалась и кивала.       — Да… — её глаза были плотно закрыты, так как они, казалось, наслаждались собой. — Я люблю, когда ты так делаешь… — Миу не хотела, чтобы этот момент заканчивался.       Он аккуратно снял с неё эти аксессуары, и прильнул к её коже губами. Став целовать её кожу на шее, нежно и аккуратно. Чтобы та успокоилась.       — Я люблю вас, Ирума-чан, твоё тело ещё после этой ситуации притягивало, — и он обнял её за талию, гладив Миу. Миу, не будучи против, продолжила его целовать, так, словно, она наслаждалась этим так же, как и он. И её рука, тоже, не осталась на месте, и она обняла его, потянув его ближе к самой, чтобы он не уехал. — я тебя тоже люблю… — она наслаждалась собой, когда на её лице появилась слабая улыбка. — Да… Миу не хотела, чтобы что-то поменялось. Его руки уже приближались к её спине, и резко отпустились к её ягодицам, спустившись руками под её мини-юбку. Не пойми как, но у него схватило сил притянуть её к себе, и сделать так, чтобы та обняла его ногами за бёдра. Сам при этом оставаясь слишком близко к ней.       И когда он оставил первый багровый засос, Кокичи стал лизать укус своим языком. Горячий, влажный… Миу не ожидала, что он будет так делать, но, она была не против. У неё просто не было слов, когда она смотрела ему в глаза, прежде чем закрыть свои. Это было… странно, и это было хорошо, даже если она действительно не ожидала этого, но она не останавливала его и не пыталась отвлечь от него.       Она дала ему разрешение остаться с ней, и он этим воспользовался. Это была их жизнь. Кокичи чувствовал свою похоть, только исследуя её тело, он очень её любит. Её тело, её характер, её красота, её глаза, вся она…       — Миу-у-у-у~ Так ты меня любишь, или ненавидешь?~ Потому что судя по тебе, ты скрывала это от меня. Собственно как и я, ни-хи-хи~ — спросил он, запутываясь пальцами в её светлых волосах. Он кажется единственный, кто там сильно на самом деле любил её как девушку. Миу, в этот раз, даже не старалась, чтобы уйти. Вместо этого она просто расслабилась, позволив ему делать то, что он хотел. Она, очевидно, была привлечена к нему, и не возражала против этого. Её тоже влекло к нему вот так… или, может быть, это была просто похоть?       И её ответ, был простым:       — Люблю… — сказала она, закрыв глаза. Кажется этот ответ его устроил.       И тот продолжал ласкать её шею. Покусывая, оставляя на ней засосы, и следы своих губ. Она слишком сладкая, чтобы сейчас её как-то ругать. Он понимал, что не зря она единственная, кто именно пришёл к нему утешить.       — Ирума-чан, ты такая сногсшибательная~ — прошептал он, продолжая ласкать её шею. Будто на ней сливки налиты, или это её кожа во время похоти такая сладкая и горячая? Миу, хоть и не понимала, почему он так хвалил её, она была не против. Она была слишком увлечена им, и на данный момент он был всем, чего она хотела.       Она продолжала лежать, наслаждаясь его прикосновениями, позволяя ему делать с её телом всё, что он хотел. Она была полностью удовлетворена и не хотела, чтобы он останавливался.