Арка "Наруто: Глазастики vs Собачники". Глава 4.1

      Мы шли по району учих в тишине. Где-то кричали дети, были слышны разговоры. У кого-то громко свистел чайник. Я вслушивался в этот протяжный свист, пытаясь понять, почему пошел за Итачи.       Сейчас я мог узнать то, что мучало меня каждую ночь. Мог выяснить, почему же я отличаюсь от остальных, чем я хуже. Почему у кого-то есть любящие родители, семья, которая всегда поддержит. И почему у меня этого нет.       В детдоме это было незаметно. Мы все были в одной лодке: без тех самых родных людей, которых можно было ласково назвать «мама» и «папа». Мы все были брошены, а воспитатели никогда не смогли бы заменить настоящую семью.       Но хоть мы вроде и были одинаковые, я видел, насколько мы отличались. Меня и этих детей разделяла какая-то огромная пропасть, через которую мне в жизни не перепрыгнуть.       Если к остальным детям воспитатели относились нормально, то ко мне так, будто я большая навозная муха. Или таракан. Или противная сороконожка. В общем, не шибко любили.       Конечно, я пытался этого не замечать. Не замечать презрительных взглядов, будто я самое большое пятно на репутации этого пошарпанного облезлого детдома. Не замечать, как ко мне относятся слишком предвзято, и если другой ребенок или воспитатель что-нибудь потерял, то это наверняка Наруто украл! И будто бы мне нужен этот игрушечный кунай с отломанным наполовину лезвием или журнал «Топ 5 самых красивых мужчин-шиноби Конохи. Постер с каждым — в подарок».       Но когда меня вышвырнули спровадили в свое собственное вольное плаванье, а точнее, на квартиру, я понял, что что-то со мной точно не так. Презрительных взглядов стало больше, количество плевков в мою сторону увеличилось равноценно моему появлению на улице, а я все также остался совсем один.       Я начал задумываться, почему меня так ненавидят.       Конечно, были идеи, что это все потому, что я когда-то соорудил собственную бомбу-вонючку и оставил ее на главной улице Конохи. Да, после этого меня невзлюбили еще больше. Но стоило видеть лица прохожих!       Но меня недолюбливали и до этого. Так что все сходилось к родителям.       Может, они были предателями? Я слышал, что предать деревню это хуже смерти. И что предательства наводит на всю семью позор. Но мне не хотелось верить в это. Верить в то, что моя мама или папа могут быть теми, кто сделают такой низкий и отвратительный поступок по отношению к людям, живущим тут.       Я часто спрашивал о них старика хокаге, но он никогда не отвечал. Всегда переводил тему: начинал говорить о погоде, о ярком солнце или зеленой траве. А зачем мне погода? У меня что, градусника дома нет? Или я слепой, что в окно взглянуть не может.       Но лучше уж о погоде, чем о Воле огня. Емае, эта тема была бесконечна. Мы все листья одного дерева, мы все едины, нас всех питают общие корни. Если мы все листья на каком-то дереве, то меня блин уже погрыз какой-нибудь жук-вредитель!       В общем, я перестал спрашивать старика об этом, поняв, что ничего не добьюсь. Мне было непонятно, почему я не имею права знать такую простую истину, которая может открыть мне многое. Конечно, мне было бы очень обидно, если бы оказалось, что меня попросту бросили. Ну или противно, если бы мои родители оказались предателями. Но я бы знал, кто Я.       Но Итачи лишила меня этого. Одного простого слова. И я почему-то пошел за ней, отказываясь от правды. И все из-за ее глаз. Почему? Зачем?       Я взглянул на ее лицо. Снова нечитаемое, безразличное, холодное. Может, это все была какая-то игра? Просто игра мимики, чтобы я пошел за ней, не устраивал скандала. А я повелся, как последний идиот из-за того, что кто-то на меня посмотрел так.       Мы подошли к большому дому. Дааа, он отличался от того домика, что был у Хазуки-сан. Тот, хоть тоже был довольно большим и богатым, никогда не сравнился бы с этим. Сразу видно, что дом главы клана.       Вход представлял собой ворота с колоннами. На них был выгравирован герб Учих. Но внутри все было еще круче. Большой сад разных деревьев, какие-то аккуратно постриженные кусты, клумбы. Фигурки зайцев, лягушек, белок украшали сад. Но самое большое впечатление происходило от двух огромных воронов, стоящих на колоннах. Их крылья были широко расправлены, будто вороны собирались вот-вот взлететь. Но глаза их смотрели вниз, прямо на тебя.       Не успел я насмотреться на воронов, как вдруг услышал тявканье. Повернув голову, я увидел подбегающую ко мне шавку. Он был в своем обычном виде: маленький волчонок. Он тявкнул пару раз и взглянул на меня своими горящими глазами.       Я совсем замотался, что даже не было времени вспомнить про шавку. А он, видимо, ждал меня тут, совсем один. Мне стало стыдно. Он ведь помог мне, когда я пытался драться с теми чунинами. Конечно, это вроде его обязанность, но все же.       — У тебя интересный волк, — тихо проговорила Итачи, оторвав меня от размышлений. — Совсем не ел, пока не узнал, что с тобой все в порядке. И очень волновался. Успокоился только тогда, когда я сказала, что с тобой все хорошо.       Я удивленно взглянул на шавку. Тот закатил глаза (не думал, что увижу такое у животных) и отвернулся, недовольно тявкнув. Неужто засмущался. Но его такая привязанность покорила меня. Надо будет получше обращаться с шавкой, раз он так волновался обо мне.       Мне совсем не хотелось разговаривать с Итачи, но надо было поблагодарить за то, что она присмотрела за шавкой. Все-таки, она даже разговорила с животным, хотя и не должна была.       — Спасибо за заботу о Камке, — как можно почтительнее сказал я. Конечно, хотелось накричать на нее, спросить, почему она не дала мне услышать то, что я хотел бы знать больше всего. — И простите за беспокойство, — и поклонился.       Шавка удивленно тявкнул, и я зло зыркнул на него. Сейчас пойдем домой, и там уже поговорим на славу: о нем, о заданиях, о системе.       Система! А может в ней как-то можно узнать что-то о моей семье… Надо бы попробовать расспросить шавку.       Так, с чуть приподнятым настроением, я понял, что не знаю, что делать дальше. Попрощаться с Итачи и уйти? А выпустят ли меня из квартала Учих. Или попросить меня проводить.       — Я провожу тебя, — прекратила мои терзания Итачи, и я пошел за ней.       Мы снова шли в полной тишине. Она ничего не говорила, да и я не пытался навязаться. Думаю, она не из тех, что любит поболтать. Тем более, свою позицию по отношению ко мне она уже показала, когда оборвала свою мать. Может она и питает ко мне немного благодарности за спасение сестры, но навряд ли эта благодарность что-то стоит.       Она вывела меня за ворота клана, и я попрощался. Уже спиной я услышал тихое «прости». Но когда обернулся, ворота уже были закрыты.

***

      Я сидел на кровати и смотрел на шавку. Тот, свернувшись клубком, настойчиво игнорировал любые попытки заговорить. Засмущался что ли от откровений Итачи?       Мне хотелось его о стольком расспросить, но он упорно лизал лапу, делая вид, что я ему как мелкая блоха. А я только начал чувствовать к нему уважение!       — Так, ша, — кхм-кхм, может, хорошее отношение изменит его поведение, — Камка, спасибо за волнение обо мне.       Зайдем из далека.       — Ты очень сильно мне помог. Сам рисковал и все же спас Изуми. Спасибо, — я пытался говорить как можно мягче, но в то же время добавил в голос благодарности.       Шавка заинтересованно дернул ухом, видимо, прислушиваясь, но не повернулся. Ну что ты из себя строишь недотрогу? Ладно, будем тешить твое самолюбие дальше, наглый мешок с блохами.       — Ты помог мне и помог клану Учих, но все благодарности достались мне. Хотя ты тоже сделал огромный вклад в спасение этой девчонки. Так потом еще и остался там у них. Прости, что не пришел раньше! — ну давай же, ну сдавайся.       Шавка дернулся, но все же не повернулся. Да ну, все еще кичишься. Ладно, сейчас будет коронный в голову. Я сегодня добрый, так что можешь тешить свое раздутое волчье эго, проклятая шавка.       — Прости за мое поведение. Я относился к тебе слишком плохо, хотя ты пришел сюда, чтобы помогать мне. Я был, — бляха, как же сложно, но это ради дела, так что давай, Наруто, выдави это противное слово! — не прав.       Шавка повернулся, и я увидел его наглющую морду. Расплылся в улыбке, чертяка, и радуется! Ну давай, издевайся над несчастным сиротинушкой!       — Прости, я не расслышал твою последнюю фразу, — еще и издевается. На коврик спущу!       — Я был не прав, — процедил сквозь зубы я.       — Что-что? — продолжал ехидничать шавка, уже вовсю улыбаясь. А в глазах пылал огонек веселья. Ой спущу я тебя на носки, ой спущу. — Я. Был. Не. Прав, — по слогам проговорил я. Ну все, давай, посмеялся, и хватит. Я тебе и так уже наговорил столько, сколько в жизни ты от меня не услышишь, морда блохастая. — Чтооооооо? — тявкал шавка. У меня задергался глаз, и вдруг я не выдержал. В руке откуда-то появилась сковородка, и я навис над шавкой, с миленькой такой улыбочкой и сковородкой в правой руке.       — Я был не прав. Мне еще раз повторить, или ты все же услышал?       — Да-да, все услышал, — как-то зашуганно затявкал шавка и закивал головой. Ну вот, как просто все-таки улыбка может вылечить глухоту собачью. Чудо!

Там же Камка

Когда я донес эту девчонку Учиху до какого-то переулка, так сразу вырубился. Я в этом мире недолго, так что эту форму сохранять могу еще только короткий промежуток времени. А тут вон ее уже второй раз за день использовал. В итоге, выдохся. Очнулся уже в чьем-то доме. Надо мной нависли две девушки, одна из которых запищала и начала меня тискать. Дама, дама, я понимаю, что я крутой, но без фанатизма, пожалуйста. Но вместо этой фразы из меня вырвалось лишь обычное тявканье. Девчонки меня не поняли. Видимо, только этому клопу дано слышать меня в этом мире. Ну супер! Заперт в противном мире шиноби, обязан прислуживать какому-то необразованному чудику с поломанной менталкой, так еще и говорить могу только с ним же. Дайте мне пистолет и пулю, я найду им применение. Но все же за это недолгое время я привязался к этому клопу. Так и он еще показал огромную силу воли и смелость, выйдя против трех здоровых мужиков одному. А зная его статы, да… Я волновался о нем. И хоть у него и есть чакра лиса, а также гены Узумаки, все же он мог хорошо пострадать. Так что надо было бы проведать его. Но эти наглые Учихи не выпускали меня. А эта Изуми все сюсюкалась со мной, как с каким-то младенцем, говоря, что скоро Наруто придет за мной и что с ним хорошо. Когда она там что-то вякнула про «моего хозяина», у меня глаз задергался и вырвалось не то шипение, не то рычание, не то плач. А может и все вместе. Мой хозяин! Да мне хозяин сами Ками. А тут какой-то никчёмный мальчишка, у которого еще рамен на губах не обсох, называется моим хозяином. Да я самый известный помощник Ками, да я!!! Но через несколько дней клоп все же пришел за мной. Правда, как я понял, что-то между ним и Учихой произошло. Атмосфера была напряженная, а клоп был уж совсем каким-то расстроенным и злым. В общем, сыграл дружелюбную собаченку, мол я весь такой милый песик, ждал хозяина, тьфу, и т.п. и т.д. Но все-таки на душе даже что-то отлегло. Клоп жив, вроде как здоров (ходит, и хватит). И да, я волнуюсь о нем не потому, что привязался, а потому что у меня задание такое: позаботиться об этом клопе. Именно так, и никак иначе! Когда мы пришли в его квартиру, по пути отбиваясь от БОМЖей, которым пакет с продуктами (ого, клоп решил начать питаться, победа!) в руках клопа это что-то вроде красной тряпки для быка. Еле оторвались от них, в итоге пришли к нему домой. Взглянув на две отваленные ступеньки лестницы и табличку, на которой неровными буквами было выцарапано «Прастите, скора вирну», я подумал, что домом это место назвать сложно. Как только клоп накопит немного денег, мы обязаны переехать, потому что в этой задрыпанной хате я жить не собираюсь. Помню, даже когда меня отправили в мир Шрека, то у него на болоте и то условия были лучше, чем тут! Настроение падало, и я решил включить свое любимое состояние по жизни «Похуи.кхк-кжк Похренизм». Описание этой техники было такое: исполнитель полностью игнорирует любые живые/неживые/полуживые/зомбивидные существа, пока сам не решит вернутся в мир. Эффект же был поразительный: -гипротрилион единиц репутации с игнорируемым существом/объектом/материей. Так что я включил эту технику и усердно игнорировал клопа. Эх, как же жить стало приятно без его рожи и противного голоса. Однако есть один минус у этого прекрасного состояния: я не знаю, сколько я в нем нахожусь. Но клоп настолько изобретательный, что смог разрушить мою великую технику, отрабатываемую тысячами тысяч лет.       — Так, ша, — услышал я вдруг глухой голос, вырывающий меня из подсознания. — Камка, спасибо за волнение обо мне.       Тьфу, думаешь меня это впечатлит. Постарайся получше, клоп.       — Ты очень сильно мне помог. Сам рисковал и все же спас Изуми. Спасибо, — опа, а голос то как поменялся. Я аж прислушался, но выходить из подсознания не собирался.       — Ты помог мне и помог клану Учих, но все благодарности достались мне. Хотя ты тоже сделал огромный вклад в спасение этой девчонки. Так потом еще и остался там у них. Прости, что не пришел раньше! — Я аж дернулся. Ого клоп завернул. Какие речи пошли, да ему бы за такую лесть в депутаты. Но признаю, приятно. Меня и вправду вниманием обделили. Все только клопа и расхваливали, а обо мне не слова!       — Прости за мое поведение. Я относился к тебе слишком плохо, хотя ты пришел сюда, чтобы помогать мне. Я был, — а что это ты запнулся, а? Ну давай-давай, договаривай. — не прав.       ОООО, ну это точно меня выдернуло из подсознания. Теперь из статуса «Похренизм» я перехожу в другой, не менее охрененный статус «Насмешечка». Ну все, начинаем действовать. Оборачиваюсь к клопу и расплываюсь зубастой улыбкой, какую только можно сделать на маленькой волчиной морде.       — Прости, я не расслышал твою последнюю фразу.       — Я был не прав, — процедил сквозь зубы клоп. Да ну, даже не вывелся на эмоции. Вырос пацан! Но я так просто не сдамся.       — Что-что?       — Я. Был. Не. Прав, — снова сказал клоп, и я понял, что клоп уже на пределе. Ну ниче, ща он откажется, и я буду со спокойной совестью лежать дальше. Ну лаадно, может помогу ему.       — Чтооооооо?       Вдруг случилось то, чего я никак не мог рассчитать и предсказать. Конечно, у техники «Насмешка» всегда отрицательные показатели, но ТАКОГО они никогда не вызывали.       У клопа вдруг задергался глаз. Ну это обычная стадия отрицания, но потом даже я был в шоке… В руке откуда-то у него появилась СКОВОРОДКА, и клоп угрожающе навис над шавкой, со зловещей ухмылкой и сковородкой в правой руке.       — Я был не прав. Мне еще раз повторить, или ты все же услышал?       — Да-да, все услышал, — испуганно проговорил я, даже закивал в подтверждение.       Да клоп со сковородкой — это самое опасное создание! Я раньше думал, что мой топ 1 занимает Тор со своим молотом, ну или на крайний случай Танос со своей перчаткой, но неет. Они все меркнут перед клопом. Да это же машина мирового разрушения! Да какого мирового, МЕЖМИРОВОГО!       Ни в коем случае нельзя разрешать клопу притрагиваться к сковородке. Ведь он уже может ее доставать откуда-то, вдруг скоро она станет его полноценным оружием?! Да это же придется уничтожить весь этот мир, чтобы ОНО не просочилось в другие.

Все там же Опять клоп Наруто

      Что-то мурашки пробрали, неужто и вправду простудился?