Chapter XXVIII.

Со временем ты понимаешь, что твой дом там, где твоё сердце. Джаред Лето

***

Йылдыз не высыпается уже второй день. Отъезд Серкана повлиял на неё не лучшим образом. На это было две причины: 1. Волнение. После покушения на Серкана девушка морально всё ещё не отошла, поэтому его отсутствие рядом вызывает переживания. 2. Они всё ещё не поговорили. Этого было не избежать — недосказанность приносила дискомфорт. За эти несколько дней они ни разу не созванивались, что усугубляло моральное состояние Эды. Несколько смс и ничего больше. Были порывы набрать уже выученный наизусть номер, но каждый раз останавливала себя. Не хотела показать свою явную зависимость, но ещё больше не хотела быть навязчивой. Когда точно вернётся Болат, девушка не имела понятия. Сам мужчина не сообщил, а Эфе ответил довольно размыто. Эда вспоминает разговор с Акманом в тот вечер, когда она осталась у Атакан. — Какие люди! — с дружеской улыбкой произносит Эфе, когда приезжает к Селин после работы. — Добрый вечер, Эда! — Добрый вечер, — кивает Эда. — Надеюсь, я вам не помешал? — его взгляд бегает между девушками. — Если ненадолго, то нет, — спокойно отвечает блондинка. — Чаю? — Да, пожалуйста, — отвечает мужчина с легкой усмешкой. — Заехал, чтобы отдать тебе витамины. — О, спасибо, — Селин улыбается, забирая у него пакет. — Я думала, ты раньше будешь, — добавляет она, ставя перед мужчиной несколько пирожных. — Много работы, — пожимает плечами Эфе. — Срываются переговоры с американцами. Серкану придется срочно лететь в Штаты. Йылдыз нервно дергает рукой. Болат уже сообщил ей об этом, но неприятные, липкие ощущения не дают спокойно принять новость. — Надолго? — не сдерживается шатенка. — Честно говоря, не знаю. Думаю, на неделю в лучшем случае, — мужчина делает глоток теплого напитка. — Они требуют присутствия исключительно Болатп, а у него и без того сейчас полный дурдом. — Да, — задумчиво кивает Йылдыз. — Друзья, я оставлю вас на пару минут, — говорит Селин, держа в руках телефон, который издает вибрацию. — Моя мама меня убьет, если я не подниму трубку. — Конечно, — улыбается Эфе, провожая любимую взглядом, пока она не скрывается за дверью. — Спасибо тебе, — неожиданно произносит он, обращаясь к Эде. — Нет повода для благодарности, — девушка пожимает плечами. — Я очень надеюсь, что ты не причинишь Селин боль. — Я сделаю всё, чтобы этого не случилось, — его тон наполнен раскаянием. — Не торопи её. Дай время и себе, и Селин, — Эфе согласно кивает. Наступает неловкое молчание. Эда смотрит в окно, пытаясь унять рой мыслей в голове. — Серкан очень хотел с тобой поговорить, — сердце у неё сжимается, — но поездка отложила этот разговор. — Поговорить о чём? — Эде удаётся скрыть дрожь в голосе. — О вас, — чётко отвечает Эфе, без лишних объяснений. Поэтому к переживаниям Эды добавляется тревога о предстоящем разговоре с Серканом. Не знает чего ждать. Она боится, что он снова очертит границы их отношений. Эда осознаёт нелогичность своих выводов, но излишняя эмоциональность одерживает верх над здравым рассудком. — Госпожа, — её выводит из мыслей голос Омера. — Всё в порядке? — шатенка слегка кивает в знак согласия. — Мы на месте, — продолжает мужчина. — Спасибо большое, — спешно отвечает она, выходя из машины. Эда Болат приехала в гости к родителям Серкана. Госпожа Айдан очень настаивала на встрече, и шатенка не смогла отказаться. Она ещё ни разу не была здесь, в этом доме, где живут родители Серкана. Территория огромная, но атмосфера удивительно домашняя, без чувства снобизма. Будто бы приехала в уютный родной дом. Когда Йылдыз выходит из машины, её встречает милая женщина средних лет и провожает в дом, где у порога её сразу же встречает госпожа Айдан. — Ох, моя красивая девочка! — женщина крепко обнимает Эду. — Как же я рада тебя видеть! — Спасибо большое, я тоже очень рада Вас видеть, — тихо шепчет Эда, сдерживая всхлип. Она действительно считает Айдан родной. — Вы прекрасно выглядите! — произносит она, отстраняясь. — Спасибо, — мягко улыбается Айдан. — Но мне кажется, ты совсем исхудала, — обеспокоенно придерживает её за плечи. — Были очень загруженные дни, — отмахивается Эда. — Я привезла кое-что, — она протягивает пакет. — У меня было немного свободного времени, так что я испекла печенье. — Ничего себе! — Айдан целует Эду в щеку. — Пойдем скорее в столовую. Эда следует за Айдан, отмечая лаконичный и дорогой интерьер дома. Роскошные картины добавляют изюминку и создают особую атмосферу. Столовая выдержана в пастельных тонах, с преобладанием цвета айвори. В центре просторной комнаты стоит большой стол, уже сервированный к ужину. — Дорогая, начнём без Альптекина. Он просил передать свои извинения, но его задержала работа, — женщина закатывает глаза. — Всё в порядке, — понимающе улыбается Эда. — Милая, ты не хочешь остаться у нас на ночь? — Эда слегка удивлённо смотрит на Айдан. — По прогнозу вечером должна начаться ужасная буря, буквально за пару часов. Так зачем выезжать в такую погоду? Ужасно, когда нужно ехать в дождь. — Спасибо большое за предложение, но мне не хочется вас стеснять, — хотя на самом деле она хотела бы остаться. Одиноко без Серкана дома, а ночевать у беременной подруги не лучший вариант — у Селин и так хватает забот. — Как можно стеснять в таком доме? — Айдан обводит рукой пространство. — Не выдумывай. Нам будет только в радость. Если, конечно, у тебя нет других планов на сегодня? — Нет, моя работа сегодня осталась онлайн, — пожимает плечами Эда. — Это же замечательно, — улыбается Айдан. — Оставайся, проведём уютный семейный вечер, — сердце Эды наполняется теплом. — Порадуй нас, мы очень скучали, — обнимает её женщина. — Конечно, я останусь, — сдается Эда, обнимая её в ответ. — Спасибо. Тогда я схожу к Омеру за ноутбуком и скажу, чтобы он уехал, пока погода не испортилась.

***

Стамбул. Дождливый город навевает разные эмоции и мысли. Кто-то в этом находит успокоение, кто-то — тоску… А может быть, всё зависит не столько от человека, сколько от настроения и людей, находящихся рядом. Набережная, омываемая Мраморным морем, пустует. Ужасный ветер, сумасшедшие волны разбиваются о берег, размывая песок и забирая с собой его частички в бушующую воду. Ни одной живой души вокруг, кроме одинокого мужчины, промокшего до нитки под проливным дождём, сидящего на лавочке у забытого цивилизацией пляжа. — Друг мой, — надломленный голос мужчины неожиданно нарушает звуки природы, будто обращаясь в пустоту. — Твой внук ненавидит меня. Он верит, что это я сделал. Его взгляд… — он усмехается. — Можешь быть доволен. Думаю, это было твоей мечтой, старый кретин, — мужчина зажмуривает глаза, пытаясь сдержать комок, рвущийся наружу. — Слишком сентиментальным, — хмыкает, опуская глаза на песок. — Столько лет держал всё под глыбой льда, но то ли возраст, то ли… — задумывается, — не знаю. Он замолкает. Поднимает голову и смотрит на сине-серое море, пугающее своей силой и неукротимой властью. Стоит сделать пару шагов вперёд — и оно заберёт его навсегда. — Чувство вины поглощает меня, — шепчет он. — Душит, убивает. Ты поступил со мной несправедливо. Уничтожил и оставил гнить в этом мире, — закрывает глаза. — Чушь! — кричит неожиданно громко. — Полная чушь! Я сам убил тебя своими руками, — поднимает правую руку, взгляд на ней размытый, дрожащий. — Ты впервые ошибся в жизни, — его лицо мокрое от смеси слёз и дождя. — Мне, чёрт возьми, проще не стало! Только хуже! Он сползает с лавки на песок, падая на колени, запрокидывая голову назад. Взгляд направлен в небо. — Орхан Болат — чёртов эгоист! Ты сам просил тебя убить, просил! Легче стало только тебе, а не мне! — он кричит так, что рвёт лёгкие, но ветер перекрывает все его звуки. Мужчина опускает лицо в ладони, громко всхлипывая, не осознавая, что плачет. Возможно, впервые за всю свою жизнь. Эти воспоминания возвращаются к Эмиру Демиру с огромной болью. Тот момент стал его раскаянием. Он ненавидит дождь с того самого дня. Он ассоциируется у него с одной из самых больших потерь в жизни и слабостью, которую не может терпеть. Звуки дождя, бьющего по подоконнику, вызывают неприятный ритм, навевая странные мысли и подталкивая к действиям. Мужчина тянется к телефону. — Назначь встречу с Фаруком, адвокатом Болата, — короткий приказ, после чего он сбрасывает вызов, плотно закрывая шторы с помощью пульта и включая классическую музыку, пытаясь заглушить звуки, которые вызывают эмоции…

***

Ужин в доме Болатов прошёл в чудесной обстановке. Разговоры касались всего и ничего одновременно, легко переходя с одной темы на другую. Немного позже присоединившийся господин Альптекин внес в беседу рабочие вопросы, оживив дискуссию. Йылдыз чувствовала себя не чужой и лишней, а словно частью этого дома, родной и близкой. — Так, мои дорогие дамы, — мужчина поднимается со своего места, — я вынужден оставить вас на какое-то время, очень важный звонок через пять минут. — Ну кто бы сомневался, — Айдан не скрывает лёгкого недовольства, хотя оно больше притворное, ведь её губы едва заметно улыбаются. — Любимая, всё было великолепно! Ужин просто превосходен! — говорит Альптекин, наклоняясь к Айдан и оставляя поцелуй на её щеке. — К чаю обязательно вернусь! — кидает он с улыбкой уже на выходе. — Ну конечно, вернётся, — бубнит Айдан с ноткой иронии. — Альптекин увидел сладости, которые ты принесла. Любовь к печенью с шоколадной крошкой — это общая черта всех Болатов по мужской линии, — поясняет она с улыбкой. — Господин Альптекин и Серкан очень похожи, — задумчиво произносит Йылдыз, улыбнувшись. — И дело не только в печенье, — добавляет с лёгким смехом, — их привычки, подход к работе. — Даже спорить не буду, это факт, — соглашается Айдан, и на мгновение наступает тишина. Напряжённость повисает в воздухе, пока женщина внимательно изучает Йылдыз, сидящую напротив. Затем она неожиданно предлагает: — Как ты смотришь на то, чтобы расслабиться у камина с бокалом вина и поболтать о нашем девичьем? Альптекин всё равно не освободится раньше, чем через пару часов. — С удовольствием, — сразу же отвечает Йылдыз, поднимаясь вслед за Айдан.

***

В огромном конференц-зале, залитом ярким дневным светом, который проникает через панорамные окна, открывающие вид на центр Нью-Йорка, переговоры подошли к завершению. Остались только двое: Серкан Болат и его американский коллега, мистер Смит, оба одетые в дорогие дизайнерские костюмы. — Мистер Болат, ещё раз благодарен за ваше содействие в нашем сотрудничестве, — с довольной улыбкой произнёс блондин. — Надеюсь, эта сделка принесёт пользу обеим сторонам, — ответил Серкан, демонстрируя свою безупречную профессиональную улыбку. — Не сомневаюсь, — кивнул мистер Смит. — Как насчёт отпраздновать это сегодня вечером? Приглашаю вас на ужин, обещаю отличный выбор алкоголя. — Благодарю за приглашение, но вынужден отказаться, — ответил Болат, чем вызвал лёгкое удивление своего собеседника. — Я планирую вернуться домой сегодня же. — Но как же завершающий этап? Я думал, что вы пробудете здесь как минимум неделю, — в голосе Смита скользнуло недовольство. — Уверяю, что мой человек завершит всё на высшем уровне, и я лично буду контролировать процесс, — спокойно ответил Серкан. На самом деле, он был настолько измотан за последние дни, что больше всего хотел вернуться домой. — Странно, что находясь на месте, вы не хотите остаться ещё на пару дней, — заметил Смит, явно придирчивый человек, что Болат терпеть не мог. — Я несу полную ответственность за то, что делаю, и гарантирую, что всё пройдет отлично, — продолжал настаивать Серкан. — Мистер Болат, годы опыта учат нас быть щепетильными в каждой детали, — Смит слегка нахмурился. — Не могу не согласиться, но поверьте, я буду на связи 24/7. Мое присутствие здесь на данном этапе лишь отнимает моё личное и рабочее время, — открыто заявил Серкан. — Как скоро планируете вернуться в Штаты? — наконец сдался блондин. — Пока не могу сказать, — сдержанно ответил Болат. — Мистер Смит, думаю, вы понимаете, как ценна каждая минута времени. — Хорошо, мистер Болат. Ещё раз благодарю за сотрудничество, — сказал Смит, поднимаясь со своего места. — Взаимно, — Серкан пожал его руку. — Надеюсь, приглашение на ужин будет в силе при следующем визите? — Безусловно, — слегка улыбнулся Смит. — В следующий раз, надеюсь, я буду с женой, — добавил Серкан, заметив удивление в глазах собеседника, за которым последовало понимание. — Мы с удовольствием примем ваше приглашение. Когда Серкан сел в машину, направляясь на очередную встречу, он выдохнул. Накопившаяся работа и предписанные врачами ограничения начали давить на него. — Мустафа, — обратился он к своему телохранителю, — попроси пилота подготовить рейс на сегодня, как можно скорее. — Конечно, сэр, — Мустафа кивнул, но затем добавил: — Однако в Стамбуле сегодня передают сильнейшую бурю. Серкан сдержал стон. Всё, чего он хотел, — это вернуться к жене, но даже погода была против него. — Чёрт, — вырвалось у него. — Скажи пилоту, что, если есть хотя бы малейшая возможность, мы полетим. Если что, после встречи сразу направимся в аэропорт и будем ждать разрешения на вылет, чтобы не терять время. — Понял, — ответил Мустафа, потянувшись за телефоном, чтобы выполнить поручение.

***

Треск огня в камине, мягкий свет, отражающийся на стенах гостиной, и звук дождя, стучащего по стеклам панорамных окон, создавали непередаваемое чувство уюта и спокойствия, даже больше похожего на что-то вымышленное. В этой атмосфере Айдан Болат внимательно смотрела на молодую женщину напротив. Растопленный камин, звук потрескивания дров, сильный ливень, бьющийся каплями по стеклу панорамных окон гостиной, и близкий человек рядом дарят чувство комфорта, слишком домашнего и приятного, даже больше похожего на что-то вымышленное. — Моя девочка, — обращается к шатенке женщина, сидящая в кресле напротив. — Что тебя тревожит? На тебе совсем нет лица. — Разные мысли, — слегка смущается. — Надеюсь, мой сын тебя не обидел? — голос наполнен строгостью мамы. — Нет-нет, — сразу же отвечает девушка. — Просто как-то всё навалилось. — Она много не может рассказать, попросту потому, что не знает, а можно ли. Хотя ей бы так хотелось поделиться новостями о её собственной маме, но, возможно, со временем. — Ну, что натворил мой балбес? — шатенка усмехается на такое прозвище её мужа. — Это останется между нами. — На самом деле, ничего, — девушка не врет, решает частично признаться в своих переживаниях. — Вы не подумайте, что я чокнутая, — нервно усмехается кареглазая. — Просто после покушения на Серкана мне не по себе, когда он не рядом. Я понимаю, что это странно, — она понимает, что это связано с детской травмой, которая перенеслась во взрослую жизнь. — Это совсем не странно, — женщина с понимающей улыбкой смотрит на девушку. — Нужно больше времени, тем более ты наверняка знаешь, что он до конца не выздоровел и перенапрягается со своей вечной занятостью. — Эда кивает в знак согласия. — Знаю, — грустно улыбается. — Немного другая ситуация, но, как ты знаешь, у Альптекина в последнее время ухудшилось здоровье, слава Аллаху, ничего страшного, но я не могу отпускать его одного в командировки. По возможности стараюсь ездить с ним. — Шатенка накрывает руку женщины. — А про Серкана так вообще молчу, — вздыхает. — Думала, умру в этой чертовой Франции, когда узнала, — всхлипывает. — Ужасно, — выдыхает шатенка. Прикрывая глаза, стараясь даже не думать о всех тех пережитых эмоциях. — Серкан — сильный, он так быстро оправился. — Оно-то так, но я ведь даже не могла приехать из-за этих дурацких мер предосторожности, созданных сыном и мужем. Лучше бы они так о себе беспокоились, — недовольно фыркает. — Если бы ещё и тебя не было рядом с ним в период реабилитации, я бы свихнулась. Спасибо, что не оставила одного. — Что за глупости? — удивляется девушка. — Как бы я могла? — Даже мыслей подобных не было. — Ваш сын — упёртый борец, поэтому всё прошло нормально, даже более чем, — старается смягчить состояние женщины, держа крепко её ладонь обеими руками. — Да, — вздыхает, отводит задумчивый взгляд в сторону огня. — Ты боишься, что Серкан тебе будет уделять мало времени? — Простите, — девушка нахмуривается, не до конца понимая, о чем речь. — Вечные разъезды, работа 24/7, он будет уделять меньше внимания, чем хотелось бы, — блондинка возвращает любопытный взгляд к Йылдыз. — Разве Вам не комфортно из-за этой причины с господином Альптекином? — Ну, это другое, мы вместе уже такое количество лет, что и цифру не стоит называть, — вызывает смешок Эды. — В молодости он меньше работал, у него была серьёзная ссора с отцом, потому что были разные видения на жизнь. Серкан в этом плане копия Орхана Болата. — Вы имеете в виду более робот? — уточняет кареглазая. — Именно. Разве тебя не пугает эта мысль? — женщина пытается понять для себя кое-что очень важное, задавая подобные вопросы. — Нет, — блондинка поднимает бровь в удивлении, а Эда продолжает, — но ровно до того момента, пока Серкан получает от этого удовольствие. — Интересно, — уголки губ Айдан тянутся вверх. — Я прекрасно знаю, что работа — это страсть Серкана, он действительно наслаждается тем, чем занимается. Более того, своей деятельностью приносит большую пользу людям, взять банальные рабочие места и прочее. Главное, чтобы он видел грань, а я знаю, что он умеет. Теперешний период не в счёт, — четко детализирует. — Это скорее исключение, чем правило. Я не смотрю на наши отношения сквозь призму розовых очков, — откровенна. — Мне больше нравится восприятие сквозь призму реальности. Понимаю, что работа всегда будет на первом месте, — вздыхает, выпускает правду. — Я люблю Серкана за то, каким он есть, поэтому остальное можно решить. Женщина, слушавшая внимательно девушку, смотрит будто бы с восхищением. — Дай Аллах мозгов моему сыну не упустить такую девушку, — щеки Йылдыз наливаются пунцовым оттенком, потому что ей кажется, что в какой-то момент переборщила с откровениями. — Я впервые слышу такие мысли, тем более сказанные искренне. Серкану так повезло, я не знаю, как он снова тебя встретил, но так должно было быть, — так уверенно, что девушке самой хочется в это верить. — Наша встреча не была случайностью, — она опускает взгляд, стыдно. — Я знаю, — спокойно отвечает госпожа Болат. Эда не шокирована, слегка усмехается. — Интересны ли мне настоящие причины? Не уверена, потому что догадываюсь, — пожимает плечами. — Да и не имеет это значения, мне важно то, что я вижу сейчас, — на губах женщины довольная улыбка, что немного расслабляет девушку. — С нашей первой встречи на свадьбе Сезгин мне постоянно казалось, что Вы догадываетесь о правде, — признается. — Просто знаю своего сына, это единственная причина, — отвечает Айдан, делая глоток вина из бокала, до этого стоявшего на журнальном столике между креслами. — А ты, госпожа Болат, — шатенка нервно хмыкает, — слишком догадливая и умная, но не в отношении себя. — Вы не первая, кто мне так говорит, — девушка устало улыбается. — Потому что это правда, ты заслуживаешь большего. Это чудесно, что ты любишь моего сына, но почему ты не берешь большего для себя? Почему так низко себя ценишь? — Потому что дура, хочется Йылдыз сказать, но она лишь пожимает плечами. — Подумай об этом, — шепчет женщина загадочно. Слышат шаги по коридору, понимают, что это господин Болат. — И да, в отношении тебя работа для Серкана явно менее важна, — она хочет возразить, но Айдан не даёт. — Утром поговорим, — подмигивает. — Мои дорогие дамы, — с улыбкой протягивает мужчина, — примете меня к себе? — Конечно, — взаимной эмоцией отвечает шатенка. — Хотите чаю? — С удовольствием, — мужчина опускается на свободное кресло. — Вы отдыхайте, а я всё сделаю, если Вы не против, — Эда поднимается со своего места. — Когда я тебе говорила чувствовать себя как дома, я имела в виду это в прямом смысле, — с улыбкой, но в то же время с отсылкой на разговор произносит Айдан. Эда в ответ кивает с улыбкой. — Дорогой, возможно, ты нам с Эдой принесешь ещё бутылку вина? — женщина проводит нежно по руке мужа. — Без проблем, — мужчина поднимается с места. — Предпочтения? — окидывает взглядом девушек. Айдан ничего не отвечает и переводит взгляд на Йылдыз, отдавая решение в её руки. — Полагаемся на Ваш вкус, — не раздумывая, даёт ответ шатенка. — Ну, если мне к чаю будут идти вот те чудесные печенья с шоколадной крошкой, — Йылдыз смеется, а госпожа Болат закатывает глаза, — тогда я Вам достану из винного погреба бутылочку коллекционного, поистине отличного вина. Идёт? — по-отцовски с добротой смотрит на девушку. — Однозначно.

***

Для ночевки в доме Эде досталась комната Серкана, в которой, по словам госпожи Айдан, сын не спал уже очень давно. Причина была в том, что он давно не оставался в родительском доме с ночевкой, родители не смогли вспомнить, сколько лет назад это было. Что было удивительно и грустно в одно и то же время. Комната была выдержана в лаконичном стиле, фактически Болат здесь прожил лишь год, поскольку затем улетел в Штаты на обучение, а дальше абсолютно самостоятельная жизнь. Йылдыз очень хотелось бы когда-нибудь увидеть дом детства Серкана, который находился всё также во владениях семьи. Вечер был проведен в теплой и уютной обстановке, будто бы она оказалась в далеком детстве в родном доме на кухне с мамой во время ужина, когда она делилась с самым родным человеком о том, что было в школе, как её обижал мальчик, а другой защищал, либо о её успехах в учебном процессе. Независимо от того, о чём шла речь, Наслихан Йылдыз слушала дочь с огромным интересом и доброй улыбкой. Воспоминания грели душу, она так хочет верить, что всё будет в порядке. Закрывает глаза плотно, кутаясь в одеяло. За окном сильнейший ветер, ужасный ветер, который будто бы сносит всё на своем пути, а также блики молнии, следом за которой слышны раскаты грома, пугающие каждым ударом. Шатенка тянется к тумбочке, чтобы посмотреть на экран телефона, увидев, что её сообщение всё ещё осталось без ответа. Простой вопрос «Как дела?», но ответ такой необходимый. Понимает, что мужчина скорее всего занят, поэтому надеется, что утром, когда проснется, всё получит сообщения. Старается заснуть, чтобы отогнать от себя всякие пугающие мысли. Алкоголь в организме способствует желанию, что в данном случае просто не может не радовать девушку.

***

В комнату неожиданным потоком врывается холодный, мокрый ветер, что заставляет девушку во сне поёжиться. Спустя пару секунд чувствует легкое прикосновение холодных пальцев к её теплой коже. Вместо того чтобы отодвинуться от прохладных ощущений, наоборот льнет к ним. В воздухе слышны отголоски знакомого парфюма. Того самого запаха, от которого сердце уходит в пляс, а пульс поднимается так сильно, будто бы она только что сделала невероятно тяжелую физическую тренировку. Рядом с ней прогибается матрас, непроизвольно тянется к человеку рядом, а сильная мужская рука явно приветствует данные действия, потому что обводит тонкую талию девушки, прижимая её спиной к себе. Зарывается носом в шелковистые, длинные волосы, вдыхая аромат. — Как я скучал, — слишком тихо произносит голос, покрывая тело Эде стадом мурашек. Через силу девушке всё же удается открыть глаза, и требуется лишь одна секунда, чтобы понять, что происходящее реальность, а не сон. Шатенка начинает ворочаться в объятиях мужчины, пытаясь вырваться. Спустя секунду после того, как Болат всё-таки убирает руку, девушка переворачивается лицом к мужу. — Серкан, — шепчет девушка. Мужчина в ответ лишь улыбается так нежно, что сердце щемит, поправляет её прядь за ухо, тепло проводя большим пальцем по скуле. — Болат, — девушка будто бы не осознает. Кладёт одну руку на его грудь, а другой зарывает пальцы в его волосы, видимо, он только после душа. — Он самый, — слегка усмехается. Йылдыз хмурится, затем в одну секунду с помощью нескольких движений руками вынуждает лечь на спину, а сама залезает на мужчину, опуская пятую точку немного выше паха. — Ты закончил всё раньше? — она хочет спросить больше, но настолько в шоке, что в голове просто рой мыслей, и ни одной разумной. — Можно и так сказать, — кладет обе руки на бедра жены, придерживая её. — Выглядишь измученным, — в комнате слишком темно, но лампы на прикроватной тумбочке вполне достаточно, чтобы рассмотреть лицо мужчины. Девушка проводит аккуратно по залегшим мешкам под глазами. Болат, прикрывая глаза, наслаждается каждым прикосновением. — Почему не предупредил о своём приезде? — шепчет. — Не до конца был уверен, что удастся вырваться раньше, — признается. — Когда решение было принято, оказалось, что сегодня непогода в Турции, — хмыкает. — Немного задержались в аэропорту, а на борту связь была не лучшая сегодня. Почти весь полет была зона турбулентности, — непроизвольно кривится. — Домой решил не ехать? — уточняет. — Я дома, — произносит он спокойно размеренно. — Имею в виду в твой дом, — разъясняет девушка. — Мой дом там, где ты, — она думает, что мужчина шутит, но стоит встретиться с серым пронзительным взглядом, как понимает, что ошиблась. — Всё, чего я хотел, это просто оказаться как можно скорее рядом с тобой, — сердце пропускает удар от искренности слов. Девушка наклоняется, чтобы лица обоих были напротив. — Я очень скучала, — оставляет легкий поцелуй на любимых устах, которые после услышанного растягиваются в широкую улыбку. Болат возвращает поцелуй, впиваясь губами намного сильнее и требовательнее. Йылдыз, не раздумывая, поддается его движениям. Приоткрывает рот на немую просьбу мужа, впуская его. Языки сплетаются, ведя свой, только им известный танец. Одна рука сероглазого плавно перемещается на попу девушки, сдавливает, а другая выводит узоры на спине. Йылдыз пальцы обеих рук запускает во всё ещё влажные волосы мужа, прижимая его голову ещё ближе к себе. Звуки поцелуя смешиваются с легкими стонами, издаваемыми ими же. Слишком скучали, так много осталось несказанным — доказывают что-то друг другу губами, передавая информацию нужными движениями. Попадая в момент своего наслаждения и забвения, находят наконец то, что было необходимым для некого равновесия внутри себя. Крепко держась за это. Что будет дальше, покажет время, но кажется, что каждый принял то, к чему хочет стремиться. Они дома.