Глава 3

      Небольшое помещение, заполненное книжными шкафами, пропахло запахом древесины и книжной пыли. Свет с трудом пробивался через зашторенное бордовой гардиной окно, бликуя на двух напряжённых фигурах.       Мистер Главк судорожно поправлял свой галстук, косясь то на своего нежданного посетителя, то на увесистый конверт, что с глухим стуком приземлился на стол. Его и без того маленький кабинет сжался до ещё более крохотных размеров, оставляя место только для двух собеседников и дубовую столешницу между ними.       — Надеюсь, что моя маленькая просьба будет удовлетворена, — вампир хищно улыбнулся, обнажая клыки, что блеснули в свете лампы, — признаюсь честно, директор, если бы не смерть моего дражайшего управляющего, я бы и не подумал беспокоить вас по таким пустякам.       Алебастровые пальцы проскользили по фоторамке, поворачивая её к себе лицевой стороной. Очаровательно, милая женщина, предположительно гуль, стояла посреди цветочного сада и прятала улыбку в пушистых пионах.       — Ваша супруга? — невинный вопрос, который заставил несчастного ещё больше нервничать. Однако, несколько совладав с собой, владелец кабинета кивнул и продолжил начатый чуть ранее диалог.       — Господин Альбино, вы же понимаете, что организовать ярмарку так скоро довольно затруднительно, — голос директора академии дрожал и почти срывался. Все его существо трепетало перед вампиром, сидящим напротив и излучающим удушающее спокойствие. Пожилой гуль промокнул салфеткой выступившую испарину, покосившись на фотографию своей супруги, и продолжил говорить, — это скорее даже нереально, где мы возьмём других работодателей меньше чем за неделю? Мы же не можем устроить ярмарку исключительно с вами…       Вампир неодобрительно цыкнул, резко опуская рамку вниз фотокарточкой. Диалог с Эваном Главком порядком надоедал. Духота в этом крохотном помещении, забитом книжными полками и потрёпанной кожаной мебелью, буквально превышала допустимый градус.       Изящная рука хищника легла на конверт, подвигая его в сторону трясущегося гуля. Кровавого цвета глаза впились в лицо тучного мужчины напротив, ловя внимание собеседника. Голос вампира звучал жёстко, заполняя собой пространство вокруг: «Я считаю, что достаточно плачу вам, Эван, чтобы вы могли исполнять свою прямую обязанность, давать возможность выбрать именно ваших студентов на хорошие должности. В ваших же интересах организовать мероприятие, как запланированное.»       Главк в очередной раз сглотнул, понимая, что настойчивости собеседнику не занимать. Однако перечить дальше попросту побоялся. Отказаться означало бы перейти дорогу Каину Альбино. Вампир был известен и почитаем в высоких кругах. Будучи одним из стражей правительственного ордена Гаргульи, он имел огромную власть в своих руках. Хладнокровный, расчётливый и жестокий, он мог запросто лишить любого неугодного работы, семьи, поддержки или даже жизни. Никто не посмел бы оспорить его решение.       Заметив, как директор Академии стушевался, видимо обдумывая возможные варианты, Каин слегка расслабился, откидываясь в кожаном кресле. Даже так он продолжал излучать превосходство. Весь вид хищника кричал об одном, он здесь главный.       — Хорошо, господин, моя Академия постарается подготовить мероприятие к этому воскресенью, — кажется, пока гуль выговорил эту фразу, он успел несколько раз пропотеть, побледнеть и покраснеть.       — Я знал, что наши с вами переговоры будут плодотворными, — вампир поднялся с места протягивая руку для рукопожатия Эвану, липкая и трясущаяся ладонь которого неуверенно затрясла бледную кисть в ответ. И как только такой слабохарактерный гуль смог заполучить такую должность? Каин одернул руку и резко направился на выход, — отличного вам дня, господин Главк.       Как только дверь кабинета за ним закрылась, растерянный гуль схватился за голову. Ярмарка профессий должна быть в воскресенье и точка. В душе директор Академии надеялся, что желание Каина поучаствовать в ярмарке профессий было действительно обусловлено исключительно его нуждой скорее обзавестись новым прислужником, нежели тем, что кто-то из его студентов встал на путь против власти.

***

      Первая учебная неделя подходила к концу. Занятий было мало, в основном преподаватели занимались срочной организацией ярмарки. Было удивительным, что в этом году её поставили на конец первой учебной недели. Причины этому никто не торопился объяснять студентам. Ходили слухи, что кто-то важный изъявил желание подать свою кандидатуру в качестве будущего работодателя, а судя по скорости и общей сосредоточенности, это лишь подтверждалось.       Эми потянулась, тут же откидываясь на спинку стула и ловя себя на мысли, что были и плюсы в этой суматохе. Профессор Гриллз отсутствовала вместе со всеми, удостоив вниманием студентов буквально на пять минут и проскрипев что-то из разряда «Надеюсь на ваше благоразумие и тишину». Минутная стрелка казалось тормозила, делая время тягучей патокой, что медленно струилась в пространстве. Серые глаза пробежались по кабинету в поисках других скучающих, однако, натыкались лишь на группки увлечённых своими заботами студентов. Вот стайка девчонок наклонилась над новым выпуском журнала и обсуждала новомодные диеты звёзд. Недалеко от них расположились любители телефонных игрушек, что достаточно громко обсуждали выход новых игровых скинов, их дискуссия была даже слишком живой для столь тухлого пространства. Взгляд зацепился за парочку ботанов, что единственные с потока переписывали конспекты, оставленные для изучения мадам Гриллз. Удивительные ребята, которые очевидно верили, что бесконечная зубрёжка общих предметов приведет их к великому будущему.       Девушка закатила глаза от собственного внутреннего голоса, который ехидно подметил, что высшие институты почти не доступны для людей, а если же и находились желающие, то конкурсные условия были почти зверскими. Будто не на учебу принимали, а на правительственную службу.       Взгляд Вельфин двинулся дальше, изучая знакомые с 11-ти лет интерьеры кабинета, всё те же портреты на стенах, выкрашенных в отвратительный грязно-зелёный цвет. Высокие шкафы позади, заполненные до отказа учебными материалами. Огромные окна, прикрытые старыми тюлевыми занавесками, что колыхались от едва заметного движения воздуха. И вот девушка снова уставилась на круглый циферблат старинных часов, с начала пары прошло меньше 30 минут. Сары, что могла развеять её скуку, не было в кабинете, она вызвалась помочь преподавателям с организацией этой чертовой ярмарки. Девчонка надеялась, что кто-то проболтается и она узнает о том, какие компании будут представлены в этом году.       Вельфин же старалась держаться от всего этого подальше. Само шоу с показом умений и талантов студентов, в надежде выделиться среди толпы, неимоверно раздражало. Особенно актуальным это было среди людей, которые реально видели в этом чуть ли не единственную возможность устроиться в жизни. Такой цирк вызывал дикое желание кричать в лицо каждому из глупцов о том, что они буквально пытаются продать себя подобно куску мяса на рынке, желательно как можно дороже. Однако Эмина молчала, поджимая губы в тонкую полоску. Во всем этом фарсе нет их вины. Не подростки построили эту систему, они те, кто пожинает её плоды.       Отказаться от участия в данном спектакле не было возможным. Конечно ты мог не выступать перед всей академией и расфуфыренными дядями в строгих костюмах, однако, присутствие было обязательным. Прогулять его было чревато выговором и 15-ю часами отработок.

***

      — Эми, ты не поверишь, что я сегодня узнала! — Сара появилась буквально из ниоткуда, начиная трясти Вельфин за руку. Однако заметив, что окружающие обратили внимание на её излишнюю активность, девушка сбавила тон и заговорщески продолжила, — по поводу ярмарки работодателей. Ты просто не поверишь, когда расскажу. Только не здесь…       Она внезапно потянула подругу за собой в сторону женских раздевалок, где в обеденное время не бывало студентов. Цепкая хватка Сары ощущалась стальной. Эмину всегда удивлял факт скрытой в девушке силы. Словно внутри хрупкой фигурки скрывался крепкий парень, занимающийся силовыми нагрузками.       Подружки почти перешли на бег, пересекая полупустые коридоры и залы Академии. Здание завораживало своей красотой изнутри. Витражные стекла создавали неповторимый антураж, заставляя разноцветные лучики играть на проходящих по зданию студентах. Мраморный же пол гулко отражал звуки шагов, исполняя свою неповторимую симфонию. Однако Саре и Эмине было не до окружения, они уже пересекли главный зал и наконец свернули к заветным раздевалкам.       — С такой выносливостью ты можешь спокойно представлять нашу Академию на городском беговом марафоне, — проговорила брюнетка, стараясь перевести дыхание и хватаясь за бок, который очевидно заколол с непривычки к такого рода пробежкам. Спорт впринципе не был сильной стороной Эмины Вельфин, она была в нем посредственным среднячком, сполна компенсируя данный промах успехами в других дисциплинах.       Сара лишь усмехнулась в ответ, поправляя выбившийся блондинистый локон. Она внимательно осмотрелась вокруг на предмет присутствия посторонних. Закрытые оранжевые шкафчики, стоящие рядами, пустые лавки и абсолютная тишина. Как и ожидалось, никого в раздевалке в обед не оказалось.       — Знаешь, с тобой выгодно дружить, если попадём на улицу после комендантского часа, у меня есть шанс сбежать, пока все отвлекутся на тебя, — пошутила девушка, усаживаясь на одну из скамей и хлопая по месту рядом, чтобы Эмина присела, — вообще-то, я не просто так тебя позвала. Я сегодня такое узнала…       Сара выдержала драматическую паузу, пока её уставшая девушка присаживалась рядом, вытягивая ноги перед собой.       — Преподы имели неосторожность проговориться, что в этом году на ярмарке будет богатенький вампир. Говорили, что он нуждается в новом домоправителе. Именно из-за него мероприятие проводят так рано, — она выпалила это с таким искренним восторгом, буквально на одном дыхании. В то время как, каждое из её слов вбивало по гвоздю в крышку гроба самообладания Эмины Вельфин. Идея отработки с выговором казалась все более привлекательной, нежели столкновение с ночным кошмаром лицом к лицу. В голове снова всплыли ярко-алые глаза и хищный оскал, что были направлены из кромешной тьмы прямо в то самое окно, за которым сидела малышка. Из размышений её вернули дальнейшие слова подруги, которые стали последней каплей, чтобы дамбу спокойствия окончательно прорвало, — я хочу подать заявку, уверена, что он предложит достойную оплату. Ну и с учётом того, что все вампиры достаточно притягательны, будет приятный бонус, если вдруг я смогу ему приглянуться.       Вельфин вскочила так резко, что Сара замолкла, прекращая выливать свой поток бесконечных фантазий.       — Сара Джессика Филтон, какого черта ты несёшь? Тебе напомнить о том, чем питаются вампиры? Ты действительно хочешь самолично предоставить себя в логово зверя? Быть может тебе просто нравится ощущать себя жертвой, которую в любой момент могут погрызть, искромсать или покалечить? — серые глаза потемнели от негодования, а губы скривились в презрении. Впервые за долгое время она сорвалась, и не просто на ком-то, а на Саре. Даже когда они соррились из-за нежелания блондинки воспринимать проблему в лице навязчивого оборотня-поклонника, Эмина не позволяла себе столь грубых высказываний. Только вот, сейчас её всю трясло, казалось, даже воздух вокруг неё начал электризоваться от того, как ярко гневные молнии сверкали в глазах, а голос подобно грому заполнял пространство, — может мне напомнить тебе, что вампир может осушить человека менее чем за минуту?       — Эми… — в уголках глаз девушки начали собираться слезы. Она постаралась их сморгнуть, чем спровоцировала появление мокрых дорожек на щеках, — ты же знаешь, что до комендантского часа безопасно. Они не имеют права…       — Сара, глупо рассчитывать на то, что хищник — прилежный и законопослушный гражданин. Колонка безвести пропавших пополняется ежедневно и пропадают они не только после комендантского часа. Если твое стремление попасть на работу в какую-нибудь стаю оборотней я ещё могла принять, они хотя бы живые, стареют, умирают. То желание работать на кровопийцу я считаю самоубийством и не могу понять, — от собственного негодования девушка зарядила по крайнему шкафчику ногой, оставляя на оранжевой лакированной поверхности след от подошвы и заставляя блондинку сжаться, — нет, если ты хочешь свести счеты со своей жизнью раньше окончания академии, то вперёд. Только без меня, я в этом не участвую и не хочу быть рядом с тобой, чтобы оказаться следующей жертвой твоего «хозяина». Вампиры — монстры, самые опасные хищники во всей системе, которые не знают жалости к людям.       Она просто не могла продолжать данный диалог и выскочила из раздевалки, оставляя за спиной плачущую подругу. Внутри всё кипело от ярости. Неужели пример четы Вельфин не научил её подругу осторожности, не научил избегать опасности настолько, насколько это было возможным. И все ради чего? Ради мнимой хорошей и завидной работы с высокой оплатой? Никакие деньги не стоили того, что ты буквально ходишь по одной территории с бомбой замедленного действия, которая в любой момент может разорваться и лишить тебя жизни.       Про опасность вампиров и их голод студентам рассказывали ещё на третьем году обучения в Академии. Если вампир долго не питался или слишком ограничивал себя в потреблении крови, то людское в его характере стиралось, оставалось только безумное желание, инстинкты хищника и бесконечная жажда. Они становились машинами для зверств — истинными потрошителями, что осушали людей, оставляя за собой горы искалеченных тел. Ни один вампир не был застрахован от подобного срыва, хотя система и старалась снабжать их питанием. Им поставляли пакеты с очищенной донорской кровью, однако, не все из аристократического сословия были в восторге от такой диеты. Такое питание не давало должного насыщения. Старожилы вампирской элиты продолжали питаться живыми людьми, возможно именно поэтому они реже поддавались вампирской жажде и не устраивали кровавой вакханалии. Чего нельзя было сказать о тех вампирах, что вкушали человека впервые. Самое ужасное в этом было то, что они всегда оставляли для полиции дорожку из трупов во время таких кровавых трипов. Это же было и плюсом, их было легко вычислить. Наказание, которое получали такие ублюдки было несправедливым и выражалось лишь в том, что вышедших из-под контроля отправляли на принудительное очищение организма и длительное лечение, после чего старались вернуть в социум и адаптировать.       Эмина не желала подвергать подругу такой явной опасности, никакие деньги не стоили регулярного хождения по острию ножа, балансируя на грани жизни и смерти. Кто знает, что будет в голове у вампира завтра. Девушка отрицательно замотала головой, отгоняя картины, на которых её подруга лежала с потухшим взглядом в поломанной позе в луже собственной крови, а над ней согнулся мрачный силуэт убийцы с лицом, выражающим самое настоящее удовольствие от всего происходящего.       Шаг Вельфин значительно ускорился, словно она старалась сбежать от Сары, её энтузиазма и собственных отвратительных мыслей. Надеялась выбраться из системы.

***

      Остаток четверга прошел достаточно тихо, позволяя обдумать сказанное. Сара не пришла на последние пары, написав объяснительную, она просто покинула Академию. В пятницу Филтон демонстративно отсела от подруги к какому-то оборотню с их потока, даже не посмотрев в сторону Вельфин, которую буквально разрывало от собственных эмоций. Суббота также прошла для Эмины в угнетающем одиночестве и варке в собственном негодовании. Сара не приходила, не предлагала выбрать образы для ярмарки, не докучала своим бесконечным счастьем. Она словно испарилась, очевидно записав подругу в экс. Девушка признавала свою частичную неправоту, она была не сдержана и груба, но Филтон должна была сама понять, что она просто беспокоится за неё. Поэтому Эми отметала любую мысль и желание о том, чтобы выйти первой на контакт.       Однако ближе к ночи субботы она не выдержала, вскочила с кровати и помчалась в сторону комнаты подруги в одной тонкой пижаме, босиком по холодному каменному полу приюта. Она мчалась вперёд, подгоняемая своим желанием… Желанием чего? Девушка затормозила, стараясь обдумать, ради чего она делает это сейчас, что она хочет сказать обиженной подруге? Брови сошлись на переносице, глаза забегали по плохо-освещенному, обшарпанному временем коридору. Она уже была напротив комнаты своей подруги, казалось бы, возьми да постучись. Извинись за грубость, скажи, что не права хотя бы для того, чтобы чувствовать себя чуточку легче. Не ощущать этого накатывающего горького кома из собственной грязи, что вылилась в жестокие слова. Этого ли она хотела сейчас?       Шаг назад, ещё один, за ним ещё и ещё. Однако, дверь открывается слишком неожиданно, а на пороге появляется заплаканная блондинка. Её глаза даже во мраке коридора выглядят бесконечно уставшими, а кожа посеревшей, будто девчонка совсем забыла про сон и отдых.       — Эмина, что… — только и успела она проговорить, когда тело брюнетки врезалось в неё, чуть ли не снося с ног, а руки обвились вокруг, мягко поглаживая по спине.       — Я знаю, что я не имела права тебе грубить, не должна была тебе всего этого высказывать, но я так беспокоюсь за тебя. Мне так страшно, что могу потерять тебя однажды также, как уже потеряла семью, — девушка зажмурилась, в напряжении ожидая, что Филтон оттолкнёт или хотя бы накричит на неё. Однако она ничего не делала, секунды шли, но Сара просто стояла и молчала, её руки безвольно висели вдоль тела. Спустя некоторое время раздается первый всхлип, грудная клетка блондинки начинает содрогаться от подступающей истерики, а в горле образуется ком, который она, как могла, держала в себе.       — Ты… Ты… Ты просто отвратительная подруга, Эмина Юнория Вельфин. Я так хотела бы сказать, что… Ненавижу тебя за то, что ты мне сказала, — её голос срывался, терялся в темноте, а всхлипы становились сильнее, — Но… Ты ведь все ещё моя подруга. Это твой идиотский способ выразить заботу!       Она уткнулась носом в плечо Эмины, тут же оставляя на ночной рубашке мокрые следы. Её накрывала истерика, а с губ срывались невнятные кусочки фраз о том, что она просто хочет получить хорошую работу, какой бы она не была при этом опасной. Ведь это единственный способ жить чуточку лучше в этом прогнившем мире.       Эмина же просто стояла и гладила её по спине, давая возможность высказать всё то, что скопилось за долгие годы. Через время дрожь тела утихла и девушки все же переместились внутрь маленькой комнатки.       Их год начался уже не идеально, но возможно есть шанс закончить его хорошо?

***

      Утром воскресенья они уже стояли на пороге приюта, терорроризуруя циферблат над воротами глазами. Как только на табло часовая стрелка достигла 7-ми, девушки двинулись в сторону Академии, которая сегодня откроет свои двери для работодателей. В их числе будет вампир впервые за последние 25 лет.       Впервые между подругами не велась хоть какая-то беседа, каждая из них была погружена в свои мысли и выглядели обе одинаково устало. Всю ночь они обсуждали то, что столько лет терзало и съедало их изнутри. Они уснули в обнимку, как в старые добрые времена, только под утро. И сейчас им требовалось обдумать всё, как следует.       Оказалось, что каждая из них закрывала глаза на дискомфорт другой в угоду собственным желаниям, каждая из них была по своему слепа к проблеме другой, каждая из них не хотела слушать, но хотела быть услышанной. Этот налёт недосказанности неприятно сковывал в свои тиски, вся их дружба была скорее следствием желания избавиться от одиночества и хоть с кем-то контактировать. Не то, что бы они не дорожили тем, что пережили вместе, дружба действительно играла важную роль для обеих. Только вот само её понимание действительно нуждалось в переосмыслении.       Поэтому сейчас они вроде бы идут рядом, как и всегда, только больше нет этой разительной пропасти между солнечной, позитивной Сарой и осторожной, хмурой Эминой. Есть только серые тона, отдающие пеплом, оседающим где-то в горле и вызывающим приступ кашля, зайдясь которым, появлялась призрачная надежда очистить лёгкие и вдохнуть свежий воздух.       Возможно однажды их пути и разойдутся. Однако сейчас они все ещё нуждались в этой своеобразной дружеской поддержке.

***

      Несмотря на раннее утро воскресенья, на территории уже туда-сюда сновали студенты и преподаватели. Эмине не обязательно было приходить сюда настолько рано, она не помогала с организацией и не готовила номер для концертной программы. Однако Сара попросила её пойти вместе с ней, так как переживания мучали девушку с момента их диалога в раздевалке. Всегда уверенная и позитивная тогда, сейчас она была лишь жалким подобием себя. Однако эта внутренняя перемена была заметна лишь для Вельфин, что теперь отчётливо видела контур маски на лице. Для остальных же на губах играла беспечная улыбка, звучали доброжелательные приветствия и была идеальная внешняя картинка. Сара действительно стремилась сегодня как никогда демонстрировать всем свою лёгкость и позитив. Становилось слегка дурно от того, как окружающие не замечали, насколько этот образ фальшив, насколько его обладательница на самом деле разбита в данный момент. Однако Эмина верила, что прежняя Сара Филтон ещё вернётся и покажет себя снова, освещая искренним светом мир вокруг.       — Мне нужно помочь профессору Сельдину подготовить аппаратуру для концерта. Ты можешь пойти со мной если хочешь, — едва различимо проговорила Филтон. И Эми лишь кивнула головой, сворачивая за подругой в сторону сцены.       — Сарочка, доброе утро, спасибо, что согласилась мне помочь, — проговорил пожилой гаргулий, тут же пожимая девушке руку. На что она лепетала что-то о том, что она не могла отказать в помощи одному из её любимых профессоров. На сером лице мужчины было много морщин, однако даже они не мешали разобрать на его лице ямочки, которые появлялись при улыбке. Седые волосы мужчины аккуратно зачёсаны назад, а на носу сидели очки с толстыми линзами, что придавали его образу комичности и старческой очаровательности.       Профессор Седрик Сельдин — один из наиболее приятных преподавателей. Он был строг к студентам, но справедлив. Его умение подавать материал являлось настолько исключительным, что ни один из учащихся не оставался не вовлечённым в занятие, от чего Сельдин по праву получил свое звание любимчика среди учащихся. Не подготовиться к его парам считалось самым страшным и позорным для студентов. Некоторые за глаза называли его полюбовно «рыбкой», на которую он был немного похож из-за формы линз, что увеличивали его зрачки, и типичной гаргульей внешности.       — Эмина, очень рад вас лицезреть, ранее вы не присоединялись к нам на подготовке, — преподаватель приветливо помахал второй студентке когтистой лапкой, — тем лучше, поможете мне распутать эти злосчастные провода в два раза быстрее.       Седрик уже поспешил в сторону сцены, он был достаточно шустрым для старичка. Подруги же поспешили за ним. Эмина выпучила глаза, увидев две увесистые на вид коробки, с горкой заполненные проводами. И кто только додумался хранить их в таком виде?       — У нас каждый год так, — похлопала её по плечу Сара и приступила к разбору одной из коробок, вываливая содержимое перед собой, чтобы осмотреть его на наличие возможных узлов и как можно скорее с этим разобраться. Эмина последовала примеру блондинки, присоединяясь к разматыванию этого разноцветного клубка.       На улице все ещё витала ночная прохлада, однако, утреннее солнце уже стремилось пощекотать студенток последними тёплыми лучиками в этом году. Было приятно сейчас вот так просто стоять здесь, забыв про систему, ссору с подругой, тяжёлые диалоги и все, что окружало. Чувствовать как лучи въедаются в кожу приятным теплом. Кажется, Сара делала то же самое. Это было первое событие за сегодня, которым девушки действительно хотели насладиться. Понимание одного к ним точно пришло: ценности счастливого мгновения.       Однако скоро начнется сезон осенних дождей и температура будет стремительно падать.

***

Они достаточно быстро закончили с проводами, после чего помогали профессору настроить аппаратуру и проверить её работоспособность. В целом, сцена и импровизированный зал под открытым небом были готовы принять своих гостей.       — Спасибо за помощь, дамы, был рад вас увидеть, — отсалютовал профессор и поспешил скрыться на дубовой аллее, что вела к основному корпусу.       — Только 9 утра, Сара, ради этого мы пришли сюда так рано? Особенно с учётом того, что официальное открытие назначено на 12:00, — простонала Вельфин, указывая на циферблат наручных часов.       — Не конючь, зато мы самыми первыми можем осмотреть все площадки и уточнить, где будет палатка с корн-догами в этот раз.       Студенческие корн-доги действительно были весомым аргументом «за» поход на ярмарку профессий. Сара радостно потерла руки и поманила подругу за собой к основной площади перед Академией.       Жизнь тут кипела и текла полным ходом, в отличии от тихого закутка со сценой. Студенты и профессора собирали палатки, метались в поисках инструментов, переносили плакаты. Все это напоминало огромный муравейник, который жил этим бесконечным движением. Глаза Эмины сканировали территорию на наличие любимого прицепа с корн-догами, однако, последний упорно не хотел находиться. Сара взяла инициативу на себя, остановив одного из учащихся: «Не подскажешь, где в этом году будет располагаться корнлатка?»       Студент злобно зыркнул на девушек и пробормотал в ответ: «В этом году отказались от корн-догов. Их и прочего стрит-фуда не будет предоставлено из-за того, что наш особенный гость не особо переносит слишком яркие запахи.» Кажется, эта новость и его самого весьма впечатлила в негативном ключе, иначе как объяснить раздражительность паренька.       — Моё настроение падает до отметки ноль ещё до начала мероприятия. Просто замечательно, у этого вампиришки ещё и не любовь к тому, что делает дух ярмарки, — пробухтела Эмина, наигранно закрывая лицо руками, будто бы была готова разрыдаться.       — Да брось, зато напитки и возможность гулять после комендантского часа до 21:00 никто не отменял. Также будут танцы и классные викторины, — постаралась приободрить Сара, однако, для её подруги ярмарка изначально была мероприятием не из приятных. После новости об отсутствии любимого вида перекусов, ещё больше хотелось покинуть территорию. Её также совершенно не прельщала возможность легально оказаться на улице после 20:00. Академия на время таких мероприятий вызывала целый кортеж полицейских, чтобы студенты-люди могли комфортно вернуться в свои приюты. Удивительная щедрость и мнимая безопасность. Единственное, что держало девушку здесь — это обещание данное Саре, что она будет с ней в этот важный для подруги день. Конечно последняя даже и не думала отказываться от возможности познакомиться с работодателем-вампиром и подавать свою заявку, но Эмина усердно сдерживала себя, чтобы не сорваться, ведь Сара пообещала не вмешивать её в это.       Однако закисать в собственном расстройстве не пришлось долго. Преподаватели с завидным успехом то и дело привлекали девушек к разного рода помощи. Вот они собирают палатку предсказаний, вот украшают главную аллею, вот уже перетаскивают реквизит актерского кружка. И всё-таки, несмотря на сжатые сроки, ярмарка выглядела очень и очень масштабной, уступая разве что в разнообразии закусок.