Книга Ⅰ. Глава ⅩⅩⅨ. Вопросы сближения.

      Последующие недели превратились в бесконечную череду вопросов и проблем. Разумеется, произошедшее на Риа Венус нельзя было оставить без внимания, а потому с вопросами власти Рема пришли к самым «засветившимся» — компании Синдрия. Ну а по уши увязшие в этой истории ребята, в свою очередь, делали самые честные глаза и напропалую врали.       Были ли у компании проблемы с Мадер? Конечно, она нас подставила и обрекла на рабство главу. Помните, мы еще написали об этом штук двести обращений в Торговую Гильдию?..       Как вернули Синдбада, если официального расследования не было? Признаться, счастливый случай помог: однажды на пороге компании появился торговец Поркиус, неведомым образом выторговавший у Мадер права на двух ценных рабов — Синдбада и фаналиса. За весьма нескромную цену Поркиус продал эти права Синдрии, и мы сразу оформили на ребят вольную — вот документы…       Нет, мы не знаем, что за дела связывали Поркиуса с Мадер…       Разумеется, про покровителей Поркиуса и то, куда он пропал после, нам тоже ничего не известно — получив деньги, торговец больше не объявлялся…       Да, мы слышали про восстание на Риа Венус. Ужасная трагедия. Слава небесам, наш глава успел покинуть остров до его начала — говорят, никто из рабов не выжил…       Нет, мы не в курсе, куда и зачем могла бежать Мадер…       И все в таком духе.       Допрос длился целую вечность, и под конец Мелисса сама начала верить в то, что говорила. А вот дознаватели явно чуяли подвох, но так как доказательств, подтверждающих их сомнения, не было, дело пришлось закрыть.       После этого всем пришлось погрузиться в дела компании, доход которой заметно просел без должного внимания главы. Работы хватало всем, включая детей, что с радостью нацепили форму Синдрии и брались за любое поручение. Но, разумеется, больше всех работал Синдбад. Парень буквально поселился в главном магазине, а из своего кабинета выходил лишь в крайнем случае.       Назвать такое поведение здоровым у Мелл язык не поворачивался, но так же, как и остальные товарищи Сина, девушка понимала, что другу это нужно. Нужно доказать себе и следующим за ним людям, что он все еще контролирует ситуацию и не растерял хватки.       Но не переживать за сутками несмыкающего глаз Синдбада было сложно. И, видимо, чтобы отвлечь Мелиссу от этих бесплотных переживаний, Руруму пришла к ней с «отличной» идеей — Мелл должна была заняться обучением Масрура.       Вообще, изначально этим неблагодарным делом занимался Джафар, но, по словам Руруму, учитель из мальчика вышел слишком пугающим, что не шло на пользу и так не слишком открытому Масруру. Потому теперь была очередь Мелл примерить на себя роль учителя, чему девушка была откровенно не рада. Но разве можно было спорить с решившей что-то Руруму?       Так Мелисса оказалась один на один с фаналисом, весь вид которого говорил, что это обучение ему вообще нафиг не сдалось.       — Привет, — внезапно осознавая, что впервые говорит с молчаливым мальчишкой, Мелл попыталась улыбнуться и разглядеть в алых глазах хотя бы намек на эмоцию. — Меня зовут Мелисса, и с сегодняшнего дня я буду тебя учить.       Как только девушка закончила говорить, в комнате повисла неловкая тишина, в которой Мелл чувствовал себя крайне глупо. Что чувствовал Масрур, было непонятно — лицо мальчика оставалось совершенно непроницаемым. Пару мгновений он немигающе смотрел на судорожно подбирающую слова девушку, а потом, не говоря ни слова, сиганул в окно и с нечеловеческой скоростью скрылся среди неапольских крыш.       — Мда… — протянула Мелл, бросая вслед крошечной фигурке тоскливый взгляд. — Вот и позанимались.

***

      — Я не люблю детей, — проворчала Мелисса, бросая на дощатый пол одну из своих карт.       — Не говори ерунды, — быстро сориентировавшаяся Пипирика подкинула еще две недовольно зыркнувшему на нее Виттелю. — Дети замечательные.       — Масрур нет. И Джафар нет. Но он со мной по крайней мере разговаривает.       Хотя, скорее тот ругался. Но даже ругань была лучше тотального игнорирования фаналиса. За последние пару недель Мелл сделала не меньше десятка попыток наладить с мальчишкой контакт, но стоило ей только появиться на горизонте, как Масрур тут же сбегал в неизвестном направлении. Разумеется, ни о каком обучении в таких условиях и речи не шло.       Признаться, подобное отношение было довольно обидным, потому Мелл считала, что имеет право поныть о своих проблемах друзьям на возобновившихся встречах карточного клуба. Вот только вместо того, чтобы просто поддержать ее нытье, эти нехорошие люди решили убедить Мелиссу, что она не права.       — И как ты собираешься открывать школу, когда даже с одним учеником совладать не можешь? — хмыкнул отбившийся Виттель, кидая сразу три карты надувшейся Пипирике.       Вспомнив о свой давней идее, Мелисса тягостно застонала.       — Я была юной, когда это предлагала. И многого о себе не знала.       — …?       — Например, того, что не люблю детей. А дети не любят меня… О, придумала! Я открою школу и стану в ней строгим директором, который просто всех наказывает.       — Ты для этого слишком добрая и сопереживающая, — покачала головой Пипирика, вынуждено собирая подкинутые карты. — Может, просто попробуешь найти к Масруру подход? Уверена, он чудесный.       — Как можно найти подход к тому, кого даже поймать не получается! — всплеснула руками Мелл. — Вы хоть раз гонялись за фаналисом? Такое себе удовольствие!       — …       — Махад прав, — поддакнул другу Виттель. — С нами Масрур тоже не общается, но отлично ладит с Сином. Почему не спросишь у него совета?       — Потому что тогда нам придется остаться наедине, — смущенно призналась Мелисса. Она только что сбросила последние карты, выигрывая партию, и теперь не знала, как унять беспокойные руки. — Просто наши с Сином отношения подошли к определённой черте, которую пора бы переступить, но я…       — Ссышь? — понимающе выгнул бровь друг.       — Ссу, — не колеблясь согласилась Мелл.       — Ну а что сам Синдбад?       На вопрос Пипирики девушка лишь неопределённо пожала плечами. Наверняка, Син имел какие-то мысли касательно их отношений, но, если честно, Мелиссе хватало собственных сомнений и переживаний.       — Ну, тут есть два варианта, — вернулся к первоначальной теме вступивший в яростную борьбу за второе место Виттель. — Либо ты идешь к Синдбаду и с порогу признаешься ему в любви…       — Точно нет.       — Либо ты идешь к Синдбаду и просишь у него совета насчет Масрура. Потому что помочь необщительному ребенку освоиться в новых для него условиях гораздо важнее, чем расставить точки в ваших с Сином отношениях.       — И, похоже, реальнее, — поддакнула Пипирика, с унынием глядя на едва ли не рассыпающийся веер в собственных руках.       Протяжно вздохнув, Мелисса отвлеклась от игры (победа Махада все равно была очевидной) и, повалившись спиной на дощатый пол, устремила пустой взгляд в потолок. Друзья были абсолютно правы, а значит, завтра ее ждал непростой день.

***

      Тихой тенью проскользнув в чужой кабинет, Мелисса замерла на пороге и всмотрелась в склонившегося над бумагами Синдбада. Тот выглядел почти нормально: страшный след от рабского ошейника был уже едва заметен, да и нервное напряжение, еще недавно сквозившее в каждом движении, сошло на нет. Сейчас в своей спокойной уверенности Синдбад совсем не производил впечатление человека, пережившего сильную эмоциональную травму. Но до конца поверить в то, что с другом все в порядке, не получалось.       Может из-за того, как демонстративно Син пытался показать, что произошедшее на Риа Венус ничуть на него не повлияло, хотя Мелл помнила, каким разбитым тот был в ночь после восстания? Или же дело в том, как в моменты глубокой задумчивости тускнел, будто потухая, взгляд золотых глаз? Или…              — Мелл? Ты зачем здесь?       Неожиданно раздавшийся голос заставил вынырнуть из собственных дум и встретиться взглядом с его обладателем. В глазах Синдбада плескалось напряжение с толикой раздражения — Мелисса уже поняла, что парню не нравилось, когда она заставала его в подобные моменты «слабости». Это задевало. Как и явное желание поскорее спровадить Мелл, чтобы избежать неудобного разговора.       Впрочем, она и сама не собиралась ковыряться в душевных ранах Сина. Все равно толку не будет — тот либо увильнет, либо закроется от нее еще больше. Да и как помочь пережить подобный опыт Мелл, если честно, не знала и очень надеялась, что фразеологизм «время лечит» взялся не на пустом месте.       Все, что оставалось — ненавязчиво поддерживать и по возможности отвлекать друга от тягостных дум. Благо, повод нашелся, спасибо Масруру.       А потому, проглотив легкий укол обиды от не самого теплого приветствия, девушка улыбнулась окаменевшему в кресле Сину.       — Соскучилась.       Вот так просто и абсолютно искренне — со всеми этими событиями и переживаниями им с Синдбадом давно не удавалось побыть вдвоем.       Очевидно, от нее ожидали иных слов. На мгновение Синдбад растерянно хлопнул ресницами, а после позволил себе расслабиться и даже улыбнуться в ответ.       — Я тоже по тебе скучаю. Постоянно.       — А сейчас?       — Особенно сейчас.       Вот что с людьми делает влюбленность. Раньше подобные слащавые фразочки Мелл смешили, теперь же вызывают смущенный румянец и проблемы с сердечным ритмом.       «Соберись», — сама себе приказала Мелл, нервно оправляя ткань светлого платья. Того самого, с Артемиуры.       — Не думал вновь увидеть тебя в платье, — зацепился за это движение Син. — Ты же их вроде терпеть не можешь.       — Скажем, я пересмотрела категоричность своих взглядов, — пожала плечами Мелисса. — К тому же купить новые вещи не было возможности, а старые знатно поизносилась, что, впрочем, неудивительно, учитывая наши приключения… Хотя к твоей куртке это не относится, — взгляд упал на висящий на стуле элемент одежды, выглядящий почти также, как в день покупки. — Заговоренная она, что ли?       — Ну, или в Серен умерла великая швея, — с доброй усмешкой подхватил Синдбад, не замечая короткий недобрый зырк в свою сторону. Мелисса и сама точно не могла сказать, что ее задело: теплота в голосе или ласковое сокращение чужого имени. А может, все сразу.       «И зачем вообще ее сейчас вспоминать было?»       В груди вспыхнула обида с совершенно незрелым желанием обратить на себя внимание. И прежде чем мозг успел это обдумать, Мелл обогнула разделяющий их стол и встала прямо перед Синдбадом. Ошарашенный этими внезапными перемещениями, парень откинулся в кресле и задрал голову, вопросительно выгнув брови. Вот теперь все внимание Сина принадлежало Мелиссе. Еще бы знать, что с ним делать.       «Делай вид, что так задумано», — выдал паникующий разум.       Решив, что раз уж все и так стало жутко неловким, то хуже уже не будет, Мелисса обворожительно (как она сама надеялась) улыбнулась недоумевающему другу.       — На самом деле, мне нужна помощь в одном вопросе.       — Без проблем, — отозвался Син. — Спрашивай.       — Дело в том… — начала девушка, без задней мысли опираясь бедром на край стола, но с легким удовольствием отмечая, как чужой, поддернувшийся задумчивой поволокой взгляд проследил за этим движением. — Что я ищу способ сблизиться…       — Сблизится?.. — эхом повторил парень, с очевидным усилием поднимая глаза выше.       — Да, — тихо выдохнула Мелисса, прекрасно понимая, что звучит несколько провокационно. И тут же абсолютно нормальным голосом добавляя: — С Масруром.       — С Мас… Масруром?!       Пожалуй, это можно записать в личный рекорд — за столь короткий разговор Мелл удалось вогнать Синдбада в ступор трижды.       — Ну да, — невинно улыбнулась она, глядя в недоумевающее лицо друга. — Хотелось бы наладить с ним общение. Что думаешь?       Пару секунд тот размышлял о чем-то своем, а потом едва слышно хмыкнул.       — Я думаю, — во взгляд Синдбада вернулись осмысленность и знакомая хитринка, а голос стал подозрительно вкрадчивым. — Что кто-то сейчас доиграется.       С последним словом Син резко поднялся на ноги, перекрывая Мелл пути отхода и внезапно оказываясь слишком близко. В инстинктивной попытке отвоевать личное пространство девушка поддалась назад и неловко приземлилась задницей на заваленный бумагами стол.       — Ну и что ты делаешь? — спросила Мелл у явно довольного сложившейся ситуацией Сина.       — Размышляю над вопросами сближения, — ответил тот, понизив голос. — Знаешь же, мне лучше думается в процессе…       Чужие ладони опустились на стол рядом с бедрами девушки — не касаясь даже, но будто бы все равно обжигая — после чего Синдбад склонился еще ниже, опуская недвусмысленный взгляд на ее губы. Сердце Мелл, на миг подскочив к горлу, рухнуло куда-то в желудок и там забилось, как безумное. То ли от испуга, то ли от предвкушения — не понять.       Разобраться в этих эмоциях она не успела — в момент, когда чужое теплое дыхание мазнуло по щеке, стопка бумаг, на которую рукой упиралась Мелисса, поехала в сторону, вынуждая девушку с нелепым писком завалиться следом. К счастью, Синдбад среагировал быстро. К несчастью, в попытке спасти подругу от позорного падения он явно переслался — схватив Мелл чуть выше локтя, парень слишком сильно дернул ее на себя, отчего потерявшая координацию девушка влетела лицом в не особо мягкую мужскую грудь.       — Ай!       — Прости, я не специально!       — Еще бы, ты сделал это нарочно, — буркнула Мелисса, потирая ушибленный нос. Боль от удара была несильной, даже нелепой, но такой резкой и неприятной, что на глазах невольно выступила предательская влага. Что Синдбад, разумеется, просто не мог оставить без внимания.       — Ну, не плачь, — с мягким смешком парень коснулся ее щеки, отводя в сторону упавшую на лицо прядь. — Хочешь поцелую, и все пройдет?       Мелисса зыркнула на него весьма недобро: сейчас, когда флер игривости и флирта бесследно исчез, фразочки про поцелуи казались насмешкой. Впрочем, гневный взгляд подруги не остановил Синдбада от того, чтобы быстро чмокнуть ее в нос. На этот раз в ступор впала Мелл.       — Ты совсем дурак? — с искренним интересом спросила она, вновь тянясь к лицу. Ощущение горячих сухих губ на кончике носа никак не исчезало.       — А что, ты хотела настоящий поцелуй?       «Вообще-то хотела!» — кристально ясно осознала Мелл, злясь на нелепость ситуации и возмутительную самоуверенность Сина, у которого разве что кончики ушей покраснели, выдавая что парень все же смущен.       — Ты этого теперь никогда не узнаешь, — мстительно фыркнула Мелисса.       — Так уж и никогда… Ладно, — Син примирительно поднял руку, останавливая возможные препирательства. — Вернемся к нашим фаналисам. Кажется, у меня есть идея, что делать с Масруром.       — Что за идея?       — Расскажу по дороге. Думаю, сегодня я могу позволить себе выходной… Вот только перед тем, как мы отправимся, я должен тебе кое-что сказать.       Мелисса с подозрением уставилась на друга, губы которого кривились в едва сдерживаемой улыбке.       — Мне это не понравится, да?       — Обещай меня не бить, — на этот раз Син поднял обе руки ладонями вверх. — Просто документы, на которые ты так эффектно приземлилась… В общем, чернила на тех документах еще не успели высохнуть.       В ужасе округлив глаза, Мелисса оттолкнула все-таки заржавшего друга и, спрыгнув со стола, заглянула себе за спину: на ее пятой точке четко отпечатались строчки какой-то расходной ведомости. С губ сорвался трагичный стон.       — Я тебя когда-нибудь прикончу, — прошипела девушка, рванув прочь из кабинета.       — Мелл, постой! — прилетел ей в спину веселый голос. — У меня есть запасная одежда. Ты можешь раздеться здесь… Переодеться! Я хотел сказать переодеться, Мелл!..

***

      Чтобы не тратить лишнего времени, Мелисса все-таки переоделась в предложенный Синдбадом наряд, о чем почти сразу пожалела — из-за разницы размеров одежда висела мешком, а штаны так и вовсе грозились слететь. В итоге, несколько раз подвернув штанины и рукава белой рубахи, Мелл затянула на талии пояс с ножнами и предстала перед едва сдерживающим смешки Синдбадом.       — Так каков план? — старясь сохранять достоинство, спросила девушка. — Предупреждаю: при виде меня Масрур, скорее всего, тут же даст деру.       — Тогда не дадим ему тебя увидеть, — улыбнулся Син, протягивая ей раскрытую ладонь. — Полетаем?       Сказано — сделано.       Конечно, лететь, держась за руки, было не особо удобно, но только так Мелисса могла накинуть на них с Сином покров невидимости, что позволило незаметно проследить за фаналисом. И если раньше девушка думала, что, сбегая от нее, Масрур просто прятался на одной из неапольских крыш, то, проследовав за мальчишкой до опушки в глубине лесной чащи, поняла, как сильно ошибалась.              — Святые небеса…       — Масрур, так ты нашел друга, — с абсолютно непробиваемым оптимизмом спросил Синдбад, как только они с Мелл приземлись на опушку.       Если фаналис и удивился внезапно возникшим из воздуха людям, то виду не показал. В отличие от огромного черного волка, что при появлении чужаков зарычал и оскалил внушительного размера клыки.       — Это волк, — озвучил очевидное Масрур, хлопая черное чудовище по влажному носу.       — Здорово. А как его зовут? — ничему не удивляясь, продолжил разговор Син.       — Волк.       — Нет, так не пойдет. Нужно дать ему более милое имя.       — Волчок?       — Хотя бы так…       — Стоп! — будучи, очевидно, единственным человеком в здравом уме, вклинилась в разговор Мелл. — Масрур, скажи, пожалуйста, откуда этот… волк взялся?       Фаналис уставился на девушку своим нечитаемым взглядом и после небольшой заминки произнес:       — Волчок сбежал с арены, — мальчик ткнул пальцем в металлический ошейник с порванной цепью на шее животного. — Но он ранен, и я за ним присматриваю.       И действительно, одна лапа волка была сильно повреждена и кое-как перевязана пропитавшимися кровью бинтами.       — Почему ты не сказал о нем нам? — перехватил расспрос Син.       — Не хотел доставлять неприятности.       — Зря переживал. Мы бы с радостью помогли тебе с Волчком, правда, Мелл?       Очевидно, на этот вопрос был один верный ответ (и Мелл его даже знала) но, увидев, с каким восторгом Син и Масрур смотрели на огромную черную зверюгу, выдала поспешное:       — Мы его не оставим.       Синдбад тут же обреченно вздохнул и, похоже, едва удержался от того, чтобы не приложить ладонь к лицу, а насупившийся Масрур одарил Мелл взглядом, явно говорящим, что попытка сблизиться безнадежно провалена.       Покачав головой, Синдбад решил взять дело в свои руки и присел на корточки перед Масруром.       — Послушай, Мелисса в чем-то права. Я не против забрать его к нам, но этот волк сбежал с арены, чтобы быть свободным, и вряд ли стены нашей компании ему понравятся. Скорее станут новой клеткой. Разве не лучше ему будет вернуться в родные места?       Удивительно, но на Сина мальчик дуться не стал. Наоборот, внимательно выслушав парня, Масрур воодушевленно кивнул и, напрочь игнорируя присутствие Мелл, подскочил к волку, чтоб поведать успокоившемуся зверю про свободу, независимость и вольную жизнь.       — Но ведь по итогу ты сказал то же самое! — возмущенно зашептала Мелл подошедшему ближе Сину. — Что мы не можем оставить зверя!       — Тут важно не что, а как ты говоришь, — авторитетно заметил парень, тут же окидывая Мелл скептичным взглядом. — А ты правда росла в большой семье? Как так вышло, что у тебя нет никакого подхода к детям?       — Не считая Лавра, с которым мы почти ровесники, я была младшим ребенком, — недовольно буркнула девушка. — А с другими детьми я практически не общалась…       — Потому что предпочла компанию нелюдимого и язвительного затворника, — подхватил Син. — Да, думаю, это могло оставить отпечаток. Ой!       — Будешь знать, как об учителе плохо отзываться, — хмыкнула Мелл, наблюдая за потирающим бок Синдбадом. — Лучше скажи, почему ты так хорош?       Парень гордо приосанился и демонстративно поправил рваную челку.       — Без ложной скромности — таким меня сделала природа.       От второго тычка. Синдбад успешно увернулся.       — Я имела в виду, почему ты так хорош в общении с детьми?       — В своей деревне я часто развлекал малышню, — с улыбкой вспомнил Син. — В отличие от некоторых, я не был букой.       — Эй!..       — Кто-то идет, — перебил Мелиссу Марсур, настороженно к чему то прислушиваясь. — Стража. Они ищут Волчка.       И, судя по тому, как сжались маленькие кулачки, добровольно зверя Масрур отдавать не собирался.       «Но мы не можем вновь попасть в неприятности!»       Тяжко вздохнув, Мелисса остановила потянувшегося к сосуду Синдбада и активировала свой покров.       — Быстро взяли меня за руки! — скомандовала она, сама хватая Сина за запястье. Фаналис же, однако, выполнять указание не спешил и смотрел все с тем же давящим подозрением. — Масрур, я спрячу нас, но ты должен мне довериться, хорошо? И твой волк тоже. Сможешь убедить его подпустить меня?       Не то чтобы Мелиссе сильно хотелось трогать эту зверюгу, но какие у нее варианты? Марсур, видимо, думал примерно также, поэтому, перехватив протянутую ладонь, подтащил девушку к волку. Тот оскалился, но, к счастью, нападать не стал, позволяя Мелл коснуться темной шерсти, набросить на всех четверых покров невидимости.       И вовремя. Через пару минут на поляну, ведя неспешную беседу, вышли два облачённых в доспех стражника.       — … Мало нам проблем с обычными рабами, так теперь еще и зверье с ума сходить начало, — вещал один. — Слышал, этот волк в клочья разорвал надзирателя, прежде чем сбежать.       — А я тебе говорю, это все проклятие!       — Какое еще проклятие?       — Да то, что Мадер сгубило! Знаешь же, что незадолго до краха Мадер заключила с сделку с неудачником Поркиусом?       — Ага, еще удивился — зачем такой женщине иметь дела с подобным отребьем.       — О чем и речь! — воодушевился второй стражник. — Поговаривают, что Поркиус уже давно упился вусмерть, а к Мадер явился духом с того света! Окутал ее разум голосом потусторонним и заставил контракт подписать.       — Зачем это?       — Ну, так мстить, понятно дело! Все знают, что успешные работорговцы к Поркиусу, как грязи относились. Вот он и озлобился на них при жизни, а после смерти расквитаться решил. А на Мадер, как только она с духом связалась, сразу чертовщина бесовская посыпалась. Мой знакомый тогда на ее корабле надзирателем работал. Так вот, он своими глазами видел, как мертвые на тот корабль напали! Они с товарищами еле отбились от нечисти поганой, а когда спустились в трюм проверить товар, увидели, что рабы испарились, лишь разорванные цепи остались! Ну, а через пару дней что? Восстание на Риа Венус. Компания уничтожена, а ее хозяйка пропала. Говорю тебе, это Поркиус ее с собой на тот свет увел, а вместо себя мертвые души оставил. Те души теперь по землям Рема ходят и в рабов, принадлежащих обидчикам Поркиуса, вселяются.       — Так по твоему, тот волк одержимый, потому и сбежал? — скептично поинтересовался напарник суеверного стражника.       — Ну а как иначе? Остальные рабы тоже ведь были тихими да послушными, а последние время только и слышно, что о побегах и нападениях на господ. Что это, если не одержимость?       — Чушь это все, — отмахнулся второй мужчина. — Я скорее поверю в байку, что в лесах поселилась банда беглых рабов, которая совершает набеги на поместья, чтобы своих освободить.       — Да какая банда! — возмутился первый. — Говорю тебе, дело в проклятии…       Когда голоса стражников затихли в глубине леса, Мелисса расслабленно выдохнула и обернулась к своим спутникам, тут же натыкаясь на задумчивый золотой взгляд. Стало немного не по себе. Так же, как Мелл не расспрашивала Синдбада о судьбе Мадер, тот не интересовался об исчезновении Поркиуса. Конечно, скорее всего, Джафар рассказал Сину про убийство торговца, но вряд ли вдавался в подробности его связи с Мелл. А значит, объясняться придется самой. И, думается, этот разговор будет не самым приятным… Но Синдбад ведь поймет?       Затянувшийся зрительный контакт прервал утробный рык недовольного близостью стольких людей волка.       — Так значит, ты у нас одержимый? — поинтересовался у животного Син, в мгновение ока возвращая безмятежный настрой.       — Волчик хороший, — тут же насупился Масрур, и Мелл не смогла сдержать улыбки. Несмотря на суровое прошлое гладиатора, фаналис не утратил детской непосредственности. Это было даже мило… В отличие от пронзительного взгляда, которым мальчик одарил Мелиссу, по-видимому, решив, что та над ним смеется.       — Вообще никакого контакта, — обреченно шепнула девушка, встречаясь глазами с Сином. — С Джафаром и то легче поладить.       — Ммм… И когда ты с ним поладишь?       — Ну… Когда-нибудь. Сегодня уже не успею, — губы Синдбада дрогнули в улыбке. — Прекрати надо мной насмехаться. Ты обещал помочь.       — Тогда я не знал, насколько это сложная задача… Ладно-ладно, — парень примирительно поднял руки и повысил голос, обращаясь уже ко всем. — Значит так, команда. Как я понимаю, наша текущая цель — помочь Волчику?       — Отведем его домой, — решительно кивнул Масрур и резко вскинул руку, указывая на северо-запад. — Туда.       — Здешние леса не такие глухие, — покачала головой Мелл. — И у вол… Волчика есть шанс попасться патрулям. Лучше было бы перевести его через горную гряду, но на торговый тракт со зверем не сунешься, а перелететь с таким весом через горы вряд ли получится даже в покрове джинна…       — Можно пройти берегом, — внес предложение Син. — Там гряда почти пологая, и Волчик легко сможет перебраться на другую сторону. А там уже дикие леса. И никаких ошейников.       Будто поняв чужие слова, зверь заинтересованно поднял крупную морду и тяжко вздохнул.       — В принципе, при хорошем темпе управимся к ночи, поэтому предлагаю не тянуть, — закончил мысль Синдбад, осторожно касаясь темной шерсти. — Я слетаю в компанию, предупрежу наших, а вы пока выдвигайтесь к побережью.       И прежде чем Мелисса успела высказаться по поводу незапланированного похода, парень активировал покров и скрылся за кромкой леса.       — Ну так… — Мелл неуверенно повернулась с серьёзно смотрящему на нее фаналису. — Надо придумать, как нести Волчика.       Девушка кивнула на плохобработанную рану на массивной лапе, намекая, что пройти весь путь сам зверь не сможет.       Масрура, однако, это ни капли не смутило. Сделав шаг к зверю, мальчик пугающе легко закинул огромную тушу на плечо и гордо прошествовал мимо. Судя по выражению полного шока на черной морде, волк такого поворота ожидал не больше застывшей в изумление Мелиссы.       — Мда, веселенькое путешествие нас ждет, — пробормотала девушка, направляясь следом и молясь небесам, чтобы Синдбад обернулся побыстрее.

***

      Синдбад нагнал ребят, когда те уже выбрались на пляж, и сразу добавил жизни и звуков молчаливому путешествию, болтая за всех его участников сразу.       Но, несмотря на некоторый пробел в собственных социальных навыках, Мелл все же удалось немного расположить к себе Масрура. В вещах, которые Син захватил из компании, оказались лекарства и бинты, так что Мелисса смогла нормально перевязать лапу Волчика, чему Масрур был очень рад. Мальчик даже внимательно слушал ее объяснения о том, как оказывать первую помощь, а в конце перевязки едва заметно улыбнулся.       Мелл засчитала эту маленькую победу, а Синдбад, который уже почти совсем разочаровался в ее умении находить общий язык с детьми, выдохнул с облегчением.       Путь продолжился, но спустя несколько часов, когда солнце зависло в зените, Син объявил привал и достал из сумки хлеб и крупный шмат вяленого мяса. Мясо пришлось отдать истекающему слюной Волчику, а потому рассевшимся на золотистом песке ребятам ничего не осталось, кроме как разделить между собой оставшейся хлеб. Впрочем, никто из них не возражал, вместо этого предпочитая наслаждаться непривычно погожей для этого времени года погодой.       Вообще в этой части Рема никогда не было по-настоящему холодно. Но после знойного лета и достаточно жарких весны и осени зима (если ее можно так назвать) отличалась прохладными ветрами и частыми дождями, а в прибрежных водах то и дело бушевали шторма.       Однако сегодня море было спокойным и лишь немного прохладным, потому Мелисса с радостью разулась, подставляя ступни мягко накатывающим на берег волнам. Стоять вот так и просто наблюдать за морем, не думая ни о чем, было весьма умиротворяющим занятием, что само собой не могло устроить одного хвостатого парня с шилом в заднице. По крайней мере, так подумалось Мелл, когда мимо нее с радостным улюлюканьем проскакал оставшийся в одних портках Синдбад, с плеча которого свисал ошарашенный фаналис.       — Дурачье, — фыркнула девушка, глядя вынырнувших в нескольких метрах ребят. Синдбад задорно ржал, а вот Масрур, судя по недовольно сведенным бровям, всерьез подумывал притопить старшего товарища.              На мгновение отвлекшись от этой картины, Мелл бросила взгляд за спину, чтобы проверить четвертного члена их банды. К счастью, разомлевший на солнце волк мирно посапывал и не собирался доставлять проблем.       В отличие от внезапно нарисовавшегося перед ней Синдбада.       — Чего тебе?       Возможно, хитрющая улыбка друга могла бы стать неплохой подсказкой на этот вопрос, но блестящие в лучах солнца капли воды на загорелой коже немного отвлекали. Залипла ли Мелл на обнаженный торс Сина? Да. Можно ли ее за это винить? Вряд ли.       «Соберись!» — одёрнула себя девушка и, игнорируя потеплевшие щеки, посмотрела в горящие весельем глаза друга.       — Идем купаться, — милостиво «не заметив» ее реакцию на себя, спросил Син.       — Я, пожалуй, воздержусь, — мотнула головой Мелл, делая попытку отступить. Но Синдбад не позволил, уверенно притянув ее обратно за пояс с ножнами.       — Да брось, — легкомысленно начал парень, пока подавившаяся возмущением Мелисса наблюдала, как его пальцы ловко расстёгивают кожаный ремень. — Будет весело.       С тихим звяканьем упали на песок ножны, а следом за ними к лодыжкам соскользнули лишившиеся единственной поддержки штаны. Мелл судорожно оттянула низ длинной рубахи (что все равно едва ли прикрывала бедра) и с возмущением уставилась на замершего перед ней Сина.       — Эм… Поверишь, если скажу, что не планировал этого? — искренности в глазах друга хотелось верить, пока он не опустил взгляд ниже и не расплылся в довольной усмешке. — Но я ни о чем не жалею.       — Хорошо, что ты успел придумать фразу для надгробия, — прошипела Мелисса, у которой от стыда, казалось, даже голые коленки покраснели. — Потому сейчас я буду тебя убивать.       — Как грозно, — вновь поднял глаза Син и улыбнулся еще довольнее. — Сначала догони!       С этими словами великовозрастная детина развернулась на пятках и рванула в море, хохоча и разбрызгивая соленую воду. Ну а Мелисса, не долго думая, рванула следом. Ведь обещания надо держать.

***

      Это было поистине грандиозное водное сражение. Догнать Синдбада удалось на мелководье, где к возмущенной Мелиссе присоединился горящей жаждой отмщения Масрур. На некоторое время они даже стали неплохой командой и пару раз почти смогли притопить Синдбада, но юркий, как рыба, тот всегда уходил в последний момент. Ну а через несколько минут гнев Мелиссы схлынул, уступая место ребяческому желанию просто поплескаться с друзьями. Которые были совсем не против такому раскладу.       Именно так думала девушка, совершая стратегическую ошибку, а именно окатывая пригоршней воды не Синдабада, а Масрура.       Тот на миг растерялся и удивленно захлопал слипшимися от влаги ресницами, а потом (видимо, разочаровавшись в коалиции с Мелл) решил избавиться от обоих противников за раз. Выпустив силу фаналиса, Масрур создал огромную волну, что с головой накрыла не успевших даже пискнуть Мелиссу и Сина.       Признаться, на пару секунд захваченная мощным потоком, Мелл даже струхнула, нелепо забарахтавшись в соленой воде, но потом чьи-то сильные руки выдернули ее на поверхность. Потратив еще какое-то время, чтобы отплеваться от залившей рот воды, Мелисса, наконец, подняла взгляд на своего спасителя и окончательно утратила связь с реальностью.       Синдбад был близко. Вот прям совсем. Его руки обвили талию Мелл, удерживая на плаву, а сама она, лишенная возможности коснуться ногами дна, крепко вцепилась в плечи друга. И в целом, конечно же, можно было бы отпрянуть. Свести все к неловкой шутке, как они делали это обычно.       Вот только хотелось совсем иного.       Сама себе не веря, Мелисса поддалась ближе, всем телом чувствуя чужое сердцебиение и усилившуюся хватку крепких рук.       Синдбад смотрел внимательно. Вглядывался в лицо, пытался что-то прочесть в глазах, и от этого становилось неловко. Ведь все, о чем получалось думать — какой же Син, мать его, красивый. С нелепыми широкими бровями, по девичьи длинными, слипшимися от соленой воды ресницами, из-под которых сверкали лукавством бесстыжие золотые глаза. А эти его дурацкие, скрывающие усмешку губы, что до безумия хотелось поцеловать…       В общем, да. Ни одной приличной мысли в глазах Мелиссы прочесть не получилось бы, а потому она просто опустила ресницы, молясь, чтобы этого было достаточно.       Сердце билось оглушающе громко. Нервно и быстро, сбиваясь на короткий сильный удар и снова заходясь испуганной птицей. Кончики пальцев подрагивали, а губы горели. И не сказать сразу — от попавшей в маленькие ранки морской воды или от подводящего живот предвкушения.       Странно, что, несмотря на все это поцелуй оказался неожиданностью?       Мягкое, едва уловимое прикосновение, от которого по телу прокатилась теплая волна, а колени вмиг ослабели. Пожалуй, хорошо, что Синдбад держал ее на весу — своим ногам Мелисса сейчас бы доверять не стала.       Рот приоткрылся, ловя чужое дыхание вперемешку с живительным воздухом, вдруг покинувшим легкие. Краткого касания было мало, и теперь уже Мелисса прижалась к влажным, с привкусом соли губам, сразу же получая ответ.       Синдбад целовал до безумия нежно, но уверенно, больше не спрашивая разрешения и не сомневаясь. Одна рука парня скользнула к затылку Мелл, зарываясь в волосы и притягивая задыхающуюся от эмоций девушку, еще ближе, вырывая судорожный вздох и без колебаний углубляя поцелуй.       Мелиссе казалось, она распадется и воссоздаётся заново. Ни тревог, ни сомнений. Только горячие губы на ее собственных и одно дыхание на двоих.       И странный булькающий звук на периферии слуха.       Они оторвались друг от друга одновременно и еще несколько мгновений цеплялись шальными взглядами, пытаясь осознать реальность, в которой были прохладное море, слепящее солнце над головой и тот самый булькающий звук.       — Масрур! — первым подорвался Синдбад, выпуская из рук Мелиссу. Та, растерявшись на секунду, с головой ушла под воду, что оказало весьма отрезвляющий эффект и напомнило, что на пляже они с Синдбадом вообще-то не одни.       Вынырнув, девушка завозилась по сторонам, сразу вылепляя две цветастые макушки: Масрура, что в героическом молчании шел на дно, и чертыхающегося Синдбада, пытающегося его вытащить.       — Пожалуй, водных процедур на сегодня хватит, — вытерла мокрое лицо Мелисса и поспешила к берегу вслед за друзьями.       С губ не сходила смущенная улыбка. Ее первый поцелуй был соленым, как море и абсолютно потрясающим.       

***

      Как оказалось, на глубину не умеющий плавать фаналис полез, потому как испугался, что своей выходкой с волной утопил новых товарищей, и решил спасти их во что бы то ни стало. Это было мило, даже несмотря на разрушенный момент. Потому бледный и смущенный Масрур получил пару благодарностей и обещание от Синдбада научить мальчика плавать.       После краткого отдыха путь возобновился, но, несмотря на уверенный темп, горной гряды ребята достигли лишь за полночь. Усталые и голодные, они перетащили почти смирившегося с ролью ручной зверушки Волчика на ту сторону, и настало время прощаться. Впереди темнела лесная чаща, в которой свободный от цепей зверь вполне мог выжить сам.       И хотя Масрур не сказал ни слова, по взгляду, направленному на удаляющуюся спину волка, Мелисса поняла, что тот расстроен.       — Когда мы построим страну, — Мелл присела на корточки и заглянула в глаза фаналиса. — У нас будет больше места и возможностей, и ты сможешь завести себе питомца. Как тебе такая идея?       Масрур смерил ее подозрительным взглядом, а после твёрдо кивнул.       — Если он сам будет не против.       — Разумеется, — улыбнулась девушка, протягивая ладонь, которую, пусть и с небольшой заминкой, сжала детская рука.       Мелисса подняла глаза на улыбающегося Синдбада, что стоя за спиной фаналиса, показывал девушке два больших пальца, и довольно улыбнулась в ответ. Кажется, она все-таки смогла найти подход к Масруру.       Правда, как на следующе утро поняла Мелл, на желании мальчика учиться это никак не сказалось.       — Кто последним видел Масрура? — громогласно рявкнула девушка, захлопывая дверь пустого кабинета. Один из проходящих мимо работников взблбеднул и нервно ткнул в сторону бурлящего жизнью центра Неаполя.       Не тратя время на такую ерунду, как лестницы, Мелисса уверено вышла прямо в указанное мужчиной окно и, доверившись интуиции, отправилась на поиски подопечного.       Эти догонялки явно пора было прекращать.

***

      Впрочем, не то, чтобы ее желание как-то повлияло на ситуацию. Искать в многолюдном городе фаналиса, который не желал быть найденным, оказалось делом провальным. Потому последние полчаса Мелисса безрезультатно слонялась по торговым улицам, размышляя, вернуться ли ей в компанию и заняться накопившимися документами или все-таки добраться до рынка и купить новую одежду — на второй день вещи Синдбада (которые девушка нагло прихватизировала) показались вполне удобными, но не ходить же так постоянно.       Однако, как это часто бывает — все решил случай.       — Ой! — недовольно воскликнула Мелл, в задумчивости не заметив возникшего на пути человека и, как результат, с ним же и столкнувшись.       — Внимательность — все еще не твоя сильная сторона, да?       Смутно знакомый голос отозвался непонятной радостью в груди. Успевшая было отшатнуться Мелл неосознанно шагнула вперед, но в последний момент остановила себя. Правда, внимательно наблюдавший за ней собеседник этот порыв не только заметил, но и прокомментировал.       — Серьёзно собиралась меня обнять, деревенщина?       — Временное помутнение рассудка. В здравом уме бы точно не стала, — со смешком Мелисса подняла глаза на нависающего над ней юношу, чьи медные волосы огнем горели под неапольским солнцем. — Но, тем не менее, рада снова вас видеть, молодой господин Эн.