Санеми Шиназугава/ОЖП (Моя временная жена) (3 часть)

      Последнюю неделю Виолетта начала замечать, что её муж стал каким-то рассеянным. Он ходил с сонными глазами, иногда хромал, а при её появлении и вовсе сбегал, словно боясь чего-то..       Он стал каким-то пугливым…       Девушке часто доводилось видеть его тренировки, на которых он усердно работал в поте лица, а она в конце подбегала к нему и вручала, словно трофей и высшую награду с небес — полотенце и воду. В такие моменты она неистово восхищалась его силой, его мастерством владения катаной, не удивительно, ведь он Хашира. Но, видимо, душа мужа была не в порядке, иначе девушка не могла объяснить его странное поведение.       Не ее же он стал бояться?       Она считала его сильным человеком, бесстрашным и опытным воином. Девушка отчетливо помнила свое спасение, момент, когда Санеми выхватил ее от неминуемой гибели, подарив новую надежду на счастливое будущее.       Конечно, она не хотела к нему приставать, но в какой-то степени ей хотелось просто утешить его, но как – она не представляла. Нужно было узнать его получше, чтобы понять, как правильно действовать. Большим удивлением стало то, что ее суровый муж очень уж любил охаги и зеленый чай.       Жена Хашира ветра решила для себя, что нужно наладить отношения с мужем, просто из чувства долга. Девушка чувствовала некую вину перед ним, что связала его своей судьбой. Отголосок совести все же заиграл и потребовал хоть немного облегчить свою совесть. Голубоглазая решительно направилась на кухню творить чудеса из всего, что только найдёт; готовила она хорошо, по словам знакомых, так что вкусный ужин был обеспечен.       Моти были готовы в мгновение ока. С разными вкусами, с начинкой, способной умиротворить даже бурю. Виолетта наивно надеялась, что сладость поможет сгладить её "невинные" намерения, чтобы муж перестал хмуриться. Забавно, как этот громадный мужчина, этот великан, вздрагивал всякий раз, когда она, хрупкая, предлагала ему потанцевать. Стоило ей заикнуться о танце, как он становился угрюмым. Это очень расстраивало девушку, и, вылепливая моти, она часто задумывалась об этом странном страхе мужа.       Ей хотелось кого-то научить танцам. Девушке было важно понять, на что она способна как преподаватель, особенно после того, как Санеми, услышав предложение, буквально сбежал. Однако Виолетта не поддавалась панике. Скорее всего, муж просто стеснялся и боялся, что у него ничего не получится, а она будет смеяться. Теперь её задача – убедить его в обратном, развеять все сомнения.       Нужно как-нибудь уговорить его потанцевать с нею, но… вот как…       Впервые молодой супруге не приходили в голову новые хитрые идеи. Сомнения терзали девушку, пока она пыталась понять, как ей удалось до такого дойти. Помириться с мужем... Склонить мужа к танцу... А почему он ей отказывает? Неужели она недостаточно красива, чтобы удостоиться чести танцевать с ним? Или он боится, что жена истопчет ему все пальцы на ногах?       Виолетта уже подумывала отменить эту встречу, этот урок танца, но передумала. Она не знает наверняка о намерениях Санеми, тем более о его отношении к танцам. Вполне возможно, что её муж в душе очень стеснительный человек, раз уж он смутился, когда ему предложили потанцевать с женщиной. Скольких мужчин она повидала, каждому было достаточно и мимолетной прогулки с красивой девушкой. Что же было не так с ее мужем? Был ли он отстранен от мира, предпочитая прожить жизнь в невинности и святости? Его поведение было настолько необычным, что в голову начали закрадываться самые невероятные мысли…       А может быть… он и вовсе… предпочитает не женщин, а мужчин?.. Девушка отмахивается от подобных мыслей, нет уж, ее муж странный, но не до такой же степени! И в чем смысл был на ней женится? Чтобы скрыть свою не традиционную ориентацию? Он ее просто использовал? Хотя, чего греха таить, девица и сама святостью не блистала, также воспользовалась и им, дабы спасти свою шкуру в этой ситуации. Как же они в этом плане друг другу подходили, заметила девушка.       Пока она размышляла, сладости уже украшали стол. У дверей послышались тяжелые шаги – похоже, вернулся Санеми. И действительно, вскоре у порога она встречала беловолосого, который был явно не в настроении, если судить по его суровому выражению лица, которое итак было не очень дружелюбным, но и не настолько устрашающим, как сейчас.       — Санеми, что-то тебя расстроило?.. — задала девушка невинный вопрос, дабы не нарваться на ранние неприятности. Санеми не успевает открыть рот, как она договаривает, — я для тебя налепила вкусностей, пошли скорее, — Виолетта смело берет руку мужчины и ведет его к столу, из-под ресниц наблюдая за появившимся на его щеках розовым румянцем.       И кто здесь победитель?       Виолетта вела себя аккуратно рядом с Санеми, но бывало, что она могла над ним слегка подшутить. Смешно было наблюдать за его растерянным лицом, когда девушка начинала задавать ему всякие нелепые вопросы, которые дети знают, но темноволосая забавлялась с какой же серьезностью на них умудрялся отвечать сам супруг. В такие моменты он походил на ребёнка в теле взрослого мужчины, что умиляло девушку до глубины души..       Она ведет мужа на кухню, где глаза стали разбегаться от такого количества всякой всячины и моти. Также его внимание было обращено на пару кружек с зеленым чаем и, кажется, с сакэ. Это слегка его насторожило, но из-за смятения, вызванного женой, он не сумел обмолвиться ни о чем.       Шиназугава пропустил момент, когда его усадили за стол и перед ним оказалась тарелка со всякими вкусностями, а также маленькая рюмка с сакэ. Санеми хотел было что-то сказать по этому поводу, но не успел — в его рту уже оказался кусочек моти. От столь нахального поведения любой другой бы возмутился, но Санеми просто застыл, окаменев.       — Я сам поем, — выдавил он наконец.       Девушка весело кивнула и уселась напротив, внимательно наблюдая за ним. Виолетта поняла, что, по сути, Санеми она совсем не боялась. Было забавно наблюдать за его застенчивостью. Удивительно, что такой грозный мужчина не мог повысить голос на девушку, которая бесцеремонно засунула ему в рот десерт.       А может, ему это и вовсе понравилось?..       Голова девушки все размышляла, а выпьет ли он сакэ, приготовленный ею, или нет… Сколько она трудилась над сладостями! Он явно умудрился это оценить, ведь не останавливаясь продолжал пробовать один десерт за другим. Виолетта не зря оставила рюмку спиртного, чтобы понять, пьет ли ее муж алкоголь или нет. До этого она никогда не видела, чтобы он пил что-либо, кроме своего зеленого чая. Она надеялась, что Санеми удастся разговорить с помощью выпивки, но девичий план был почти провален – беловолосый активно продолжал игнорировать рюмку, словно ее и не было там.       Голубоглазая решается налить и себе рюмку, чтобы разбавить обстановку и успокоить собственное сердце, вечно бьющееся в унисон с переживаниями. Момент, когда ее лёгкая рука поднесла рюмку к устам, заметил рядом сидящий муж. Из-под ресниц она с удовольствием наблюдала за его широко раскрытыми глазами, которые явно говорили, что он не ожидал от жены такого. Молча, ничего не сказав, мужчина взял свою рюмку и быстро опустошил ее, запивая чаем. Подобное зрелище очень позабавило девушку, она была уверена, что этот момент запомнится ей на всю оставшуюся жизнь и даже после.       Разум стал слегка плыть, казалось, что выпила мало, но эффект был ошеломляющий, учитывая, что девушка пила всего несколько раз в жизни. От мужа и не пахло сакэ, складывалось такое ощущение, что он маг, который не умеет пьянеть. У неё в глазах начало слегка расплываться, а он всё сидит и продолжает за обе щеки уплетать охаги и моти! Он явно издевается над ней?! В её планах было разговорить его, а в итоге с девичьих уст начала литься всякая ересь.       — Санеми-сан, почему ты такой… ну такой… — она старалась изо всех сил сдержать себя в выражениях, чтобы не обидеть мужа, хоть и горела желанием выразить неудовольствие его поведением, — я тебе не нравлюсь? — резко перескакивает девушка от одной мысли к другой, — почему ты не хочешь со мной танцевать? Боишься меня? — девушка с трудом сдерживала слёзы обиды, наблюдая, как беловолосый продолжал поедать охаги, при этом совершенно невозмутимо поглядывая на неё.       Его забавляла вся эта ситуация?..       — Зачем ты женился на мне, если… если… не любишь?.. — тут девушка начала свою актерскую игру, которая выглядела странно из-за слегка помутневшего разума, — ты просто прикрываешься мной? Просто признайся! — голубоглазая потянулась к мужчине и посмотрела ему прямо в глаза, выводя его на чистую воду, хотя сама была на пределе адекватности, — просто признайся, что ты любишь мужч…       Девушка резко отдернула себя от этого заявления, понимая, что это уже было бы слишком и не спасёт даже факт её нетрезвости. Виолетта просто замерла, бессовестно продолжая поглядывать на трапезу мужа, которого её пьяные фразочки не трогали. Создавалось впечатление, что Санеми во время трапезы игнорирует всё, что движется вокруг него, даже если это был бы демон. Девушка была уверена: результат был один и тот же — муж бы не пошевелил даже бровью, продолжая наслаждаться вкусностями.       Она решила не сдаваться и подлить ему ещё сакэ: девушка быстро заменила чай на алкоголь и принялась наблюдать за дальнейшими действиями мужчины. Тот спокойно выпил сакэ, не подавая виду, настолько был вовлечён в яростное поедание своей любимой сладости. Виолетту это уже особо не волновало, так как задачей было разговорить его, а не споить. Спустя ещё одну рюмку Санеми всё же начал что-то бормотать:       — Никогда не пил сакэ с охаги, — сказал он свою "умную" мысль, замечая растерянный взгляд девушки, — чего это ты не ешь? Пить на голодный желудок не очень хорошо. — Мгновение — и перед девушкой появляется тарелка с охаги и парочкой моти. Мужчина берёт моти в свою мозолистую ладонь и подносит к девичьим губам, от чего девушка невольно вздыхает, — ну же, попробуй, — голос звучит размыто, словно охотника уже победил алкоголь и он еле сдерживается, чтобы не начать нести чепуху, как это делала ранее сама Виолетта.       Девушка смущённо открывает рот, чувствуя, как одним лёгким движением во рту оказывается сладкий моти, при этом её больше удивлял аккуратный жест Санеми. Он был снаружи таким диким, но в душе — ещё тем оленёнком. Эта женщина сводила его с ума весь этот вечер, он не мог пошевелиться после её же интимного жеста, когда она преподнесла ему сладость к лицу. Хашира заметил, что она уже была пьяна и несла всякий непонятный лепет, который он пропускал мимо ушей; ему больше всего хотелось повторить её же жесть.       Что ему и удалось.       Виолетта медленно вкушала сладость, попутно краснея от столь неожиданного действа беловолосого. По крайней мере, она этого не ожидала... Видимо, без еще одной рюмочки сакэ тут не обойтись.

***

      Девушка металась по темному коридору, пытаясь догнать своего мужа. Тот, ничего не сказав, сбежал с их скромного ужина – и это после десятой рюмки саке! "Раз струсил, что не сумеет перепить женщину, так бы и сказал! Чего убегает?!" Стройная фигура не отставала от огромного силуэта мужчины, но догнать его было не так-то просто. Казалось, Санеми не бежал, а летел над полом, в то время как она спотыкалась о каждый угол и мелкую вещицу.       — Санеми-сан! – злобно выкрикнула она, надеясь пристыдить трусливого беглеца.       Она не унималась, обещая себе, что заставит его пожалеть. Как он посмел так обходиться с женой?! "С ума сошел, что ли? Какой мужчина убегает от собственной женщины!" Пусть она и временная жена, но заслуживает уважения. А он ведет себя, как последний неуклюжий мальчишка, которому пора надрать задницу.       Что она и собиралась сделать.       Погоня закончилась внезапно. Виолетта наконец-то догнала мужа, который остановился передохнуть. Короткая передышка сыграла с ним злую шутку – теперь разогнаться снова было сложнее. В голубых глазах девушки пылал гнев, но вместо упреков она решила действовать жестче.       Мужчина резко оказался прижат к стене. Её забавлял растерянный мужской взгляд, и она, приподняв подбородок, наблюдала за ним, наслаждаясь своим преимуществом в данной ситуации. Молодая жена огородила его руками, не давая ни единого шанса на побег, унижая его мужское достоинство и показывая, кто здесь главный.       Санеми застыл, словно окаменевший. Руки и ноги словно сковали толстые цепи, не позволяя даже пошевелить пальцем. Он с упоением наблюдал за действиями жены, гадая, что она предпримет. Неужели она просто прижимает его к стене? Ощущать её горячее дыхание на своей шее было невероятно. В мгновение ока мужчина погрузился в пучину тайных желаний и фантазий, которые долгое время старательно подавлял.       Он солгал бы, сказав, что не представлял Виолетту в своей постели. После сгорал со стыда, ведь в голове постоянно крутилась неприятная мысль: Виолетта – не настоящая, а временная жена. Эта горькая правда вонзалась в сердце, как острые иглы. Он знал причину её недовольства: девушка постоянно предлагала танцы, а Санеми приходилось отказываться. Беловолосый знал, что потеряет контроль и нарушит обещание, данное ей при первой встрече.       Какие-либо действие в мою сторону без моего согласия запрещены.       Что ему делать? Что предпринять? Он логично решил, что проще всего сбежать от нее. Но это оказалось непросто, учитывая назойливую натуру Виолетты, не дававшей ему прохода в собственном доме. Санеми вернулся злым, зная, что снова придется шарахаться и трусливо убегать от этой хрупкой женщины. Одна мысль об этом казалась издевательством, но стоило ей упомянуть охаги и моти, как мечник сдавался на милость временной хозяйке, наслаждаясь её кулинарным искусством.       Он был пьян, что еще больше пугало мужчину, но тот изо всех сил старался не подавать виду, что был уже в полусонном состоянии. Виолетта то и дело подносила к его губам охаги, соблазнительно и кокетливо, а потом сама их съедала, оставляя Санеми без сладкого. Хашира понимал, что еще чуть-чуть, и он не выдержит этого давления. Не придумав ничего другого, он просто решил сбежать, как делал всегда, но его удивлению не было предела, когда за ним буквально яростно погналась жена, а потом прижала мужчину к стене.       Ее взгляд…       Как она смотрела ему в глаза! Сначала с неким гневом, а потом что-то новое появилось в ее чистых глазах, словно в озерах. Глаза этой девчушки дурманили его разум. Часто ему требовалось множество усилий, чтобы оторвать от нее взгляд, ведь жена была очень привлекательной женщиной!       Шиназугава продолжал стоять, прижатый к стенке, и все, что он мог делать, – смотреть на Виолетту и еще больше плыть по течению блаженства от одного её прекрасного вида. Санеми сам не понимал, почему ведет себя так, почему нельзя просто взять и поговорить с ней о своих чувствах, а вместо этого он попал в такую неловкую ситуацию.       Меня прижала к стене собственная жена…       Виолетта была одета в красивое синее кимоно, расшитое золотистыми нитями по всему подолу и рукавам, которое он успел вручить ей перед приездом в поместье, тем самым давая девушке понять, что тут она хозяйка, пусть и временно. Он старался не учитывать факт ее временности, в глубине души надеясь, что она решит остаться с ним чуть дольше.       Тогда он и будет готов испробовать на себе все ее танцы.              Молодая жена смотрит на своего мужа с неким любопытством, изучая его черты лица: бровей было совсем не видно, глаза были дикими, словно он был неким зверем, что подтверждало наличие длинных и острых стрелок у него на глазах, шрамы… были отдельный видом искусства, изначально девушке они показались довольно жуткими, но спустя время она к ним привыкла и даже стала сама смело рассматривать их, когда Санеми стоял неподвижно. Прям, как сейчас.       Он был полностью в ее власти.       Невольно девушка начала вся гореть, странное чувство, что она испытывала впервые. Жар был таким непривычным, не таким как обычно. Скорее голубоглазая испытывала что-то вроде возбуждения, но сама того не понимая. И это из-за алкоголя? Или здесь было замешано ещё кое-что… но что же… может быть… Санеми? Все эти чувства пробудил в ней именно он? Но почему? В ее же планах было уйти от него спустя год, а тут такое творится, не успев она у него и пару месяцев прожить!       Санеми ловит растерянность в глазах жены и принимается брать ситуацию в свои руки, он медленно наклоняется и тянется к девичьему лицу… чтобы что? Он сам не понимает что творит, а супруга не сопротивляется и поддается ему, также невольно тянется в ответ, сгорая от стыда и кое-чего ещё.       Губы почти соприкоснулись друг к другу, как девушка отдергивается и убегает в свою комнату, оставив мужчину стоять в гордом одиночестве. В глубине души он понимает, что это было правильным решением. Санеми чуть не сорвался, а что было бы потом? Дикая страсть, что была дана ему природой, точно бы разбушевалась и потребовала большего, нежели просто лёгкие поцелуи. А девушка могла быть к этому не готова, что и подтвердил ее побег.       Он понимает, что это обидно, но это действительно правильно и им не стоит сближаться, ведь Виолетта вольна делать что только захочется. Вот только, мужское сердце вновь сковало чувство опустошенности и отчаяния. Шиназугава тяжелым шагом, очень медленно, переступая через порог комнаты, идёт спать. Пусть сон развеет все его мысли и подарит покой. Но покоя он так и не дождался в холодной комнате, даже через сон его обжигал лютый холод, не давая сомкнуть глаз всю оставшуюся ночь.