Спаси меня

Очнувшись на полу, Линч понял, что снова были дурацкие галлюцинации. Задавать сейчас вопросы будет крайне глупо. Поэтому он, пожалуй, обойдётся без них. Цель была поставлена, а значит, её нужно было выполнить. Вот только теперь план казался не таким надёжным, как раньше. Что, если снова вылезет он? Поднимаясь с пола, Егор закрыл за собой дверь в камеру и побрёл дальше по коридору. Света практически не было, поэтому большую часть пути он находил на ощупь. Со стороны журналист выглядел как заблудшая душа покойника, которая после жестокой смерти ищет свой покой. Или ищешь свою цель, чтобы доказать невиновность?        Вдруг резко со спины послышались чьи-то шаги… Быстрые и целеустремлённые. У парня сердце упало в пятки, а дыхание замерло. Нужно срочно куда-то спрятаться, либо ему не поздоровится. Еле-еле приняв хоть какое-то нормальное решение, Линч успевает спрятаться под стол, стоявший в коридоре. И, слава богу, его никто не заметил. А шаги в скором времени прошли. Егор предполагал, что это был кто-то из охранников, вышедший из своей комнаты на шум, который журналист устроил. Дождавшись, когда человек полностью скроется в темноте коридора, заключённый пойдёт дальше до своей цели. Он не знал, где и как искать Монарха, а всё, что у него было — надежда на чудо. И то не факт, что это чудо свершится. Он понимал, чувствовал, знал о своей тревоге внутри, после встречи с…

Со мной? Вот именно. Ты даже не оправился после моего вторжения, а уже снова идёшь рисковать собой и своей жизнью ради кого-то. Разве мой урок был не поучительный?

— Нет! Хватит! Уйди! — Линч кричал словно в никуда. Голос отдавался в его голове, как бензопила, крутящаяся без остановки. И этот голос был похож на её рёв. Такой же рванный и ужасающий, — Ну почему ты просто не можешь оставить меня в покое! Я знаю, что ждёт нас в будущем, и хочу это исправить! Ты даже не наставляешь меня, а лишь только сбиваешь с пути своими укорами! Где-то спереди раздался звук приближающихся шагов. Опять охранник.

***

Ноги устали убегать по узким помещениям, голова уже кружится из-за вечной активности без передышки. Да и недавно полученные синяки на теле прибавляют веса к ситуации. Дыхание перевести хотя бы на секунду невозможно. Подкрадывающееся чувство удушья подбирается всё ближе и ближе. Ловит капканом и забирает жизненные силы в пустоту вселенной. Колени дрожат от боли всей этой беготни, но он всё ещё слышит чужие шаги за ним. Видимо, охранник давно понял, что кто-то вышел из своей палаты без спроса. Только вот как? Если по факту все заперты на ключ…        Линч думал о том, какой здесь тупой персонал. Раз за все эти года никто не понял, что выкрасть ключи не так уж и сложно. Они их даже не привязывают.

Вот бред. Да, согласись. Бред ведь. А знаешь, что ещё бредовее этого? То, что ты до сих пор бегаешь кругами по одному и тому же месту. А ещё глупее этого, что нужная тебе камера так и не находится. Или может, это ты её отыскать не можешь?

       А ведь и вправду… Егор наматывает круги просто так. Его цель так и не была найдена. Но резкое включение света ещё больше заставило журналиста ощутить себя бедным, запуганным зайцем, окружённым волками. Оглянувшись вокруг, никого парень и не заметил. И звук шагов прекратился, будто и вовсе никого не было. Все испарились будто… А потом снова беготня. Выбежал из-за угла тот самый охранник, который портит Линчу пребывание в этой помойке. Дух и так подпирает воздух комом в горле, отдышаться не даёт. И снова он возьмётся за своё и перекроет все пути свободы к миру для пациента. И, как всегда, происходит необъяснимая жопа. Ну за что с ним так…

За что с тобой так? Давай проясним…

      

— А ну стой, псина сутулая! — кричал охранник и пытался догнать убегающего заключённого по коридору. В этот раз журналист специально наматывал круги по всей психушке, чтобы сбить с толку рабочего куда подальше. Но ноги уставали, а голова продолжала кружиться. Тошнота приближалась какими-то странными позывами рвоты. Которые вроде есть, но они не выйдут и останутся тошнотой навсегда.        У каждой вещи есть свойство заканчиваться, и поэтому погоня за Линчем потеряла своё значение тоже. Скрывшись в одной из камер, громко захлопнув дверь за собой, парень медленно отошёл в угол комнаты и аккуратно сполз спиной по стенке, чтобы не травмировать себя и свой организм ещё больше. Хотя стоит признать, что после всего это не поможет. Максимум лишь только облегчит страдания. Хватая ртом воздух после безжалостной суеты, Егор думал, точно ли он оторвался и скрыл за собой след или же эта свиная морда поджидает его снаружи? Если да, то как он потом пойдёт искать Монарха?        — Ну почему всё так сложно… Даже задание уже не могу выполнить нормально! Я ведь уже повторял много раз: я ни в чём не виноват… Не виноват! Мне всего лишь надо найти Монарха! Опрокинулся стул. Журналист чуть ли не подпрыгнул от испуга. Вставая с пола и аккуратно держась рукой за стенку, его зелёные глаза всматривались в темноту помещения и пытались найти хоть какой-то объект, который виновен в происшествии шума. Но был виден смутный, высокий, чересчур накаченный силуэт. Даже слишком высокий… Ну, или, по крайней мере, намного выше, чем сам Егор. Стоп… Монарх? Монарх! Да! Это же он! — Монарх! Это я… Эм… Егор Линч! Знаю, скорее всего, ты про меня даже не слышал. Но вот зато я про тебя знаю многое! Да, я соглашусь, наша первая встреча — это что-то с чем-то… Но ведь сейчас мы можем поговорить спокойно? — Ели вытаскивая из себя слова, Линч дрожал как осиновый лист, заикался… — Элина! Это ведь твоя жена? Верно?       

И что-то ты, кажись, не то сказал ему, Егор. Ты посмотри, как он взбесился. О-о-о! А ты посмотри на его страшные мускулы. Вдруг именно они тебя сейчас и убьют?

       Монарх, цель журналиста. Так взбесилась после упоминания имени своей жены, что начала разносить всё в округе. Бросался тем самым уроненным стулом, пытался даже кровать опрокинуть. А главное, задеть этим как-то 018.       

Такое число противное. Разве тебе не могли дать номерок получше? Ты ведь здесь не просто так…

       — Монарх! Прошу, успокойся, хватит! Давай просто поговорим! Без рукоприкладства! — Рядом снова пролетел стул и оставил красный след на руке журналиста. — Монарх! Знаешь, у меня ведь ещё с прошлого раза не зажили раны. — Нервно шутил Линч, пытаясь в который раз спасти себя и свою жизнь. Но кровожадный, отверженный монстр лишь продолжал разбрасывать вещи в хаотичном порядке, создавая из этого гамму ужасов. Ревел, кричал, да, смело можно сказать — орал! Дабы показаться перед оппонентом чрезвычайно опасным, чтобы тот больше не поднимал такие темы…        — Да, чёрт тебя подери, Монарх! Успокойся! — взяв отломанную ножку от стула, Егор замахнулся со всей силы на мутанта и выбил того из колеи. Как только заключённый сразу всё осознал, он принялся просить прощения за предоставленную боль, которую он явно не хотел причинять. Даже с тем расчётом, что этот же псих его чуть и не убил. Ну, или не сделал инвалидом навсегда.        — Монарх… Извиняй, но мне нужно было это сделать, — снова как будто из подножья утекала вся земля. Мерцала фиолетовыми крупицами, как блёстки, сияла, словно в небе фонарь, а после исчезла, оставив после себя непроглядную тьму. Но непроглядное нечто быстро сменилаось на кошмарную, удручающую, бесящую, ужасающую фиолетовую землю.        — Вот ты, значит, как поступаешь с тем, кого так долго искал по чьей-либо указке… Не сказать, что ты само совершенство, — Галлюционная версия Линча была тут как тут. Словно никогда и не покидала его… Бесит. — О! Так значит, я тебя ещё и раздражаю? Что ж, не скажу чего-то такого же милого в твою сторону, потому что ты и сам всё знаешь. О себе, обо мне… О Джоне? О Лэмбтоне? Ты мне ещё спасибо потом скажешь. Ну, или себе хотя бы. — Да завались ты! Не хватало мне, чтобы я тут ещё слушался свои галлюцинации! Катись отсюда нахрен! — Линч? У тебя что день не задался? Я-то здесь причём? — а ведь и вправду… Почему он так срывается на своего друга? Но стоп… Тут же только что был… Ладно, в прочем это не важно. — Алё, Линч, ну я с кем разговариваю? Ты в трансе что ли?        Серо-голубые глаза смотрели сквозь запотевшие линзы очков, сияли, как два заснеженных Байкала. Давно он не видел такой красивый цвет. Даже в психушке стены не такие изящные. Хах, Егор должен признаться, у Джона смешная оправа.        — Да не, Джон… Всё нормально. Прости, что вспылил. Просто размышлял у себя в голове и всё такое. И случайно на спор ответил не мысленно, а прямо. — Ну, ты как всегда. Что ещё сказать? Ты эт, только при других такого не учуди. А то ещё в психушку увезут! — И писатель радостно залился смехом, пока снег мягко падал на капюшон его куртки, оставляя за собой мокрый след. Вокруг царила мёртвая тишина. Если, конечно же, не брать в счёт поющих птиц на заднем фоне. — Да, Джон. Не учудить при других, — Сдавлено посмеиваясь, журналист наблюдал, как краснели щёки его приятеля. Они были ярко-красные. Толи от смеха, толи от мороза… Но пока что этот очкастик вроде бы ни на что не жаловался… Значит, всё хорошо? — Эй, может, обнимемся? А то погляди-ка. У тебя уже все щёки красные! — Ну уж нет! Оставь свои телячьи нежности Лили или Лукасу! — Да ладно тебе! Хватит убегать. Рано или поздно нам придётся обняться. — Только если под дулом пистолета! — То есть, ты меня, как своего самого близкого друга даже просто так не обнимешь? Только под дулом пистолета?        — Под дулом пистолета, говорите, Мистер Линч? — Картинка в считанные секунды поменялся с вполне приятной и комфортной атмосферой на какую-то убийственную. Помещение напоминало дешманский хоррор в стиме, но его непроработанность как раз ещё больше страха и добавляла. И перед ним стоит сам Генри Лэмбтон. Довольно неожиданно… — Генри? Где… Где Джон? — Мистер Джон? Что же. Скажу прямо, мы и сами не знаем, где он. Это можете знать только вы и он сам. Так что это стоит спросить вам у себя самого. — Убери пушку, Лэмбтон… — оскалив зубы, Егор сильнее сжал деревянную ножку от разлетевшегося в щепки стула. Готовый показать всю свою мощь на самом деле. Конечно, он не видел на данный момент в Генри врага. Но перестраховку никто не отменял. — Да ради бога. Ради бога. Всё для вашего спокойствия. Я не собирался направлять её на вас. Во всяком случае, пока что. — Пока что? Да я ради тебя на такое пошёл, ты бы только представил! — Эти слова совсем выбили журналиста из порядка, и он замахнулся своим недо-орудием боя на влиятельного человека, желая оставить на его лице размашистый, красный, горячий след. Но пуля была быстрее. Только вот вместо жгучей боли он ощутил совсем другое… Боль была похожа на разряд тока, медленно растекающийся по всему телу в попытках свалить свою цель на дно.

***

       Опять галлюцинации… И даже ведь не воспоминания. Валяясь, весь передерганный на полу, Линч смотрел на недовольные рожи охранников, которые, видимо, его только что и отхреначили. И никого Монарха в комнате тоже не было. Он изначально зашёл не в ту комнату. Он изначально провалился, согласившись на это задание от Лэмбтона. И ведь стоило ему довериться в этот раз.       

Егор, лёжа на полу, осознавал всю свою ошибку. Ему было до жути больно не только физически, но и душевно. Он понимал, как халтурно относится к жизни своего друга, каждый раз подвергая их жизни опасности. Как он был груб в последнее время с племянником. И то, какой был с сестрой… Все люди страдали лишь только из-за него. Он опять был ошибкой всех ошибок. Он создавал эти ошибки и сам же их и исправлял.

      

В глазах расплывался мутный силуэт самого себя. И лишь только одно отличие он нашёл за всё это время — карие глаза вместо зелёных.

       Я надеялся, что ты скажешь мне спасибо. За мою помощь, хоть и не великую.

Спасибо.