Глава 3. Июль

            Договор с «Тайтл» был подписан в июне, и Хартфилия чувствовала приближение огромного количества проблем, которые необходимо будет решать в экстремальные сроки. Перед Нацу пришлось извиниться за ту нелепую ситуацию. К счастью, Драгнил оказался понимающим парнем, а потому не собирался затаивать обиду, но в шутку обмолвился, что Хартфилия задолжала перед ним прогулку. Люси с радостью бы загладила свою вину, вот только времени не было совершенно. В последние полтора месяца работы становилось всё больше, а поясница ныла всё сильнее.             Обилие бумаг, цифр и договоров достигло такого количества, что Хартфилия не успевала держать свой стол в относительном порядке. Заваленная папками и соглашениями, Люси грустно окидывала всю эту кипу взглядом и тяжело вздыхала. При всём этом она должна была регулярно посещать арендованный зал, где и планировалось провести показ. Подготовка сцены, декорации, подбор мебели и прочей мелочи Люси утверждала лично, а потому голова к концу рабочего дня раскалывалась на несколько частей.                    До дня «икс», как его сама называла Хартфилия, оставалась всего неделя, и она надеялась просто с достоинством выстоять. Приглашения были разосланы двумя днями ранее, и теперь Люси регулярно получала подтверждения от лиц, которые могли там присутствовать. Рассадка гостей тоже оказалась делом кропотливым. Необходимо было участь все взаимосвязи, чтобы из показа не сделали скандал.             Часы показывали половину девятого, когда на этаже показалась розовая макушка. Драгнил бодро дошагал до стола Хартфилии и встал напротив. На самом деле отдел инвестиций никогда не принимал участия во всём этом бедламе. Работа Нацу должна была начаться только после того, как показ с успехом завершится, поэтому он выглядел отдохнувшим, посвежевшим и даже активным, что задевало уставшую секретаршу. Она вяло подняла голову и посмотрела на нарушителя спокойствия.             — Уже поздно вообще-то, — парень кивнул в сторону настенных часов, и Хартфилия машинально проследила за его взглядом. — Собираешься домой?             — Боги, и правда поздно, — девушка принялась собирать документы и раскладывать их по папкам. — Я опоздаю так на последний автобус.             — Эй, стой, — Нацу перехватил тонкое запястье, вынуждая Хартфилию замедлиться. — Сегодня пятница. Завтра выходной. Давай прогуляемся, где-нибудь поужинаем, а потом я провожу тебя до дома, — взгляд Люси зацепился за пальцы Драгнила, а в голове всплыла фраза Дреяра про то, что он уже её касался. И пусть с того дня прошло уже достаточно времени, девушке всё равно казалось, что голос начальника ещё стоит в ушах. Она попыталась мягко освободиться из захвата.             — Это очень мило, Нацу, но я чертовски устала. Завтра ещё уйма дел. Сам же знаешь, что перед показом у меня нет выходных, — она закинула сумку на плечо и выключила настольную лампу.             — Ладно, я понял. Но давай хотя бы подброшу до дома, — хотя Люси всё равно заметила, как погрустнело его лицо. Драгнил кивнул в сторону лифта. — Мне не сложно, и я не буду переживать о том, как ты добралась в такой поздний час.             Хартфилия хмыкнула и кивнула. Что плохого могло случиться с ней по дороге до дома, девушка не знала, но и отказываться от перспективы ехать не на своих двоих не хотела.                    Они обошли машину с двух сторону, и Люси дёрнула ручку на себя, открывая дверцу.             — Я думаю, Лексус тебя заездит, — он закатил глаза, вспомнив о начальнике, а затем сел за руль. Хартфилия с некоторым запозданием забралась в салон, после чего пристегнулась. — Нельзя же заставлять тебя работать без выходных.             — Всё дело в показе.             — Ой, вот не надо, — Драгнил вставил ключ в зажигание и провернул его. Мотор приятно заурчал, а затем автомобиль тронулся с места. — Я в курсе, какие у тебя выходные. Дреяр может дёрнуть тебя в любое время, при этом его не особо заботит то, что ты можешь быть занята.             — Нацу, это не правда, — конечно, как верная секретарша, Люси должна была отстаивать честь начальника, но всё-таки кое в чём Драгнил оставался прав. Лексус действительно мог дёрнуть её в любое время, но такова работа ассистента. Хартфилия сама согласилась на подобные условия. Никто не мог её заставить. — Тем более я люблю свою работу.             — Настолько, что готова пожертвовать личной жизнью? А если бы ты… ну не знаю даже… занималась сексом с любимым человеком, и позвонил бы тебе Дреяр, что делать стала бы? — его вопрос был некорректным и вульгарным. Люси фыркнула и отвернула голову в противоположную сторону, чтобы Драгнил не видел, как она смутилась. Хартфилия не была ханжой, но всё-таки существовали темы, на которые разговаривать ей было самую малость неловко. — Ну?             — Почему ты вообще был так поздно в офисе? — Люси решила рискнуть и перевести тему разговора.             — Тебя ждал. Думал, перехвачу в фойе, но после восьми вечера понял, что проще будет тебя забрать, — он говорил честно и явно не стеснялся собственной открытости. Драгнил хоть и следил за дорогой, но всё-таки бросил косой взгляд на блондинку, которая вдруг притихла. — Я никак не мог провести с тобой время без посторонних. Ты ведь мне нравишься.             — Очень смело с твоей стороны сообщить мне об этом таким образом, — она посмотрела на профиль Драгнила.             На самом деле он был хорош собой. Красивый, статный. Характер, правда, у него взрывной, но за годы, проведённые в компании, Хартфилия могла выдержать и не такое. Только вот девушка не видела в нём того самого мужчину, с которым хотела бы просыпаться по утрам. Из Драгнила вышел чудесный друг, и Люси знала, что в трудной ситуации всегда может положиться на него или на Фуллбастера, но это нельзя было назвать романтическими чувствами.             — Я больше не хочу ждать. Думаю, ты должна знать, что я к тебе неравнодушен, — Нацу притормозил на светофоре, после чего повернул голову к Хартфилии. — Тебя это пугает?             — А твои слова разве страшные?             — Выглядишь напряженной.             — Мне не каждый день сообщают подобное в лицо. Пойми меня правильно, я…             Хартфилия не успела договорить. Нацу перегнулся через коробку передач, и его губы накрыли её. Тёплые, нежные. Дыхание Драгнила было мятным, словно он только недавно жвал жвачку. Его рука скользнула по щеке Люси, а затем пальцы сместились на затылок. Нужно было оттолкнуть его, но у девушки онемели пальцы. Парень чуть наклонил её голову вбок, и поцелуй стал глубже. Чужой язык проник в рот Хартфилии, и она с каким-то запозданием поняла, что отвечает ему. Наверное, это могло продолжиться, если бы машина, стоящая позади, не разразилась сигналом. Нацу оторвался от пухлых губ и снова взялся за руль. На светофоре горел зелёный. Машина снова тронулась с места, а Люси вцепилась в сумку, тяжело дыша.             — Это было плохо? — Драгнил подал голос лишь минут пять спустя, словно давал девушке возможность разобраться в собственных ощущениях, а это оказалось сложно.             С одной стороны, между ними не было какой-то прелюдии или подготовки, ничто не способствовало созданию романтической атмосферы. Хартфилия банально не была к такому готова. Но, с другой стороны, она не могла также утверждать, что ей не понравилось. Драгнил целовался со знанием дела, и Люси даже ему ответила взаимностью. Было горячо, и от этого сердце быстрее стучало между рёбрами.             — Нет, но я была к такому не готова, — Люси прижала руку к глазам, мысленно считая до десяти, чтобы успокоиться. Последний месяц был катастрофически тяжёлым. Напряжение и так скапливалось в каждой клеточке тела, не находя выхода. — Нацу, я не могу начать с тобой встречаться. Мы просто друзья.             — Это из-за Лексуса?             — О чём ты? — девушка даже ладонь одёрнула, чтобы посмотреть на Драгнила, но тот лишь усмехнулся.             — Ты влюблена в него? — это предположение показалось Хартфилии абсурдным в крайней степени, и она засмеялась. Нацу повернул голову, после чего вдруг резко выкрутил руль направо, от чего машину слегка занесло. Они заехали в какой-то проулок между домами, и Хартфилия запоздало сообразила, что до её дома осталось всего несколько кварталов.             — Ты чего это?             — Не влюблена, я понял, — Нацу отстегнул ремень, а затем снова перегнулся через коробку передач. — Тогда давай играть на твоих условиях, Люси. Чего ты хочешь, если не отношений? — он был очень близко. Хартфилия ощущала жар его тела, и от этого дышать становилось тяжело.             — Секс? — Хартфилия не состояла в отношениях уже около семи лет. Да и тот её опыт был довольно скудным. Поэтому голос дрогнул, а ответ звучал больше полувопросом. Нацу усмехнулся. — Друзья с привилегиями? Только у меня очень давно никого не было.             — Вот как, — его рука легла Люси на шею, большой палец очертил кожу там, где напряженно билась венка. — Тогда извини, я поспешил. Но ты засмеялась, а у меня клеммы сорвало. Я почти готов был на тебя накинуться прямо в тачке.             — Очень романтично, Драгнил, — Хартфилия закатила глаза, но сарказм застрял где-то поперёк горла, когда Нацу прижался к нему губами. Он скользнул ниже, а затем расстегнул пуговицу на её рубашке. Люси перехватила его за запястье. — Нацу! — она зашипела, поражаясь его наглости, но он только низко посмеялся и медленно отстранился. — Ты довезёшь меня до дома или нет?             — Довезу, — Драгнил снова взялся за руль, после чего обернулся, чтобы сдать назад. Машина вырулила на дорогу, и Хартфилия облегчённо выдохнула. Пальцы машинально потянулись обратно к пуговице, чтобы застегнуть её. Нацу взглядом скользнул по Хартфилии. — Это необязательно. Я всё равно её с тебя сорву.             Она недобро зыркнула в сторону парня, но отвечать не стала. Какая вообще была разница? Люси ведь буквально сама дала ему зелёный свет на подобное.                    Драгнил перехватил её в коридоре квартиры и вжал в стену. Губы встретились на середине пути. Никто даже не думал включить свет. Поцелуи выходили обжигающими и нетерпеливыми. Хартфилия маленькими шажками утягивала Нацу к спальне до тех пор, пока она не врезалась коленями в кровать, на которую сразу же села по инерции. Дамская сумочка была брошена на прикроватную тумбу. Из-за такого неаккуратного отношения щёлкнул замок, и телефон выполз на самый край, грозясь рухнуть на пол и разбиться. Но Хартфилии вдруг стало плевать на технику, потому что Нацу замер между её ног и стянул с себя рубашку.             Люси скользнула взглядом его телу, а затем медленно прижалась губами к коже чуть выше пупка. Нацу намотал длинные волосы, собранные в хвост, на руку и потянул Хартфилию назад, заставляя её лечь на постель. Его руки шарили по женскому телу, избавляя от деловой рубашки. Юбка задралась до талии, и настырные пальцы скользнули под бельё.             — Ты не ухаживаешь за собой там, — его горячий шёпот раздался прямо над ухом, и Хартфилия стыдливо вжалась щекой в одеяло, на что Драгнил только хмыкнул. — Не переживай об этом, — он вдруг выпрямился и дёрнул Люси за руку на себя, вынуждая девушку подняться. — Я позабочусь о тебе.             Она не понимала, что он имел в виду, но послушно шла за ним. Нацу быстро отыскал ванную, где щёлкнул выключателем. Люси зажмурилась от внезапного яркого света, а затем увидела в отражении себя с голой грудью рядом с Драгнилом. Это было…странно до одури. Поймав взгляд девушки, Нацу вдруг наклонился и провёл языком по затвердевшему соску. Хартфилия всхлипнула, вцепившись пальцами в его плечи.             — Ты такая чувствительная, — он хрипло посмеялся, обласкав дыханием нежную кожу, после чего помог Люси забраться в ванную. Он усадил на дно, а затем вздёрнул за ноги, укладывая их на бортики, поясницу девушки он устроил у себя на коленях, благодаря чему Драгнилу открывался довольно занимательный вид на чужую промежность, пока скрытую простенькой тканью. — Это тебе не понадобится сегодня, — ткань натянулась, а затем раздался характерный треск. Люси дёрнулась, а затем увидела в руках Драгнила то, что раньше называлось нижним бельём.             — А не дохера ли ты себе позволяешь?! — она попыталась возмутиться и убрать ноги с бортов, но Нацу перехватил её лодыжки, а затем нагнулся и провёл языком между её ног. Возмущение превратилось в тихий стон, и Драгнил отпустил женские ноги, чтобы приласкать девушку. Хартфилия всхлипнула, упираясь затылком в белую ванну.             — Я куплю тебе любые комплекты, какие пожелаешь, а сейчас будь хорошей девочкой и дай мне тебя подготовить, — он дотянулся до лейки и включил воду. Люси накрыла лицо ладонью, чтобы не смотреть.             Она не видела, как Драгнил вспенивал мыло, а затем наносил его на светлые волоски. Не видела, как он потянулся к бритве. Зато хорошо почувствовала, как осторожно он принялся работать. Лезвия плавно скользили по коже, из-за чего Хартфилия то напрягалась, то расслаблялась. Когда девушка осмелилась убрать руку, то увидела сосредоточенное лицо Нацу. Он сполоснул лезвие, а затем поднял глаза.             — Я думал оставить на тебе юбку, но всё уже мокрое, — он наконец-то закончил, а затем смыл пену с кожи. Люси машинально потянулась вниз, чтобы потрогать себя. От подобного зрелища Драгнил даже замер, наблюдая за женскими пальцами, которые очерчивали миллиметр за миллиметром. Хартфилия его и до этого привлекала, но сейчас её вид буквально сводил с ума. Девушка явно до конца не осознавала, какой подарок преподносила ему. — Особенно здесь, — Нацу сам направил её пальцы ниже, чтобы они прошлись между складками и собрали прозрачные выделения. — Тебе нравится, когда о тебе заботятся, верно? — Люси почти не дышала, глядя на то, как Драгнил поднял её руку, а затем прошёлся языком по каждой фаланге. Девушка едва заметно кивнула. — А я люблю заботиться, так что просто позволь мне…             Он медленно наклонился, и Хартфилия снова застонала. Горячий язык беззастенчиво вылизывал её, обводя клитор круговыми движениями и лишь изредка проходясь по нему. Люси пришлось прикусить ребро собственной ладони, чтобы приглушить стоны, срывающиеся с губ. Нужно было признать, что Нацу оказался довольно умелым любовником, который знал какую-то сумасшедшую технику, от которой у Хартфилии всё плыло перед глазами. Она запуталась пальцами в розовых волосах и надавила на затылок. Нацу всё прекрасно понял, толкаясь языком внутрь, где было жарко и тесно. Люси хватило всего нескольких минут столь интенсивной ласки, чтобы кончить. Она вскрикнула, а затем полностью расслабилась, ощущая лишь дрожь и удовольствие, которое волнами прокатилось по телу. Драгнил отстранился, и девушка посмотрела на него затуманившимся взглядом. Парень хрипло посмеялся.             — Что за развратный вид? — его пальцы прошлись по чувствительному клитору, и Хартфилия жалобно застонала. — Ты пытаешься меня соблазнить?             — Воз…— Люси с ужасом поняла, что собственный язык её фактически не слушался.             — Не напрягайся, — Нацу аккуратно вытащил собственные колени из-под поясницы Люси, а затем выбрался из ванной. Ему нужно было меньше минуты, чтобы избавиться от остатков их одежды, подхватить девушку на руки и забрать её обратно в спальню, где Драгнил снова разложил Хартфилию на кровати. — Просто наслаждайся, ладно? Это ведь была тяжёлая неделя.                    Она искренне не понимала, как ему удавалось делать с ней такие вещи. Девушка явно потерялась во времени и пространстве, пока Нацу брал её. Удовольствие затмевало рассудок, обжигало сознание и не давало думать. Стоя перед Драгнилом на коленях и прижавшись грудью к одеялу, призывно подняв бёдра, она принимала его без каких-либо сложностей. Если в первые пару минут Люси ещё чувствовала какой-то дискомфорт, то через десять Нацу удалось понять, под каким углом ей и правда становилось приятно от его фрикций. Он двигался в разном темпе, менял скорость и стимулировал Хартфилию пальцами. Иногда его руки дотягивались до груди и сжимали твёрдые соски, от чего девушка сильнее насаживалась на член. Нацу не был молчаливым любовником. Их стоны смешивались между собой. Драгнил иногда переходил на шёпот, говоря Люси о том, насколько она хороша и горяча.             Вжимаясь лицом в подушку, Хартфилия слышала только шум крови в собственных ушах, а потому вибрация телефона пролетела мимо неё, зато Драгнил заметил загоревшийся экран. Не останавливая движений, он дотянулся до смартфона, а затем нажал на кнопку «принять вызов», прижав телефон к уху.             — Да, — Драгнил принялся двигаться резче. — Она занята, — девушка выгнулась на очередном толчке и снова застонала. Нацу усмехнулся. — Будет недоступна до утра, — он сбросил звонок и откинул телефон в сторону, а затем нагнулся ниже, чтобы прижаться губами между аккуратными лопатками. — Хватит течь, Хартфилия, иначе я не смогу закончить.             — Пожалуйста… — о чём именно она его просила, Драгнил не понимал, но темп не сбавил, продолжая втрахивать желанное тело в кровать.       

***

            Лексус сидел в кресле и сжимал пальцами телефон. Он был уверен, что позвонил по верному номеру. Тем более человек на том конце подтвердил, что адресат правильный. Просто Люси была занята. И по характерным стонам, которые добрались до смартфона, Дреяр быстро сообразил, чем именно занималась его секретарша вечером пятницы. А он ведь, чёрт возьми, не просто так позвонил. Ему нужно было удостовериться, что завтра в арендованном помещении точно поставят каркас для декораций. «Или это был предлог, чтобы просто её услышать?». Внутренний голос отдавал каким-то неприятным ехидством. Что ж, он и правда её услышал, только совсем не в той форме, которую ожидал.             Мужской голос, который ему ответил, был отдалённо знаком и кого-то напоминал. Дреяр втянул воздух в грудную клетку через плотно стиснутые зубы, а затем зажмурился.             — Эй, всё в порядке? — Кана подошла с бокалом вина и присела на подлокотник. Лексус уже по привычке её приобнял и поднял взгляд. В домашнем шёлковом халате Альберона была похожа на богиню, про которую можно было слагать легенды. Её пальцы прошлись по щеке блондина, и она мягко улыбнулась. — Утомительная неделя? — девушка сделала глоток, а затем протянула бокал Дреяру. Он обхватил ножку пальцами и залпом осушил содержимое. Кана усмехнулась и забрала пустую тару, в которой больше не было ни капли смысла.             — Показ в конце месяца, а моя помощница занята и не отвечает на звонки.             — Ты звонил ей в двенадцать ночи? — Альберона насмешливо вздёрнула бровь, и Лексус только в этот момент обратил внимание на стрелки настенных часов. Он потерянно кивнул, и Кана цокнула языком. — Да, Дреяр, ты – тиран. Как Люси вообще на тебя работает? Если бы мне начальник позвонил в такое время, то я послала бы его в далёкое эротическое путешествие. У девочки стальные нервы или что?             — Это её работа, Кана. Так прописано в договоре.             — Но у Люси ведь есть личная жизнь. Может она повеселиться хотя бы в вечер пятницы? — Кана наклонилась и поцеловала Дреяра в щёку, после чего поднялась на ноги и направилась в сторону спальни. — Не засиживайся, я тебя жду.             Как только она скрылась за дверью, Лексус снова посмотрел на экран телефона. Может, у Хартфилии и были выходные, только вот всегда трубку брала она, а не какой-нибудь неизвестный… Дреяр стиснул зубы и заставил себя медленно выдохнуть. В голову лезли только оскорбительные эпитеты. Хотелось что-нибудь разбить, а лучше поехать к дому Люси и выяснить, на каком основании её телефон трогает кто-то ещё. «И её тоже кто-то трогает». Избавиться от назойливого внутреннего голоса не получалось.             Лексус подскочил на ноги и направился в сторону коридора. У Каны была довольно большая квартира. Как рассказывала девушка, она её купила сама через год после работы в издательстве. Платили настолько хорошо, что собственная жилплощадь стала лишь вопросом времени. Тем более Альберона просто страсть как хотела съехать от отца, которого частенько не бывало дома из-за длительных командировок, но стоило тому объявиться, как он начинал душить единственную дочь чрезмерной любовью.             Когда он заглянул в спальню, то увидел Кану на кровати всё в том же халате. Она полистывала последний выпуск журнала «Фэшн сити». Дреяр прижался плечом к косяку и сложил руки на груди, разглядывая её. Ощутив на себе стороннее внимание, Альберона улыбнулась уголками губ, а затем, не отрывая глаз от страницы, потянула ленту халата в сторону. Ткань разъехалась в разные стороны, демонстрируя Дреяру красное бельё. Хотя… Лексус не рискнул бы назвать это бельём. Подобное больше походило на переплетение ниток, которые ничего не скрывали. Кана нарочно медленно раздвинула ноги, делая вид, что пытается удобнее устроиться на постели.             — Лексус, — она протянула его имя гласными, а затем захлопнула журнал. — Мне всю ночь тебя ждать в таком виде?             — Нет, прости. Залюбовался… — он шагнул в спальню, отлипая от дверного косяка, и машинально закрыл за собой дверь. Злость кипела где-то поперёк горла, и Дреяр малодушно решил, что секс поможет от неё избавиться.       

***

            Люси подскочила на кровати и зажмурилась от солнечного света, который заливал спальню. Рядом с ней лежал Драгнил. У Хартфилии в кровати была только одна подушка и одно одеяло. К счастью, Нацу ни на что не претендовал, заменив удобный предмет кровати на свою руку. Он глубоко и размеренно дышал, явно не собираясь просыпаться. Хартфилия зачем-то прижимала одеяло к груди, когда смотрела на него. Воспоминания прошлой ночи не вызывали стыда или желания спрятаться. Она была в себе, когда соглашалась на все эти эксперименты.             Девушка покрутилась в кровати в поисках телефона. Взяв тот в руки, Хартфилия смахнула блокировку и пробежалась по непрочитанным сообщениям. От некоторых гостей поступило подтверждение присутствия на показе. Всё было в порядке, кроме того, что зарядки на телефоне почти не было. Девушка дотянулась до провода и вставила разъем в гнездо, после чего посмотрела на часы.             Драгнил рядом заворочался, а затем открыл глаза. Он повернул голову и широко улыбнулся, увидев Хартфилию сидящей рядом.             — Доброе утро, — его пальцы потянули на себя одеяло, и то выскользнуло из рук девушки, обнажая кожу. Люси даже не дёрнулась. — Как себя чувствуешь?             — Голой, — Хартфилия фыркнула, склонив голову. — Прости, но у меня сегодня ещё много работы, так что будет лучше, если ты уйдёшь.             — Вот так сразу выставляешь за дверь? — Нацу приподнялся на руках, а затем поддался вперёд, оказываясь вплотную к Люси. — Ты такая жестокая. Давай примем душ вместе, а потом я сразу же уеду. Обещаю, — его горячие губы накрыли мягкую округлость плеча, а пальцы скользнули по внутренней стороне бедра. Люси подняла ладонь и запуталась ею в ворохе розовых волос, которые затем сжала в кулаке и дёрнула голову Драгнила к себе, чтобы он её поцеловал. Раз уж они решили быть друзьями с привилегиями, то стоило взять от ситуации максимум.             — Никаких чувств, Драгнил, — Люси сбивчиво шептала в его рот свои требования. — Мы просто трахаемся время от времени, когда у обоих есть желание. И это конфиденциально, — ещё один поцелуй. — Только между нами, — рот Драгнила сместился ниже. — Если кому-то из нас это надоест, то мы сразу же прекратим без претензий. Ты понял меня?             — Можешь не быть деловой секретаршей, когда ты голая и мокрая? — его пальцы уже добрались до промежности и принялись мягко поглаживать чувствительную кожу. — Но я всё понял, — Нацу усмехнулся и толкнулся пальцами в Хартфилию. Она напряглась и откинула голову, рвано выдохнув. — Не переживай, никто не узнает, какой грязной и развратной ты можешь быть. По крайней мере, не от меня…             Этого было вполне достаточно. Люси устраивало такое положение вещей. Если уж у неё не было времени на полноценные отношения, то уж пару часов в неделю на животный секс девушка могла выкроить. Главное, чтобы это никаким образом не сказывалось на работе. Подобные требования гарантировали, что Драгнил не стал бы к ней приставать на рабочем месте, хотя всего на секунду она представила, как он раскладывает её на столе прямо в приёмной президента. Фантазия оказалась такой яркой, то Люси сорвалась на стон.             — Чёрт, ты так дрожишь, — язык Нацу широким мазком прошёлся по соску, и Хартфилия зажмурилась. Да, ей определённо нравилось снимать напряжение таким способом.       

***

            В офисе все были на ушах, и Хартфилия старалась заставить сотрудников сохранять спокойствие. Паника могла лишь навредить. К счастью, декорации поставили вовремя, флористы предоставили фотоотчёт букетов, которыми должны были украсить помещение, а музыканты отчитались по поводу репертуара. И всё-таки Люси нервничала.             За последние несколько дней Лексус с ней толком не разговаривал. То есть, он и до этого не разговаривал, но у Люси складывалось ощущение, что он вообще её видеть не хочет. И это с условием, что девушка буквально на себе тащила этот показ, организовывая мероприятие. Подобное отношение неимоверно злило. После историй с тестовыми свиданиями где-то в глубине души Люси надеялась, что их отношения улучшатся, но стало только хуже.             — Эй, Люси! — Нацу выскочил в фойе следом за девушкой, когда та направилась к выходу. — Уже уходишь? Время только два.             — Мне нужно в ателье. Готов костюм Дреяра. Заберу и вернусь, — она залезла в сумочку и достала телефон, чтобы вызывать такси.             — Я подвезу, — он выдернул смартфон из чужих пальцев и направился к стеклянным дверям, Хартфилия лишь направилась следом, закатив глаза. В чужой помощи она не нуждалась, но Драгнилу подобное просто невозможно было объяснить.                    В ателье их встретила миловидная девушка, которая приняла талон и сразу же сообщила, что принесёт костюм через минуту. Хартфилия остановилась у стойки и бросила взгляд на подиум, на котором стояли манекены, наряженные в красивые платья. Нацу проследил за её взглядом.             — Хочешь примерить?             — Что? — Люси вынырнула из своих мыслей, и парень указал в сторону бежевого платья в пол с открытой спиной. — А, нет. Время поджимает. Тем более у меня уже есть наряд на завтрашний показ.             — Глупости, Хартфилия. Примерь. Я настаиваю, — из-за ширмы вышла женщина с чехлом, в которое был упакован костюм президента. Люси почти взялась за него, но Драгнил оказался быстрее. Он перехватил вешалку и указал на то самое кремовое платье. — Леди хотела бы примерить его. Мы можем что-нибудь придумать?             — Конечно, — сотрудница окинула Люси взглядом, а затем снова скрылась.             — Нацу, это глупо. Оно стоит как три моих зарплаты, — Хартфилия зашипела, понизив голос, и это заставило Драгнила тихо посмеяться.             — Деньги никогда не были для меня проблемой, Люси. Я бы хотел, чтобы ты завтра чувствовала себя принцессой, ведь этот показ не состоялся бы без твоей твёрдой руки. Лексус тебе обязан, — он фыркнул, и девушка закатила глаза. Она была с ним в корне не согласна. Пусть ей и пришлось набегаться, чтобы всё подготовить, но на самом деле коллекции бы не было, если бы не Леви с её потрясающими идеями. Или даже без Лексуса, который руководил всей этой богадельней. В любом случае, Люси была лишь винтиком в огромной системе, который должен был исправно выполнять свои функции.             — Ты преувеличиваешь, — она хотела отмахнуться от его слов, но вышла женщина, которая позвала блондинку в примерочную. Нацу кивнул и жестом показал, что будет ждать её здесь.                    Сотрудница помогла справиться с крючками и завязками на талии, а затем отошла на два шага. Люси подхватила юбку, чтобы выйти в основное помещение и подняться на подиум. Стоило ей показаться Драгнилу на глаза, как девушка едва не споткнулась, запутавшись в собственных ногах. Платье было тяжёлым, и его вес давил на плечи. Впрочем, к этому можно было привыкнуть. Встав на подиум, Хартфилия упёрла руки в бока и повернулась к Нацу.             — Итак?             — Ты великолепна, — он прошептал это на одном дыхании. Люси в момент сделалось неловко от такой реакции. — Мы его берём, — это Драгнил говорил уже сотруднице.             — Нет-нет-нет, Нацу, мне же совершенно некуда его надеть, — девушка спустилась по ступенькам с подиума, а затем схватила парня за запястье. — Не надо. Это бессмысленная трата денег.             — Завтра ты приедешь на показ в этом платье, Люси. Я сам тебя подвезу. А потом хоть продай его. Мне всё равно. Просто хочу сделать тебе приятно, ты ведь позволишь?             — Ты и так делаешь, — Хартфилия шепнула это одними губами, опустив взгляд вниз. Драгнил усмехнулся и кивнул сотруднице. — Это слишком дорого для друга.             — И абсолютные копейки для компании, ради которой ты так корячишься. Переодевайся. Нам и правда пора ехать… — Люси оставалось только страдальчески вздохнуть, потому что Нацу не оставлял ей выбора. В рабочих вопросах девушка могла переупрямить кого угодно, но сейчас она чувствовала себя совершенно иначе, будто не имела в руках всей той власти, которая была у неё последние семь лет.             Сотрудница пододвинула к Драгнилу терминал, и он без лишних колебаний прижал карточку в гладкой поверхности, Хартфилия увидела зелёную галочку, означавшую успешную транзакцию, а затем поджала губы. Платье упаковали в чехол, после чего вынесли его покупателям. Драгнил подхватил и эту ношу.             Уложив костюмы на заднее сиденье, они поехали в офис. Нацу потрепал девушку по коленке, желая ту приободрить, но Люси только отмахнулась. С чего бы ей вообще чувствовать какую-то слабость перед мужским словом? Работа на «Фэйри» закалила её, сделала сильнее, прибавила решимости, но стоило Драгнилу слегка надавить, как Люси прогнулась словно тонкая веточка вишни. Подобное просто не укладывалось в голове, и от размышлений на эту тему у девушка болезненно сжало виски.             — Почему ты так беспокоишься об этом? — казалось, Нацу искренне не понимал чужих терзаний, потому что в его системе координат не произошло ничего существенного. — Это всего лишь платье. И оно тебе чертовски идёт.             — Я беспокоюсь не об этом, — Хартфилия упёрлась затылком в подголовник, надеясь, что хотя бы так виски перестанут ныть. — Просто считаю, что это лишнее.             — Лишнее для нас? — Хартфилия скосила глаза и увидела, что Драгнил улыбался. — Тебе не нужно отрабатывать платье, если ты об этом.             — Конечно, не нужно. Это ведь было полностью твоё решение, — она сложила руки на груди. Драгнил свернул на перекрёстке направо, и Хартфилия увидела знакомую высотку. — Просто это странно, вот и всё.             — Я подброшу тебя до дома вместе с платьем. Пока пусть полежит здесь, а то будет неловко, если кто-то увидит его раньше времени, — он был прав. Не стоило тащить такую роскошь в офис. Люси совершенно не хотелось объясняться перед всеми своими коллегами, а вопросы бы точно появились, увидь они чехол из ателье. — А завтра заберу тебя из дома. Или… — Драгнил припарковался возле здания и повернулся к Хартфилии. — Я мог бы остаться у тебя, и мы бы вместе приехали на показ. Я готов помочь тебе со сборами.             — Сама справлюсь. И я не в настроении, — девушка дёрнула ручку двери и незамедлительно покинула салон. Драгнил досадливо цокнул, после чего тоже вышел на улицу. Хартфилия забрала костюм Дреяра с заднего сиденья и направилась в сторону центрального входа, не дожидаясь Нацу. Он не был против, просто проводил девушку взглядом, наслаждаясь длинными ногами и узкой офисной юбкой.             Он не тешил себя мыслями о том, что когда-нибудь эта снежная королева растает. Парень давно принял для себя истину, что сердце Хартфилии ему не покорится ни при каких обстоятельствах. Он вообще посчитал великой удачей уже то, что девушка согласилась на подобный вид дружбы, которая имела довольно много плюсов. Напрягало лишь это идиотское условие о конфиденциальности. Не то чтобы он собирался кричать на каждом углу, что делит с Люси постель, просто девушка лишила его любой возможности на физический контакт в стенах здания. А подойти и поцеловать её хотелось, причём иногда даже слишком сильно. Тем более после того, как Драгнил узнал, какой раскрепощённой и страстной Хартфилия может быть.             Хлопнув дверью автомобиля, Драгнил махнул рукой Фуллбастеру, который вывернул из-за угла с пакетом каких-то сладостей.                    Люси поднялась на нужный этаж, а затем стремительно вошла в кабинет президента. Лексуса на месте не было, и Хартфилия выдохнула с облегчением. Повесив вешалку с чехлом на перекладину в углу, она скользнула взглядом по рабочему столу начальника, с тоской обнаружив бардак. Сейчас у многих сотрудников творилось чёрт знает что и в голове, и на рабочем месте. Поддавшись привычной рутине, Люси принялась расставлять всё по своим местам и сортировать документы. Когда скрипнула дверь, Хартфилия сразу же выпрямилась. Дреяр замер в дверях, вцепившись пальцами в ручку.             — Ваш костюм, мистер Дреяр, — распахнутой ладонью девушка указала в нужном направлении. Лексус даже не обернулся. Он медленно прошёл в кабинет и закрыл за собой дверь. — Всё готово. Я проверила списки. Гости будут в полном составе. Кейтеринг также оформлен, как мы и договаривались. Официанты будут вовремя. Цветы доставят завтра в пять утра.             — Фернандес?             — Ответил согласием. Эльза Скарлет заявлена в роли сопровождения.             — Мой дедушка…             — Будет к началу показа сразу после посещения врача. Я сверилась с расписанием, так что Вам не о чём переживать.             — И…             — Кана Альберона указана, как Ваш «плюс один». Я также внесла её в список гостей, — она почему-то не могла выкинуть из головы эту информацию. Сколько бы раз ни пыталась, а слова Лексуса о том, что Альберона будет присутствовать на показе в качестве его девушки, проскальзывала в голове в самые неподходящие моменты.             — А твой «плюс один»? — он шагнул к рабочему столу, рядом с которым замерла Хартфилия. Девушка вздёрнула подбородок.             — В этом нет необходимости. Я ведь собираюсь работать, — Люси смотрела ему прямо в глаза, не решаясь сделать глубокий вдох, хотя чувствовала, как начало не хватать кислорода.             — Драгнил? — Лексус выглядел почти сурово, между бровей у него залегла глубокая морщина, и смотрел он на свою подчинённую так, словно не собирался отпускать, пока не получит удовлетворяющий его ответ.             — Есть в списках гостей, как и все остальные руководители подразделений, — Хартфилия с усилием проглотила волнение, которое сковало горло. «Почему он заговорил именно о нём?». Было что-то странное в том, что Лексуса интересовал Нацу, а не Грей. Или Бикслоу, который точно мог пропустить показ из-за своего непостоянного характера.             — Разве не он твой «плюс один»? — что-то нехорошее промелькнуло в чужих глазах, и Люси отступила на шаг назад.             — Что? — девушка и правда решила, что ей послышалось. Ну не мог Дреяр спрашивать подобное. Тем более никто ничего не знал ни про неё, ни про Драгнила. Они никогда не позволяли себе ничего лишнего на работе.             — Ничего. Иди, — Лексус отошёл в сторону, позволяя Хартфилии просочится между столом и стеной. Она сразу же воспользовалась предоставленной возможностью и выскользнула в коридор, плотно закрыв за собой дверь.             Дреяр оттянул галстук от горла, а затем сел в кресло и прижал руки к лицу. Это всё было как-то неправильно. Он не должен был так зацикливаться на своей секретарше, и его точно не должно было волновать, с кем она собиралась приходить на показ. Это её личное дело, которое не имело к Дреяру никакого отношения. Лексус с силой надавил пальцами на веки, заставляя чёрные круги плясать в небытие, а затем откинулся на спинку кресла. «Да какого чёрта меня это вообще беспокоит?».       

***

            Нацу выполнил своё обещание и довёз девушку до дома. К счастью, ему хватило такта, чтобы не напрашиваться на чай. По лицу Хартфилии парень сразу понял, что ей явно не до низменных развлечений. Люси повесила вешалку на дверцу шкафа, а затем медленно расстегнула молнию, чтобы оценить свой будущий образ. Когда она надела платье в ателье, то почувствовала себя самой настоящей принцессой, что было глупо, потому что в их совершенном мире, напичканным технологиями, совершенно не осталось места сказкам. И всё-таки ощущения были великолепными.             Хартфилия протянула ладонь и коснулась мягкой ткани, которая ласкала кожу. Непрошенная улыбка накрыла губы, и Люси одёрнула руку, после чего резко дёрнула молнию обратно вверх. Перед показом необходимо было хорошенько выспаться, а потом…просто ещё один день, наполненный волнением и тревогой за то, чтобы всё прошло идеально. У «Фэйри» были определённые стандарты, и Хартфилия готова была сделать всё, чтобы мероприятие им соответствовало.                    Нацу топтался около машины, нервно поглядывая в сторону простенькой двери подъезда. Он уже оттянул узел узкого галстука и трижды поправил пиджак. Может, и не он занимался организацией показа, но день всё равно обещал быть волнительным. Когда Хартфилия вышла к нему, то он не нашёлся со словами. Кажется, впервые девушка распустила волосы и позволила себе выйти за рамки делового стиля. Их совместные походы на спортивные матчи не считались. Сейчас Люси казалась какой-то феей или принцессой, сошедшей со страниц книг.             Он сразу же открыл дверь и помог девушке сесть в машину, она скованно улыбнулась ему в ответ. Драгнил сел за руль и сдавленно сглотнул.             — Ты молчишь. Всё настолько плохо? — вообще-то Хартфилии понравилось собственное отражение в зеркале перед тем, как она покинула квартиру.             — Нет, я просто думаю, что не существует таких слов, чтобы описать, насколько ты хороша, — он снова бросил на неё косой взгляд, стараясь не отвлекаться от дороги. Ему нужно было следить за поворотами и светофорами, но на самом деле парню просто хотелось любоваться девушкой, которая сидела на соседнем сиденье. Трудно было не заметить, как сильно Хартфилия нервничала. — Всё будет в порядке, Люси. Показ пройдёт грандиозно. Я уверен в этом.             — Ты не можешь этого знать, Нацу, — тревога в её голосе была такой плотной, что её можно было ножом резать. Драгнил убрал руку с руля, чтобы накрыть тонкие пальцы своими. Хартфилия вцепилась в его ладонь, отчаянно нуждаясь в поддержке со стороны. — Если хоть что-то пойдёт не по плану…             — Не пойдёт, — он улыбнулся уголками губ, после чего вывернул руль одной рукой. До места назначения оставались считанные минуты. — Это будет шикарный вечер, и у тебя будет возможность им насладиться.             В его словах Люси сильно сомневалась, но на короткие мгновения девушка позволила себе обмануться.                    В центре просторного зала стоял подиум. Его окружали ярусы стульев. Хартфилия взглядом пробежалась по декорациям, которые установили несколько дней назад. Сотрудники суетились, расставляя цветы по заранее оговорённым местам. Люси оставила Драгнила в обществе Фуллбастера, проводившего девушку широко распахнутыми глазами, а затем направилась проверять заготовки на фуршет и бар. Лексуса нигде видно не было, из чего Хартфилия сделала вывод, что тот почтит их своим присутствием прямо перед показом. В этом не было ничего удивительного. Президент не должен был беспокоиться о тонкостях организации. Всю ответственность он переложил на плечи своей секретарши, поэтому она тщательно контролировала процесс.             Первые гости начали собираться около пяти вечера. Их приглашения проверяли на входе, а затем пропускали в зал. Они осматривались, медленно блуждая вдоль накрытых столов и принимали шампанское с подносов официантов. Люси вежливо улыбалась, приветствуя их. Когда перед ней возникла статная фигура Фрида, девушка облегчённо выдохнула.             — Я так понимаю, что ни Эвергрин, ни Бикслоу ещё не прибыли, — это был не вопрос, но Хартфилия на его слова всё равно кивнула. — Не переживай, я им позвоню. Остальные на месте?             — Да, — девушка сжимала в пальцах бокал с игристым и старалась не крутиться на одном месте, чтобы посчитать всех по головам. Она уже видела Леви, которая шмыгнула в гримёрку к моделям. МакГарден хоть и была уверена в своём успехе, но всё-таки переживала о том, что что-то могло пойти не так. Вдруг, модели запутаются в собственных ногах и рухнут на подиум? От этого никто не был застрахован. — Фрид, я…             — Ты чудесно выглядишь, — он смотрел на неё без блеска в глазах, но Хартфилия была осведомлена о том, что Джастин в принципе не склонен к громкому проявлению чувств. — Ты украшаешь это платье собой, — он взял Люси за руку, а затем наклонился, касаясь губами тыльной стороны её ладони. Жест настоящего джентльмена. От подобного внимания у Хартфилии проступил лёгкий румянец на щеках. — Так гораздо лучше, а то было ощущение, что ты вот-вот готова упасть в обморок.             — Просто хочу, чтобы этот день побыстрее закончился, — честно выпалила Хартфилия, с некоторым сожалением теряя тепло чужой руки. Джастин предпочитал не нарушать нормы приличий, а потому деловито убрал ладони за спину, переплетая пальцы между собой. Он выпрямился, и разворот его плеч удачно спрятал Люси от заинтересованных взглядов. — Всё это должно было стать обыденностью за столько лет, но…             — Не забывай о том, что показ – это важное событие для всей компании, а потому сотрудники стоят на ушах.             — Ты не стоишь, — лаконично заметила девушка, отмечая абсолютное спокойствие на чужом лице. Фрид вдруг усмехнулся и глубоко вздохнул, обводя взглядом собирающихся гостей. Те начинали занимать места согласно списку.             — Если я не показываю волнения, это совершенно не означает, что его нет, — он говорил ровно, разглядывая знакомые лица. — Но ты здорово постаралась в этот раз. Организация на высшем уровне. Лексус вряд ли похвалит тебя, поэтому это сделаю я. Ты ведь не против? — их взгляды встретились, и Хартфилия почувствовала, как собственные внутренности скрутило. Дреяр и правда не был щедр на подобные жесты, а потому услышать их от дотошного Джастина было очень приятно. Девушка отрицательно покачала головой. — Мне приятно здесь находиться. Я предвкушаю грандиозное шоу. Уверен, МакГарден выполнила свою часть работы просто идеально.             — Спасибо, Фрид, — Люси отставила полупустой бокал на поднос официанта, который проходил мимо, а затем сделала глубокий вдох. Джастин поставил девушке свой локоть, и Хартфилия вопросительно изогнула бровь.             — Позволь мне проводить тебя к гостям. Я сочту это за честь, — от его предложения не отказалась бы ни одна женщина, и Люси решила, что не будет становиться исключением. Скользнув пальцами по чужой руке, она обхватила локоть Джастина и улыбнулась. Кажется, Фрид остался доволен её решением, а затем они направились в сторону скопления людей.                    Появление Лексуса в сопровождении именитой журналистки вызвало настоящий фурор среди присутствующих. Этого не заметил бы только слепой. Люси бросила взгляд на часы и поняла, что до начала торжества осталось не так много времени. Фрид оставил Люси вместе с гостями, сославшись на важный звонок, а его любезно сменил Нацу, который разбавлял непринуждённую беседу шутками. Когда к их маленькому кругу присоединился Фернандес в компании Скарлет, Люси не сдержала широкой улыбки. Несмотря на странный оттенок той их встречи, она понимала, что президент «Тайтл» отнёсся к ней с искреннем дружелюбием.             — Люси, я так рад тебя видеть, — он был в необычайно приподнятом настроении. В одной его руке был бокал с шампанским, а второй он трепетно обнимал Эльзу за талию. Помощница Джерара сохраняла удивительное спокойствие. — Здесь чудесно. Скажи, что нашим общим показом будешь заниматься ты. Я бы хотел видеть именно такой масштаб. Кстати, кто это с тобой?             — Ох, — Люси спохватилась и сразу же перевела взгляд на Драгнила, который терпеливо ждал, когда его представят. — Мистер Фернандес, это Нацу Драгнил. Наш специалист по инвестициям. Нацу, это мистер Фернандес, президент «Тайтл». И его помощница – Эльза Скарлет.             — Люси, мы же договорились перейти на «ты», — напускное разочарование в голосе Джерара заставило девушку испытать укол вины. Ей было чертовски сложно отпустить деловой стиль общения, тем более когда вокруг происходило такое. Фернандесу пришлось убрать ладонь с талии Эльзы, чтобы пожать руку Драгнила. — Очень приятно познакомиться, Нацу.             — Это взаимно, — парень широко улыбнулся, а затем учтиво склонил голову перед Скарлет. Та ответила ему тем же.             — Значит, — Фернандес кивнул в сторону стайки журналистов, которые окружили Дреяра и Альберону. — Эта леди – девушка вашего президента? — Люси обернулась, чтобы проследить чужой взгляд, а затем быстро отвернулась. — У Лексуса определённо есть вкус на женщин. Не принимай на свой счёт, Люси. Я всё ещё считаю большим упущением с его стороны, что он оставил тебя без внимания, — если Фернандес ждал, что Хартфилия как-то изменится в лице, то это оказалось бесполезно. Блондинка лишь мягко посмеялась в кулак. Зато Драгнил рядом с ней ощутимо напрягся, словно президенту «Тайтл» удалось задеть какую-то больную точку, о существовании которой он даже не подозревал.             — Думаю, нам нужно с ним поздороваться, — Эльза аккуратно подтолкнула Джерара в бок, и он согласно кивнул.             Извинившись перед Хартфилией и её спутником, пара направилась в сторону журналистов. Те разошлись перед ними, и Люси увидела, как восторженно Джерар пожал руку Дреяру под вспышки фотокамер. Наверняка, каждый мечтал написать статью о том, как эти двое смогут положительно повлиять на индустрию моды, если объединят усилия в будущем, но Хартфилия была уверена, что эксклюзив получит только Альберона, которая стояла рядом с Лексусом и широко улыбалась, обнимая его за предплечье.             — Итак, Эвергрин уже здесь, я её встретил, — Фрид вынырнул из толпы, остановившись рядом с Хартфилией. — Бикслоу в пути, — он лишь тяжело вздохнул, когда Люси страдальчески закатила глаза, понимая, что открытие придётся начинать без него. — Всё в порядке. Его отсутствия никто не заметит. Тем более, это даже к лучшему. Ты знаешь, каким шумным он может быть.             — Знаю, — девушка прикрыла глаза и мысленно досчитала до трёх, после чего собралась с духом. — Пойду проверю МакГарден, и будем начинать. Раз уж президент здесь, то нас ничего не останавливает.                    В гримёрке хоть и собралось много людей, но душно не было. Хартфилия, придерживая руками подол платья, пробралась внутрь в поисках Леви. Та нашлась в самом углу в компании молоденькой модели. Девушка заканчивала со шнуровкой лёгкого летнего платья из тонкой ткани, которая блестела в тусклом освещении комнаты.             — Как дела? — Хартфилия придвинула к себе складной стул, на который сразу же села. Леви бросила на неё косой взгляд, сжимая в зубах ножницы, пока руки затягивали ленты. — Нужна помощь? — МакГарден ловко повязала бантик, который странным образом напоминал бабочку, а затем кивнула модели. Та встала и покрутилась на месте. Леви наконец-то освободила зубы от постороннего предмета.             — Лисанна похудела, — в её голосе чётко можно было разобрать обвиняющие нотки. Модель потупила взгляд, обхватывая себя за предплечья. — А знаешь почему она похудела, Люси? — нечасто можно было увидеть их дизайнера в таком тихом бешенстве. Обманчиво елейный голос заставлял кровь стыть в жилах. — Потому что рассталась с очередным мудаком! И вместо того, чтобы подумать о работе, начала морить себя голодом! Нет, я просто не понимаю, как из-за какого-то тупого мужика можно положить болт на свою жизнь и своё здоровье! Давай, Хартфилия, может ты сможешь мне объяснить…             Лисанна ниже склонила голову, почти вжимая её в плечи, а затем шмыгнула аккуратным носиком.             — Тебя только накрасили! Даже не смей плакать! — вцепившись в первую попавшуюся тряпку, Леви несильно ударила девушку по стройным ногам. — Он – кретин, а ты – богиня. Вот и будь богиней, чёрт тебя дери! — ярость, выплеснувшаяся внезапным порывом, заставила МакГарден растечься на стуле, а затем она перевела взгляд на Люси. — Я уже чертовски устала.             — Тебе ещё вступительное слово говорить перед показом, — тактично напомнила секретарша президента, от чего Леви лишь страдальчески скривилась. — Так… тебе нужна помощь?             — Если только моральная, — МакГарден махнула рукой Лисанне, разрешая ей ретироваться с глаз долой, и девушка сразу же воспользовалась такой возможностью. — Мне пришлось использовать булавки, чтобы платье с Лис не слетело, — она поморщилась. Леви терпеть не могла, когда что-то шло не по плану. И булавки на показе дизайнер на дух не переносила. — Может, мы внесём какое-то требование в их контракты? Например, чтобы их вес оставался в одном диапазоне? Знаешь, Люси, я её готова была придушить прямо в этой гримёрке. Просто стало жаль тебя, ведь ты столько сил вложила в этот показ. Было бы обидно, если б заголовки были не о том, как всё классно прошло, а об убийстве, — её слова хоть и звучали серьёзно, но заставили Люси улыбнуться и кивнуть. Леви посмеялась над собственной репликой, после чего ударила себя по коленям. — Пусть Лексус уже толкнёт речь о том, какая у нас шикарная коллекция, а я сделаю всё остальное, — видимо, не одной Люси хотелось, чтобы всё это побыстрее закончилось.                    Хартфилия вернулась в зал и быстро отыскала среди гостей Лексуса. Он пожимал руки знаменитостям, которые почтили их мероприятие своим присутствием. Проскользнув мимо бара, девушка присоединилась к Дреяру и вежливо улыбнулась. Президент оценивающе скользнул по ней взглядом, и только в этот момент она заметила, что Альбероны поблизости не было.             — Мистер Дреяр, — она чуть наклонилась в его сторону, и Лексус ощутил лёгкий шлейф спелой вишни. Он не знал, пах так блеск для губ, который выгодно подчёркивал их пухлость, или дело было в духах, но запах забился куда-то в ноздри, вызывая желание поддаться ближе, чтобы прочувствовать его лучше. — Всё готово. Мы можем начинать.             Он понимающе кивнул, после чего вежливо дал гостям понять, что те могут занимать свои места. Дреяр кивнул в сторону первого ряда, но Хартфилия лишь отрицательно мотнула головой. Ей необходимо было находиться рядом со светооператорами. И пусть они отрепетировали уже цветовую градацию несколько раз, Люси хотела сама всё проконтролировать. Лексус поморщился, но настаивать не стал.                    Когда в зале погас верхний свет, зрителям была дана возможность рассредоточиться по рядам, после чего Дреяр вышел на подиум, держа в руке дистанционный микрофон, который был заранее настроен. Его речь была короткой, но многообещающей. Лексус поблагодарил всех присутствующих за то, что они нашли время посетить их мероприятие, а затем передал слово МакГарден. Леви вышла на сцену из-за кулис в лёгком голубом платье. Она рассказала какую-то шутку про бабочек, а затем предложила гостям насладиться зрелищем.             Под чутким руководством Хартфилии освещение сменилось, и на подиум под музыку начали выходить модели.             — Я опоздал, — от неожиданности Люси даже вздрогнула, оборачиваясь. Рядом с ней стоял Бикслоу, который выглядел запыхавшимся. Парень явно отчаянно спешил, да вот только его усилий оказалось недостаточно. — Много пропустил?             — Речь президента и МакГарден.             — Значит, ничего важного, — от его самодовольной улыбки захотелось выдать Бикслоу несколько затрещин, но Люси сдержалась. В конце концов, он же и правда всё-таки приехал. — Классное платье, кстати. Кто подарил?             — Думаешь, мне так мало платят, что я не могу сама его себе купить? — они говорили шёпотом, хотя в этом не было особой необходимости. С такого расстояния гости всё равно не могли бы их услышать.             — Отвечаешь вопросом на вопрос, — задумчиво протянул Бикслоу. — Значит подарок от кого-то важного. Хм… Поскольку ты постоянно работаешь, а личной жизни у тебя толком нет, то это от кого-то из офиса. Наш президент слишком недальновидный, чтобы инвестировать в тебя. Получается, руководитель отдела, — от его тихих размышлений Люси ощутимо напряглась. — Фрид бы себе такого вульгарного жеста не позволил. Я слишком поверхностный. Остаётся Грей или Нацу. Грей? — Люси поджала губы. — Нацу? — пальцы на телефоне, который Люси сжимала в руках, едва не выронили технику из-за внезапно появившейся слабости. — Бинго! Какой дерзкий парень.             — Бикслоу… — Люси и не поняла, как её шёпот перешёл в откровенное шипение, но это не испугало молодого мужчину. Он посмеялся в кулак.             — Брось, это ж здорово.             — Мы не пара, — резко вставила девушка, желая в корне уничтожить зарождение похабных мыслей в чужой голове.             — А что тогда? Секс без обязательств? — Хартфилия дёрнулась, вскинув взгляд на Бикслоу, и в этот момент она заметила, как восторженно загорелись его глаза. — Кто бы мог подумать, что ты способна на такое… Что, Люси? Всё-таки тяжела жизнь секретарши при таком президенте? — он кивнул в сторону Дреяра, и Люси проследила за этим движением. Сердце пропустило сразу несколько ударов, потому что Лексус смотрел на них, и теперь точно знал, о ком именно они разговаривали. Хартфилия поспешно отвернулась. — Я не осуждаю. Но мне обидно, что ты выбрала Нацу. Чем я плох?             — Это очень глупый разговор, — Люси сложила руки под грудью и поморщилась.             — Ну-ну, подобное делает тебя уже не такой уж и скучной идеальной секретаршей, — его пальцы едва ощутимо скользнули по голому позвоночнику Хартфилии. Прикосновение вызвало волну мурашек, и девушка передёрнула плечами. Бикслоу наклонился ниже и зашептал ей прямо на ухо, опаляя горячим дыханием кожу. — Будоражит воображение, знаешь ли. Если тебя это успокоит, то я не вижу в этом проблемы. Просто радуюсь тому, что ты всё-таки умеешь развлекаться. Зачёт тебе, Хартфилия, — он выпрямился, и Люси бросила на него недоверчивый взгляд. — Буду держать язык за зубами. Мы ведь друзья.             — Друзья, — подтвердила Хартфилия, и Бикслоу неожиданно протянул ей руку. Девушка с готовностью сжала его ладонь. Большой палец Бикслоу огладил нежную кожу.             — Но пока я не обременил себя серьёзными отношениями, то совершенно буду не против побывать на месте Драгнила, — увидев, как девушка крепко стиснула зубы, парень сразу же поднял руки в примирительном жесте. — Шучу! Это шутка, Люси. Господи, трахаешься ты тоже по-деловому? — Бикслоу не оставил Хартфилии возможность ответить. Он проскользнул дальше в зал и сразу же схватил бокал с барной стойки.                    Фуршет после показа оказался ещё одним испытанием, но уже для Лексуса. Тот наперебой принимал поздравления. К счастью, Кана умело перетягивала на себя часть внимания, позволяя Дреяру передохнуть. Оставив Альберону принимать комплименты от представителей банков, Лексус прошёл к столу с закусками, рядом с которым стояла Леви и Хартфилия. Дизайнер, явно отпустив напряжение, что-то щебетала о платье секретарши, а та лишь смущённо кивала, проводя пальцами по юбке. Нужно было признать, что кремовый ей действительно шёл.             — Лексус! — заметив президента, Леви торопливо убрала бокал с шампанским от губ. — Просто чудесное вступительное слово, — она протянула ладонь и потрепала Дреяра за локоть. — Я невообразимо рада тому, как всё прошло. Считаю, это настоящий успех. Если продажи не подскочат в полтора раза, то я просто не знаю, что нужно покупателям.             — Ты хорошо потрудилась, — МакГарден ему нравилась. В отличии от большинства других сотрудников компании, эта девчонка никогда не боялась высказать своё честное мнение. Даже если она была уверена в том, что её слова не понравятся президенту, стесняться в выражениях Леви не собиралась. Они, конечно, могли не сойтись во взглядах и даже поскандалить, но всё всегда заканчивалось решением в пользу компании. Даже святая школьная троица не могла себе позволить назвать президента в глаза мудаком или козлом, а вот Леви почему-то говорила и не такое. Иногда Дреяр искренне не понимал, как эта миленькая девушка придумывает все эти изощрённые оскорбления в его адрес. И с тем же, если вдруг МакГарден перебарщивала, то она всегда признавала свою вину и извинялась. Лексус ценил такую открытость и был очень рад тому, что в своё время Макаров сделал всё возможное, чтобы заманить Леви в «Фэйри».             — Я всего лишь сделала коллекцию, а всё остальное организовала Люси. Вот кого надо хвалить, — девушка указала бокалом в сторону Хартфилии, которая смиренно стояла рядом.             — Просто выполняла свою работу, — каждое слово Люси произнесла с небывалым спокойствием.             — Как и все мы, — Леви вздёрнула подбородок. — Простите, но я оставлю вас. Мне нужно сказать несколько слов журналистам, чтобы они воспели мою гениальность в своих скупых статейках, — она оглянулась в поиске жертвы и приметила какую-то миловидную девушку с диктофоном, после чего сразу же удалилась.             Лексус снова посмотрел на Люси. Она выглядела иначе. Кремовое платье ей шло, а распущенные волосы добавляли некий шарм, которого раньше не было. Если бы на её макушке была диадема, то девушка легко могла бы сойти за принцессу из какой-нибудь старой сказки. Дреяр бы зацепился за этот образ, если бы не воспоминания недельной давности о звонке, в котором он слышал мужской голос и развратные стоны, описывающие ситуацию лучше любых слов. Ему тяжело было представить свою подчинённую в кровати с кем-то, но та ночь что-то изменила. Фантазия не на шутку разыгралась, заставляя Лексуса видеть перед опущенными веками довольно яркую картинку Хартфилии на смятой простыни. Пришлось сморгнуть наваждение, неожиданно подкравшееся из глубин подсознания.             — Мистер Фернандес остался доволен, я уже успела с ним переговорить, — голос Хартфилии вернул Дреяра в реальный мир.             — Да, знаю. Мы обменялись мнениями до того, как он и мисс Скарлет покинули фуршет. Он высказался весьма конкретно относительно своих пожеланий на счёт твоего участия в следующем показе, — наверное, это можно было считать за похвалу, но Люси лишь кивнула. Она и не думала, что возможен какой-нибудь другой исход. Джерар ясно дал понять, кого хочет видеть в роли организатора. — Идеальный вечер, Хартфилия, — у девушки сдавило горло. Она не привыкла слышать одобрение со стороны начальника. Обычно, он принимал её работу как нечто должное, а потому был скуп и сдержан.             — Ваша спутница. Нехорошо оставлять её в одиночестве, — Люси кивнула в сторону толпы, которая окружила Альберону. И это был ещё один урок по поводу ухаживаний, о котором Дреяр её не просил. — Если хотите, то можете ехать. Я проконтролирую, чтобы гости остались довольны.             — Собралась быть тут до ночи?             — Это часть моей работы, — она была права, но что-то не давало ему сделать шаг в сторону, словно он хотел уехать не с Каной, а с ней. Только вот что делать Дреяру со своей подчинённой? Везти её в офис? «Это бред». Он кивнул и отправился обратно к Альбероне, а Люси замерла возле стола, провожая его широкую спину. Этот костюм ему чертовски шёл. Пошив идеально подчёркивал статную фигуру, которой хотелось откровенно любоваться.             Президент был красивым, властным и сильным. На него можно было положиться. «Кане так повезло». Люси сделала глоток из своего бокала и заставила себя отвернуться, потому что поняла – она непозволительно долго смотрит на человека, который уже со всем в своей жизни определился.       

***

            Кана набросилась на него с поцелуями ещё в машине. Количество выпитого алкоголя в её крови заставляло девушку вести себя вызывающе. И если на фуршете она себя ещё сдерживала, то стоило двери автомобиля захлопнуться, как Альберона сняла предохранители. Она была горячей, восторженной и дикой. Руки Лексуса оглаживали тонкую женскую спину, пока пальцы девушки касались кожи Лексуса в разрезах рубашки между пуговицами.             К сожалению, у них не вышло зайти слишком далеко из-за водителя, который тактично молчал всю дорогу. Лексус, вытащив Альберону из салона, бросил водителю, чтобы тот оставался на рабочем месте, а затем направился вместе с девушкой в сторону лифта.             Кана была пьяна и развязна. А ещё не собиралась в чём-либо себе отказывать. Её нижнее белье быстро слетело с кожи, застёжка от бюстгалтера треснула, а затем девушка призывно раздвинула ноги, приманивая к себе Дреяра указательным пальцем. У Лексуса никогда не было проблем с женщинами в постели. Жалоб не поступало. Его одноночные спутницы никогда не жаловались. И Кане с ним тоже было хорошо. Девушка всячески демонстрировала своё удовольствие стонами, принимая в себя крепкий член Дреяра. Пока Лексус смотрел на неё, то всё было в порядке, но стоило векам опуститься, как тёмный шоколад волос сменялся на блондинистый вихрь. Правильно ли было заниматься сексом с Каной, а представлять совершенно другую девушку? Ещё и кого! Будь это какая-то модель, Лексус не стал бы мучиться совестью, но вместо длинноногой девушки с подиума Дреяр видел Хартфилию.             Фантазия разозлила, и он сорвался на грубые толчки, заставляя Альберону метаться по кровати. Она обхватила его бёдра ногами, бросив попытки подстроиться под ритм. Лексус наклонился и вцепился зубами в чувствительный сосок, заставив девушку вскрикнуть и выгнуться в пояснице. Она вся задрожала в его руках, и Дреяр хорошо ощутил, сокращение её мышц внутри. Он замер, а затем отстранился, глядя на разморённое удовольствием тело. Альберона смотрела куда-то в потолок, а на её губах была блаженная улыбка. Девушка перевернулась на бок, обнимая угол одеяла.             — Вот это да… — Лексус хотел было уточнить, что она имела в виду, но через секунду Кана уже заснула, словно все её силы ушли на этот один раунд.             Дреяр сел на кровати, стараясь игнорировать болезненное возбуждение. Он не успел закончить. Ему нужно было ещё, но эгоистично будить Альберону и требовать от неё продолжения не хотелось. Грязно выругавшись в ладонь, Лексус зажмурился, после чего шумно выдохнул. Отчаянное желание никуда не хотело деваться. Он поднялся на ноги и решительно направился в ванну, где задвинул за собой стеклянную перегородку и включил воду. Та сразу же полилась откуда-то сверху. Обхватив рукой ствол одной рукой, Лексус опёрся второй о мраморную бесшовную плитку, после чего опустил веки. Образ Хартфилии в кремовом платье всплыл сразу же, его даже не нужно было откуда-то выуживать.             Дреяр сглотнул сухость во рту, после чего двинул ладонью по всей длине члена и крепко зажмурился.             Он видел пухлые губы, длинные пальцы и вызывающий вырез на спине. Он мысленно прижимался губами к каждому позвонку, задирая чужую юбку. Лексус стаскивал руками кружевное белье и стискивал упругие ягодицы, разводя их в стороны. Она сдавленно застонала, когда он толкнулся в неё пальцами. Было мокро и горячо. Люси просила его быть медленным и внимательным к её желаниям, а потому он не спешил, оглаживая большим пальцем клитор, к которому от возбуждения прилила кровь. Её ноги подрагивали от томительной ласки. Лексусу хотелось раздеть её, вылизать, заставить кричать от наслаждения. Хотелось, чтобы она сама насаживалась на его пальцы до тех пор, пока ей бы не стало этого мало. Он готов был ждать столько, сколько понадобится. Он готов был быть терпеливым.             Движения на члене стали резче и грубее.             Дреяр представил, как перевернул её на спину. Как сорвал платье на её груди и припал к мягкой коже губами, терзая нежные соски и потираясь головкой о её промежность, размазывая естественную смазку по члену. Он ясно увидел её глаза. Карамель, поддёрнутая дымкой желания. И как она протянула к нему свои руки.             Этого было достаточно, чтобы острое удовольствие пронзило позвоночник, вырывая из грудной клетки низкий стон. Лексус стиснул рукой основание члена, но было поздно. Лоб прижался к прохладной плитке, и глаза наконец-то приоткрылись. Он видел, как вода смывает со стены следы его безумия, так внезапно накрывшего. Фантазия оказалась такой реальной и правдоподобной, что удержаться было попросту невозможно. Дреяр сцепил зубы. На место одержимости представленной картинкой пришло всепоглощающее опустошение. Лексусу потребовалось около пяти минут, чтобы выбраться из душа.                    Он обтёрся полотенцем, после чего переоделся в костюм. Ему нужно было убедиться, что фантазия не имела ничего общего с реальностью. Оставив Кану в кровати, Дреяр звякнул ключами от квартиры, а затем вышел в коридор.       

***

            Последние гости покинули зал около двенадцати ночи, и Люси, убедившись в том, что никого из посторонних не осталось, позволила себе шумно выдохнуть и опуститься на один из стульев, которые ещё не успели убрать. Нацу, перебравший на радостях с алкоголем, был сдан в руки совершенно трезвого Фуллбастера, а Бикслоу забрал пьяную Эвергрин. Леви вызвалась сопроводить Макарова до дома, так как они очень хотели посплетничать. Так уж вышло, что старший Дреяр относился к МакГарден, как к собственной внучке. Тем более он взял за девчонку ответственность, когда той было всего шестнадцать. Возможно, не стоило удивляться тому, что Леви была чуть ли не единственной, кто могла грубить Лексусу прямо в лицо. Люси даже полагала, что их взаимоотношения уже давно перестали быть рабочими и перешли в категорию «братско-сестринских».             — Тебя подвезти? — когда Люси подняла голову, то увидела перед собой Джастина. Он улыбался уголками губ. — Думаю, тебе будет неудобно в таком платье.             — Не стоит, — девушка отмахнулась. — Я вызову такси, — она кивнула Фриду на соседний стул, и тот принял приглашение. Его взгляд бездумно следил за рабочими, которые убирали столы и снимали аппаратуру. — Этот день наконец-то закончился.             — Ещё пять минут, — Джастин сверился с ручными часами. — Да, Люси, пять минут и выходной, — от его слов на душе у девушки как-то полегчало. — Знаешь, ты похожа на героиню сказки.             — Но поскольку мы живём в реальном мире, через пять минут ничего от этого образа не останется.             — Собираешься раздеться?             — Что? Нет! — Люси прижала руки к груди, словно действительно существовала вероятность исчезновения платья. На секунду Хартфилия представила себя в такой нелепой ситуации, и это вызвало у неё смех. — Конечно, нет.             — Тогда сказка ещё продлится какое-то время, — Джастин не смеялся, но Люси видела по его глазам, что ситуация кажется весёлой не только ей. Только сейчас девушка поняла, что действительно можно расслабиться. Всё-таки в помещении уже не осталось знакомых лиц. — Вероятно, ты переживала больше всех.             — Каждый раз показ будит хаос вокруг себя, — Люси легкомысленно пожала плечами, думая о том, что ей приходится проходить через это уже седьмой год подряд. — Могу только порадоваться тому, что Леви не выкатывает новые образы ежемесячно. Можешь себе представить такое? Показ каждый месяц. Вот это был бы кошмар. Я бы сразу же уволилась, — девушка покачала головой, придавая своим словам ещё большим вес. Фрид рядом улыбнулся шире. Он полагала, что при таком стечении обстоятельств, все сотрудники просто сошли бы с ума. Джастин поднял голову и замер.             — Лексус? — Хартфилия сразу же дёрнула головой на знакомое имя, а затем и правда увидела его. Сразу же подскочив со своего места, Люси заняла уже привычное для себя положение, сложив руки на юбке. — Я полагал, что ты уехал.             — Уехал, — Лексус остановился возле них и сунул руки в карманы брюк. — Хотел убедиться, что всё и правда закончилось. Всё ведь в порядке?             — Мог бы просто позвонить, — Фрид медленно поднялся на ноги. — Я остался с Люси, чтобы за всем проследить. Никаких происшествий. Мне вас оставить? — он перевёл взгляд с Дреяра на Хартфилию. Та едва заметно пожала хрупкими плечами, не до конца понимая, зачем президент явился сюда сам.             — Да, езжай домой. Я тут разберусь.             Джастин медленно кивнул, после чего попрощался с Хартфилией и направился в сторону выхода. Девушка стояла ровно и не пыталась сдвинуться с места ни на шаг. Дреяр смотрел на её пальцы, что держали чёртов смартфон. Казалось, девушка не расставалась с ним ни на секунду, кроме той ночи, когда ему ударило в голову позвонить ей. Он всё ждал, что она что-нибудь скажет, но Люси упрямо хранила молчание.             — Завтра сможем сдать помещение арендодателю? — мысленно Дреяр чертыхнулся, ведь он хотел спросить совсем не это. В его голове всё ещё назойливо билась мысль о том, что он упускал что-то невероятно важное.             — Да, конечно. Всю ночь рабочие будут разбирать конструкции. Если что-то окажется не в порядке, то завтра со мной свяжутся, — Люси надеялась на выходной. После такой трудной недели он ей был физически необходим. Девушка ни за что бы в жизни не отказалась от возможности выспаться в своей кровати. Она даже представила, как проводит время на диване перед телевизором с пакетом попкорна. Конечно, если ей и правда позвонят, то ехать придётся, но призрачная надежда на день безделья никуда не девалась.             — Хорошо, тогда… я подвезу тебя домой.             — В этом нет необходимости. Я вызову такси, — словно в подтверждении своих слов, Люси смахнула пальцем по экрану телефона и принялась там что-то искать. Лексус раздражённо вырвал технику из рук девушки и поймал её встревоженный взгляд. Хартфилия сразу же поняла, что спорить с начальником бесполезно.             Он молча развернулся и направился к дверям, и девушка зажмурилась на секунду. Только вот деваться было некуда, так как без телефона она всё равно не смогла бы никуда уехать. Пришлось подхватить подол платья одной рукой и пойти следом за Дреяром. Он остановился около машины и открыл переднюю пассажирскую дверь перед Хартфилией. Она успела заметить, как Лексус подставил ладонь, чтобы она не ударилась головой о каркас автомобиля. Перехватив ключи у водителя, президент ясно дал понять, что более в его услугах на текущий день не нуждается. Тот кивнул. Лексус занял водительское сиденье и завёл мотор. Расправив складки платья, Люси попыталась пристегнуться, но пышная юбка мешала.             — Я сам, — он нагнулся к ней, чтобы перехватить ремень безопасности, после чего сдвинул ткань так, что ощутил под тонкими слоями женское бедро. Сглотнув сухость, Дреяр справился с поставленной задачей. Ремень характерно щёлкнул, и Лексус снова выпрямился. Руки потянулись к галстуку и развязали его, после чего расстегнули две верхние пуговицы на рубашке.             Это придавало ему какую-то небрежность, которой обычно не было. Дреяр всегда казался собранным, потому распахнутый верх одежды, демонстрирующий выемку ключиц, резко контрастировал с тем, к чему Хартфилия привыкла. Девушка торопливо отвела взгляд, уставившись в окно. Машина тронулась с места.             Молчание давило на плечи и вжимало девушку в сиденье. Она мысленно считала минуты, надеясь, что эта поездка быстро подойдёт к концу. Дреяр потянулся к магнитоле и нажал на кнопку. Приглушенная музыка наполнила салон, и это удивительным образом помогло. Хартфилия смогла выдохнуть, но этого всё равно оказалось недостаточно, чтобы она могла расслабиться.             — Это платье… — Лексус первый прервал молчание, когда машина остановилась на светофоре. — Не видел его прежде.             — Я подумала, что для такого мероприятия мне нужно что-то особенное. Вам не нравится? — она рассеянно обвела взглядом свою юбку, словно пыталась найти изъян. Лексус не мог признаться в том, что фантазировал о Хартфилии именно в этом платье. Постыдные мысли снова начинали лезть в голову, и Дреяр сильнее стиснул руль пальцами.             — Ты выглядела превосходно. Фернандес тоже оценил твой наряд. Ты полностью соответствовала характеру вечера, — пусть слова президента и были сухими, но они всё равно вызвали на губах девушки улыбку, которую та попыталась спрятать, повернув голову в противоположенную сторону. Только вот Лексус всё равно увидел её в отражении на стекле. Вспышка молнии, которая вдруг расчертила небо над городом, заставила Хартфилию вздрогнуть. Раскат грома не заставил себя долго ждать. Блондинка вдруг вжалась в сиденье и придвинула ноги ближе. — Испугалась?             — Всё в порядке, — дыхание у неё сбилось, а сердцебиение ускорилось. — Не люблю грозу, — Люси попыталась улыбнуться, но вышло криво, и девушка сразу же пожалела об этой попытке. Лексус протянул руку и накрыл ею подрагивающие пальцы. Тепло его ладони придало уверенности ровно до того момента, пока вторая вспышка не расчертила темноту. Хартфилия ощутимо вздрогнула.             — Осталось немного, мы скоро приедем. Закрой глаза, — он бросил нетерпеливый взгляд в сторону светофора, дожидаясь зелёного. Как только нужный свет загорелся, машина сразу же тронулась с места. Крупные капли полились на лобовое стекло, и Лексус сосредоточенно нахмурился. Люси повиновалась и опустила веки, вцепившись в руку Дреяра своей. Это было странно, но она не могла об этом думать. Все её мысли сконцентрировались на непогоде.             Не прошло и десяти минут, как автомобиль остановился. Хартфилии пришлось разжать чужую ладонь. Лексус первым вышел из машины и стянул с себя пиджак. Зонта у него под рукой не было, поэтому он решил использовать его в качестве укрытия. Открыв дверь, он протянул руку, помогая Люси выйти. Пиджак сразу же опустился на её голову, пряча от воды. Они быстро дошли до подъезда, и Люси закопалась в маленькой сумочке, пытаясь достать ключи. Снова сверкнула молния. Хартфилия вжала голову в плечи, и Дреяр дёрнул её к себе, обнимая одной рукой. Она пряталась на его груди, крепко зажмурившись. Мужские пальцы вплелись в распущенные волосы на затылке Хартфилии. Девушка загнанно дышала.             — Всё в порядке, Люси. Всё хорошо, — он шептал это в растрёпанную макушку. Её имя как-то правильно опустилось на его язык, и ему даже понравилось. Были бы только обстоятельства другими…             Она всё-таки смогла вытащить ключи, и Лексусу пришлось отстраниться. Девушка открыла дверь, а затем уверенно прошла внутрь. Дреяр, не особо задумываясь, проследовал за ней. В этом не было необходимости, но почему-то мужчина чувствовал острую необходимость остаться рядом с ней. Люси молчала, открывая квартиру и проходя во мрак. Она даже не попыталась включить свет, сразу же направившись к окну, чтобы его зашторить. Только после этого Хартфилия смогла шумно выдохнуть, уронив сумочку в кресло. Когда она обернулась, Лексус стоял напротив, и тут до неё дошла суть происходящего.             Президент находился в её квартире. В, чёрт возьми, её спальне.             — Мистер Дреяр… — она шмыгнула носом, беря себя в руки. — Спасибо, что проводили.             Взгляд Лексуса блуждал по комнате. Он с интересом разглядывал скромный интерьер. Сам Дреяр давно привык к роскоши. Та окружала его с пелёнок. Поэтому простенькая мебель в совокупности с обилием полок, на которых расположились книги, вызывали в нём искренний интерес. Он снова перевёл взгляд на девушку.             — Простите за случившееся. Этого больше не повторится, — она всё ещё была его секретаршей, которая превосходно справилась со своими обязанностями сегодня. И пусть платье смотрелось на ней потрясающе, а все гости находились под впечатлением от показа, Дреяр разглядел и проступившие тени под глазами от недосыпа, и натянутость в словах. Это было так самонадеянно с её стороны – обещать, что она больше не испугается грозы, что Лексус готов был рассмеяться, но сдержался.             — Я, пожалуй, останусь, — Дреяр привалился плечом к стене, глядя на Люси. Она растерялась от такого смелого заявления, а потому не нашлась с ответом. — Тем более, как я могу оставить тебя одну, учитывая, что мне довелось увидеть.             — Я не… — может быть, она и не видела вспышку молнии, но гром, разразившийся прямо над домом, заставил её осечься и стиснуть зубы. Дреяр отрицательно мотнул головой, давая понять, что никакие слова не заставят его передумать. Люси с усилием сглотнула. — Мистер Дреяр, это неприлично.             — Почему? Довольно милая квартирка, — он стряхнул капли воды с волос, а Хартфилия наконец-то стянула с головы пиджак, который успел промокнуть. — Тем более как ты можешь позволить себе выставить начальника за дверь в такую непогоду? Я думал, ты хорошо ко мне относишься.             — Вы снова перевернули всё с ног на голову, — она сдвинулась с места, а затем прошла мимо Лексуса. — Ждите здесь, мне нужно переодеться, — девушка открыла створку шкафа и достала какие-то вещи, после чего скрылась в темноте коридора.             Дреяр услышал, как хлопнула дверь ванной комнаты, а потому медленно прошёл на кухню. Крохотное помещение едва ли было рассчитано на двух человек. Проиграв выдержке, Лексус поддался любопытству. Вся посуда имелась в единственном экземпляре. Чтобы как-то успокоиться, он вернулся в спальню и всё-таки заглянул в шкаф. На вешалках висели женские вещи. Дёрнув ручки выдвижного ящика, Лексус наткнулся взглядом на нижнее белье. Никаких кружев или соблазнительных комплектов. Стиснув зубы, Дреяр задвинул ящик обратно, а затем закрыл шкаф.             Рубашка неприятно липла к телу, и Лексус расстегнул пуговицы, после чего стянул её с плеч. Раскаты грома снова прокатились по стенам, заставив их содрогнуться. Дреяр машинально бросил взгляд в сторону коридора, словно надеялся, что сейчас девчонка выскочит из ванной и прибежит к нему, чтобы спрятаться, только вот ничего такого не произошло. Дреяр даже успел ощутить лёгкую досаду. Повесив рубашку на спинку стула, он присел на край кровати, оглядывая тумбочку, на которой стояла фотография в рамке. На ней Хартфилии было от силы лет шестнадцать, и она широко улыбалась в камеру, а рядом с ней стояли родители. Лексус протянул руку и взял рамку, придвигая её ближе. Люси оказалась очень похожа на свою мать. Те же черты лица и улыбка один-в-один.             Хлопнула дверь, и на пороге спальни возникла Хартфилия. Она была одета в розовую пижаму, а в руках девушка держала то самое платье.             — Почему Вы…? — она неловко ткнула пальцем в свою грудь, намекая на отсутствие верха, но Лексус лишь пожал плечами. — Простите, но у меня нет мужской одежды.             — Если у тебя есть плед, то я накину его, — наблюдать за секретаршей в таких условиях было даже забавно. Люси кивнула и отошла к рабочему столу, на стуле, где висела вещь Дреяра, обнаружился мягкий клетчатый плед, который девушка протянула мужчине. Расправив ткань, он накинул его поверх плеч. — Ты всегда боялась грозы?             — С детства, — Хартфилия бросила это почти небрежно, а затем, явно не зная куда себя деть, умостилась на стуле, сложив руки на груди. — Когда мама заболела, отец сутками пропадал в больнице. В одну из таких ночей город накрыл ураган. У многих домов посносило крыши. Наш тоже пострадал. Правительство тогда выплатило нам компенсацию, и дом мы с папой отремонтировали.             — Сколько тебе было?             — Десять, — она смотрела куда-то в сторону, не испытывая никакого желания делиться душевными переживаниями с собственным боссом.             Лексус представил себе десятилетнюю девчонку, которая оказалась одна в ураган. Наверняка, забилась в угол и боялась лишний раз вздохнуть. Это объясняло реакцию на молнии и то, что следовало за ними. Дреяр отставил фотографию на место, а затем поднялся. Он сократил расстояние между ними, и Хартфилия невольно подняла на него взгляд. Лексус медленно опустился перед ней на колени и положил руки на стул по обе стороны от её ног.             — Тебе нечего бояться. Сегодня ты не одна, — у Люси сдавило горло от этих слов, и она поджала губы, словно готова была пустить слезу, только вот глаза остались совершенно сухими. — Я знаю, что мы будем делать.             Он встал, подхватывая Хартфилию на руки. Она оказалась настолько потрясена этим, что не издала ни звука. Дреяр перенёс её на кровать, после чего кивнул в сторону наушников. Люси протянула накладную пару Лексусу, и он надел их ей на голову так, чтобы те плотно прилегли к ушам. Зажав кнопку, Лексус убедился, что индикатор загорелся. После этого мужчина выудил телефон Хартфилии из кармана собственных брюк и протянул его Люси. Она установила сопряжение, а затем Лексус забрал его и открыл музыкальное приложение. Пролистав несколько композиций, он нажал на нужную и опустил ладонь Люси на глаза.             Музыка полилась в уши сплошным потоком. «Где же мой ангел? Под вечер прилети и спаси меня, пожалуйста»*. От руки Лексуса шло успокаивающее тепло, и Хартфилия сама не поняла, как оказалась рядом с его боком, уложенная на подушку. «Я хочу стать счастливее и растопить лёд в себе, мои руки столько раз тянулись       к бесцветному эхо»*. Размеренный мотив и мягкие голоса растягивали время и пространство, меняя реальность. И пока Люси не видела лица напротив, она могла представить себе что угодно. Впрочем, в темноте девушка всё равно видела лицо Дреяра. Спокойное и умиротворённое. Ладонь прятала Хартфилию от вспышек молний, а наушники не давали грому вторгнуться в искусственно созданный мир, где не нужно было бояться, прятаться и казаться лучшей версией себя.             — Спасибо, — она не слышала собственный голос из-за музыки, но Дреяр принял эту благодарность, ответив тем, что прижался губами к гладкому лбу.             Сердце спокойно билось в грудной клетке и не трепетало в предвкушении чего-то большего. Бабочки не разрывали желудок. Люси с удивлением обнаружила, что нервы не расшатывались в разные стороны, их не сносило порывами излишней эмоциональности, несмотря на совершенно странную ситуацию. Просто Дреяр был рядом, и от этого становилось хорошо. Она и сама не поняла, в какой момент провалилась в сон, убаюканная приятной мелодией.             Лексус аккуратно убрал ладонь от чужих глаз, глядя в расслабленное лицо Хартфилии. Она действительно была похожа на ангела, который спустился с небес. Забавляло лишь то, что этот ангел до дрожи в коленках боялся молний. Ливень за окном усилился, но грозовые тучи уплыли дальше, оставляя после себя лишь эхо. Дреяр осторожно сполз чуть ниже, укладываясь рядом с девушкой так, чтобы не потревожить её. Плед сместился с его плеч. Лексус перетянул его так, чтобы укрыть Люси.             Он позволил себе полежать так рядом с ней ещё около часа, а затем всё-таки поднялся. Ему нельзя было оставаться. Найдя на её столе бумажку и ручку, Лексус черканул несколько фраз, после чего подхватил подсохшую рубашку и направился к выходу из квартиры. Бросив взгляд на уснувшую Хартфилию, он ощутил, как кольнуло куда-то между рёбрами сожалением. На память об этой ночи Дреяр легкомысленно оставил пиджак, который не собирался забирать.                    Когда он вернулся в квартиру, непогода за окном снова усилилась. Подойдя к широкому окну в спальне, он тяжело вздохнул. От ветра деревья опасно наклонялись, и из-за этого создавалось ощущение, что они вот-вот сломаются пополам. Кана на кровати заворочалась и приоткрыла глаза.             — Ох, Лекс… — девушка приподнялась на руках, глядя ему в спину. Дреяр обернулся. — Ты почему не спишь? — её взгляд метнулся в сторону наручных часов. — Три ночи.             — Прости, я тебя разбудил? — он прошёл к кровати, стягивая с себя рубашку. — Заканчивал рабочие дела. Не хотел тебя тревожить, — Лексус присел на самый край и мягко улыбнулся, глядя на растрёпанную Альберону. Она потянулась и приподняла одеяло. — Что? Мне забраться к тебе?             — Да, как-то прохладно. Согреешь меня? — её предложение звучало заманчиво, и Лексус понял, что сотворил ужасную глупость, поддавшись душевному порыву. Ему совершенно не стоило оставлять Кану здесь в одиночестве. Она заслуживала уважения и верности. И пусть его поступок нельзя было назвать изменой, но ведь Дреяр был к нему близок. С этим бредом необходимо было заканчивать.             Раздевшись, мужчина и правда скользнул к Альбероне под одеяло. Она сразу же доверчиво прижалась к его груди. Пальцы Лексуса запутались в пышных каштановых волосах. Запах духов смешался с алкоголем, но всё равно не вызвал в Дреяре должного отторжения. Он прижался губами к тёмной макушке. Кана обхватила его одной рукой и блаженно замычала, перетягивая на себя тепло чужого тела. Её кожа действительно оказалась прохладной. Видимо, на кухне было открыто окно, а он этого даже не заметил. Из-за Люси Хартфилии почему-то многие мелочи вымывались из головы. «Я с этим обязательно разберусь, Кана. Обещаю». И пусть девушка не могла слышать его мыслей, она почему-то потёрлась носом об его плечо и равномерно задышала. Но Дреяр так и не смог уснуть. Мыслями он словно бы так и остался в маленькой комнате на дешёвой кровати с неудобным матрасом в компании блондинки, которая слушала музыку, выбранную специально для неё.       

***

            Люси обнаружила себя в кровати утром следующего дня. За ночь наушники съехали с головы и теперь валялись на подушке. Резко вскочив, Хартфилия окинула взглядом спальню. Она почти была готова принять видение о Лексусе в её квартире за сон, но глаза наткнулись за пиджак, который висел на ручке кресле. Из груди вырвался пристыженный стон. «Лучше бы случившееся оказалось моей перепуганной фантазией». Она завалилась обратно на кровать и стукнула рукой по одеялу. Телефон завибрировал, и Хартфилии пришлось оторвать голову от подушки. Проверив сообщения, девушка тут же поднялась на ноги. Арендодатель сообщил о том, что никаких претензий к залу у него не было, а это означало, что и самой Люси никуда не нужно ехать. Это была хорошая новость.             Хартфилия наспех приняла душ, стараясь выбросить из головы мысли о начальнике.             — Нет, ну а что в этом такого, верно? — застыв с зубной щёткой напротив зеркала, девушка заговорила со своим отражением. — Обычное дело. Начальник позаботился о своей подчинённой. Все так делают. Наверняка, Фернандес ещё и сказки Эльзе на но… — Люси оборвала сама себя, вспомнив, в каких именно отношениях президент «Тайтл» состоял со своей подчинённой. Люси сплюнула пасту в раковину и снова подняла взгляд. — Чёрт. Ну и как мне теперь себя с ним вести? — ей совершенно не хотелось, чтобы четыре года продуктивной работы на «Фэйри» отправились коту под хвост.             Вернувшись в спальню, Хартфилия остановилась посреди комнаты, уперев руки в бока.             — Генеральная уборка. Это поможет прочистить мозги, — Люси всегда старалась поддерживать порядок в съёмной квартире, но сейчас тут валялись и пиджак, и платье, и чёрт знает что ещё.                    Через полчаса активной уборки, Хартфилия заставила себя взяться за предмет мужского гардероба. Всё ещё полувлажная ткань пахла улицей и самим Дреяром. Люси хорошо знала этот запах. Она помяла пиджак в руках, терзая зубами нижнюю губу. Почему-то хотелось ткнуться в него носом и вдохнуть поглубже, но даже сама по себе мысль казалась постыдной. Девушка зажмурилась и разгладила ткань.             — Сдам в химчистку и верну, — неразборчивое бормотание сорвалось с губ, и Люси оставила чужую вещь висеть на подлокотнике кресла, после чего переключила своё внимание на рабочий стол. Только в этот момент взгляд зацепился за сложенный пополам лист бумаги. Хартфилия частенько делала заметки, и таких вот листов здесь было полно. Развернув его, Люси замерла. Подчерк принадлежал Дреяру. Она узнала бы его из тысячи.       

«Спасибо, что разрешила остаться. Думаю, всё будет в порядке с залом, так что отдохни хорошенько. Пусть пиджак поживёт у тебя. Я надеюсь, что у меня ещё будет возможность забрать его.

      

— Л.Д.»

            Люси осела на стул, вцепившись пальцами второй руки в спинку. Она возвела взгляд к потолку и начала мысленный отсчёт от нуля до десяти, чтобы утихомирить взбесившееся сердце. Последняя строчка звучала как обещание, которому Хартфилия не должна была доверять. Если она оставит эту вещь у себя, то будет ли это означать, что она готова дать шанс своему начальнику?             — Шанс на что? — вопрос улетел в пустоту, а глаза снова пробежались по наспех выведенным словам. Лексус явно спешил убраться из её квартиры.