Глава 4. Сентябрь

            Лето закончилось как-то неожиданно, и Хартфилия подумала о том, что Лексус попросту забыл о своём пиджаке, потому что он вёл себя как обычно и никаким образом не демонстрировал свой интерес к подчинённой. Люси и не ждала от него каких-то действий, так как посчитала случившееся банальной ошибкой. Но всё-таки та ночь оказала на неё определённое влияние. Например, Хартфилия больше не пускала Драгнила в свою квартиру, предпочитая проводить время либо на его территории, либо на нейтральной. А пиджак девушка всё-таки сдала в химчистку, после чего забрала его и повесила в своём шкафу с самого края. Странно было наблюдать мужскую одежду там, где её никогда прежде не было.             — Люси, — Леви запрыгнула на край стола и закинула ногу на ногу, опираясь рукой о стопку документов. — Я к тебе.             — Если ты по поводу поставщиков, то мы уже с «Тайтл» обо всём договорились, — Хартфилия головы от данных с продажами последней коллекции даже не подняла. — Или у тебя какое-то новое задание?             — Про договорённости я в курсе. Меня больше интересует, когда ты устроишь мне встречу с ними, — МакГарден вдруг широко улыбнулась и махнула рукой. — Лексус! — она протянула каждую гласную, а затем поболтала ногами в воздухе. — А Люси не хочет устраивать мне встречу с «Тайтл», — это была наглая ложь, и Хартфилия наконец-то вскинула голову. Поймав напряженный взгляд начальника, девушка вскочила из-за стола.             — Мистер Дреяр, это…             — Я в курсе, — он бегло перебил её и переключил внимание на МакГарден. — Если ты, мелкая, думаешь, что можешь порочить честь моих сотрудников, то я вынужден тебя огорчить. На следующей неделе едем в «Тайтл». Ты, конечно же, с нами. И слезь со стола, ты же леди, — МакГарден недовольно фыркнула, но всё-таки спустила ноги на пол и сложила руки на груди, показав Дреяру язык. — Я верю, что когда-нибудь ты повзрослеешь, — Лексус выудил из внутреннего кармана пиджака телефон и посмотрел на экран, после чего перевёл взгляд на Хартфилию. — Мне нужны данные всех поставщиков за последний год. И примеры тканей. Пора браться за новую коллекцию. Слышала, Леви? Иди работать! — он быстро скрылся в своём кабинете, хлопнув дверью.             — Нервный какой-то, — МакГарден задумчиво склонила голову к плечу, постукивая каблуком по полу, а затем обернулась и посмотрела на Люси. Поймав осуждающий взгляд, девушка отмахнулась. — Не злись, я же пошутила. Не уволит же он тебя. Кого угодно, но не тебя.             — Может, и не уволит, но я совершенно точно не хочу выслушивать от него, — Люси поднялась из-за стола и вздохнула. — Мне нужно к Бикслоу. Ты со мной или хочешь поговорить с Дреяром?             — Ну уж нет. Если он приказал мне работать, значит настроение у него паршивое в крайней степени, — девушки дошли до лифта, и Леви нажала на кнопку. — Слышала, как он ругался со своей девушкой.             — Когда? — Хартфилия в следующую же секунду готова была прикусить себе язык. Про Кану она не слышала ничего уже целый месяц. Та никогда не приходила к ним в офис. После той успешной статьи в «Фэшн сити» от Альбероны в адрес «Фэйри» не приходило ни единой весточки. Удивительно, но Эвергрин тоже молчала, хотя Люси знала наверняка, что девушки общались.             — На прошлой неделе. Не знаю, с чего всё началось, но Альберона вроде как была недовольна тем, что Дреяр отказался брать отпуск в ноябре, — МакГарден пожала плечами, а затем заинтересованно посмотрела на Хартфилию. — А ты знаешь, когда у него отпуск?             — Не в этом году, — девушка даже не задумалась.             Лифт распахнул перед ними свои двери, и девушки вошли внутрь. Леви прижалась спиной к стене и скрестила ноги. Люси нажала на нужные кнопки и встала рядом с подругой. МакГарден смотрела строго перед собой, а затем вдруг поджала губы.             — Может, он и правда слишком много работает. Всё-таки это его первые отношения. Мог бы и уступить. Она ведь хочет провести с ним время вместе, — дизайнер тяжело вздохнула.             Люси не знала, что на это сказать. С одной стороны, Леви была полностью права, ведь отношения строились на компромиссах. С другой стороны, Альберона прекрасно знала о том, что Лексус – чёртов трудоголик, который сам не отдыхал и другим не давал. При этом, если он всё-таки уходил в отпуск, вся ответственность за компанию ложилась на плечи Хартфилии. Она, конечно, на подобное жаловаться не смела, но справляться со всеми делами было сложно. Сил уходило в два раза больше.                    Леви вышла на своём этаже, махнув на прощание рукой, а затем двери снова закрылись. Люси вышла в полуподвальном помещении и прошла по абсолютно белому коридору к нужной двери. Бикслоу почему-то никогда не жаловался, что в его кабинете не было окон. Им на замену пришёл экран во всю стену с имитацией любого вида, какой только душа пожелает.             — О, Хартфилия, какими судьбами? — Бикслоу сидел за столом, закинув на него ноги, и быстро печатал что-то в телефоне. Появление секретарши босса не заставило его изменить положение тела в пространстве.             — Выгрузишь мне данные поставщиков за последний год? Думаю, они понадобятся для встречи с «Тайтл». Что ты делаешь? — Хартфилия обошла стол и заглянула Бикслоу через плечо. На экране показалась переписка довольно интимного характера, но парень даже не попытался её спрятать. Люси фыркнула. — Ну ты и пошляк.             — Ага. А знаешь, с кем я заигрываю? — он бросил взгляд на лицо Люси и, к своему сожалению, не увидел там и капли заинтересованности, только вот это его не остановило. — Модель с показа. Мы с ней познакомились в том жарком июле.             — Эрика? Кинана? Шэри? — пусть у Хартфилии и была феноменальная память, но она всё-таки не могла помнить всего. Информация, которая не несла в себе особой значимости, отправлялась в утиль.             — Лисанна Штраус, — Бикслоу мечтательно улыбнулся, после чего всё-таки скинул ноги со стола и придвинулся к монитору. — Так, значит, за последний год, да? Присядь пока и дай мне пару минут. Сейчас выгружу.             Люси заняла диван, который расположился в углу. Такой же белый, как и всё в этой комнате. Единственным тёмным пятном во всей этой белизне, был сам Бикслоу. Чёрный костюм из дорогой ткани сразу же бросался в глаза, делая парня главным предметом интереса в помещении. Хартфилия невольно припомнила ту самую модель. Кажется, именно её тогда отчитывала МакГарден. Девушке вроде как не повезло с парнем, из-за чего та похудела и вызвала в свой адрес праведный гнев дизайнера.             — И как она сейчас? — Люси снова перевела взгляд на Бикслоу.             — Веду её на свидание.             — На какое по счёту?             — Вообще-то первое, — глаза Люси распахнулись шире от удивления, и Бикслоу усмехнулся. — Не ожидала, да? Я – не твой Драгнил, за дамами ухаживать умею. Тем более она…миленькая.             — Миленькая? — девушка пропустила комментарий про Нацу мимо ушей. Не хотелось ей обсуждать эту тему. А ещё Хартфилия не могла представить Бикслоу в роли заботливого джентльмена. На эту должность куда лучше подходил Джастин. Бикслоу же сам по себе был ветренным и непостоянным. Из-за него даже случилось два громких скандала, которые еле получилось замять. Люси тогда не слезала с телефона, а Дреяр высказывал другу всё, что он о нём думал, на протяжении нескольких часов.             — Да, миленькая. И её прошлый парень оказался мудаком, так что я решил, что не буду торопить события. Так… твои документы. Тебе распечатать или выслать на почту? — он снова отодвинулся от стола.             — Распечатай. И каждого поставщика на отдельном листе. На почту тоже вышли, — Хартфилия уставилась в тот самый экран, который занимал одну из четырёх стен. Сейчас вместо угнетающей серости, которая накрывала Магнолию, Люси видела перед собой морской пейзаж. — Мне нужно ещё к Джастину с этими документами.             — Понял.             У Бикслоу ушло ещё около пятнадцати минут на то, чтобы выполнить поставленную задачу. Девушка проверила содержимое документов и попрощалась с ним, после чего направилась к Фриду. Хартфилия нашла его в производственном цехе. Он о чём-то переговаривался с миловидной девушкой, но, заметив Люси, вежливо попрощался, после чего заперся с президентской секретаршей в кабинете на зависть всем работницам.             — Думаю, они устроят мне тёмную, — блондинка прикрыла за собой дверь, а затем села напротив стола Джастина. Он бросил на девушку непонимающий взгляд, из-за чего Хартфилия закатила глаза. — Твои сотрудницы. Так смотрели…             — Не обращай внимания, они все очень милые.             — Ага. Только с тобой, — Люси отмахнулась и придвинулась ближе к столу, водрузив на него кипу документов. — Мне нужны образцы тканей по каждому поставщику из этого списка. Чем быстрее, тем лучше. Мне потом к Леви, чтобы она отобрала те, с которыми готова работать, — Джастин сосредоточенно просмотрел бумаги, после чего понимающе кивнул.             Он не стал тратить время на пустые разговоры, сразу взявшись за дело. Хартфилия не хотела его отвлекать, а потому молча наблюдала за чужой работой. На самом деле в этом было что-то медитативное. Джастин точно знал, где и что лежит в его кабинете. Не наблюдалось лишних расшаркиваний и заминок. Он действовал как настоящий профессионал своего дела, лишь периодически хмурясь и сдувая зелёную чёлку со лба. Иногда Люси задумывалась о том, почему к своим тридцати годам он так и не обзавёлся женщиной. Фрид вполне мог найти себе спокойную и уравновешенную представительницу женского пола, которая встречала бы его дома с горячим ужином, а по выходным Джастин водил бы её на выставки, красиво ухаживая. Картина, которую представила себе Хартфилия, была такой яркой и красочный, что девушка попросту провалилась в свои фантазии, из которых её вырвало тактичное покашливание.             — О чём задумалась? — стопка, которую принесла Люси стала больше по размеру, так как Фрид степлером прикрепил к каждой бумажке образцы.             — Искала причину, почему у тебя нет женщины, — девушка решила отвечать честно. В конце концов, Джастин ни разу не выносил их разговоры на всеобщее обозрение. Он придерживался принципа «это только между нами», и подобное тоже подкупало. Откровение Люси не заставило молодого мужчину поменяться в лице. Он даже словно бы задумался на несколько мгновений. — Просто ваша троица так переживает за Дреяра, а ты сам…             — Мне нравится флирт, — он поднялся из-за стола, прихватив внушительную стопку с образцами. — Но я ещё не встретил ни одну женщину, которая смогла бы его поддержать должным образом.             Она никогда не задумывалась об этом. В голову не приходила даже мысль, что Джастин мог ждать кого-то особенного, но в его словах определённо был смысл. Она тоже встала со стула и протянула руки к документам, но Фрид мягко отвернул стопку в другую сторону.             — Нельзя леди носить такие тяжести. Я провожу тебя до мисс МакГарден, — он кивнул в сторону двери.             — Твои сотрудницы перегрызут мне вены в дамской комнате, — Хартфилия и сама могла бы дотащить свою ношу, но Джастина было не переспорить, и девушке пришлось подчиниться. Она открыла перед ним дверь, и они вместе вышли на производственный этаж под красноречивые взгляды местных сотрудниц. Хартфилия поджала губы, пытаясь спрятать улыбку. Так они дошли до лифта.                    Леви принялась просматривать образцы и отложила в отдельную стопку те, с которыми хотела бы поработать ещё раз. Фрид отказался покидать их и терпеливо ждал, когда девушки закончат. После этого Хартфилия с Джастином снова поднялись в приёмную президента, где Люси снова открыла перед ним дверь в кабинет начальника. Лексус, заметив друга и ворох документации в его руках, вскинул брови, но промолчал. Фрид вежливо попрощался и поспешил вернуться к работе.             — Как Вы и просили. Здесь список поставщиков за последний год с примерами тканей, — Люси разложила стопку на две. — В этой, — рука опустилась на ту, что стояла справа. — Те, с которыми МакГарден готова поработать ещё раз.             — Значит, у Леви ты уже была, — Лексус приблизился к правой кипе и принялся раскладывать листы по рабочему столу. — Хорошо. Эти мы возьмём с собой на встречу с «Тайтл». Пусть тоже посмотрят. Если наши вкусы совпадут, то можем заняться оформлением контракта, — он задумчиво перевёл взгляд на вторую стопку и нахмурился. — И да, Хартфилия… — он посмотрел на неё, и девушка привычно улыбнулась. — Хотя нет, ничего. Свободна.             Люси не стала задавать уточняющих вопросов, лишь молча покинула кабинет. Как бы там ни было, а Леви была абсолютно права — Дреяр не в духе с самого утра. К переменам настроения начальства Хартфилия давно привыкла и уже не боялась этих качелей, но попадать под гнев босса всё равно не хотелось, поэтому она тихонько прикрыла за собой дверь и решительно взялась за работу, чтобы Лексусу точно не было к чему придраться, если вдруг у него появится такое желание.       

***

            Встреча с «Тайтл» проходила на территории Фернандеса. Лексус не возражал, а потому дату быстро согласовали. Люси подготовила все документы и терпеливо ждала Дреяра в холле здания. Рядом с ней на месте крутилась МакГаредн, которая разглядывала высокие потолки, а с другого бока недвижимым изваянием стоял Джастин. Костюм из предпоследней коллекции «Фэйри» сидел на нём идеально, словно сама Леви по нему его и шила. Лишь иногда мужчина бросал взгляд на дорогие наручные часы. Хартфилия знала о том, что он не терпел опозданий, а потому переживал, что Дреяр мог где-то задержаться. Но стеклянные двери разъехались в стороны и явили им президента во всей красе. Он тоже был в костюме от «Фэйри», который подчёркивал трапецию плеч и идеально застёгивался чуть ниже груди.             — Мистер Фернандес ожидает вас, — симпатичная девушка с ресепшена вызвалась их проводить, и они направились к лифту.                    — Как здорово, что вы все здесь, — Джерар встретил их около распахнутых дверей. Люси даже подумала, что тот всё это время стоял здесь, прижавшись плечом к стене. Мужчины пожали друг другу руки. — Ох, госпожа МакГарден, — приняв хрупкую ладонь, Фернандес прижался губами к коже. — Люси, — с её рукой он провернул тот же трюк. — Мы сгораем от нетерпения, — он кивком головы отпустил девушку с ресепшена, давая понять, что в состоянии самостоятельно позаботиться о гостях.             Их маленькая делегация зашла в просторное помещение с большим овальным столом, за которым уже сидело несколько человек. Хартфилия сразу же узнала Скарлет, которая приветливо улыбнулась зашедшим. А вот двух других представителей «Тайтл» Люси видела в первый раз.             — Знакомьтесь, наш дизайнер – Джувия Локсар, — Фернандес распахнутой ладонью указал на девушку с большими синими глазами, которые сразу же привлекали к себе внимание. На вид ей было не больше тридцати. — А это наш начальник производства – Гажил Редфокс, — мужчина казался мрачным. Сложенные руки на груди придавали ему грозный вид, а пирсинг опасно блестел в свете лампы под потолком. — Мисс Скарлет вы уже знаете. Садитесь, не стесняйтесь.             Свободных мест было много, но Люси по привычке села по правую руку от Лексуса, положив на стол пухлую папку с теми образцами, которые были отобраны специально для этой встречи. Хартфилии очень хотелось, чтобы данное мероприятие принесло свои плоды, а потому основательно подготовилась. При себе у неё были контактные данные поставщиков и их текущий прайс.                    Локсар, которая в процессе обсуждения, перебралась ближе к МакГарден, активно жестикулировала, а затем и вовсе вооружилась карандашом, принимаясь набрасывать на пустом листе бумаги какой-то образ. Леви давала свои ценные комментарии и говорила, что им обязательно нужно работать вместе. Было видно, что девушки сразу же нашли общий язык. Люси всё тщательно конспектировала, почти не поднимая головы от своего блокнота, который тоже прихватила с собой.             Под конец встречи им удалось отобрать двух поставщиков, с которыми готовы были сотрудничать обе компании, и Хартфилия сделала соответствующие пометки в бланках под пристальным взглядом Дреяра.             — А я могу взглянуть на ваше производство? — Леви подняла взгляд на Джерара, и тот указал в сторону мрачного мужчины. — Никогда не была на предприятиях, которые занимаются аксессуарами. Страсть как интересно, — и Хартфилия с уверенностью могла сказать, что то была чистая правда. У МакГарден глаза горели, как две лампочки. Редфокс, наблюдающий за девушками все полтора часа, хмыкнул себе под нос и кивнул. — Да! — Леви дёрнулась в сторону, вцепившись пальцами в рукав пиджака Фрида, который сидел по правую руку от неё. — Идём со мной. Уверена, тебе это тоже будет полезно.             Джастин за всю встречу обронил лишь несколько фраз, которые несли в себе сухой конструктив. Он высказался о материалах и сообщил о тех тканях, с которыми проще всего работать. Из его скромной речи Люси поняла, что и в создании аксессуаров Фрид тоже разбирается. Хартфилия никогда не залезала носом в его личное дело, но сейчас понимала, что довольно многого о нём не знает.             — На самом деле экскурсия – это отличная идея, — Джерар с интересом наблюдал за собравшейся компанией, а затем посмотрел на Локсар. — Только скажи, готова ли работать с этим? — он кивнул в сторону документов с образцами.             — Да, конечно, — Джувия снова придвинула к себе листы и потрогала пальцами материал. — Мы с Леви придумаем, как это обыграть. Ты ведь будешь работать со мной в команде? — вопрос больше походил на риторический, так как МакГарден тоже вовсю что-то набрасывала карандашом рядом с рисунком Локсар.             — Думаю, наши девушки взорвут индустрию, — Фернандес выглядел чертовски довольным. Он протянул руку и коснулся пальцами ладони Скарлет. — Что скажешь?             — Мы отлично сработаемся, — Эльза мягко улыбнулась и обхватила пальцы Джерара своими. Хартфилия поспешно отвела взгляд, ощущая некую неловкость от такого зрелища.             — Гажил, покажи гостям производство, — мужчина кивнул Редфоксу, и тот тяжело поднялся. Стул отъехал назад, и его ножки прочертили по полу, наполняя помещение неприятным звуком. Леви непроизвольно поморщилась, а затем фыркнула.             — Нам нужно вернуться в офис, чтобы подготовить договора, так что мы оставим наших сотрудников под вашу ответственность, — Лексус сохранял спокойствие, хотя Хартфилии мерещилось, что он чувствует такое же удовлетворение от этой встречи, какое было и у Джерара. Разница была лишь в том, что Фернандес совершенно не стеснялся своих эмоций. Он открыто их демонстрировал, попутно заставляя всех поддаться этому порыву. И если та же МакГарден с радостью его поддерживала, то вот сам Дреяр предпочитал маску с лица не снимать.             — Не переживай, мы их не съедим, — президент «Тайтл» посмеялся над собственной шуткой.             — Леви сама кого угодно съест, — слова Фрида заставили всех замереть. Видимо, в помещении все решили, что Джастин не владеет юмором, но они ошибались. Люси всё-таки не сдержалась и спрятала смех в кулаке.             — Ну это мы ещё проверим, — умело парировал Гажил, а затем махнул в сторону выхода. — Потом нарисуетесь. Идёмте.                    Люси и Лексус попрощались со всеми остальными и вышли на первом этаже, незамедлительно направившись к машине. Дреяр открыл перед девушкой пассажирскую дверь и помог ей сесть, после чего сам занял место водителя.             — Я направлю письмо в юридический отдел. Скажу, чтобы готовили договора, — Хартфилия сразу же открыла телефон и принялась искать нужную почту. Действовать нужно было оперативно, потому что практика показывала – с такими вещами нельзя затягивать. Лексус оставил её маленький отчёт о собственных действиях без ответа и нажал на педаль газа.       

***

            Производственное помещение показалось Леви огромным. Станки, за которыми сидели сотрудницы, отличались от тех, что стояли в «Фэйри», и девушка с любопытством их рассматривала. Локсар каким-то образом удалось разговорить Джастина, и они отделились от Редфокса и МакГарден. Джувия увлечённо рассказывала о выкройках и металлах, которые они использовали для создания последней коллекции, а затем вовсе утянула мужчину к свободному оборудованию, чтобы на практике продемонстрировать создание шедевра, которым искренне гордилась.             Леви же остановилась возле стеллажей, которые стояли двумя рядами вдоль стены. Здесь располагались ящики с запасными деталями на экстренный случай, какие-то материалы и рулоны ткани. Несколько МакГарден сразу узнала. Потянув полотно на себя, она прошлась пальцами по орнаменту, а затем почувствовала на себе пристальный взгляд. Не тот, каким обычно на неё смотрел Дреяр, желая поставить Леви на место, а тот, от которого волосы дыбом встают.             — Что? — она не выдержала и обернулась. Редфокс стоял рядом с одним из стеллажей, привалившись в нему плечом и скрестив ноги. Он пожал плечами и усмехнулся. — Тогда не смотри так пристально.             — Боишься? — он улыбнулся, и Леви невольно сравнила изгиб его губ с опасным оскалом. Ряд ровных зубов должен был засверкать при должном освещении, но из-за преграды в виде высоких полок этого не произошло. — Не собираюсь я тебя есть.             — Фрид вообще-то не шутил. Я сама кого угодно загрызу, — пусть тогда все эти фразы звучали безобидно, но Леви действительно могла за себя постоять. Из-за своей исключительности девушка не раз попадала в ситуации, когда нужно было обороняться. В школе отменная успеваемость приносила ей не только восхищение преподавателей, но и насмешки одноклассников, считавших МакГарден малолетней выскочкой, которая не знает своего места. В академии, которую она заканчивала, дела обстояли ничуть не лучше. Проще говоря, жизнь постоянно подбрасывала девчонке испытания, с которыми приходилось справляться самостоятельно. Леви никогда не жаловалась и требовала к себе отношения, соответствующее её способностям.             Поэтому Макаров и остановил свой выбор на ней. Шестнадцатилетняя выпускница, гений, боец. Она бросилась ему в глаза не из-за маленького роста или яркого цвета волос. Просто Леви цепляла нравом и решимостью, которой полыхали её глаза. Юная звёздочка на едва потемневшем небе. Старший Дреяр тогда сказал, что подобные личности рождаются не каждое столетие, и приложил все усилия, чтобы МакГарден согласилась работать на «Фэйри». Конечно, она не сразу получила должность дизайнера. Девушка, которая до этого ни разу не работала на столь крупные фирмы, не смогла бы взять на себя ответственность в полном масштабе, но прошёл год, и Леви доказала, что способна на большее.             — Как страшно, — Гажил фыркнул и отлип от стеллажа, делая шаг к девушке. Она не попыталась отстраниться и даже не вздрогнула. — Я про тебя слышал.             — Ещё бы, — она скривилась, а затем замотала рулон обратно. — Последнюю коллекцию «Фэйри» видел? Я сделала её от и до вот этими руками, так что, конечно, ты обо мне слышал.             — Не слишком ли много самомнения для такого роста? — Редфокс провёл ладонью по воздуху, отмечая тот факт, что макушка Леви едва доставала ему до ключиц. Девушка и правда была миниатюрной и больше походила на подростка. Да и как таковой груди у неё не было. При описании женщин подобной комплекции мужчины обычно использовали термин «доска», но у Гажила не было даже мысли её оскорбить, а вот позлить…             — Компенсирую, — от её наглой усмешки Редфокс растерялся на секунду. Казалось, она точно знала все свои недостатки и совершенно не собиралась их стесняться. — Знаешь ли, маленький рост – это очень удобно. Слышал про законы аэродинамики? Я шустрая. Ты в жизни не сможешь меня поймать.             Она едва успела договорить, как Гажил вдруг поддался к ней всем корпусом. Отменная реакция позволила МакГарден отпрыгнуть к очередному стеллажу. Может, она и была проворнее, но точно уступала мужчине в прогнозировании, так как мощная рука в эту же секунду перекрыла ей дорогу, не дав ускориться. Цыкать не было времени, и девушка нырнула под чужое предплечье, а затем победно усмехнулась. Захват Гажила не сработал. Леви шла спиной вперёд вдоль стеллажа, чуть склонив голову к плечу.             — Убедился?             — Ещё нет, — Редфокс может и уступал МакГарден в ловкости, но вот в стратегии его было не превзойти. Мужчина остановился, оценивая ситуацию. Его ноги были длиннее, а потому, по законам логики и природы, Гажилу ничего не стоило нагнать её в несколько шагов, но вид самодовольной девчонки с озорными искорками в глазах откровенно забавлял. Тем более он уже успел понять, что Леви приняла правила его игры. Редфокс шагнул вперёд, и девушка сразу же сделала ещё два шага.             Ей нужно было время, чтобы развернуться. И эти несколько секунд стали форой для мужчины. Он нагнал её в два счёта, а затем вжал в стеллаж, зажимая собой. Леви шумно выдохнула, ощущая спиной крепкую грудь. Его дыхание опалило ушную раковину, и девушка уперлась руками в металл перед собой. Гажил победно усмехнулся, когда заметил, что МакГарден наклонила голову.             — Ты и правда ловкая. Только вот я всё равно быстрее, — голая шея примагничивала взгляд. Леви вдруг недовольно толкнулась назад, словно призывала его отстраниться. Он не шелохнулся. — А ещё я сильнее. Чувствуешь? — он надавил на неё всем своим весом.             — Идиот! Ты меня раздавишь, — МакГарден процедила каждое слово, и Редфокс ослабил давление, после чего скользнул рукой к чужому лицу и обхватил пальцами женский подбородок, вздёргивая голову девушки. — Если я тебе нравлюсь, то так и скажи.             — Нравишься, — он не видел никакого смысла это отрицать. Гажилу было достаточно и этих двух часов, чтобы понять – эта девчонка в его вкусе. Дерзкая, громкая, строптивая. Таких обычно хотелось приручить, и, как удачно, случай сразу же представился.             Леви думала, что её откровенная провокация заставит его сбавить пыл, но совсем не ожидала, что он так легко признается в своей симпатии. Из чего сразу же сделала вывод, что Гажил – легкомысленный засранец, который совершенно не умеет выстраивать человеческие отношения. Или она сама дала ему повод для подобных игр? Мысленно прокрутив в голове события последних нескольких часов, МакГарден подвела итог, что нихрена подобного она не сделала. Снова толкнувшись спиной в чужую грудь, девушка своего добилась. Редфокс отстранился и позволил ей привести себя в порядок. Она выпрямилась и пригладила волосы на голове.             — Ты не в моём вкусе, — резко развернувшись, Леви направилась туда, откуда они пришли. Экскурсию можно было назвать завершённой. Ей отчаянно захотелось убраться отсюда как можно быстрее. — Фрид! — она окрикнула коллегу, как только вышла к лестнице. — Поехали, у меня ещё много работы.             Джастин, который до этого был увлечён занимательной демонстрацией Локсар, поднял голову и хотел было попросить ещё минуту, но, заметив слегка взъерошенный вид Леви и чрезмерно самодовольную усмешку Редфокса, вежливо извинился перед Джувией.       

***

            Хартфилия около двух часов провела в юридическом отделе, уточняя тонкости предстоящих соглашений. Документацию также нужно было отправить на адрес «Тайтл», а потому весь процесс занял довольно много времени. Люси доделывала работу за своим столом, когда подняла голову и обнаружила у стенки Драгнила. Тот стоял и молча смотрел в её сторону.             — Что-то случилось? — девушка прочистила горло, захлопывая папку. Встреча с командой Фернандеса её вымотала, всё-таки девушка искренне переживала за результат их совместной работы.             — Хотел спросить, свободна ли ты сегодня, — он не пытался приблизиться, сохраняя дистанцию, и Хартфилия была ему за это искренне благодарна. Очень не хотелось, чтобы какой-нибудь случайный свидетель застал их на опасно близком расстоянии друг от друга. Лишние слухи были бы ни к чему. Девушка бросила взгляд на дверь в кабинет начальника.             — Мог бы написать, — она почти прошептала это одними губами. — Подожди меня внизу, ладно? Я скоро закончу.             — Не задерживайся, — Нацу выпрямился и сунул руки в карманы.             Именно в этот момент Дреяру приспичило покинуть свою обитель. Он остановился в дверях, наткнувшись взглядом на Драгнила, но тот даже бровью не повёл. Люси также постаралась сохранить лицо. Лексус кивнул секретарше, а затем направился в сторону лифта. Нацу, указав Люси на часы, последовал за ним. Как только мужчины скрылись из виду, Хартфилия зажмурилась. Ей стало дурно от мысли, что эти двое находились в одном помещении. Ещё, не дай Боги, Дреяру бы пришло в голову спросить что-нибудь у Драгнила. Тот хоть и пообещал, что никто об их связи не узнает, вряд ли бы удержал язык за зубами.                    Люси спустилась на подземную парковку через десять минут. Нацу сидел в машине и постукивал по рулю, но, увидев знакомую фигуру, мигнул фарами, давая понять месторасположение автомобиля. Хартфилия на всякий случай огляделась по сторонам, но не увидела знакомой марки, а потому проследовала в нужном направлении и забралась на переднее сиденье, пристёгиваясь.             — Ко мне? — Драгнил не имел ничего против отелей, но обстановка собственного жилища нравилась ему куда больше. И пусть в шикарных номерах было первоклассное обслуживание, которого, как полагал сам парень, девушка заслуживала, кровать в его квартире казалась ему куда удобнее. А ещё Нацу банально нравилось лицезреть расслабленное тело Хартфилии на смятом белье. К счастью, девушка лишь кивнула, и Драгнил вырулил машину к выезду с парковки. — Как прошла встреча?             — Всё в порядке. Мы уже готовим договор. Думаю, после декабрьского показа у тебя будет много работы, — она улыбнулась и откинулась на спинку сиденья. — Уверена, Леви и Джувия придумают что-то по-настоящему грандиозное, и инвесторы сами побегут к нам со своими деньгами.             — Джувия? — Нацу сосредоточенно следил за дорогой.             — Дизайнер из «Тайтла». Очень милая девушка, кстати. Кажется, Леви уже нашла с ней общий язык.             Всю дорогу до апартаментов Хартфилия увлечённо пересказывала содержание встречи, даже попыталась изобразить Гажила. Нацу посмеивался, не веря в то, что у одного человека может быть столько проколов на лице, но Люси активно убеждала его в серьёзности своих наблюдений. Когда машина остановилась, то Люси выскользнула первая из салона. Драгнил заглушил двигатель и звякнул ключами, блокируя двери автомобиля.             Квартира Нацу была просторной, здесь было очень много места и воздуха. На кухне парень выудил из верхнего ящика бутылку вина и открыл её штопором, разливая жидкость по бокалам. Один из них он любезно протянул девушке. Люси сделала глоток и продолжила свой рассказ, пытаясь парадировать увлечённую МакГарден. Нацу стоял спиной к столешнице, опираясь о неё бёдрами, и смотрел на Хартфилию. Её искренний восторг вызывал в нём прилив нежности, которую Драгнил пытался спрятать в бокале. Он не понимал, как девушка могла не осознавать свою привлекательность. Мягкие черты её лица свели бы с ума любого мужчину, но Люси упрямо не пользовалась своими данными, словно не видела в этом необходимости.             — Она безумно талантлива, — Хартфилия выпила половину своего бокала к этому моменту.             — Ты тоже, — на его слова девушка лишь отмахнулась, и Нацу, отставив вино в сторону, обошёл стол, за которым она сидела, после чего склонился над Люси, упираясь одной рукой в спину её стула, а второй – в стол. — Я восхищаюсь тобой.             Её пальцы легли ему на грудь и скользнули в прорезь рубашки между пуговицами. Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы не потерять зрительный контакт. Драгнил надеялся, что они смогут поговорить чуть подольше, но собственная выдержка дала сбой, и он поддался вперёд, накрывая пухлые губы своими. Она сразу же их приоткрыла, впуская настойчивый язык в свой рот. Нацу отчаянно боролся с желанием раздеть её прямо сейчас и взять на этом столе. Было плевать даже на то, что они могут опрокинуть бокал вина.             Она обвила руками его шею, притягивая Драгнила к себе ближе. Сердце принялось прыгать по кочкам, отбивая какой-то свой ритм, и Нацу решил, что нет смысла сдерживаться. Руки скользнули по чужой груди, сжимая кожу через одежду. Хартфилия томно выдохнула в его рот, а затем сама потянулась к пуговицам на безупречной белой рубашке. Скинув её на пол, девушка прижалась губами к его шее. Она уже успела запомнить некоторые чувствительные точки на теле Драгнила и умело пользовалась своими знаниями. Он пальцами расстегнул простенький бюстгалтер, и лямки сползли с женских плеч. Нацу опустился перед Хартфилией на колени и прижался губами к ключице, а затем прочертил дорожку поцелуев ниже.             Приглушенный звук попсовой песни вклинился в порывистые вздохи, и Хартфилия отстранила его голову от себя за волосы, потянувшись к сумочке. Она особо не задумывалась, когда приняла вызов, лишь дала себе две секунды, чтобы перевести дыхание. Драгнил сел на пятки, нахмурившись.             — Да? — Люси видела имя, которое высветилось на экране. И поскольку ещё даже не было девяти вечера, девушка понимала, что вопрос может быть по работе.                    Лексус проследил за ними до самого дома. Ехал через одну машину и старался не приближаться, чтобы его не заметили. Он видел, как они выходили из машины. Видел, как Люси что-то оживлённо рассказывала специалисту по инвестициям. Дреяр просидел в машине ещё двадцать минут, прежде чем руки сами схватили телефон и набрали знакомый номер. Он не знал, что хотел услышать или сказать. У него не было никаких причин, чтобы так себя вести. И всё-таки он сделал это. Гудки казались ему слишком протяжными и долгими, а потом он услышал короткое «да» и понял, что не может выдавить из себя и слова.             — Алло? — её голос, искажённый электронными помехами, был напряженным, и Лексус решил, что хуже уже просто стать не может.             — Ты с ним? — Дреяр ведь с самого начала догадывался о том, что это Драгнил был с ней в ту ночь. Чувствовал, можно сказать, сердцем. Но сегодня он собственными глазами получил подтверждение. Стоило ли радоваться тому, что трубку снял не Нацу? Смог бы Лексус второй раз справиться с женскими стонами на том конце провода?             Послышалось какое-то шуршание, после чего Дреяр чётко разобрал стук каблуков, словно Хартфилия куда-то шла. Девушка сглотнула.             — Да, — на одном дыхании.             И сам Лексус вдруг перестал дышать. Он сразу же сбросил звонок и зло отшвырнул телефон на пассажирское сиденье. Пальцы дрожали, и ему пришлось вцепиться ими в руль. Первое желание, которое вспыхнуло ослепляющей молнией в голове, - это перезвонить. Перезвонить и потребовать, чтобы она немедленно спустилась. Второе желание – уехать.             — Твою мать! — он ударила руками по ни в чём неповинному рулю, случайно попав на сигнал, который напугал одинокого прохожего, но Дреяру было плевать. Он накрыл ладонью рот, пытаясь успокоиться.             Телефон на сиденье жалобно завибрировал, и Лексус сразу же протянул руку в надежде, что это Хартфилия. Посмотрев на экран, мужчина тяжело выдохнул.             — Да, Кана, — он крепко зажмурился, возвращая голосу спокойствие.             — Через сколько ты будешь? Я приготовила ужин, — он слышал лёгкое напряжение в каждом слове и чувствовал груз вины за это.             — Уже еду, — она положила трубку первой, и Дреяр бросил взгляд на здание. Нельзя было понять, какие окна относились к квартире Драгнила, но это было и не важно. Лексус просто знал, что Хартфилия там, что она с ним. И он никак не мог это изменить. Снова отшвырнув телефон, Лексус услышал глухой звук удара. Мобильник врезался в дверь машины, а затем откатился назад.             Автомобиль тронулся с места, и Дреяр крепко стиснул зубы. «Какого черта я никак не могу покончить с этим?». Назойливая мысль крутилась в голове, пока Лексус выруливал на шоссе.                    Люси стояла в коридоре, прижимаясь к стенке спиной и глядя в потухший экран смартфона, словно Дреяр мог ей перезвонить. Или это ей следовало так сделать? Она оставила Нацу на кухне, даже не одевшись. Сердце бешено билось о рёбра изнутри, но уже не из-за умелых губ Нацу, а из-за этого идиотского звонка. Хартфилия тяжело дышала, пытаясь унять дрожь в пальцах. «Зачем? Зачем ты вообще мне звонишь?». Она несильно ударилась затылком об стену и зажмурилась до чёрных кругов перед опущенными веками.             Сбоку раздалось тихое покашливание, и Люси распахнула глаза, повернув голову. Нацу стоял в одних штанах в проёме и выжидающе смотрел на неё.             — Чего он хотел? — парень кивнул в сторону сжатого в пальцах телефона. — Это ведь был Дреяр? — на самом деле ему не нужен её ответ, по сожалеющему выражению лица и так было всё понятно. — Знаешь, Люси, я ведь прекрасно знал, на что подписывался.             — Нацу, пожалуйста, не надо сейчас ничего, ладно? — умоляющий тон заставил Драгнила тяжело выдохнуть. Он кивнул в сторону кухни.             — Настроение пропало. Давай просто выпьем. Можешь остаться, если хочешь. Я лягу на диване…             — Лучше мне поехать домой, — Хартфилия отлипла от стены и направилась следом за Драгнилом.             Он не стал её уговаривать. Люси залпом допила вино, после чего судорожно оделась. Нацу с сожалением наблюдал за ней, понимая, что Лексус банально испортил всем вечер. Блондинка была напряжённой и нервной. От той восторженной девчонки, которая всего пятнадцать минут назад увлечённо рассказывала про «Тайтл», ничего не осталось. Драгнил вызвал такси и проводил девушку до лифта. Она скованно попрощалась и ещё раз извинилась, после чего Нацу остался в одиночестве. Закрыв дверь квартиры, он потёр шею и уставился в потолок. Не то, чтобы он ждал таяния ледников, но ситуация явно ухудшилась в его глазах. И Драгнил не был уверен, что он в силах как-то это изменить.                    Таксист молчал всю дорогу, и Хартфилия была ему за это искренне благодарна. Прижавшись лбом к прохладному стеклу, Люси закрыла глаза. В ушах всё ещё стоял тихий вопрос «ты с ним?». Она успела уже трижды себя проклясть за то, что не соврала. Нужно было придумать что-то другое, не отвечать прямо, задать встречный вопрос. Что угодно было бы лучше того короткого «да», которое сорвалось само собой, словно быть честной с ним – самое естественное в жизни Хартфилии.             Когда машина остановилась, Люси протянула купюру, но водитель лишь отрицательно мотнул головой, сообщив об оплате по банковской карте, которая уже прошла. Девушка досадливо улыбнулась и выбралась из салона. Нужно было признать, что Нацу повёл себя как настоящий джентльмен, несмотря на всю ту кашу, что Люси заварила. Он вполне мог выставить девушку за дверь, обозвав самыми грязными словами, но нет.             Дома было темно, и Хартфилия щёлкнула выключателем в прихожей, после чего стянула обувь и прошла в спальню. Кинув вещи на край кровати, она рухнула в кресло и вытянула ноги, накрыв руками лицо. Захотелось провалиться куда-то под землю или отмотать время, чтобы…не брать трубку, например. Сейчас подобное казалось чем-то логичным. Ей не стоило отвлекаться от горячих поцелуев и крепких плеч, но Хартфилия всё равно сделала то, что сделала.             — Идиотка, — она пробормотала это в собственные ладони, после чего зажмурилась. Как бы Люси ни старалась взглянуть на сложившуюся ситуацию под другим углом, ничего у неё не получалось.             Стрелки настенных часов показывали одиннадцать, и Хартфилия малодушно решила, что ей просто нужно поспать. Всем ведь известно, что проблемы лучше решаются на свежую голову. Посидев в кресле ещё несколько минут, девушка заставила себя подняться. Открыв дверцу шкафа, Люси зацепилась взглядом за знакомый пиджак. Рука сразу же дёрнулась, возвращая дверь в исходное положение. Грудь болезненно сдавило. «Это просто пиджак, дура!». И пусть внутренний голос пытался воззвать к здравому смыслу, сейчас Люси думала совершенно не головой. Она снова медленно потянула ручку на себя и уставилась на вешалку. Пиджак никуда не исчез, Девушка цыкнула себе под нос.             Люси переоделась, бросила вещи в стирку и остановилась у кровати. Промешкавшись ещё около нескольких секунд Хартфилия всё-таки сдалась. Она сейчас была не в состоянии вести внутренний бой, а потому проще было сложить оружие и поддаться. В кровать она забралась, прижимая к груди дорогую ткань, от которой уже давно не пахло мужским одеколоном. После химчистки пиджак пропитался свежим запахом порошка и освежителя. Никто даже представить не мог, как сильно в этот самый момент Хартфилии хотелось окунуться в тяжёлые нотки дерева. И даже как-то стало плевать, что ткань обязательно помнётся.       

***

            Кана встретила его в своей квартире поцелуем в щёку и счастливой улыбкой. Дреяр всю дорогу до её дома мучился душевными терзаниями, но, глядя на Альберону, он испытывал смешанные чувства. Она за руку потянула Лексуса в сторону кухни. Стол был накрыт на две персоны, и девушка засуетилась, раскладывая мясо по тарелкам. Он стянул пиджак и повесил его на спинку стула, после чего расстегнул манжеты и закатал рукава.             — Выглядит вкусно, — она не первый раз его кормила. На самом деле Кана любила готовить, но предпочитала пробовать новую кухню и узнавать безумные рецепты, считая, что подобное расширяет кругозор. Дреяр не успевал пристраститься к домашней еде из-за того, что девушка регулярно подкидывала идеи для посещения каких-нибудь необычных мест. — И пахнет восхитительно.             — Тогда давай пробовать, — она села напротив и расстелила на коленях белую салфетку. Кана искренне постаралась воссоздать в своей квартире атмосферу дорогого ресторана. Даже свечи горели, и воск медленно стекал на красивый резной подсвечник.             Какое-то время они молчали, наслаждаясь ужином, а потом Альберона, аккуратно промокнув губы салфеткой, чтобы не стереть помаду, подняла на Лексуса взгляд.             — Ты подумал по поводу отпуска? — ей уже приходилось заводить разговор на эту тему, но Дреяр удачно ускользал от ответа, ссылкаясь на дела. Сегодня девушка подготовилась основательно и ясно давала понять, что никуда Лексусу не деться. — Мы могли бы отдохнуть где-нибудь у океана. Погуляли бы по песку и…             — Ты же знаешь, что у нас начинается подготовка к показу. Я не могу всё бросить и просто уехать, Кана, — нож соскочил с мяса и звякнул об тарелку. — Мне нужно быть тут.             — Твоя помощница справится. Я прошу всего лишь одну неделю, где ты не будешь срываться на встречи и звонки, Лексус, — она отодвинула от себя посуду и положила локти на стол. Такого в приличном заведении девушка себе бы, конечно, не позволила, но они всё-таки были у неё дома, и Кана находилась на своей территории. Дреяру почему-то ни разу в голову не пришла идея пригласить её к себе, да и она не напрашивалась. Пусть в спальне появились кое-какие вещи президента «Фэйри», но он так к ней и не переехал. Что-то не давало ему решиться на такой серьёзный шаг, и Лексус никак не мог понять, что именно. Словно он оставлял себе некую возможность на побег. Но от упоминания секретарши зубы стиснулись сами собой. — Это так много?             — Не перед показом, — после его слов Кана откинулась на спинку стула и поджала губы. Дреяр за последние несколько месяцев выучил, что после такого идёт недовольство. Ему не хотелось подбрасывать дров в зарождающийся конфликт. И без этого Лексус чувствовал себя весьма измотанным. — Мы можем вернуться к обсуждению этого вопроса после показа?             — Нет, — Альберона ответила резко, после чего встала на ноги и принялась собирать посуду. Движения её были резкими, в них читалась плохо скрываемое бешенство. Дреяр опустил приборы в тарелку и позволил Кане забрать её, но не прошло и десяти секунд, как девушка зло швырнула кухонную утварь в раковину.             Нельзя было отрицать, что Кана чертовски страстная женщина. С этим бы согласился любой мужчина, у которого было хоть какое-нибудь зрение. Только вот в придачу к этому шёл взрывной характер. Со школьной скамьи в этом плане Альберона почти не изменилась. Лексус надеялся, что с годами девушка поумерила свой пыл, но ошибался.             — Я понять не могу, Дреяр, — она оперлась рукой о столешницу и уставилась на мужчину перед собой. Он казался ей далёким. Всегда таким был ещё в те годы, когда они учились вместе. Повзрослев, Лексус превратился в мужественного и волевого человека, который с лёгкостью мог покорять новые вершины. И Кана видела, что в их отношениях он тоже старался что-то делать, но в основном всё ложилось на её хрупкие плечи. Ему словно чего-то яростно не хватало, и Альберону чертовски бесило, что она не может понять, чего именно. — Ты чего хочешь вообще? — наверное, стоило остановиться и дать Лексусу возможность ответить, но Кана уже не могла держать себя в руках. — Зачем приезжаешь, садишься со мной ужинать? Ты даже не можешь вещи перевезти! Мы никак не съедемся. И даже для совместного отпуска ты не в состоянии найти время. Я нужна тебе? Или ты просто приходишь трахнуть меня? Ну да, это ведь так удобно, — её лицо искривила болезненная гримаса, и девушка отвернулась, прижимая прохладную ладонь к глазам.             Он смотрел на её одинокую фигуру, цепляющуюся за столешницу. Казалось, словно Кана еле держится на ногах после такого эмоционального всплеска. Можно было бы списать на алкоголь, только вот Альберона едва притронулась к своему бокалу. Явно хотела сохранить рассудок, чтобы всё это ему высказать, если предоставится случай, а он, чёрт возьми, предоставился. Лексус тяжело вздохнул и встал из-за стола. Он понятия не имел, как утешать женщин. «Впрочем, одну ты всё-таки утешил». Противная мысль забралась в черепную коробку, подкидывая образ хрупкой Хартфилии в его руках.             — Я думал, мы проведём время вместе сегодня, — он сунул руки в карманы брюк. — И я приехал к тебе, как ты видишь. Мы могли просто поужинать, а потом посмотреть какой-нибудь фильм. Ты и я. К сожалению, это всё, что я могу тебе сейчас предложить. До показа я не покину город. Извини, — Дреяр старался говорить спокойно и безэмоционально. Он пытался убедить Альберону в том, что всё в порядке. И себя он тоже в этом пытался убедить. Почему на душе от этого было так погано, Лексус старался не думать.             Мужчина обогнул стол, а затем остановился рядом с Каной. Девушка всё ещё не смотрела в его сторону. Потянув Альберону за локоть к себе, он обхватил её двумя руками. Она уткнулась носом ему в грудь и рвано выдохнула. Дреяр не хотел видеть её такой, а потому решил, что обязан как-то сгладить этот вечер. Он забрал её с кухни и усадил на диван в гостиной, накинув плед на опущенные плечи, затем сел рядом и обнял девушку. Она доверчиво прижалась к его боку. Лексус не проронил ни слова, выбирая фильм на телевизоре. Сюжет его совершенно не интересовал, хотя он смотрел строго в экран. Кана, решившая сменить гнев на милость, положила руку Лексусу на грудь и принялась медленно поглаживать. В этом не было даже намёка на продолжение, а потому Дреяр провалился куда-то внутрь себя. Обнимая одну женщину, он думал о другой. Люси Хартфилия была в квартире Нацу Драгнила, пока сам он находился в апартаментах Каны Альбероны.             Так и должно было быть.       

***

            Лексус набрал Фриду до того, как Кана проснулась. Он не хотел уходить молча, но и находиться здесь у него не было сил. Пообещав себе, что позвонит Альбероне через несколько часов, Дреяр покинул чужую квартиру и спустился на парковку. Дорога до дома Джастина заняла около сорока минут, после чего Лексус остановился около входа в дом премиального класса. Фрид вышел через одну минуту, а затем забрался в машину. С самого утра моросил дождь, а повышенная влажность неприятно оседала на коже.             — За оборудованием? — Лексус заставил машину тронуться с места.             — Почему вдруг сейчас? — Джастин оставлял заявку на замену кое-каких инструментов ещё в прошлом месяце. Хартфилия регулярно повторяла, что вопрос в работе. Нет, секретарша не врала. Фрид получил от неё письмо с возможными вариантами. Один ему даже понравился. Просто он не думал, что Лексус вдруг вызовется съездить с ним на завод, чтобы увидеть всё своими глазами. — Ты неважно выглядишь. Всё в порядке?             — Решил, что мне нужно развеяться, — Дреяр бросил взгляд в сторону друга, а затем крепче сжал руль.             — Решил, что нужно развеяться, а потому рванул в работу? — Джастин не пытался давить, но тяжело было не заметить усмешку на его тонких губах. — У тебя специфичные методы.             Лексусу нечего было на это ответить. Машина свернула на шоссе, и нога сильнее выжала педаль газа. Город накрыло серостью, и свинцовые облака не пропускали солнце. Панорама лобового стекла угнетала своим видом. В такую погоду приятно валяться в кровати, а не решать какие-то рабочие вопросы. Если бы Джастин мог себе позволить такую роскошь, то обязательно бы этим воспользовался, но раз уж выпал шанс выбрать себе в отдел новое оборудование, то Фрид не хотел бы всё это проспать.             — Ты превышаешь, — мужчина бросил взгляд на спидометр и нахмурился. Лексус хоть и был отменным водителем с хорошим стажем за плечами, но по мокрой дороге всё-таки не стоило разгоняться настолько сильно. Джастин и сам любил быструю езду. На такой случай у него в гараже стояла гоночная машина, а за городом на специально оборудованном треке его знали в лицо, но появлялся Фрид там довольно редко. Иногда снимал усталость и прочищал голову. В последний раз он катался месяца три назад, когда все сходили с ума перед показом. Сейчас же случай явно был не подходящий. — Сбавь.             Лексус его совсем не слушал, и стрелка перевалила за все допустимые лимиты. Фрид не был уверен, что Дреяр вообще собирался тормозить, но на горизонте показалась будка досмотра, и инспектор, стоящий на обочине, махнул рукой, заставляя блондина грязно выругаться через стиснутые зубы. Он остановил машину.             — Достань права из бардачка.             Джастин прикинул варианты и решил, что Лексусу удастся отделаться штрафом. Руки дёрнули ручку, и крышка бардачка ушла вниз. Взгляд зацепился за смятую пачку сигарет. Фрид нахмурился и выудил из-под неё нужный документ, передав его Дреяру. Тот вышел из машины и направился к инспектору. Через зеркало заднего вида Джастин увидел, как блондин сунул блюстителю порядка несколько купюр, после чего снова вернулся в машину. Права он убрал во внутренний карман пиджака. Автомобиль снова тронулся с места, но на этот раз Лексус не стремился разогнаться.             — И как давно? — они, конечно, могли предаться тягостному молчанию, но Фрид такие паузы, откровенно говоря, недолюбливал. Тем более он знал Дреяра уже слишком давно, потому считал, что имеет полное право задавать ему подобные вопросы. Лексус потёр рукой подбородок и пожал плечами, глядя строго перед собой. — Из-за Каны?             — Возможно, — он бросил это почти небрежно, словно Фрид мог быть далеко от истины, поэтому школьный приятель закатил глаза. — Я не знаю, — он продолжил спустя долгую минуту. Джастин уже и не надеялся услышать внятный ответ. Характер у Лексуса был непробиваемым, и обычно он всегда получал то, чего хотел. — С Каной хорошо.             — Поэтому ты вернулся к сигаретам? — Фрид не пытался его поддеть, просто хотел вывести на чистую воду. — Они не решат твоих проблем.             — Да, но помогают прочистить голову, — пальцы Лексуса вывернули руль влево, и машина повернула в нужном направлении. — Я смотрю на неё, а вижу другую женщину, — откровение получилось внезапным, и Джастин вдруг понял, что не может подобрать подходящих слов. Дреяр тяжело выдохнул. — Они разительно отличаются друг от друга. И с той меня ничего не связывает, но я не могу выбросить её из мыслей. Она навязчиво лезет обратно, и я думаю о ней как сумасшедший.             Лексус продолжал говорить, и речь его была сбивчивой. Он рассуждал об одержимости, о сравнениях, о необходимости остановить это, потом срывался в отрицание и полушёпотом пытался объяснить свои поступки. Фрид никогда не видел друга в таком состоянии. Дреяр не мог остановиться даже тогда, когда машина заехала на парковку возле завода. Заглушив мотор, блондин не выпустил руль из пальцев, вцепившись в него мёртвой хваткой. Но была вещь, которую Дреяр так и не обронил в своей исповеди – он не назвал имя. Джастин не собирался пытать его, но всё-таки любопытство осело где-то внутри.             — Я не могу быть с этой женщиной, и мне хватает наглости обманывать вторую, — под конец Фрид услышал, как Лексус выдохся. Руки сползли с руля и упали на колени. Фрид немного подумал, после чего достал из бардачка пачку и сунул её другу. — Ты не так давно осуждал меня за это, — Дреяр перехватил подачку и приоткрыл окно. Губы обхватили фильтр, и лицо блондина озарила вспышка зажигалки, которую он достал из той же пачки. Первая затяжка заставила тело расслабиться.             — Да, но ты и правда плохо выглядишь, — Джастин никак не мог ему помочь. Во всей этой неразберихе Лексусу необходимо было вариться самостоятельно, и Фриду становилось дурно от того, какие страдания испытывал его друг. — Меня нельзя назвать экспертом в таких делах, но сначала разберись с тем, что у тебя внутри. Возьми старт здесь, Лексус.             — Легко тебе говорить, — никаких обвиняющих интонаций не было, но с губ Дреяра слова всё равно сорвались с горечью. Не было понятно, это от их смысла или из-за привкуса сигарет. Тонкая струйка дамы вылетела в приоткрытое окно, а в салоне обосновался плотный запах табака.             — Да, легко, ведь я не на твоём месте. Давай честно, Дреяр, что бы я тебе ни сказал, это будет пустым звуком. Тебе нужно было просто высказаться. Полегчало? — Лексус неожиданно для себя кивнул, и Джастин потрепал его за плечо. — Для этого и нужны друзья. Я не могу дать тебе совет, но я всегда рядом.             — Спасибо, Фрид. Я очень это ценю.             Какое-то время они ещё просидели в машине. Джастин позволил другу докурить. Он скинул табак за окно, а окурок убрал обратно в пачку. Им нужно было возвращаться к работе.       

***

            Хартфилия еле заставила себя явиться в офис. К её огромному облегчению, Лексуса не было, а потому у девушки было время, чтобы окунуться в работу и настроиться на деловой тон, каким она и всегда разговаривала с начальником. На всякий случай девушка проверила календарь и увидела изменения в данных у Джастина. На первую половину дня тот поставил встречу с производителями оборудования, и Хартфилия решила, что тот прихватил с собой президента. На всякий случай. По-хорошему, Люси должна была позвонить и уточнить, но от одной мысли, что она могла снова услышать его голос по телефону, по спине пробегали неприятные мурашки. И это при том, что девушка ни в чём не была виновата. Она вообще не понимала, откуда взялись эти чувства.             Спустившись на первый этаж, чтобы взять что-то горячее и бодрящее в кафетерии, она увидела знакомую розовую макушку. Нацу стоял рядом с прилавком и о чём-то разговаривал с Фуллбастером. Парни явно не могли сойтись во мнении, потому что у обоих были недовольные лица. Люси подошла ближе, чем сразу же привлекла к себе внимание Грея.             — Привет, — он отсалютировал ей фирменным стаканчиком, после чего сделал небольшой глоток. — Рекомендую. То, что нужно в такую мерзкую погоду.             — Ты всё равно ездишь в офис на машине. Почему ты вечно такой недовольный? — Драгнил всё ещё не мог определиться с выбором, а потому переминался с ноги на ногу и разглядывал витрину. Нацу был прав по поводу лица Фуллбастера. Тот всегда казался слишком напряженным и суровым, из-за чего друг часто шутил о появлении мимических морщин раньше положенного срока, но Грей лишь всегда отмахивался. — Выбрала? — парень бросил взгляд на девушку.             — Да, обычный чёрный. Без молока и сахара.             — Как ты можешь пить эту дрянь? — Грей поморщился, представляя во рту горький привкус. Сам он предпочитал убойную дозу сладкого сиропа.             Нацу закатил глаза и сделал заказ. Фуллбастер же, почувствовав некое напряжение, поспешно удалился, сославшись на недоделанный отчёт. У продажников и правда было чертовски много работы с тех самых пор, как коллекция поступила в продажу. Фирменные магазины «Фэйри» ломились от восторженных покупателей, а желающих приобрести новинки по интернету было и того больше. Бариста протянула Драгнилу два стаканчика, и тот передал правильный Хартфилии. Девушка благодарно улыбнулась.             — Мы можем поговорить? — она не знала, с чего начать. Наверное, это не стоило делать здесь на глазах у всех, но Люси всё ещё чувствовала себя слишком виноватой.             — Конечно. Только давай у меня в кабинете, а то тут слишком много лишних ушей.             Они молча добрались до его кабинета на шестом этаже, и Драгнил на всякий случай провернул замок, чтобы их никто не мог побеспокоить. Люси заняла мягкий диван и сжала пальцами свой кофе. Нацу садиться не спешил. Он замер напротив, сунув одну руку в карман брюк, а второй то и дело прижимал ободок стакана к губам.             — Прости, — она подняла на него взгляд и поджала губы. Нацу не шелохнулся. — Случившееся вчера – это какое-то безумие. Я не должна была. Мне очень стыдно, Нацу.             — Помнишь, я спрашивал, что ты будешь делать, если он тебе позвонит во время самого интересного? — Хартфилия ещё помнила тот разговор, а потому согласно кивнула. — Ты тогда ловко ушла от ответа, но я знал его. Ты всегда ему ответишь, Люси. И не важно, с кем ты будешь. Ты как… не знаю, хорошо натасканная сука? Уж извини за сравнение, — он всё-таки опустился рядом и положил ладонь на колено девушки. — Так что я не злился. Да, немного расстроился, но точно не злился. Никто его не переплюнет, верно? — он усмехнулся собственным словам, после чего опустил взгляд в свой кофе. — Когда ты уехала, я долго думал о том, что произошло. Если ты согласна, то я бы хотел продолжить, — Хартфилия вся выпрямилась, и Драгнил увидел непонимание на её лице. — Пойми меня правильно, ладно? Ты мне симпатична. Полностью в моём вкусе. У нас сногсшибательный секс. Просто я бы предпочёл, чтобы, после ответов на его звонки, ты возвращалась в кровать, садилась сверху и извинялась подобающим образом.             — Это твоё условие?             — Пожелание, — он поправил её и поднял руку вверх, чтобы погладить девушку по щеке. Она прижалась к его ладони в ту же секунду. — Но ты проштрафилась, Хартфилия. И тут нет камер. Так что я не откажусь от одного поцелуя.             — Нацу, мы ведь договаривались, — она нахмурилась, но от его пальцев не отстранилась, хотя те сползли на шею, оглаживая нежную кожу по линии роста волос на затылке.             — Да, я помню. Никаких контактов. Но я уже тебя трогаю, а ты не отстраняешься, — его самодовольная усмешка невозможно бесила. Впрочем, Люси была вынуждена признать его правоту. — Так что от одного поцелуя хуже не будет. Я о большем не прошу, хотя с радостью разложил бы тебя на моем рабочем столе, чтобы хорошенько вылизать.             — Драгнил! — она схватила его за запястье, заставляя прервать касание.             Может, она и правда хотела сохранить свою драгоценную конфиденциальность, но Драгнил прекрасно видел, как подёрнулся дымкой её взгляд. Не трудно было догадаться, что именно Люси представила в своей голове. Нацу придвинулся ближе, растягивая губы в наглой улыбке.             — Я бы дразнил тебя, тянул за соски, затыкал бы рот рукой, чтобы никто не смог тебя услышать, — ему доставляло особое удовольствие говорить ей все эти грязные вещи в его кабинете. Мир сузился до размеров этой комнаты, и Нацу заметил, как Хартфилия свела колени плотнее. Он испытал острое желание скользнуть пальцами под её узкую юбку, чтобы проверить, насколько уже она стала влажной. — Так что прошу и правда немного, Люси. Просто поцелуй меня…             Хартфилия даже не выпустила стакан из рук, поддавшись вперёд. Горячий язык прошёлся по чужому рту, обозначая границы захваченной территории. Драгнил чувствовал горечь кофейных зёрен на её губах, но это лишь больше пьянило. Люси целовалась почти отчаянно, словно и правда готова была предать свои принципы и отдаться ему, но Нацу прекрасно осознавал, насколько этот порыв обманчив. Хартфилия была из тех, кто слишком быстро может взять себя в руки. Так и случилось. Девушка отстранилась внезапно, подскочив на ноги. На её скулах появился румянец удушающего возбуждения.             — Сегодня у тебя? — её голос дрогнул, и Драгнил почувствовал себя победителем. Это был первый раз, когда она сама предлагала нечто подобное. Он облизал губы и коротко кивнул. Люси проследила взглядом за движением его языка, а затем сглотнула обилие слюны. Девушка несколько раз порывисто вздохнула, а затем покинула кабинет.             Если Драгнил в чём-то и разбирался помимо инвестиций, так это в том, как заставить женщину вспыхнуть.                    Хартфилия вызвала лифт и закрыла глаза, мысленно считая до десяти. Трудно было успокоиться после всех тех слов, которые Нацу наговорил ей на том диване. Желание вернуться и снова запереть дверь было столь сильным, что кончики пальцев подрагивали. Люси провела рукой по юбке, разглаживая невидимые складки. Во второй девушка всё ещё сжимала стаканчик с недопитым кофе. Когда двери разъехались в стороны, то Хартфилия замерла. Прямо перед ней стоял Дреяр.             — Добрый день, — ей больших усилий стоило сохранить равновесие и не рухнуть. Она сделала несколько шагов и встала рядом с президентом. Двери захлопнулись, и лифт двинулся вверх. — Как прошла встреча по поводу оборудования?             — Всё в порядке. Они вышлют сегодня бумаги, так что займись этим. Договор оформляем. Если нужно доплатить за доставку, то всё в порядке, — Лексус прекрасно знал, какой отдел находится на том этаже, а потому у него не было никаких сомнений в том, из чьего именно кабинета вышла Хартфилия. Соблазнительный румянец на её щеках ещё не успел сойти, что навевало Дреяру определённые мысли. «Прямо в офисе?».             — Хорошо. Я всё подготовлю, — хоть лифт и был просторным, но они почему-то всё равно стояли рядом, и Люси окутал запах сырости с улицы, древесного одеколона и табака. Последний – что-то новенькое. Она не знала, что президент курит. — Что-нибудь ещё?             Лексус напрягся, ощущая жгучую необходимость сказать ей нечто важное, но слова не складывались в правильные и красивые предложения, а потому он просто отрицательно мотнул головой. Лифт распахнулся вовремя, и Дреяр резко шагнул вперёд первым, оставляя секретаршу позади. Она не поспешила его нагнать, даже наоборот – замедлила шаг, давая возможность президенту быстро скрыться в своём кабинете.             Если он и дальше собирался делать вид, что не звонил ей, то Люси готова была принять подобный расклад. Так было к лучшему. Тем более, их ничего не связывало, помимо работы. А пиджак в её шкафу должен был остаться приятным напоминанием о том, что Лексус Дреяр умеет быть внимательным.       

***

            Бикслоу всегда был развязным парнем, который не стремился вставлять руки в кандалы серьёзных отношений. Но случилась Лисанна, после которой у него словно мозги перевернулись и начали работать в другом направлении. Весь этот нелепый флирт, который он считал отменным и беспроигрышным, теперь казался Бикслоу дешёвым и детским, словно он только и делал, что засматривался на дорогие игрушки в витрине магазина, а затем заходил внутрь, чтобы всё это купить. Пусть Лисанна и отвечала ему на попытки заигрывания, но делала это как-то неумело, и зачастую её ответы вызывали у Бикслоу сдавленный смех.             Он списывал это на разницу в возрасте. Девушка была младше него на целых восемь лет. Лисанна лишь месяц назад справила свой двадцать второй день рождения, но у мужчины всё равно в голове не укладывалось, как ей удалось сохранить в себе эту лёгкую непосредственность. Слишком доверчивая для модельного бизнеса, слишком естественная для этого огромного мегаполиса. Она правда нравилась ему, и Бикслоу был не в состоянии объяснить этот странный восторг, который ощущал перед встречей с ней. Таскаться к Лисанне с цветами стало для него обычным делом. Если раньше он брал первый попавшийся букет, то теперь минут по сорок мучил флористов, требуя идеальную композицию, чтобы стебель к стеблю, бутон к бутону. Штраус каждый раз широко улыбалась и звонко целовала его в щеку, и за столько мучительно длинных недель он ни разу не позволил себе чего-то лишнего. Пошлые сообщения в счёт, конечно же, не шли.             Он мог бы и дальше беспечно ухаживать за ней, если бы от девушки не поступило заманчивое предложение. Лисанне вдруг захотелось познакомить его со своей семьёй. Бикслоу впервые в жизни оказался в такой ситуации. До этого его пассии не стремились представить его перед ближайшими родственниками, прекрасно понимая характер отношений, но Лисанна словно смотрела в будущее, словно действительно видела их совместную жизнь. Мужчина согласился, не раздумывая. Он пытался ухватиться за любую возможность заставить Штраус улыбнуться. Девушка предложила ему провести выходные на горнолыжном курорте, а заодно позвать друзей.             И если с Эвергрин не было никаких проблем, потому что подруга была падка на все виды развлечений, то с Фридом пришлось повозиться. Джастин наотрез отказывался принимать в этом хоть какое-либо участие, но потом Эв отвела его в сторону и что-то шепнула на ухо, заставив школьного приятеля обречённо выдохнуть и принять приглашение. На вопрос Бикслоу о том, что девушка наплела Фриду, та лишь пожала плечами и заговорщицки подмигнула.                    До базы отдыха удалось добраться только к десяти вечера, потому что пятничные заторы на дорогах никто отменять не собирался. Бикслоу прихватил с собой Эвергрин, а Джастин сообщил, что собирается поехать на своей собственной машине. Достав сумки из багажника, дружная тройка отправилась к ближайшему домику, на котором было написано «Администрация». Семейство Штраус в полном составе уже ожидало их.             — Бикс! — Лисанна широко улыбнулась и поспешила обнять мужчину, после чего сразу же отстранилась. — Знакомьтесь, Бикслоу, это Эльфман – мой старший брат, а это Мираджейн — моя сестра.             — Твою ж мать, — ругательство с губ Эвергрин сорвалось так внезапно, что ей даже стало неловко за привлечённое внимание. — Мира?             — Так… — длинноволосая белокурая красавица ткнула пальцем сначала в грудь Бикслоу, а затем в грудь Фрида. — Я, конечно, сомневалась, но… Боги, серьёзно?             Никто из них не ожидал встретить здесь бывшую одноклассницу. Бикслоу, конечно, знал, что Лисанна носила фамилию Штраус, но мало ли таких в Магнолии. Город был большим. Тем более после выпуска он понятия не имел, как их всех размотало по жизни, поэтому он даже мысли не допустил о том, чьей сестрой окажется его новоиспечённая девушка.             — Полагаю, мы все удивлены, — Фрид кашлянул в кулак, после чего вежливо улыбнулся. — Мы не знали, что она – твоя родственница, — он обращался к Мире. — Не помню, чтобы столь очаровательная особа училась в нашей старой школе. Да и брата твоего не припомню. Не в обиду, Эльфман. Меня зовут Фрид Джастин, эту девушку – Эвергрин. Ну и Бикслоу, как ты уже понял.             — Потому что они с нами не учились, — старшая Штраус сложила руки на груди, глядя на собравшуюся компанию. — Эльфман и Лисанна закончили обучение в Алакитасии.             — И почему такой выбор? — Эвергрин никогда не видела смысла покидать родной континент. Так уж вышло, что у них в Ишгаре было всё. Материк обмывался всеми морями и имел различные климатические условия, которые были в состоянии удовлетворить любые потребности человечества.             — Лучший медицинский университет, — Эльфман усмехнулся, обнажив ряд белоснежных зубов.             — Самая продвинутая модельная академия, — младшая Штраус подала голос, обнимая Бикслоу за предплечье.             — Лис, отойди от него. То, что теперь я точно знаю, кто твой предмет обожания, кое-что меняет. Никакого отдельного домика! — никто из них не видел Мираджейн такой серьёзной. В те года, когда им всем и семнадцати не было, девушка являла собой образ настоящей оторвы. Ей по силам было и подраться с кем-то, выйдя из схватки победительницей, а уж об их похождениях с Альбероной трубил весь педагогический состав. Им и на ум не приходило, что она может быть другой.             — Я не маленькая уже!             — Меня это мало волнует.             — Слушай, Мира, — Бикслоу шагнул ближе к девушке, пряча Лисанну за своей спиной. — Знаю, ты меня не жалуешь, но прошло уже очень много лет. Я обещаю, что не позволю себе ничего лишнего. Тем более в моих планах вроде как подружиться с вами, — он поднял руки в примирительном жесте, стараясь таким образом продемонстрировать чистоту своих намерений. По лицу старшей Штраус читалось явное сомнение. — Изобьёшь меня, если тебе что-то не понравится. Я даже не буду сопротивляться.             — Даже если будешь, то я всё равно тебя уделаю, — Мира фыркнула, после чего взяла со стойки регистрации ключ и протянула его Лисанне. Та сразу же обняла сестру и клятвенно пообещала вести себя хорошо.             Что ж, теперь многое вставало на свои места. Учитывая заботу старших родственников, Бикслоу понимал, как его маленькой девочке удалось сохранить в себе доброту и чистоту. У него и в мыслях не было её опорочить или как-то задеть. Не после того, как она рассказала ему о своём первом опыте отношений, который закончился плачевно.             — Встретимся на ужине через двадцать минут. И не опаздывайте, — Мираджейн бросила взгляд на Джастина, и тот покорно склонил голову, принимая такие условия, а затем подошёл к стойке регистрации. — Один домик на имя Фрида Джастина, пожалуйста.             — Хочешь сказать, что мы будем жить вдвоём? — Эвергрин подошла к другу и облокотилась о высокий стол, на слова подруги мужчина лишь кивнул. — Скукотища.             — Не лукавьте, девушка. Со мной тебе всегда было весело, — он улыбнулся, и Эвер ответила ему тем же.             Тяжело было отрицать истину.       

***

            Бикслоу мог с уверенностью сказать, что это были самые лучшие выходные в его жизни. Два дня, когда ему действительно удалось отдохнуть. Только вот с этим смелым заявлением мало кто мог согласиться из оставшихся. Кажется, Эвергрин так ни разу и не расслабилась в компании семейства Штраус, а Фрид лишь наблюдал за происходящим, вежливо отказавшись от снежных развлечений.             Пока Лисанна, Бикслоу, Эв и Эльфман покоряли вершины, Джастин и Мира наблюдали за ними со стороны, обмениваясь короткими репликами. Все слова были крайне вежливы.             — Я бы хотела вернуться сюда снова, — они зашли в небольшой гостевой домик у подножья горы, чтобы взять чаю. Воздух был холодным, и пальцы без перчаток быстро начинало колоть морозом. Слова Миры заставили Фрида обернуться. — Тут мило.             — Я полагал, что тебе не нравится наше общество.             — Не говорила, что хочу вернуться сюда с вами, — она улыбнулась официантке, забирая свой травяной чай. — Я не прощу ему, если Лисанна хоть слезинку проронит.             — Понимаю твою позицию, — Джастин и протянул руку за стаканчиком. Тот сразу же согрел пальцы. — Но, как ты можешь заметить, сейчас они абсолютно счастливы, — в подтверждение своих слов мужчина кивнул в сторону спуска. Бикслоу и Лисанна явно соревновались между собой, но в последний момент мужчина сбавил скорость и позволил юркой девушке себя обставить.             Фрид уже и не помнил, когда видел друга таким увлечённым. Обычно он даже не рассказывал про своих подружек, потому что в этом не было никакого смысла. Имена так быстро менялись, что запоминать их было слишком хлопотно. Поэтому Джастин был удивлён, когда Бикслоу заикнулся о совместной поездке, всё-таки это действительно серьёзный шаг, на который не так уж и просто решиться. Чем таким обладала Лисанна, чтобы захватить внимание столь статного ловеласа, Фрид не понимал. По его скромному мнению, девушка была обычной моделью с тонкой душевной организацией и наивным пониманием мира. Чего точно нельзя было сказать о её старшей сестре.             Он запомнил её иначе. В те года Мираджейн внушала страх и ужас. Не каждый мальчишка решился бы за ней приударить или хотя бы пофлиртовать. Она всегда высоко задирала подбородок, нагло усмехалась и требовала к себе уважения. В случае, если данное требование не исполнялось надлежащим образом, жертва могла получить по лицу или ещё куда. Когда у Альбероны появились первые ухажёры, то им приходилось взаимодействовать со Штраус, и это пугало их до чёртиков. Лучшая подружка первой красавицы школы могла устроить парню настоящий тест-драйв на выносливость, а потом выносила вердикт. Кана частенько прислушивалась к Мире, считая её мнение по-настоящему важным.             — Ещё общаешься с Альбероной? — поскольку Штраус никак не прокомментировала его слова, Джастин решил сменить тему.             — Не так часто. У неё много работы, — Мира смотрела через стекло на счастливую младшую сестру, которая бросила сноуборд и принялась бегать от Бикслоу. Мужчина лепил снежки и пытался попасть в неугомонную цель. Эвергрин и Эльфмана видно не было. — После выпуска мы плотно поддерживали связь, но…             Фрид не смел её торопить, давая девушке возможность подобрать правильные слова. Тем более он никогда не посмел бы навязывать Мире непринуждённую беседу. Пальцы Штраус отпустили стаканчик, и она откинулась на спинку кресла, поджав губы. По её лицу сразу же становилось понятно, что вопрос Каны стоял для неё довольно остро и болезненно. Джастин уже даже хотел сказать, что она не обязана объясняться, но не успел.             — Я вышла замуж, а она бросилась в учёбу и начала строить карьеру. Наши пути разошлись. Такое бывает. Я даже немного завидую, что ваша троица не прекратила общаться.             Взгляд Фрида машинально метнулся к её руке, но кольца на безымянном пальце мужчина не заметил. Он не был уверен, что имеет право спрашивать её о личной жизни, тем более в то время ему казалось, что Мираджейн никогда не встретит подходящего кандидата на должность супруга с её то характером. Но Судьба любит подкидывать сценарии, на которые люди не рассчитывали. Фрид полагал, что с девушкой приключилась история, которая полностью перевернула её жизнь.             — Если вы ещё все вместе, то где Лексус?             — Полагаю, с Альбероной, — если вся эта беседа нужна была лишь для того, чтобы заставить лицо Штраус вытянуться от изумления, то Джастин не жалел ни единой секунды. В конце концов, такого выражения он ещё ни разу не видел. Она даже вперёд поддалась, глядя на Фрида широко распахнутыми голубыми глазами. Мужчина на секунду опешил. «А всегда ли её глаза были такими голубыми?». Лазурь плескалась вокруг зрачка, заполняя пространство ледяными нитями, которые сплетались между собой. — Может, если вы встретитесь, то она сама тебе всё расскажет.             — Было бы славно, — Мира всё ещё смотрела, а Джастин отчего-то готов был перестать дышать. Настолько пронзительным был её взгляд. — А ты не изменился за столько лет.             — Мне часто говорят, что я дотошный и невыносимый.             — Всё такой же красивый.             По законам жанра это Фрид должен был делать ей комплименты. Тем более в образе Мираджейн наблюдалось столько изменений, что отметить их все в одном предложении просто не вышло бы. Но Штраус меняла правила игры, словно желала атаковать первой. Возможное, кое-что от её прежней версии всё-таки сохранилось. Измениться ведь на сто процентов невозможно. Какие-то убеждения и привычки проходят с человеком весь его жизненный путь.             — Ты пытаешься флиртовать со мной?             Она засмеялась. Звонко так, восторженно. Этот звук привлёк внимание других посетителей, и они обернулись. Мира не сразу успокоилась. Она стёрла большим пальцем набежавшие в уголках глаз слёзы и качнула головой.             — Я не пытаюсь флиртовать с тобой, Джастин. Пытаются дети в школе, а я просто это делаю и всё.             — Мы уже давно не в школе, — он привык к женскому вниманию. Привык настолько, что научился не замечать вожделеющих взглядов женщин в свою сторону, но игнорировать её слова было попросту невозможно. Наступление Штраус оказалось таким внезапным и обескураживающим, что Фрид не до конца понимал, как ему нужно реагировать. — И если я буду флиртовать с тобой, то ты окажешься в моей постели.             — Взрослые игры, — Мира растянула каждую гласную, словно пробовала словосочетание на вкус. — Хочешь сыграть? Правила просты, Джастин. Проигравший получает победителя, — в её голосе слышались отголоски какого-то сладкого обещания, которое Фрид вдруг и правда захотел получить.             — Я думал, ты замужем, — Фрид не испытывал проблем с женщинами, но предпочитал их не использовать так, как это когда-то делали Бикслоу или Лексус. Его взрастили джентльменом до мозга костей, и он был счастлив манерам, которым его обучили. Ухаживать за представительницей прекрасного пола – это искусство, а потому он не был настроен на одну жаркую ночь. Если Джастин чего-то хотел, то он это получал. Проблема была лишь в том, что ему нужно было всё и сразу. Поэтому, если Мира предлагала ему игру без продолжения, то он готов был отказаться.             — Это проблема?             — Я не делюсь, Мира. Мне претит мысль о том, чтобы связываться с женщиной, которая уже отдала кому-то своё сердце, — он увидел, как дрогнули её ресницы, а взгляд метнулся в сторону. Штраус потерзала зубами нижнюю губу, после чего тяжело вздохнула. — Меня не интересует тело. Мне нужна душа.             — Высокопарно, — девушка усмехнулась и почесала лоб над бровью, после чего всё-таки допила свой остывший чай. — Но ты всегда много читал, так что я не удивляюсь тому, как красиво ты говоришь. Пообещай мне, что будешь приглядывать за Бикслоу, ладно? Я правда не хочу, чтобы они наделали глупостей.             — С этим я могу справиться, — он разглядывал её всю, ощущая, что вот-вот выпустит из пальцев нечто важное. Ему хотелось как-то продлить их разговор, но темы упрямо выпрыгивали из головы.             Штраус благодарно улыбнулась, после чего встала из-за столика. Поправив капюшон, она направилась в сторону выхода, а Джастин так и остался на своём месте, глядя на стаканчик, которого касались её губы. Возможно, на долю секунды Фрид захотел стать этим самым стаканчиком.       

***

            Если понедельники и должны были с чего-то начинаться, так это с крепкого кофе. Джувия залила его в себя через десять минут после будильника и лишь тогда смогла взбодриться. День обещал быть насыщенным и эмоциональным. Поставив Джерара в известность о том, что она собирается провести день в офисе «Фэйри», девушка вооружилась планшетом и направилась по нужному адресу. Первая встреча с Леви, которая состоялась не так давно, воодушевила Локсар. Миниатюрная дизайнерша с синими волосами на первый взгляд не внушала доверия, но стоило той открыть рот, как Джувия, откровенно говоря, засмотрелась на профессиональную работу. МакГарден удивительно хорошо чувствовала оттенки, орнаменты и текстуры. Плавала среди них словно рыба в воде. Локсар сразу же почувствовала достойного соратника и ни секунды не сомневалась в том, что их совместный труд принесёт соответствующие плоды для двух компаний.             Переступая порог стеклянных дверей «Фэйри», девушка ощущала небывалый прилив сил. Она остановилась возле стойки регистрации и улыбнулась девушке, которая сразу же подняла на неё взгляд, вежливо уточняя, по какому вопросу пожаловала гостья. Сообщив о том, что Леви МакГарден должна ожидать её, Локсар задумчиво принялась разглядывать интерьер, пока администратор выписывала пропуск.             — Эмили, почту ещё не передавали? — рядом со Джувией возник серьёзный мужчина в строгом костюме. Он бросил взгляд на гостью, а затем перевёл его снова на девушку за стойкой. Та дала отрицательный ответ, и мужчина цыкнул себе под нос. — Вы к кому?             Джувия не сразу поняла, что он обратился к ней, а потому вопросительно ткнула пальцем куда-то себе в грудь. Мужчина хмыкнул и кивнул, подтверждая её догадку.             — К Леви МакГарден. Я – дизайнер из «Тайтл». Мы с ней договаривались о моём визите.             — О, так Вы та самая Джувия Локсар, — его лицо на секунду даже посветлело, после чего он улыбнулся на правую сторону губ. — Позвольте мне Вас проводить.             К этому моменту Эмили положила на стойку пластиковую карточку, и дизайнер тихо поблагодарила девушку, после чего взяла пропуск и направилась следом за безымянным сотрудником «Фэйри». Пройдя стеклянные турникеты, они остановились возле лифта.             — Меня зовут Грей Фуллбастер. Руковожу отделом продаж, но наслышан о Вас, мисс Локсар.             — Можно просто Джувия. И на «ты», — они зашли в лифт, когда двери открылись, после чего Грей любезно нажал кнопку нужного этажа. — Надеюсь, слышал ты только хорошее.             — Безусловно, — Фуллбастер сунул одну руку в карман брюк, после чего посмотрел на девушку. — Леви от тебя в безумном восторге. Кажется, всю прошлую неделю она только и делала, что щебетала о том, как была рада с тобой познакомиться, — его кривоватая улыбка почему-то притягивала взгляд. В своей жизни Джувии приходилось видеть много красивых людей, которые так или иначе вызывали некий вихрь эмоций, но Грея нельзя было отнести к этой касте. На первый взгляд мужчина казался совершенно обычным. Довольно заурядная внешность, ничего выдающегося. Да, костюм ему определённо шёл, но Локсар прекрасно понимала, что в огромной толпе даже не зацепилась бы за него. Но сейчас ей почему-то казалось, что что-то цепляло. Девушке потребовалось почти всё время, что они ехали в лифте, чтобы наконец-то понять – это был изгиб его губ.             — Вот как… — она первая вышла из лифта. — Приятно. Впрочем, я тоже могла думать только о Леви и нашей совместной работе, — девушка усмехнулась, вспоминая о количестве черновых эскизов, которые успела набросать в последние дни. Некоторые из них Локсар бережно уложила в сумку перед тем, как посетить здание «Фэйри». Она никогда не была здесь прежде, а потому ей искренне было интересно посмотреть, как устроена работа у едва ли не самой популярной и влиятельной компании в Магнолии. — Я была бы очень рада, если бы потом мне довелось увидеться с мистером Джастином. Он обещал мне небольшую экскурсию по производству.             Фуллбастер не был удивлён такому желанию. Тем более ни для кого не являлся секретом факт того, что Фрид магическим образом привлекал к себе внимание всех женщин. С чего бы Локсар становиться исключением? Мужчина понимающе кивнул, после чего остановился возле нужной двери.             — Если выберешь меня в качестве экскурсовода, то я покажу тебе гораздо больше, чем Фрид.             — Я подумаю, — тонкие женские пальцы коснулись ручки, а затем нажали на неё. Через секунду раздался радостный возглас МакГарден, которая приветствовала Джувию.             Грей постоял рядом с дверью ещё несколько минут, пытаясь разобрать сбивчивую речь Леви, но потом бросил это занятие, решив, что у него ещё будет возможность пересечься с гостьей.       

***

            О том, что работа шла полным ходом, Лексус узнал из отчётов, которые Хартфилия заботливо положила ему на стол. Наброски чертежей казались перспективными и многообещающими. Всё складывалось именно так, как задумал сам Дреяр. Он ни секунды не сомневался в том, что два опытных специалиста в состоянии найти общий язык. Тем более маленькое расследование, которое дало им понять, что «Тайтл» предпочитали сотрудничать с теми же поставщиками, что и «Фэйри», ясно говорило о вкусовых предпочтениях Джувии Локсар. Была ли это удача, что девушки мыслили в одном направлении – Лексус знать не мог, но он поставил всё на это умозаключение и пока оставался доволен намётками будущего результата.             Можно было сказать, что причин для беспокойства не было, однако Дреяра то и дело передёргивало от внутреннего озноба, который постоянно пробирался куда-то под кожу и не давал спокойно дышать. Лёгкий холодок, ничего более, только вот он всё равно отдавался неприятным напряжением во всём теле. Не нужно было работать с психологом, чтобы понять – дело в Альбероне и в её звонках, в её сообщениях и горячих поцелуях. Только вот Лексус гнал от себя эти мысли, надеясь упрятать их в долгий ящик, но это было непросто… Особенно, когда Хартфилия постоянно была где-то поблизости, как ей и полагалось по рабочему уставу. Президент и сам не знал, что хотел увидеть в ней каждый раз, как девушка попадалась ему на глаза. Только вот он всё равно упрямо осматривал её. Люси не выказывала беспокойства или озабоченности, была всё также внимательна и учтива. Её вежливая улыбка, приклеенная к губам годами опыта, встречала Дреяра каждый раз, как он выходил из лифта.             В голове блондина всё ещё стояло то сдавленное «да». Она даже не пыталась отрицать, что была с Драгнилом. Ответ был честным и шёл от самого сердца, только вот никакого облегчения он Дреяру не принёс, лишь больше разозлил. Хартфилия никогда не была его женщиной, и в этом крылась неоспоримая истина. То, что Люси работала на «Фэйри», не делало её наложницей Лексуса или что-то в этом роде. Да он до всей этой истории с Каной даже не думал о Люси в подобном ключе, только вот президент всё чаще сравнивал блондинку со страстной шатенкой. То пытался найти сходства, то отчаянно искал различия, и это неимоверно раздражало. Совершенно разные женщины, которые не имели ничего общего. И Дреяр не понимал, откуда в его мозгу вообще такие мысли.                    — Я так рада, что ты сегодня не стал задерживаться, — Кана говорила прямолинейно и точно не собиралась скрывать свою радость.             Они встретились прямиком у неприметных дверей, к которым была прикручена черная табличка с белыми буквами. Абсолютная бесвкусица по мнению Дреяра, но он оставил все эти слова при себе. Альберона не так давно выказала желание показать ему место, которое когда-то давно пленило её до кончиков пальцев, заставляя из раза в раз возвращаться к деревянной стойке. Девушка любила рассказывать истории, связанные с этим заведением, и нужно было признать, что их количество поражало воображение.             О «Кватро Цербер» Дреяр помнил из пухлого досье, которое удалось собрать Хартфилии несколько месяцев назад. Вроде как рейтинг был не таким уж и высоким, но Кана действительно пристрастилась к местной выпивке, словно было в ней нечто магическое и притягательное.             — Я же пообещал, — Лексус усмехнулся и кивнул в сторону входа, и девушка дёрнула массивную ручку на себя.             Дреяра обдало тёплым воздухом с примесью спирта и табака. Приглушённый свет заполнял общий зал, лишь в стороне висели массивные длинные лампы, освещающие два бильярдных стола. Один из них уже был занят двумя крепкими парнями, которые о чём-то тихо переговаривались. Большая часть столиков оказалась пустыми, зато за стойкой сидело несколько человек. Бармен – высокий широкоплечий мужчина с тёмными волосами, собранными в хвост на затылке – широко улыбался наклюкавшемуся бедолаге, который пытался отсчитать нужное количество купюр.             — Баккус! — Альберона едва ли на месте не подпрыгнула, после чего решительно направилась к бару. Лексус нахмурился, глядя на то, как девушка перегнулась через массивное дерево. Бармен поддался ей навстречу и с готовностью натасканной собаки подставил левую щеку. Кана звонко засмеялась, а затем взяла салфетку, чтобы стереть след от помады на чужой коже.             — Как здорово, что ты заглянула. Я уже давненько тебя не видел. Куда ты пропала? — только слепой не заметил бы, с каким восторгом Баккус смотрел на неё. Дреяр стиснул зубы и прошёл следом за Альбероной, которая уже устроилась на одном из высоких стульев. — Твой кавалер? — неопределённым кивком бармен указал на блондина.             — Баккус, знакомься, это Лексус Дреяр, мой парень. Лекс, это – Баккус. Мой самый лучший друг.             — Она преувеличивает, — бармен явно сдерживал смех, говоря подобное, потому что губы Альбероны обиженно надулись. — В любом случае мне приятно познакомиться с тобой, Лекс.             — Лексус, — Дреяр еле сдержался, чтобы не скривиться. Сокращённая форма имени казалась неуместной. В планы блондина совершенно не входила дружба с таким сомнительным человеком. Если Баккуса замечание и задело, то он никак этого не показал. Всё его внимание сразу же переключилось на Альберону, которая начала что-то оживлённо рассказывать.             Бармену хватило мозгов уточнить, за рулём ли кавалер Каны, и, получив утвердительный ответ, предложил Дреяру крепкого чая, на что тот согласился, а затем Лексус окончательно потерял связь с реальностью. И дело было не в том, что ему было неинтересно, просто сразу же стало понятно, что у Каны и Баккуса очень много тем для обсуждения. Лишь иногда Альберона вспоминала о Лексусе, когда бармену приходилось обслуживать других запоздавших посетителей. В эти редкие минуты она накрывала руку Дреяра своей и спрашивала, всё ли в порядке. Дреяр кивал и подливал себе ещё хорошо заваренного чаю в чашку.             Лексус окинул помещение взглядом ещё раз. Интерьер отдавал какой-то стариной. Деревянный пол, стены, даже чёртова барная стойка и прочая мебель, много тёмных тонов. Окна были плотно задёрнуты чёрными занавесками. Для пущего эффекта не хватало редких свечей или факелов, чтобы создать атмосферу другой временной эпохи.             Контингент собрался подходящий. В основном мужчины были одеты в простенькие растянутые вещи, у девушек на футболках красовались принты с героями каких-то художественных произведений. На джинсах в области коленей прослеживались дырки, а на ручках стульев висели потрёпанные рюкзаки с множеством брелоков. Странно, но все эти люди прекрасно вписывались в воцарившуюся атмосферу. Даже Кана, одетая в кожаную куртку и чёрные обтягивающие брюки, выглядела гармонично, словно сама являлась частью заведения, его неотъемлемым украшением.             Баккус особо громко засмеялся над очередной шуткой, чем выдернул Дреяра из мыслей. Кана выглядела до вызывающего счастливой. Из-за выпитого алкоголя к щекам прилила кровь, окрашивая кожу в нежно розовый. Её ладонь то и дело тянулась к каштановым волосам, чтобы заправить прядь за ухо. Лексус отмечал это словно бы против своей воли, вылавливая из женского образа всё новые подробности, которых раньше не замечал. «Или не хотел замечать».             Время тянулось мучительно медленно, и Дреяр постоянно поглядывал в сторону громоздких настенных часов, которые висели там, где заканчивался барный стеллаж. Когда маленькая стрелка добралась до десяти вечера, Лексус аккуратно положил руку на спину Альбероны, заставляя девушку уделить ему минутку. Та перевела взгляд на блондина с лёгким запозданием, потому что явно рассказывала Баккусу какую-то интересную историю, которая приключилась с ней на работе в прошлый вторник. Лексус уже слышал о тех событиях, а потому особо не следил за её повествованием.             — Уже поздно. Тебя проводить?             — Я думала, ты сегодня останешься у меня, — её голос стал тише. На фоне рассмеялись молодые люди, которые гоняли шары за бильярдным столом. Лексус отрицательно качнул головой. Взгляд Каны на секунду стал растерянным. Она посмотрела в сторону выхода, а затем снова обратила свой взор на Дреяра, после чего нерешительно пожала плечами. Странная лёгкость в груди заставила Дреяра выпрямиться и слезть со стула.             Он попросил счёт, который и правда собирался закрыть, но бармен фыркнул. «За счёт заведения, дружище!». Его бодрый голос застрял где-то в ушах и отдавался эхом до той самой минуты, пока Лексус не переступил порог заведения. Дверь захлопнулась, и Лексус решительно направился к машине. Забравшись в салон, он незамедлительно завёл мотор и выжал педаль газа, осторожно выруливая на проезжую часть. Хотелось как можно быстрее убраться с этой улицы и, по возможности, больше не появляться.             Лексус припарковался через шесть кварталов в каком-то переулке, после чего полез в бардачок, откуда выудил пачку сигарет с зажигалкой. Руки отчего-то неприятно подрагивали, а колени налились странной слабостью, не позволяя собраться. Первая затяжка принесла чувство лёгкого опьянения, голову повело куда-то в сторону, и Дреяр виском прижался к ремню безопасности, прикрыв глаза. Он забыл приоткрыть окно, а потому салон быстро наполнился едким запахом жжёного табака и горелой бумаги.             «Я действительно оставил её там с ним». Мысль казалась чужой, отстранённой и почти ничего не вызывала внутри, кроме лёгкого непонимания, как он сам к этому относился. Никаких сожалений, никаких сомнений в правильности своего выбора. Дреяр надеялся на расстоянии целых шести кварталов почувствовать необходимость вернуться, чтобы забрать Альберону, но внутри ничего не ёкало и не болело. Он и правда хотел уйти. Взгляд упёрся куда-то в лобовое стекло, и пальцы снова поднесли сигарету к губам. Нет, всё и правда случилось так, как должно было случиться. Только вот, что всё это значило на самом деле? Лексус знал, что должен был разобраться в этом вопросе. Должен был разложить всё по полочкам и принять какое-то очень важное решение, но у него никак не получалось. Он просто отдался ощущению всепоглощающего покоя, которое накрыло его с головой.             Когда телефон во внутреннем кармане начал вибрировать, Дреяр лениво вытащил технику и посмотрел на экран. Простенькое «Бикс» бросалось в глаза. Дреяр, не особо задумываясь снял трубку.             — Вот кого я точно не ожидал услышать, так это тебя, — приоткрыв окно, Лексус выбросил недокуренную сигарету, после чего включил на экране динамик и вставил телефон в специальную подставку. Руки взялись за руль, а взгляд метнулся в сторону зеркала заднего вида. Машина плавно тронулась с места, снова выезжая на проезжую часть. — Что-то случилось?             — Ага, — на том конце трубки послушалась какая-то возня, после чего Бикслоу снова подал голос. — Наша компания не хочет принять участие в благотворительности?             — Нужны подробности, — Дреяр сосредоточенно нахмурился, притормаживая на светофоре.             — Брат моей девушки открывает больницу. И я подумал, что мы могли бы вложиться в развитие. А если это ещё сделает и «Тайтл», то… — мужчина замялся, явно не зная, какие плюсы могут быть у подобной идеи. Лексус усмехнулся. Наверное, он впервые в жизни готов был понять чужое стремление помочь другому человеку, если есть такая возможность.             — Приглашения есть?             — А сколько нужно? — Бикслоу оживился и явно принялся что-то набирать на клавиатуре ноутбука. Дреяр отчётливо разобрал стук клавиш.             — Ну, если так посчитать, то минимум штук двадцать.             — Будет.             — Ты дома? Я могу подъехать, чтобы мы всё обсудили.             — Дома.             — Я позвоню деду, а ты пока достань бутылку виски. Я хотел бы выпить, — день и правда казался ужасно длинным, и Лексус очень хотел закончить его без каких-либо лишних размышлений.       

***

            Стопку приглашений на благотворительный вечер в честь открытия больницы Штраусов уронила Эвергрин прямиком перед носом Хартфилии. Аккуратные конверты приземлились рядом с клавиатурой, после чего у блондинки было не так много времени, чтобы раздать их всем лицам, которые обязаны были присутствовать на этом мероприятии. Честно говоря, Люси была в замешательстве, почему директор решил принять участие в открытие больницы, но лишний раз с вопросами не лезла. Имена тех, кто обязан был явиться, числились в сухом письме, которое поступило на адрес Люси по электронке. Организовывать всё пришлось в ужасной спешке, да к тому же выяснилось, что Драгнил прийти не сможет по личным обстоятельствам. Сославшись на важные семейные дела, Нацу умело увернулся от претензий Дреяра. Люси было известно лишь то, что Лексус подсуетился и направил приглашения также в другие именитые компании. В их богатом перечне была и «Тайтл».             Открытие больницы оказалось масштабным и торжественным. Людей действительно было много, и в какой-то момент Хартфилия потеряла из вида начальника с его обворожительной спутницей. Имени Каны в списке гостей не числилось, но Люси сразу поняла, что она была той самой «плюс один» к приглашению Дреяра. Что-то болезненно кольнуло между рёбрами, но блондинка заставила себя не думать об этом, чтобы не давать себе повода для лишних переживаний.             — Люси, ты тут в качестве гостьи, не суетись так, — аккуратная рука перехватила Хартфилию прямиком за локоть как раз в тот момент, когда девушка вертела головой, чтобы найти Эльфмана Штрауса, который и являлся организатором этого мероприятия. Встретившись взглядом с нарушителем своих планов, Люси лишь виновато улыбнулась.             — Эльза, я так рада тебя видеть, — всё ещё было ужасно неловко обращаться к ней на «ты». Официальная форма общения казалась куда более правильной, но в последние разы Фернандес ясно дал понять, что подобное ему претит, а Люси так или иначе привыкла подчиняться тем, кто выше неё по должности. — Ты одна? Где Джерар?             — Перехватил Лексуса с Каной, — девушка указала рукой, что сжимала бокал с шампанским, в сторону, и Хартфилия машинально проследила за этим движением. Дреяр действительно обнаружился в компании президента «Тайтл». Он довольно улыбался и активно кивал, пока Фернандес что-то увлечённо говорил. Альберона стояла рядом, придерживая блондина за локоть.             Нужно было признать, что они определённо смотрелись вместе. Красивая, утончённая пара. Казалось, оба сошли с обложки какого-то модного журнала. Про них с лёгкостью можно было написать потрясающую хвалебную статью, в которой воспевалась бы утончённость свадьбы этих двух влюблённых. От одной мысли об этом у Хартфилии предательски скрутило желудок, и она ловко перехватила бокал с игристым у официанта, который проносился мимо с небольшим подносом. Пришлось сделать несколько душераздирающих глотков, чтобы выбросить из головы эту приторную радостную картинку.             — Чудесный вечер, не находишь? — Люси снова посмотрела на Эльзу, которая вдруг поджала губы и сочувствующе похлопала девушку по локтю. — Что?             — Мне очень жаль, что он выбрал не тебя, — от этих простых слов у блондинки перехватило дыхание, и она даже успела набрать в грудь побольше воздуха, чтобы остановить любые размышления Эльзы на эту тему, только вот не успела. Девушка оказалась быстрее. — Ты смотришь в его сторону непозволительно пытливо, Люси. Словно чего-то ждёшь. Я знаю этот взгляд, — Скарлет не выглядела смущённой или даже растерянной. Казалось, она действительно понимала то, о чём говорила.             Люси снова сделала несколько глотков и с горечью подумала, что в бокале осталась всего лишь половина шампанского. И пускай то словно бы кислило на кончике языка, Хартфилия всё равно испытывала странное желание напиться, чтобы заглушить это сосущее чувство прямиком под горлом, которое подбиралось всё ближе к сердцу.             — Как ты поняла? — собственный голос Люси не узнала, но это ей было и не нужно. Брови Эльзы чуть приподнялись, словно она ждала какого-то пояснения. — Как ты поняла, что влюблена в своего начальника? Как вы вообще решились на отношения? — блондинка не понимала, откуда в ней столько смелости, чтобы задавать подобные вопросы.             Тема казалась щепетильной и слишком личной. Эльза прочистила горло, а затем осмотрелась по сторонам. Её взгляд встретился с взглядом с Джераром, и она жестом руки указала ему в сторону выхода. Он едва заметно нахмурился и кивнул, а затем незамедлительно вернулся к беседе с Дреяром, который в этот момент отвлёкся на Альберону.             — Давай-ка выйдем, — Скарлет мягко потянула Хартфилию куда-то вбок, после чего они пробрались через стайку гостей, которые столпились возле фуршетного стола. Двери перед ними разъехались в стороны, и девушки наконец-то шагнули в прохладу.             Сентябрь иногда их баловал хорошей погодой. Например, сегодня не было никаких осадков, да и сам по себе воздух не облизывал ледяным языком голые плечи. Было даже приятно покинуть душное помещение. Примечательно то, что до этого самого момента Люси и не думала, что в здании вообще было душно. Эльза открыла сумочку и вытащила тонкую пачку сигарет, после чего торопливо подожгла одну. Может из вежливости, а может по какой-то другой причине Скарлет протянула пачку Хартфилии, но та лишь отрицательно мотнула головой.             — Он мне нравился, — Эльза начала после долгой паузы. Выдохнув дым тонкой струйкой, который сразу же растворился в воздухе, она продолжила. — Не могу сказать, что я сразу же в него влюбилась. Всё-таки мы давно не дети, — её губы тронула какая-то ностальгическая улыбка, по которой можно было угадать несколько тёплых сердцу воспоминаний. — Он просто оказался взрослым мужчиной, который мне подошёл. Я, знаешь ли, не подарок, — Скарлет снова поднесла сигарету к ярко красным губам и сделала вдох. — Мои стремления не совпадали с его ожиданиями, и нам пришлось много разговаривать. Он первый решился на шаг в сторону отношений, а я его отвергла. Представляешь? — девушка посмотрела на Хартфилию, которая всё ещё сжимала пальцами свой бокал с недопитым шампанским. Было что-то в ней от наивной дурочки, которая понятия не имела, как устроена настоящая жизнь.             Таких обычно Судьба не жалеет, бросая в самые непростые ситуации, которые только можно придумать. Эльзу нельзя было назвать самаритянкой, которая готова помочь каждой страждущей душе, но Хартфилия будила в ней какие-то давно забытые чувства, о существовании которых сама Скарлет не вспоминала много лет.             — Его мой отказ в тот момент устроил, а через полгода я подумала о том, что готова попробовать. Я не хотела никаких привилегий на работе, о чём сразу же сообщила. Он принял мою позицию, а затем спросил, чего я бы ещё хотела. Это был первый раз в моей жизни, когда мужчине действительно оказалось интересно моё мнение. Джерар собирался с ним считаться, — Эльза стряхнула пепел с сигареты, и тот медленно полетел на асфальт. — Только я не была готова к такому вопросу и сразу сказала, что понятия не имею, как будут развиваться эти отношения. Фернандес легкомысленно сообщил, что тоже не знает этого, но готов ввязаться в данную авантюру. И мы нашли общий язык… — Скарлет выдержала длинную паузу, смотря куда-то вдоль дороги.             Люси отхлебнула из своего бокала и тихо выдохнула необъятную тоску. Почему-то подумалось о том, что не хватает Драгнила. Будь он рядом, то ей с лёгкостью удалось бы переключить своё внимание с начальника на коллегу. Только вот Нацу не было, и Хартфилии приходилось вариться в котле из непонимания и зависти. Она и правда завидовала Альбероне, потому что всё внимание Дреяра, все его прикосновения принадлежали только ей и никому больше. Люси зажмурилась и прижала ладонь ко лбу. Эльза сразу же перевела взгляд на девушку.             — Что такое?             — Мистер Дреяр оставил пиджак в моей спальне, — блондинка выговорила эти слова на одном дыхании.             Скарлет замерла и упустила тот момент, когда настойчивый огонёк сигареты подобрался к фильтру. Пришлось бегло потушить его о ближайшую урну и выбросить. Она положила руки на плечи секретарши и легонько потёрла, чуть наклоняясь вперёд, чтобы заглянуть Хартфилии в глаза.             — Давай я заберу тебя отсюда, и ты мне всё расскажешь, хорошо?             — А как же Фернандес?             — Он меня не потеряет, не беспокойся об этом, — Эльза говорила торопливо и самую малость сбивчиво, после чего сделала шаг в сторону дороги и махнула рукой.             Такси припарковалось рядом с бордюром, и Скарлет сдержала своё обещание – она и правда забрала Хартфилию как можно дальше от этого помпезного открытия больницы.                    Придорожная забегаловка отдавала запахом жаренной картошки. Пол, выложенный из красной и белой плитки, был натёрт каким-то чистящим средством едва ли не до блеска, а стол, за которым расположились две красиво одетые девушки, стоял в самом отдалении в углу, прямиком с большими панорамными окнами. Люси уже двадцать минут рассказывала свою историю, лишь изредка отвлекаясь на то, чтобы хлебнуть газировки из бокала с трубочкой. Нужно было отдать Скарлет должное, девушка слушала очень внимательно и не перебивала. Лишь иногда задавала уточняющие вопросы, пытаясь сопоставить имеющиеся факты.             — Что ж, это странно, — заключила Эльза, когда Люси наконец-то закончила.             Блондинка теребила салфетку между пальцами до тех пор, пока та не порвалась на две неравные части. Скарлет следила за её руками всё это время, сосредоточенно нахмурившись. Хартфилия шмыгнула носом, но давать волю слезам явно не собиралась. Глаза оставались сухими. Просто девушка мучилась горечью непонимания, и Эльза вполне могла это понять.             — Не странно, — возражение звучало вполне уверенно. — Просто был вежливым и учтивым. Тем более каждая собака знает о том, что он с Альбероной. Я не имею ничего против неё. Она красивая, умная, амбициозная и делает то, что хочет.             — А ты?             — Я совсем не такая, — усмешка на её губах тоже вышла какой-то горькой, и у Эльзы от этого зрелища неприятно сдавило в груди. — Просто работаю в «Фэйри», и мне это нравится. Я на своём месте и не жалуюсь. Мне не нужна слава или признание.             — Ну да, потому что тебе просто нужен Лексус, — Эльза поморщилась, осознавая, что её слова могли прозвучать резко. — Прости…             — Нет, — Хартфилия покачала головой. — Ты права. Он мне и правда нужен. Не представляю своей жизни без возможности быть ему опорой и поддержкой. Уже ведь не первый год работаем вместе. Я даже без одежды его видела.             — И как он?             Вопрос оказался таким простым и повседневным, что на секунду Люси показалось, что они не занимают никаких высоких должностей. Просто девушки, которые выбрались посплетничать друг с другом. Обычная жизнь, про которую Хартфилия так часто забывала. Она подняла взгляд на Эльзу. Наверное, им двоим в голову пришла одна и та же мысль, потому что девушки почти синхронно рассмеялись, позволяя угнетающей атмосфере ненадолго покинуть их столик. Люси и вправду полегчало.             — Чертовски хорош собой.             — Ни секунды не сомневалась, что ты оценила всё по достоинству, — Скарлет рукой подозвала официанта и попросила, чтобы тот принёс ещё куриных крылышек. На вопросительный взгляд Хартфилии та лишь пожала плечами. — Слишком хорошо сидим, чтобы я могла позволить этому так быстро закончиться.             — А Джерар?             — Я написала ему, что украла с вечеринки самую симпатичную девчонку, чтобы повеселиться. Без него. Пусть позавидует, — девушка отмахнулась и снова припала к своему напитку.             Люси смотрела на Эльзу и понимала, что девушка перед ней обладает действительно удивительной способностью упрощать какие-то вещи. И уже только за это её стоило любить.       

***

            — Кого ты пытаешься найти? — Кана в очередной раз одёрнула Дреяра за локоть, когда тот отвлёкся от беседы и принялся оглядывать зал.             — Свою помощницу, — он был уверен, что не так давно Хартфилия стояла рядом с фуршетом и о чём-то беседовала со Скарлет, но сейчас он никого из них не мог обнаружить. Зато ему на глаза попался Фуллбастер и Локсар, которые о чём-то мило переговаривались рядом с лестницей, что вела на второй этаж. Кажется, Грей пытался шутить, но по лицу Джувии было совершенно понятно, что получается у парня из рук вон плохо.             — Люси? — Джерар, который вбивал в телефон контакты одного бизнесмена, покинувшего их беседу около двух минут назад, поднял глаза от экрана и посмотрел на Дреяра. — Она ушла с Эльзой. Лексус, расслабься. Сегодня не время для работы. Лучше насладись вечером. Тем более трудовой день давно закончился.             — С Эльзой? — Дреяр нахмурился.             — Да, она написала, что Люси стало нехорошо, и они вышли на улицу, а потом решили проветриться. Не переживай. С ними всё будет в порядке, и я… Эй, Лексус! — Фернандес не сразу понял, что Дреяр выдернул локоть из пальцев Альбероны и направился в сторону выхода, оставив девушку посреди зала в полном непонимании. Ему едва хватило ловкости, чтобы нагнать президента «Фэйри» и никого не сбить с ног.             На улицу Дреяр выскочил словно ошпаренный. Он начал оглядываться по сторонам, прижав руку ко рту. Грязно выругавшись в ладонь, Лексус дёрнулся в сторону, но Фернандес перехватил его за плечи, призывая остановиться.             — Эй, дружище, ты чего? Я же сказал, что с ней всё в порядке…             Сколько Лексус себя помнил, Люси ни разу не брала больничных, словно у неё было железное здоровье, которое не могла сожрать ни одна простуда. Даже в межсезонье, когда многие валились с ног из-за температуры, Хартфилия приходила в офис всё с той же очаровательной улыбкой, приветствуя всех, кто не оказался под властью постельного режима. И теперь Джерар говорил ему, что ей стало нехорошо. Первая мысль была о том, что девушка банально перебрала с алкоголем, но ведь Дреяр готов был покляться, что видел в её руках только один бокал шампанского.             — Куда они поехали? — Лексус скинул с себя чужие руки и уставился на Фернандеса. — Куда Эльза увезла её?             — Так, Дреяр, ты уже меня пугаешь. Я же сказал, что всё…             — Меня не ебёт, что ты сказал. Где они? — он схватил Джерара за рубашку в области шеи и дёрнул к себе. — Отвечай!             — Ты перепил, Лексус, — пальцы вцепились в руку Дреяра автоматически. Фернандес попытался избавиться от возникшего давления, но Лексус не собирался отступать. Сразу стало понятно, что Дреяра можно было отнести к тем людям, которые в любом случае получают желаемое. Только вот и Джерар не просто так стал президентом «Тайтл». — Успокойся. Тебя там ждёт чудесная дама. Так что возьми себя в руки, — он с усилием выдернул ткань из хватки Дреяра, а затем одёрнул рубашку. Другие гости, которые тоже вышли на свежий воздух, чтобы скурить одну-другую сигарету, уже начали поглядывать в их сторону с плохо скрываемым интересом. — Всё в порядке! — Джерар махнул им рукой. — Небольшое недопонимание. Простите, что создали столько шума! — Фернандес снова посмотрел на Дреяра. — А теперь расскажи мне, Лексус, какого чёрта ты творишь?! — он почти прошипел каждое слово, надеясь, что никакие зеваки больше не обратят на них внимания.             — Я не знаю, — ответ прозвучал настолько искренне, что Джерар даже растерялся на секунду. Блондин в раз утратил весь свой пыл, после чего потёр пальцами лоб, зажмурившись. — Просто решил, что она должна быть здесь.             — Хочешь обсудить это?             — Не здесь. И не сейчас.             — Ладно, но Кана осталась там, и я не уверен, что могу придумать причину, почему ты так странно себя повёл.             — Я разберусь с этим, — ультимативность, с которой говорил Лексус, ставила в тупик, но Фернандес решил лишний раз в чужую душу не лезть, а потому просто кивнул и уже было сделал шаг в сторону дверей больницы, когда директор «Фэйри» перехватил его за локоть. — Если ты поедешь к ним, то я хочу попросить тебя позаботиться о том, чтобы Хартфилия добралась до дома в целости и сохранности.             Джерар смерил его взглядом, скользнул от ног до самой макушки, а затем понимающе кивнул. Может, он и не мог осознать масштаб всей трагедии, которую чувствовал Дреяр внутри себя, но всё-таки мог посодействовать в том, чтобы Лексусу стало легче.             — Хорошо. Я позабочусь о том, чтобы с Люси ничего не случилось. Я встречу их, заберу. Тебе не нужно сейчас думать об этом. Разберись с более насущными проблемами, ладно?             Хватка на локте стала слабой и едва ощутимой, а потому Джерар с лёгкостью освободил руку, скрываясь за дверьми здания. Лексус с минуту стоял почти неподвижно, а затем в спешке похлопал себя по карманам. Он всунул слегка помятую сигарету между губ, после чего нервно затянулся, едва не закашлявшись. Дреяру хотелось уехать. Желание отыскать Хартфилию, чтобы забрать подальше от всех, никуда не делось, но Фернандес был прав – Лексусу стоило включить голову и хорошенько подумать о том, как он будет объясняться перед Альбероной. К счастью, ей хватило такта не выскочить на улицу следом за неугомонным любовником, а потому у Лексуса было время, чтобы привести мысли в порядок.                    Когда Дреяр соизволил вернуться, он обнаружил Кану в углу рядом с большими праздничными шарами. Девушка разговаривала с Мираджейн. Пусть и не сразу, но Лексус её узнал. Штраус и правда сильно изменилась с тех пор, как они закончили школу. Никаких драных джинс и обтягивающих топов. Она была одета в черное строгое платье, которое очень сильно контрастировало с белой кожей. Мира походила на актрису, которая играла исключительно мрачные роли.             — Я полагаю, ты пришёл в себя, — Фрид похлопал Дреяра по плечу, после чего протянул ему бокал с шампанским, но Лексус лишь отрицательно мотнул головой, отказываясь от алкоголя. Джастина подобное не смутило, и он сам сделал глоток. — Видел, что произошло. Но Джерар первым направился за тобой, и я решил не мешать.             — Да, меня сорвало. Теперь нужно извиниться перед Каной.             — Как бы там ни было, а она занята беседой с другим человеком из своего прошлого. Насколько я знаю, они давно не общались, так что дай им время, — Джастин смотрел в сторону девушек, пытаясь определить, является ли их диалог приятным, но сделать это было затруднительно из-за освещения и расстояния.             Джастин всё ещё плохо верил, что Штраус стала вот такой. Нет, платье безумно ей шло, но весь этот лоск и вежливость казались чем-то инородным. В школьные годы девушка зарекомендовала себя в качестве бойкой особы, которую ничего не способно остановить, но видимо на каждого человека есть некая управа. Для Миры такой управой стал муж. От мысли об этом у Джастина стиснулись зубы.             — Ты в порядке? — внимание Лексуса обычно было расфокусированным. Он редко следил за чужим состоянием, но сейчас обеспокоенность в его голосе заставила Фрида расслабиться в принудительном порядке. Если уж сам Дреяр что-то заподозрил, то Джастин и правда потерял контроль над эмоциями.             — Я тут узнал, что Мира замужем. У нас с ней состоялась нетипичная беседа, и она точно флиртовала со мной. Как думаешь, насколько это серьёзный показатель несчастливого брака? — вопрос был риторическим. Оба прекрасно понимали, какой ответ правильный, а потому Джастин не дал Лексусу озвучит вполне очевидную истину. — Мне бы хотелось пригласить её на свидание.             — С ума сошёл? Сам же сказал, что она замужем.             — Не знал, что ты такой правильный, Дреяр, — Фрид усмехнулся и снова отхлебнул шампанского. Лексус поморщился и покачал головой. Конечно, каждое слово Джастина было пропитано сарказмом. После того, как Дреяр исповедовался перед ним, сложно было назвать главу «Фэйри» святым. Лексус предпочитал думать, что своими душевными терзаниями он искупает свои грехи перед женщинами, которые его окружали. — В любом случае, я всё равно планирую её пригласить.             — Это твоё личное дело. Не буду тебя осуждать, тем более Штраус стала совсем…другой.             — Возможно, — Фрид повертел бокал между пальцами, чуть склонив голову к плечу. Взгляд его стал задумчивым. — Если честно, то я так и не понял, насколько сильно она изменилась. Внешне безусловно всё иначе, но внутри…             Дреяр не знал, что ответить ему. Если он и был в чём-то уверен, так это в то, что Фрид действительно заинтересовался Мираджейн. Это само по себе было событием, которое ни в коем случае нельзя было спугнуть. Если Бикслоу можно было обнаружить в компании новой компаньонки чуть ли не каждую неделю, то с Джастином всё обстояло куда серьёзнее. Он никогда не демонстрировал откровенный интерес и не делился своими предпочтениями. Лексус был уверен, что при желании Фрид мог соблазнить любую женщину своими манерами и умением красиво ухаживать. Может, именно потому, что Мира была замужем, он и заинтересовался ею? Как некая цель, которую не так просто заполучить.             Думать о друге в таком ключе оказалось неприятно, и Лексус попытался переключиться на что-то другое. В этот момент Кана повернулась, и их взгляды встретились. Губы девушки поджались, и она сделала шаг в сторону Дреяра. Тот не двинулся с места. Фрид, почувствовав, что его присутствие явно может стать чем-то лишним, поспешил удалиться в сторону Миры, которая осталась в одиночестве.             — Расскажешь, что это было?             — Для начала я бы хотел извиниться, — Лексус прочистил горло. — Не нужно было так себя вести. Я, вероятно, перебрал с шампанским, — он действительно попытался улыбнуться, но Кана не поверила ни его словам, ни мимике. Её взгляд совершенно не изменился.             — Тебе придётся выбрать, Лексус, — она вздёрнула подбородок. — Я или она.             — Она?             — Твоя работа, — голос Альбероны дрогнул, выдавая с головой обилие боли, сковывающее каждое движение. — Ты даже сейчас не можешь просто расслабиться. Я именно поэтому настаивала на совместном отпуске, — Кана подхватила бокал с подноса официанта, который остановился возле них, а затем поспешил дальше по залу, разнося напитки. — Но ты трудоголик, Лексус!             — Мы можем поговорить об этом не здесь?             Она окинула помещение взглядом, а затем вздёрнула подбородок. Тяжёлые каштановые локоны отлетели назад, демонстрируя недовольное личико. Дреяр видел, что ей чертовски сильно хочется высказать ему всё, что она о нём думает, но обстановка явно была неподходящей. Запал Каны очевидно готов был достигнуть пика, но наличие посторонних людей вокруг являлось сдерживающим фактором.             — Не сегодня, — она залпом осушила бокал. — Я еду домой. Одна. И не нужно меня провожать.             Лексус смотрел, как она уходит. Тонкая фигура в соблазнительном платье преодолела расстояние до скопления людей. Альберона попрощалась с некоторыми своими знакомыми, после чего и правда направилась к выходу. Двери за ней плавно закрылись, и Лексус вдруг понял, что наконец-то может вдохнуть полной грудью.