Часть 3

      Тонкий ритмичный писк будильника пробился через мутные обрывки утреннего сна. Я открыл один глаз и завозился в постели. Голова гудела, каждое движение давалось с трудом, словно я не спал вовсе, но таймер никогда не врал, а значит пора вставать.       – Эго, вырубай уже, я встаю!       Неописуемым усилием воли я распахнул второй глаз. Темнота личного помещения плавно растворилась в монохромном свете угловой подсветки. В реальность просочились: серый потолок, угол оконной панели и верхняя часть двери. Я моргнул и перевёл взгляд вправо, на окно.       В двухметровом прямоугольнике виднелась лесная чаща. Сквозь шумящую листву пробивались первые солнечные лучи. Ярко оранжевые с примесью красного они высвечивали кроны, поджигали стволы и играли на утренней росе. Прекрасная картина природы и свободы, отражённая на полупроводниковых кристаллах экрана. Искусственная и вылизанная умелыми нейрохудожниками, но всё равно притягательная. Она манила к себе. Шептала вспышками пикселей и рассказывала о неведомых лесных чащах и рощах, что непременно нужно исследовать.       Я перевернулся на бок и прикрыл глаза. Лёгкая дрёма начала утягивать меня через окно, прямо на лесную поляну, вот только противный писк будильники продолжал долбить по перепонкам, настойчиво намекая на уплывающую сквозь пальцы карму.       – Нет, ты серьёзно?! – рыкнул я в пустоту комнаты, вновь распахнув глаза. – Выруби, а то куплю скин малолетней шлюшки!       – Ой, напугал-напугал. Бегу отключать, волосы назад!       Насмешливый голос один в один повторяющий систему, прошёлся по комнате эхом, раздражая как бы не больше, чем писк. Его обладатель спикировал к моему лицу, перекрыв обзор на лесную чащу и показал язык.       – Ты жмот, скряга и асоциальный элемент, Макс, – продолжил с явным отвращением набор полигонов по максимуму используя стандартную оболочку, не предназначенную для его уровня экспрессии. Безликий человеческий силуэт пучил бесцветные складки вместо глаз, выпячивал нижнюю часть головы, парадируя язык и безудержно подпрыгивал, дрожа всем телом.       – Ты скорее удавишься, чем потратишь карму на меня! Не ври хотя бы своей внутренней жабе, а то лопнет!       – Изыди, демон! – рявкнул я и вскочил с кровати, попытавшись схватить уродца. ЭГО тут же ретировался к потолку, начав мельтешить из угла в угол и плеваться зацензуренными ругательствами. Расширенный языковой пак я не покупал.       Понаблюдав за ним я немного успокоился. Что бы он не болтал, а писк прекратился. ЭГО выполнил свою миссию и выключил будильник. Хмыкнув собственным мыслям, я вдохнул полную грудь прохладного воздуха и медленно выдохнул одновременно сгибаясь. Пальцы коснулись упругого настила, и я замер где-то на минуту, растягивая поясницу.       – Ты там уснул?       Интересно я так же раздражаю других людей или у моего ЭГО естественный талант?       – Заткнись, – бросил я и отправился в душ.       Небольшая комнатка, напоминающая чулан, встретила меня самым обычным зеркалом, раковиной под ним, унитазом слева и душевой кабиной справа. Позади с тихим шипением закрылась автоматическая дверь и я остался наедине с собой. Шагнув к зеркалу, я уставился на своё отражение. Немного помятый двадцатилетний парень с вызовом смотрел на меня в ответ. Его карие, чуть желтоватые глаза с еле заметными мешками, изучали мои светлые всклокоченные волосы, кажущиеся в искусственно-белом свете серебряными. Я усмехнулся в привычной манере, он ответил тем же, играя желваками на мощной брутальной челюсти. Я бы ему даже позавидовал, не будь у самого такого же сокровища. Повернув голову влево, я придирчиво осмотрел мешки под глазами и сломанный нос. Из ноздри парня торчало две волосинки, да и скулы покрыла короткая светлая щетина, отдающая рыженой.       Двадцать минут спустя я чисто выбритый и посвежевший в любимых джинсах и рубашке уже шёл в столовую. ЭГО к моему удивлению увязался следом, поддерживая видимую форму. Встречающиеся мне работники Управления и редкие ликвидаторы, которых я мгновенно выделял из прочих, бросали на безликий аватар, плывущий за мной странный взгляды, чем подпитывали колкости ЭГО.       – Признай уже, что ты сам извращенец, Макс. Так упорно привлекать к себе внимание, может только забитый в детстве клоун. Ты что клоун? Купи дешевенький скин и стань невидимым для них. Пока я такой, каждая собака будет обращать на тебя внимание. Или тебе этого и хочется? Не хочешь быть серой массой, Макс? Если да, вот тебе совет: сделай моё имя видимым. Это будет бомба.       – Эго, признай уже, что скучал по мне? – ответил я подколом на подкол.       – Я даже не заметил, что ты бегал в портал, Макс. – насмешливо протянул ЭГО и подлетев ко мне с другого плеча продолжил атаку: – Базовый скин, базовый голос, БАЗОВОЕ ИМЯ! Макс, ты станешь звездой… среди кретинов.       На завтрак была паста со вкусом яичницы. Откуда я знаю, что у яичницы именно такой вкус, если никогда не был в аграрных секторах? Вдруг система всех дурит и это вкус цыплёнка? Ну так. Я каждый месяц гуляю по средневековью! Уж чего-чего, а яичек наелся вдоволь, да и цыплят тоже. Паста, конечно, не тоже самое. Консистенция не та, да и вкус пресноват. Вот если представить, что яичницу взбили в блендере без соли, то получится один в один.       Вообще, если уж говорить на чистоту, то еда в моём мире сильно проигрывала грязному средневековью. Заменители, стимуляторы и усилители вкуса, делали своё дело, но после того, как я впервые попробовал настоящее мясо, да ещё и зажаренное на костре своими собственными руками… Приёмы пищи здесь и вправду стали лишь «приёмом пищи», ничего большего за ним не стоило. Забросал углеводы, белки и жиры в топку и погнал дальше. Вот и вся магия.       Закончив с пастой, я направился в спортзал. Следующей остановкой в моём расписании часов была силовая тренировка, но говорить о железках и потных ликвидаторах не особо хочется. А вот обязательный после тренировки спарринг в вирутале заслуживает подробного рассказа.       Пока я подключался к серверу жилого блока – месту, где мог сразиться с равными противниками без хитрого снаряжения и уловок, ощутил знакомую волну возбуждения. Мой пульс подскочил к сотке, а губы сами собой растянулись в хищную улыбку. Старый добрый мордобой мне нравился куда больше, чем навороченный спецэффектами, магией и огнестрелом турнир «Подошвы».       Как только соединение было завершено, я возник посреди пустого ринга. Не успел и шагу сделать, как весь обзор утонул в вызовах на поединок. Десятки ников, аватаров, угроз и ругательств мельтешили передо мной создавая электронный шум.       – Сколько же крови ты попил, Макс? – схватился за голову ЭГО, появившийся рядом из коротких помех, и начал летать вокруг меня и облака сообщений, причитая, как старая бабка. – Столько людей хотят пересчитать тебе кости. Ты только посмотри!       Он заключил висящие в воздухе надписи в рамки списка и жёстко отфильтровал по рейтингу, убрав угрозы и оскорбления. Мало того, в новом аккуратном списке кроме места в лиге, было видно и номер в турнире «Подошвы».       – Стрекоза, Громовой кулак, Баки, Пудель, Аскеза! Святая система защити, да тебя хотят все топы Луксура! Просто песня.       Под издевательский смех ЭГО я тоже просмотрел созданный им список. Моя улыбка стала ещё шире, и я отметил три имени, что были онлайн. Система обработала информацию и на коленке склепала турнирную сетку по образу и подобию «Подошвы».       – Готовься, Макс, эти точно тебя раскатают. – ЭГО печально покачал головой, явно копируя меня, и отлетел за ограждение.       Не прошло и трёх секунд, как в противоположном углу ринга материализовался Пудель. Высокий, жилистый афро с огромной копной дредов на голове. Увидев меня, он белозубо оскалился и встал в основную стойку кикбоксинга.       – Вы посмотрите кто пожаловал на ринг. Сам Строгий! – он сделал два шага, сокращая дистанцию. Я ответил левосторонней боксёрской стойкой и тоже шагнул вперёд. Нарастающие последние минуты волнение, как рукой сняло. Передо мной был противник, вокруг только ринг и ничего кроме. Все проблемы, дела и мысли остались за канатами. Есть только здесь и сейчас.       – Всегда хотел спросить, ты сам ник придумал, или это школьное погоняло? – бросил я Пуделю в лицо, рассчитывая вывести из себя.       Тот принял оскорбление молча, и глазом не повёл, но уже в следующий миг резко сместился вправо и выдал два лоу-кика с левой ноги, целя мне в бедро. Я увернулся от них одним длинным шагом назад. Затем пружинисто вернулся к противнику с левым кроссом. Мужик не сплоховал – выставил чёткий блок и контратаковал мне в корпус.       Спарринг с Пуделем пошёл в обычном русле. Афро старался достать меня локтями или отсушить ногу хлёсткими лоу-киками. Я по возможности избегал его ударов, бегая по рингу, как сумасшедший, и отвечал неожиданными контратаками. К сожалению, наученный опытом противник не торопился на них попадаться, но всему приходит конец.       – Слышал ты закрыл десятый контракт!       Пудель наседал на меня резкими выпадами локтями и ударами коленями в корпус. Я держался, частью уклоняясь от них, частью блокируя, но долго в таком темпе мне было не вывезти. Руки уже начали ломить, да и дыхалка подводила. Спокойствие сменилось горячкой схватки. Пора было что-то решать, и я шагнул к канатам, сделав вид, что отступаю под тяжёлым прессингом. На самом же деле я заманивал его в ловушку, и Пудель купился. Поверив в себя, он двинулся следом за мной, решив дожать. Локоть понёсся справа, а его левая нога ждала своей очереди, чтобы неожиданно подсечь меня после. Но вместо того, чтобы уворачиваться, я выбросил прямой встречный оверхенд точно ему в челюсть. Голова Пуделя вздрогнула, его повело и, промахнувшись локтем, он начал заваливаться на меня всей своей высокой тушей.       Ещё один шаг и я с выдохом оттолкнулся от настила. Резкий взмах ногой и моё колено вонзилось ему в лицо. Раздался громкий противный хруст. Пуделя отбросило назад, а я приземлился почти на том же месте откуда подпрыгивал. Тело Афро рухнуло на мягкий настил ринга и слегка подлетело. Я тут же метнулся и навис над ним, готовый добить если дёрнется. Пудель дёргаться не стал, лишь приподнял заросшую дредами голову и уставился на мой кулак, зависший в паре сантиметров от его расквашенного носа.       – Урод, – буркнул Пудель. – Так и знал, что это подстава.       – Поверил в себя, – насмешливо ответил я и разжал кулак в протянутую ладонь.       Пудель нахмурился, но помощь принял. Схватился за мою руку и поднялся в полный рост. Смерив меня неприязненным, но спокойным взглядом, он зажал левую ноздрю и высморкал кровь.       – Строгий, почему ты всегда болтаешься в середине рейтинга? С твоей реакцией, давно бы мог перейти в Гул.       – Скажи это цепным псам Ксавьера и их стволам, – отмахнулся я от предложения.       Посвящать левых ликвидаторов в свои проблемы я не собирался. Да и что за вопрос такой? Как будто махать кулаками на ринге – одно и тоже, что играть в смертельную битву на карте «Подошвы». Здесь всё зависит от меня: от рефлексов, скорости, силы и сноровки, а там… А там роляет только экипировка. Какая разница, как быстро я двигаюсь, если мои стандартные пистолеты новичка не могут пробить магнитный бронежилет бомжей из лиги Гул. Классовое неравенство во всей красе. Может плюнуть на всё, да и закупиться по полной? Потрачу восемдесят штук и до следующего контракта от системы ворвусь в шестую лигу. А там и на верхние этажи перееду. Встречусь с Ниной…       – Ну да, Ксавьер… – словно только что вспомнил, протянул Пудель, скривив толстые губы. – Погоди, так ты же реально закрыл десятый контракт, чо ты мне паришь? – Он вдруг повеселел. – Возьми нормальный ствол и прикончи их. Или слабо?       – Ты что, карму решил на меня поставить? – Я смерил Пуделя внимательным взглядом и, к своему удивлению, заметил, как тот испуганно дёрнулся. – Я что угадал? Слышь, Пудель? – шагнул я к афро, переходя на рык. – Только попробуй сделать на мне бабки, я тебя найду и отстригу все твои…       Договорить я не успел. Обнаглевший пёс взмахнул рукой и распался электронными помехами. Пока я негодующе взирал на пустое место перед собой в противоположном углу ринга заклубились помехи, из которых сложился образ низенькой девчонки. На вид ей было лет шестнадцать. Подтянутая, худая, жилистая, с двумя косами, заплетёнными вокруг головы и длинными крепкими ногами, способными выбить дух из кого угодно. По факту ей было девятнадцать, но это так, между нами. Серёга, подбивающий к ней клинья последние полгода, как-то обмолвился об этом. Кажется, я тогда обозвал его педофилом, и он начал защищаться, или было по-другому… да пофиг.       – Стрекоза-а… – радостно улыбнулся я, широко раскинув руки. – Рад тебя видеть. Как там сын Великана (это я не о Серёге, если что)? В сознании?       – Баки визжал, как сучка. – Стрекоза плотоядно оскалилась и начала разминать кисти. – Что с Пуделем? Открутил ему хвост?       – Не-е, – протянул я в ответ, качнув головой. – Сломал нос, и он сдался.       Девчонка тут же разразилась весёлым смехом, не забывая при этом разминать ноги и торс. Глядя на её серьёзный подход, я тоже сделал пару упражнений на растяжку. Мы хоть и в виртуале, но система качественно моделирует окружение. Если выкрутить настройки, можно даже ощутить боль, что уж говорить о тонусе мышц. Не зря же тренинг всегда ставится после спортзала. Тело должно быть подготовлено и хорошо размято перед мордобоем.       – Слышала, ты закрыл последний контракт.       – И ты туда же? – Удивлённо воскликнул я, прерывая упражнение. Глядя на её весёлую улыбку, добавил с лёгким раздражением в голосе: – Вы что, все сговорились? Может я не знаю о клубе сталкеров в мою честь? Колись!       – Больно надо, – зло пискнула Стрекоза, стрельнув в меня взглядом. – Просто в сети только и разговоров, что о следующей рейтинговой битве. Многие ставят на тебя, Строгий. Думают, что весь прошлый сезон ты специально не показывал скил. Ждал снятия статута новичка и всё такое.       – И кто это говорит? – Я поднялся, окончательно бросив разминку. Стрекоза тоже закончила и медленно шла к центру ринга.       – Все, кто следил за новичками, – неопределённо пожала плечами девчонка и встала в боксёрскую стойку.       Я замер на полушаге, удивляясь переменам. С каких пор она дерётся в стойке? Приглядевшись к противнице внимательней, я усмехнулся про себя и с облегченим выдохнул. Ничего не поменялось, просто Стрекоза решила меня обмануть. Стоит мне начать, как она перейдёт в борцовскую стойку и попытается перевести в партер. Её выдали широко расставленные ноги и напряжённая, готовая в любой момент согнуться, спина.       – Ты это чего? – Я с сомнением задал вопрос, на ходу переключаясь на роль удивлённого Макса, что ничего не понимает. – Решила в стойке смахнуться?       Для большей убедительности я даже бровь вскинул, и Стрекоза поверила. На её губах мелькнула тонкая улыбка и она горделиво ответила:       – Тренирую новые методы, – и тут же подобралась. – Нападай!       – Я? Разрешаешь? Что же… – я сделал паузу, прикидывая варианты. В итоге не придумал ничего умней, как выбить её из колеи.       – Скину запись Серёге! – выкрикнул я и шагнул к девчонке с ходу выкинув вперёд левую ногу.       Глаза Стрекозы удивлённо округлились. На этом я выиграл полсекунды, сократив дистанцию. Опомнившись, девчонка зарычала, словно дикая волчица, и пригнулась в попытке уклониться от удара. Предугадав её переход в бросок, я довернул опорную ногу. Прямой удар сменился крюком сверху-вниз. Полностью погасить инерцию движения у меня не вышло и удар смазался, но даже так моя стопа жёстко впечаталась в плечо девчонки, отправив её кубарем по настилу ринга.       Я времени не терял. Два шага и ещё один пинок, в этот раз пяткой прямо в лоб. Стрекоза вскинула руки и заблокировала, но разницы в весе сыграла с ней злую шутку. Согнутое в дугу тело девчонки подбросило вверх, и она неожиданно для себя встала в полный рост у самого ограждения. Стремительный полушаг и короткий прямой в солнышко. Девушку тряхнуло и бросило на канаты. Добивать я не стал. Она и так безвольной куклой рухнула на колени, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Да, детка, чёткий джолт в солнышко не прощает ошибок. Особенно с такой разницей в весе.       Пока Стрекоза приходила в себя, в воздух выстрелили пара хлопушек и над рингом засияла огромная надпись: «Congratulations». Кроме бессмысленных поздравлений мне зачислили триста очков кармы. Немного, но всё равно приятно. К сожалению, система не учитывала, победил ты или проиграл. Спарринги рассматривались ей строго с позиции каждодневной тренировки и никак иначе. В спортзал сходил? Два спарринг провёл? Молодец, держи карму. Если соблюдать расписание и не пропускать тренировки, то за семьсот часов, ну или месяц накапает около четырёх тысяч кармы. Для обычных граждан – квартальная зарплата, без вычета налога, для ликвидатора – треть от цены дезинфекции. Я же говорил, что система злобная стерва? Если не держать себя в форме, то можно распрощаться с приличным куском месячного довольства. А если ещё и в медийке не участвовать, то вообще кранты. Считай рискуешь жизнью за зарплату офисного планктона. Полный треш, но ведь всегда можно соблюдать неписанные правила и быть верным псом системы.       – Ты совсем обнаглел, Строгий!       Сипящий хрип снизу, вырвал меня из раздумий. Опустив взгляд на проигравшую девчонку, я заметил как она тайком тёрла под рёбрами. В этот момент у меня даже возникло к ней лёгкое уважение. Она не выкрутила ползунок боли в ноль, предпочла чувствовать свои ошибки по-настоящему.       – Почему это я обнаглел, малявка?       – Чего?! – Стрекоза мигом взвилась с настила. Её карие глаза вспыхнули недобрым огнём, а сама девчонка стала похожа на дикого шарпея. – Какая я тебе малявка! Отрастил грабли до пола и думаешь всё можно? Тупой мужлан! Урод! Только попадись мне в «Подошве». Урою нахр*н…       – Воу-воу, – поднял я руки отступая от разъярённой Серёгиной подружки.       Кажется, я немного переборщил и случайно задел её за комплекс. Или не случайно? Прав был Эго, характер у меня ещё тот. Не придумав ничего лучше, чем перебить одну эмоцию другой более яркой, я как бы невзначай произнёс:       – Запись ещё идёт.       – Чего?       Стрекоза остановилась в полушаге от меня с уже поднятой для удара рукой и нахмурилась.       – Какая ещё запись?..       Замешательство яроко проступил на её раскрасневшихся щеках и сморщенном лбу, а я ткнул в сторону ЭГО пальцем. Стандартный аватар нейросетевого помощника помахал повернувшейся к нему девчонке рукой и продемонстрировал маленькую олдскульную камеру. Всего лишь образ, но он сказал ей гораздо больше тысячи слов. Секунда раздумий и глаза Стрекозы налились кровью.       – АХ ТЫ ТВА…       Я отключился от сервера.       Шум русской зоны отдыха сменил завывания Стрекозы в ушах, а в глаза ударила пёстрая зелень и стволы берёз. Глубоко вздохнув, я потянулся на скамейке и встал. Мордобой – это конечно хорошо, но во всём надо знать меру, особенно в крикливых лоляхах, на которых положил глаз твой товарищ с бицепсом больше твоей головы.       – Что там дальше?       Я с улыбкой произнёс это вслух и открыл планировщик задач. Три следующих квадратика были помечены одним словом: «Шопинг». Крайний из них прямо на глазах становился оранжевым. Улыбка медленно сползла с моего лица.       – Твою-то мать…