Глава 4

      Ночь накрыла узкие улочки Каринпорта. Заполнила сточные канавы густым непроглядным мраком и скрыла вездесущую грязь и трупы сдохших за день бедолаг. Каждый, кто не мог раздобыть себе краюху хлеба или поймать крысу, заканчивал свой день в сточных водах. Иногда к оборванцам присоединялись жертвы грабежа, насилия или длинного языка. Последние чаще всего.       В городе воров и убийц, а по совместительству крупнейшем торговом узле королевства Калемдор, умение держать язык за зубами всегда являлось ключевым фактором долгой и счастливой жизни. Ни болезни, ни голод, ни войны – не могли испортить статистику. А потому Ур’Мэш сильно удивился, когда ищейки поведали ему о странной наёмнице, что третью ночь к ряду беспокоила трактирщиков от квартала нищих до рубинового перекрёстка.       Она возникла из ниоткуда и в первую же ночь в городе начала заводить пустые разговоры с барыгами, перекупщиками и честными убийцами. Каждый отдельный разговор, пересказанный, записанный и сложенный перед Ур’Мэшем в высокую стопку свитков, с виду имел конкретную цель и причину, но, как и всегда – главное скрывалось между строк. Наёмница интересовалась одним из его людей, Гобой из трущоб.       Гоба был главарём мелкой шайки, орудующей в северных кварталах. Молодой и дерзкий, он поднялся совсем недавно. Пробился с самого низа за считанные месяцы. Всё началось с поножовщины в сладком доме мадам Помпур в начале лета. Одним из немногих пережив кровавую мясорубку Гоба словно родился заново. От некогда неумелого воришки в парне не осталось и следа, но ищейки видели и не такие преображения. Каринпорт меняет людей. Иногда в лучшую, чаще в худшую сторону. А уж холодный взгляд смерти и вовсе лучшая кузня характеров крепче мифрила на свете.       Хорошенько встряхнув путь Гобы к званию главаря банды, в поисках причин интереса со стороны наёмницы, ищейки навели мосты и связали множество с первого взгляда незначительных деталей его жизни, о чем не забыли доложить Королю Воров. Что до наёмницы – за три ночи ей удалось собрать полный портрет жизни Гобы. Интересы, привычки, имена любимых шлюх и даже история о поножовщине, рассказанная ей одним из участников.       На сколько мог судить Ур’Мэш, жить его подчинённому оставалось недолго. И может быть в другой раз он бы закрыл глаза на смерть одного из своих воротил. Крыс под его рукой всегда хватало. Но откровенная спешка наёмницы и резкий взлёт Гобы, вызвали в Короле Воров живой интерес.       – Что удалось выяснить о ней?       Ур’Мэш поднял взгляд от свитков и внимательно посмотрел на сгорбленного старика, стоящего посреди его кабинета. Глава ищеек, доживший до седин в городе, где лишь немногие счастливчики доживают до тридцатилетия, поджал губы.       «Плохо…» – подумал Ур’Мэш, читая старика, как открытую книгу. – «Раз уж он не знает, что сказать, то остальные и подавно».       – Почти ничего, Король. – Не стал медлить с ответом глава ищеек. – Она пришла сама. Ни один караванщик не видел её по пути в город. Стража не выдавала разрешения заходить за стены, а контрабандисты открещиваются, что брали у неё деньги за тайный проход.       – Ну не прилетела же она? – хмыкнул Ур’Мэш и взял со стола чашку чая, чтобы смочить горло. Отпив сладкий и терпкий напиток, он немного посмаковал его во рту и задал новый вопрос:       – Ну и кто же тогда заказал Гоба? Если девчонка смогла прошмыгнуть в город без твоего ведома, то она, должно быть, стоит целое состояние. Кто будет тратиться на такого как Гоба? Это месть? Он попортил чью-то дочь, сестру?       – Мне… не удалось это… выяснить.       Каждое слово давалось главе ищеек с трудом. Он не привык признаваться в провалах, но и врать своему господину не посмел бы. Король Воров прекрасно это знал, а потому, лишь цокнул языком. Решение, как всегда, оставалось за ним, но если сегодня утром он был готов отдать Гобу на растерзание, предварительно выяснив кто дёргает наёмницу за нити, то после провала ищеек выбор становился гораздо сложнее. Кто бы не купил её, сделал это нагло. Не предупредил хозяина города и не пытался решить вопрос с Гобой мирно. Кто-то потерявший берега запустил в курятник Ур’Мэша лисицу и поставил на одной из куриц что несла не золотые, но вполне себе серебряные яйца чёрную метку.       – Убейте наёмницу. Труп освежуйте и выбросьте на главной дороге. – Выдал приговор Король Воров, после долгого раздумья.       – Лицо… – хотел было уточнить глава ищеек.       – Лицо не трогайте, – перебил его Ур’Мэш. – Пусть тот, кто нанял её увидит мой ответ.       Старик кивнул и покинул кабинет. Как только дверь за ним закрылась, Король Воров откинулся на кресле и устало вздохнул. Переведя взгляд на чашку с чаем, он вновь взялся за неё и осушил одним глотком.       – Раньше было проще, – прошептал он в пустоту кабинета и закинул ноги на стол. – Слово честь, хоть что-то значило.       

***

      София Шефер ликвидатор лиги Луксура, также известная как Аскеза, покинула третий за вечер трактир и, накинув шерстяной капюшон, смешалась с тьмой. Шёл восьмидесятый час её миссии, и рисунок будущей дезинфекции обретал финальные черты. Таракан, пробравшийся в город воров, вселился в тело молодого паренька по имени Гоба, во время погрома в публичном доме. Из рассказа прямого свидетеля и двух приукрашенных историй местных бандитов Аскеза составила свою картину случившегося.       Выходило так, что в начале погрома молодой воришка находился на втором этаже, был безоружен и почти мертвецки пьян, но уже через пол часа он резал глотки членам соседней банды, как заправский воин с десятилетним стажем. Ко всему прочему Гобе посчастливилось вовремя прийти на помощь тогдашнему главарю банды из трущоб. После такой удачи, парнишка быстро завоевал доверие и место под солнцем Каринпорта. К концу лета он стал правой рукой главаря, а совсем недавно и им самим. Предыдущий неудачно напоролся на ножи соседней банды и был скормлен морским гадам у причала. Гоба жестоко отомстил ублюдкам, чем заслужил ещё больший почёт и уважение среди своих. И теперь припеваючи жил в северной части города, проворачивая свои тёмные дела и трахая шлюх мадам Помпур по средам и пятницам.       Так уж вышло, что сегодня была как раз среда.       Прикинув время до полуночи, София углубилась в переплетенье переулков и узких улиц Каринпорта. Её путь лежал к известному публичному дому. Там она собиралась немного осмотреться и, воспользовавшись крышей соседней развалюхи, проникнуть внутрь. Дальше было дело техники. Спуститься на один этаж, пройти коридор и, взломав замок розовой комнаты, спрятаться в шкафу. Дождаться Гобу с одной или двумя шлюшками, просканировать на предмет чуждой этому миру души, перетерпеть фильм для взрослых и, когда все участники уснут, прикончить хитрого попаданца. Если что-то пойдёт не так, то вместе с ним убить и потаскух. Одной-двумя больше или меньше – этот мир и не заметит. Хотя для её канала запись получится слишком уж грязной. Но за бесплатное порно, подписчики стерпят и не такое. Когда ещё увидишь дикий и необузданный средневековый секс? Просмотры улетят в космос.       Аскеза вышла на одну из главных улиц квартала и быстро зашагала на север. Её тихие шаги гулко отдавались в мёртвой тишине, царящей вокруг. Стоило сесть солнцу, как все честные и не очень жители Киринпорта прятались по домам. Они запирали двери на крепкие засовы, а маленькие окна закрывали переносными ставнями. Редкие счастливчики из богатых или знатных, что, впрочем, чаще всего означало одно и тоже, доверяли свой сон наёмникам и охране, но даже они никогда не оставляли двери открытыми.       Освободившиеся ночные улицы города быстро заполнялись совсем другими людьми. Тихие и неприметные фигуры в плащах и капюшонах, возникали в тенях. Барыги, вечно трущиеся по углами и подворотням, призывно махали руками и откидывали полы плащей, показывая богатый товар. Бандиты, отморозки и просто честные труженики меча и топора, выбирались из своих лёжек в поисках монет и развлечений. Кто-то искал таверну по шумнее, кто-то крался во тьме, подслушивая и подглядывая за другими, самые отчаянные выискивали толстый кошелёк, что можно было ловко подрезать, и совсем уж редкие и очень везучие засранцы шли убивать или грабить по указанию Короля Воров. Последних сторонились все остальные, разумно считая свою жизнь ценнее любопытства.       София не относилась ни к одной из групп. Она была лишней в этом городе и цепкие взгляды провожали каждый её шаг. Спасали девушку лишь добротно выглядящие под накидкой доспехи и умелые движения воина. За восемьдесят часов ей всего два раза пришлось вытащить меч из ножен. В первый, к ней пристала троица бандитов, откровенно намекающих на изнасилование группой лиц. Она вежливо отказалась от предложения и, оставив новоиспечённых инвалидов и будущих ловцов крыс истекать кровью, пошла дальше по своим делам. Новости в Каринпорте разносились быстро, а потому за следующую ночь, ни один умник не посмел к ней приблизиться. К сожалению, память у местных была коротка и в третью ночь Софии вновь пришлось использовать меч по прямому назначению.       Вспомнив о двух громилах, решивших гопнуть её на доспехи прямо у входа в таверну, Аскеза ухмыльнулась и провела пальцами по рукояти меча. Чем ей нравились низшие миры, так это откровенностью живущих здесь людей. В Центории ей ни разу не предлагали снимать доспехи и складывать их вот в этот мешок. Понятно дело дома у неё и доспехов не было, но это не меняло сути дела.       Так, предаваясь приятным воспоминаниям о сломанных лицах и отрубленной кисти одного из громил, Аскеза преодолела большую часть пути до публичного дома и свернула с главной улицы. Она решила немного сократить по краю нищенских трущоб, да запутать следы. Мало ли кто следит за ней из темноты.       В Каринпорте София Шефер была впервые, но брифинг перед миссией был более чем исчерпывающим. Из него она узнала об обстановке в городе, основных точках интереса, разделении кварталов на зоны влияния, ищейках и совсем уж тёмных делах вроде: работорговли, чёрной алхимии, оккультизма и торговли кровью девственниц, за которые отвечал некий Король Воров. О нём информации, к сожалению, не было от слова совсем. В Управлении знали, что такой человек, или группа лиц, скрывающаяся под одним именем, существует и контролирует всю теневую жизнь города, но подобраться к нему ближе и узнать подробности не удавалось. Но всё бы ничего, однако, брифинг не предупредил Софию и ещё об одном. Зловонные сточные канавы, украшающие город, были достаточно глубоки. Если бы Аскеза могла предположить, что под слоем нечистот и гнили спокойно может спрятаться человек, то никогда бы не выбрала короткий путь до публичного дома. Как известно, история не знает сослагательного наклонения.       В глухой тишине переулка послышался странный чавкающий звук. София вздрогнула и обернулась, мгновенно выхватив меч. Тренированная и умелая в обращении с ним, она в ту же секунду была готова пустить оружие в ход и именно это спасло ей жизнь.       Жуткая фигура, покрытая отходами жизнедеятельности города Каринпорт и ближайших трущоб, поднялась из канавы и вскинула руку. В ночной тьме София не смогла разглядеть что именно в неё кинули, но тихий шелест рассекаемого воздуха, дал достаточно, чтобы шагнуть вправо и взмахнуть мечом. Раздался звон, вспышка брызнувших искр на мгновение осветила переулок, выхватив из темноты ещё трёх нападающих: двое спрыгнули с ближайших крыш, один вылез из канавы с другой стороны переулка.       Шагнув назад, Аскеза увернулась от укола кинжалом выпрыгнувшего из сточной канавы противника. Хотела пнуть его под колено и срубить голову, но услышала тихий свист. Разворот, взмах мечом и второй метательный кинжал отлетел в сторону, так и не достигнув её бронежилета, замаскированного под доспехи.       София, радуясь собственной реакции и слуху, прыгнула вперёд, прямо в полёте вызвав меню допреала. Приземлившись, она резко присела, пропуская над головой вспышку от меча третьего врага и ответила ему коротким тычком в брюхо и мыслекомандой ЛПМ:       «Максимум защиты!»       У неё не было времени вспоминать названия магических конструкций. Положившись на встроенный в привод нейропомощник Аскеза бросилась на ближайшего противника. Тот умудрился отвести её клинок от собственного брюха и даже попытался разоружить ловким финтом и движением кисти, но ликвидатор не просто так занимала верхние строчки Луксуры, чтобы купиться на такое. Одновременно с появлением у её левой руки магической печати, София потянула меч вниз, выдёргивая их клинча и с шагом врезалась в противника плечом. Удар получился неожиданным, любителя финтов качнуло назад и он потерял равновесие, открывшись снизу.       Магическая печать вспыхнула, наполнив доспехи и плащ Аскезы серебряными переливами, и наёмница нанесла два стремительных удара по ногам противника. Первый попал в бедро, рассёк толстый ремень и край стёганной подкладки штанов, но не причинил вреда. Второй же, больше укол чем взмах, со скрипом вошёл в подкладку и пронзил его пах. Любитель финтов взвыл и в припадке ярости опустил меч на голову девушки, но Аскеза не собиралась ждать, справа вновь свистели ножи, в этот раз сразу два.       Отступив влево, она уклонилась от удара мечом, пропустив лезвие в считанных сантиметрах от плеча и, схватив евнуха за локоть, дёрнула на своё прежнее место. Его меч со звоном врезался в булыжник на дороге, а сразу после евнух нехорошо охнул, дёрнулся два раза и начал медленно оседать, заваливаясь на правый бок. Ликвидатор пнула его в стиле «Вис зис Спарта», отправив кубарем под ноги двум наступающим противникам, чем смогла выиграть для себя немного времени. В мозгу пробежала тревожная мысль:       «Их было четверо»       Резкий удар сотряс шею и голову. Серебряный покров раскололся, озарив переулок новой вспышкой света, и Софию толкнуло влево. Переступив с ноги на ногу, она сумела сохранить равновесие и даже отправила вторую мыслекоманду. ЛМП принял запрос и свернул окружающую манну в ударный магический конструкт. Аскеза развернулась, ища напавшего сзади врага и вкинула руку с разгорающейся печатью. Сердце бешено стучало в груди.       «Если бы не защитная магия! Если бы не защитная магия!»       Переулок был пуст. Не понимая, как такое может быть, София не стала терять время и обернулась к старым противникам. Те уже переступили через погибшего товарища: один поднял руку с мечом, готовый атаковать её в любую секунду, второй вытягивал что-то из-за пазухи, скорее всего очередной метательный нож.       Выбрав целью того, что с мечом Аскеза довернула корпус и ткнула в него рукой с печатью. Вспышка лопнувшей печати и рёв десятка огненных стрел, затопил переулок дрожащим светом. Мужик оказавшийся рябым в ужасе раззявил рот и получил шесть стрел в корпус. Мгновенно превратившись в живой факел он отлетел на добрых три метра и с громким шипением рухнул в сточные воды. Его меч, вылетев из руки, задребезжал по редким камням на дороге.       Второй убийца, прищурившись от яркого света, всё же метнул нож, но Аскезе даже отбивать его не пришлось. Тот пролетел полуметром правее неё. Воспользовавшись этим, девушка отбросила последние предосторожности и левой рукой выхватила полуавтоматический пистолет. Наведя его на неудавшегося метателя ножей, она два раза нажала на спуск, умело выровняв прицел между парными выстрелами.       Четыре пули разорвали ночной воздух и железный нагрудник, спрятанный под слоями вонючего, выпачканного в помоях тряпья. Убийца по инерции отступил на шаг. Медленно опустил взгляд на собственную грудь, кашлянул выплюнув поток крови, и скривившись то ли от удивления, то ли от боли рухнул как подкошенный.       Как только тело упало на дорогу, София переместилась в центр переулка и взяла пустоту улицы под прицел. Её потряхивало от адреналина, но боль в шее была живым напоминанием о четвёртом противнике. Именно поэтому наёмница не теряла бдительности, внимательно вглядывалась во тьму. Последний враг был где-то поблизости. Он словно призрак растворился в ночи, не желая показываться в прицеле.       Тихий на грани слышимости шорох донёсся до Аскезы со стороны трёх трупов, то есть сзади. Девушка напрягла все силы и, резко присев, развернулась на корточках. Ствол пистолета скрылся в струящихся полах плаща четвёртого убийцы.       Толчок, боль и тьма. Палец Софии Шефер зажал курок в предсмертной конвульсии. Раздался сдвоенный выстрел и две пули вонзились в голубой поток энергии, окружившего убийцу барьера. Мужик, запоздало испугавшись, отскочил в сторону. Смятые пули и мёртвая Аскеза упали на землю. Пули дымились, из глазницы девушки торчал кинжал и пульсируя лилась кровь, пачкая удивлённое лицо.       Пока неизвестный маг в плаще приходил в себя от шока и осмысливал увиденное, наруч на левой руке убитой им наёмницы издал странный звук. Её тело вздрогнуло, словно от грозового касания. Убийца отступил на шаг, выхватив второй кинжал, и начал творить заклинание невидимости, как вдруг странный наруч ярко засиял, превращая полночь в отдельно взятом переулке в летний день.       Маг прикрыл глаза рукой отступая ещё дальше, но сквозь ослепительно-белый свет всё же увидел, как тело его жертвы обращается огненным шаром. Никогда прежде Айлеш не видел столь жаркого и яркого пламени. Труп наёмницы за считанные секунды обратился прахом, оставив на дороге огромное чёрное пятно и оплавленные верхушки камней.       Так началась самая длинная ночь в жизни Айлеша. Самый странный доклад в жизни главы ищеек. И самая интересная загадка для Эр’Мэша, к которой он пока не был готов.