Часть 3

30 января в 10:00 началась масштабная подготовка к спец заданию. Все слонявшиеся без дела тут же получали по шее, забирали задания и отправлялись восвояси. Подальше от нервного начальства, главное. Конечно, столь масштабную подготовку невозможно было бы сохранить в тайне от высших чинов в каждой организации, но никто не смел задавать вопросов или додумывать какие-то теории, стоило им узнать, что «это будет связано только с Японией». Не было в мафии привычки задавать вопросы или думать больше положенного. Никто не смел обсуждать. Все недовольные или ослушавшиеся без лишних слов отправлялись к праотцам. Не то, чтобы правительство и ВДА одобряли такой подход, но сейчас он был единственно верным вариантом Чую постоянно дёргали то одни, то другие. И это всё при том, что ему было нужно выполнять свою работу и распределять свои текущие обязанности по подчинённым. Муторно, сложно, неприятно, но иначе никак. У него не будет возможности полномасштабно зарыться в сотни отчётов и договоров, пока он будет в UA. Значит, к нему они должны попадать уже кем-то обработанные. Совсем без него не получится и это все знают. Во всех организациях. А всех недовольных, как бы те не возмущались, - под трибунал. Немедленно. И чтоб кровью своей не испоганили ни одну бумажку, паразиты!

***

Не сказать, чтобы Дазай был удивлён звонку от кого-то из агентства в двенадцатом часу дня. В конце концов, не ходить же ему на работу вовремя! Скучные и бесполезные для него бумажки прекрасно может сделать Ацуши, а он и по телефону может проконсультировать, если что. Ну, по крайней мере сегодня он точно не собирался никуда идти. Настроения было только на повеситься и сдохнуть. Не то, чтобы оно когда-то было на что-то ещё, но сегодня совсем тяжко. Но нет, чуйка, годами выработанная в мафии, чуть ли не в истерике билась, побуждая к действиям. Действия он, в принципе, сделал. Он включил телефон. Мысли как назло не хотели поддаваться его напускному спокойствию и старательно возвращали к вчерашней встрече. Словно ночи размышлений об этом было недостаточно. Впрочем, так и было. Чтобы подтвердить теорию, ему нужна была ещё какая-нибудь информация... Например, звонок. Звонок от президента. Не от Куникиды или Ацуши. - И всё же дело - дрянь. И понахватался же он словечек от Чуи в своё время! До сих пор использует, а уж сколько лет прошло.

***

- Здравствуйте, Дазай-сан! - Дазай! Грёбаный растратчик бинтов! Где тебя носит?!? Рабочий день начался почти 3 часа назад, так какого ты только соизволил явиться? - И тебе привет, Куникида-кун! Ацуши, скажи же, это утро идеально для повешения! - Заткнись! Ладно, чёрт с тобой! У нас дело на шестой Шидзу... - Дазай-сан, зайди ко мне в кабинет. Сказать, что детективы испытали шок - это ничего не сказать. Это первый раз, когда президент назвал кого-то из них с приставкой. Более того, удивляет не меньше, что это было обращено к Дазаю и именно с "-сан"! Человек в кремовом пальто лишь как-то особенно устало вздохнул и, резко развернувшись от напарника, направился в сторону двери к кабинету начальника. Лишь двое в тот момент поняли степень сложностей, с которыми столкнётся агентство и Дазай лично в ближайшем будущем. А тем временем дверь закрылась, словно отрезая два мира друг от друга. Эдогава Ранпо отвернулся к сейфу с запасом сладкого, чтобы никто не видел тревогу, отразившуюся у него на лице.

***

- Присаживайся, Дазай. - И всё же война... - Нет. Оно может, но пока ещё нет. - Как скажете, президент. - Опять нет. - О. - карие глаза вдруг распахнулись сильнее, чем во время обычного притворства, а их обладатель вдруг, неожиданно для Юкичи, достал телефон и позвонил куда-то. "Буду в течение часа. Подготовь людей, Анго~". Шатен уже поднялся с дивана, когда его настиг вопрос начальника: - Ты уверен, что тебе не нужно больше никакой информации? - А Вы уверены, что сможете дать мне больше того, что я уже знаю? Мне просто нужно вновь заняться делами порта и подготовить всё для миссии Чуи, это вы хотели сказать? - Дазай, не заставляй себя... - Фукудзава-сан, я и не заставляю. Лишь делаю свою работу и возвращаю долг. - Понял тебя. Твоё заявление об уходе, считай, подписано. Удачи на новом месте, Дазай-сан. - Благодарю, прези Фукудзава-доно. Юкичи - старый, матёрый волк. Но даже так он смог сбросить охватившее его оцепенение лишь спустя несколько минут. Воистину, Дазай словно никогда и не уходил из мафии. Одним лишь словом и новым, доселе им не слышанным, тоном ввёл в состояние аффекта.

***

Чуя - половина легендарного соукоку. Он умеет подавлять всё человеческое в себе. И прямо сейчас он боролся со рвотным рефлексом. Это не было сложно в процессе работы, но это было невыносимо делать с рукой человека (в лабораторном, мать его, халате) в глотке на протяжении грёбаных 15 минут! Никаких шансов на ошибку. До тех пор, пока эти учёные досконально не исследуют его голосовой и речевой аппарат, они не смогут сделать для него уникальный и удобный прибор для изменения голоса. Нет, он - Накахара Чуя. Он не сдаётся. Даже если прямо сейчас он видит другие халаты, другие лица. Даже если он чувствует на коже десятки несуществующих точек-датчиков, даже если он сдерживает порчу всё это время. Да, человеческое он подавлять умеет. Его неприязнь к лабораториям - это не то испытывают люди. Это - нечеловеческое. Поэтому он старается. Но это не значит, что он не в ужасе. Вдруг становится проще. Порча исчезает, а на душе становится страшно спокойно, как не было уже несколько лет. Чуе даже не надо открывать глаза. Он просто знает, что Дазай пришёл и сейчас возьмёт его за руку. Как бы это глупо и сопливо не звучало. Дазай - половина легендарного соукоку. Он умеет подавлять всё человеческое в себе. Он учил этому своего партнёра и он знает, когда тот не справляется. Он знает, что приводит к этому, им не нужно говорить. Для Дазая молча = проще. Тогда он читает Чую, как открытую книгу, хотя раньше требовалось выбить того из колеи. Сейчас они всё делают молча. Сейчас всё проще. Пересекаясь на улицах, они не говорят, просто смотрят друг другу в глаза. Говорят, глаза - зеркало души. Что другие могут увидеть в их - никто не знает. Две пустоты. Откуда там быть чему-то? Но не для них. Соукоку - два бездушных недочеловека. За несколько лет совместной работы, за столько лет доверия они научились воздействовать друг на друга без прикосновений. Да, недалеко. Да, совсем слабо. Но им достаточно. Поэтому, когда Дазай наконец берёт руку Чуи в свою, тот даже не вздрагивает, рефлексы не срабатывают, потому что Дазай - не другие. Дазай - это Дазай. Соукоку - две половины одного целого. Одна душа, разделившаяся на два тела. И никто и ничто этого не изменит.

***

Йокогама

31 января, 09:23

- Вся отчётность Исполнительного Комитета была разделена между мной и Боссом, так что все бумаги спрашивай у него. У меня для своих-то места не хватает, что уж говорить о дополнительной нагрузке! - Ожидаемо. Кстати! Ты всё же провернул эту свою идею о реорганизации структуры? Ай, не отвечай. Вижу, что да. Надеюсь, хоть доработал, а то Чиби своим чиби-мозгом мог и проглядеть явные недочёты! - Ублюдок, ты..! - Кто пустил сюда собаку? Чиби так и не научился разговаривать по-человечески за все эти годы? Я слышу только лай!~ - Дазай. Не сейчас. - Ладно. - шатен вновь обратил всё внимание на рыжего, отбросив маску раздражителя. - А что по исконно твоим делам? - Разделение обязанностей между подчинёнными и отправка сокращённых отчётов ко мне. На данный момент они тренируются это делать без меня и, к моменту старта миссии должны делать всё сами, но просто побудь мной немного, хорошо? - В плане делать всё самому? - В плане быть готовым погрузиться с головой, если меня что-то не устроит, так как сам я буду бессилен. И, надеюсь, ты вчера всё же выспался. Начиная с сегодняшнего дня, ты будешь потихоньку помирать. - Чуя всё же решился на двойное самоубийство? - Нет, скумбрия. Просто тебе надо изучить слишком много, чтобы даже ты мог это осилить за такой короткий срок. - Месяц - это мало? - В данной ситуации - да.

***

2 марта Накахара Чуя последний раз преклонил колено перед Мори Огаем. Официально для него началась новая длительная командировка, веру в которую будут укреплять его люди по всему миру. 2 марта Куроо Ао впервые появился на территории Мусуфату.