Часть 5

Железнодорожная станция Йокогама, 2 марта, 5:41 ~ring~ "Уважаемые пассажиры, поезд Токио-Мисакигути, маршрут №237, прибывает на станцию Йокогама. Пожалуйста, не забывайте личные вещи при выходе из вагона." В то утро никто в вагоне №25048 не ожидал увидеть человека, как-то взаимодействующего с этой станцией. Если люди выходят на ней, их только провожают недоумёнными взглядами, ну а если садятся – буквально пожирают всю поездку. Вот почему вид невысокого и до смешного рыжего мальчишки в потрёпанной одёжке, входящего в вагон на станции Йокогама, привлёк к себе внимание всех пассажиров. Чего они, пожалуй, не ожидали, так это пронзительного ледяного взгляда голубых глаз в ответ на их собственные. Ему не нужно было говорить, чтобы передать: «Чего вылупились? Не лезьте не в своё дело!». Куроо Ао поглубже натянул капюшон своей серой куртки и с каким-то абсолютно не опознаваемым выдохом сел на свободное место. Видавшие жизнь спортивная сумка и рюкзак, чуть звякнув содержимым, были опущены рядом. «Миссия только начинается, а она меня уже достала! 237, 250… Как там дальше? А! 25048, ладно. Допустим, запомнил. Если что – подсмотрю в отчёте группы захвата японской полиции, не страшно.» Раздался тихий щелчок. Рука возвращается на место. Старые электронные часы запомнили своё первое за сегодня значение. «Начало миссии - 6:42 утра по токийскому времени, 2 марта. На минуту опаздываю, ну и ладно. Не критично, не педант.» Тихий стук колёс о рельсы если не успокаивал, то хотя бы не раздражал и без того расшатанные нервы. Белый шум, слышали про такое? Ну вот. Он самый. Сложно ли взрослому двадцатичетырёхлетнему парню притворяться пятнадцатилетней шпаной? Ну, с учётом того, что он когда-то именно таким и был… Да. Очень. Прямо невыносимо, если бы его кто-то спросил, но никто не спросит. Не должен. Раз этого не сделали в Йокогаме, значит, у него нет права на ошибку. Никто ему его не давал. Никто не сомневался в успешности миссии, ни трёхсторонняя система, ни босс, ни сестрица Коё, ни Дазай. Даже он сам не сомневался. Он не был самоуверенным, нет. Давно избавился от этого гадкого чувства и возвращаться к истокам не намерен. Только точный расчёт стратегов, только его опыт, только терпение и готовность подстраиваться под новые вводные всех вовлечённых. Почему сложно? Всё гениальное просто. Давайте перечислим несколько решающих факторов: 1) Подростки не пьют; 2) Подростки не курят; 3) Подростки 15 лет не должны водить мотоцикл, что уж говорить о машине; 4) Подростки имеют режим сна (пусть не всегда адекватный, но он хотя бы есть); 5) Подростки Японии не топили руки в крови; 6) Подростки не знают ругательств на нескольких языках мира. Только родной и, может, пара самых распространённых английский слов максимум; 7) Подростки в принципе не знают много языков, если они не вундеркинды (а он им точно никогда не был); 8) Подростки Японии не знают всех болевых и/или жизненно важных точек человеческого тела; 9) Тела подростков Японии не расписаны шрамами, будто холст красками в картинной галерее и т.д.... Масса отличий, словом. Хуже всего то, что ему ПРИДЁТСЯ подстраиваться под местных взрослых, а те… СЛИШКОМ опекающи, на его субъективный взгляд. И дело не в том, что он сам из трущоб, ни в коем случае. Просто он много раз видел родителей и воспитателей среди гражданских в Йокогаме. И те никогда не считали, что детям от каждой пылинки или царапинки грозит смертельная опасность. Ну, может, он утрировал. Но встретить подравшегося сына и не заставлять его извиняться или бегом бежать в больницу из-за последствий драки – нормальное дело. Спрашивали, всё ли хорошо, нет ли серьёзных травм, почему подрался, был ли он прав… так воспитывали у него дома. Плохого совершать не давали, но и не считали детей неспособными решить часть их проблем самостоятельно. Здесь же всё иначе. Виновата ли в этом культура героев или просто все коллективно сошли с ума, он не знал. Но даже попутчиков в вагоне и их разговоров между собой и с детьми ему хватило. « Сумасшедшие…Бесят!» А колёса продолжали свой размеренный стук. Чух-чух-чучух, чух-чух-чучух… Одна станция сменялась другой, люди входили и выходили на своих станциях, но всегда говорили новичкам, что тот парнишка в капюшоне сел на Йокогаме. Словом, обладатели смотрящих на него глаз сменялись, но факт постоянного внимания к нему оставался неизменным. Как никогда вспоминаются слова Акутагавы, брошенные тигру давным-давно, будто в прошлой жизни. «...Когда сотни взглядов направлены в твою сторону, но ни один тебя не замечает… Когда некому помочь, не на кого рассчитывать…» Нет, он не стоял тогда рядом и не подслушивал. Просто все разговоры исполнителей записываются автоматически на случай, если тот в виду здоровья не сможет сам составить отчёт о миссии. Так тогда и случилось. Умеет же парнишка говорить красиво… Вырос. Научился правильно говорить, дышать и двигаться, согласно этикету, с момента ухода этой чёртовой скумбрии. Жаль, эмоции после встречи с первым наставником пересилили. Сейчас он вновь говорит меньше. «Не отвлекайся!» - приказ самому себе. Не можешь остановить поток мыслей сам? Выполни такой приказ. Помогает. Всегда помогало. Пусть он и послушался приказа, это не отменит одного простого факта. Он – Накахара Чуя, один из пяти руководителей Портовой Мафии. Он любит свой дом и будет скучать по нему и его жителям. Но пусть Чуя сейчас спит. Сейчас он – Куроо Ао, сирота из трущоб Йокогамы, сбежавший из города, чтобы стать героем. Нельзя давать себе слабину ни на мгновение больше. Даже если это будет означать развитие шизофрении. Ничего, вылечат. «Внимание, пассажиры. Следующая станция – Мисакигути, конечная.» - Пора. *** - Мальчик! Не знаю, сколько лет. Рыжий-рыжий… А! Куртка у него серая была такая, с капюшоном. И она, и вещи – всё старьём было. И куда только родители смотрят в наше время? Вот раньше не было такого. Матушка моя, здоровья ей… - Госпожа Канни, прошу помедленнее. И ещё раз: мальчик, да, одет плохо. Так это в органы опеки! Причём тут полиция? - Сэр, вы глухой? Я же уже говорила Вам! Ну что за память у закона такая, а? Гадкая… - Мадам, прошу, давайте не будем отходить от изначальной темы Вашего обращения. Мальчик… - … Абсолютно! Это я - опытная, знаю, как с такими разговаривать, а о других вы думаете? Ну в самом деле! Вот когда я моложе была, умнее, конечно, нынешнего поколения, но право слово, право слово! А эти, дуры малолетние?... - Госпожа Канни… - … Они бы в жизнь не смогли бы пройти то, что я прошла в их возрасте! А я, между прочим, супруга от измены уберегла и это в те времена, когда женщины-злодеи расплодились настолько, что не стеснялись совершенно уводить чужих мужчин! Проститутки! А эта молодёжь, светлое будущее, конечно! Не следят ни за детьми, ни за мужьями,… - Мальчик, про которого Вы беспокоились… - … Ни за собой. Где это виданно, чтобы женщина работала, вместо того, чтобы за бытом следить да за дитями?! А эта их мода на аборты и, как там его? А! Чьяйлыдыфури! И что за слово-то а, не выговоришь совершенно! Выдумали ещё, конечно, на английский язык слова родные заменять. И что в нём такого хорошего?... - Прошу, вернёмся к ребёнку, которого Вы в поезде встретили… - … Только родной японский забывают! Какие они после этого японцы? Вульгарщина одна, да и только! Хотя и среди японцев подобных омерзительных личностей предостаточно! Нобуёси Араки этот, например. Вот уж кто точно последние капли совести потерял! Словно с годами наша нация теряет всякую цензуру и былое величие! Особенно с приходом этих… опять это противное англицкое слово… людей-животных, короче, вот кого!... - Госпожа Кан… - …И куда только наш мир катится? В такие моменты прямо понимаешь некоторых злодеев! Кажется, будто этот мир проще уничтожить, нежели спасти! - МАДАМ! – неожиданно для всех в участке поднял голос обычно спокойный полицейский Фумиказа.- ОСТАНОВИТЕСЬ СЕЙЧАС ЖЕ! - ДА КАК ВЫ СМЕЕТЕ?!? Я, ГРАЖДАНКА СВОБОДНОЙ И ВЕЛИКОЙ ЯПОНИИ… - Вот именно. Гражданка Японии. – мужчина прокашлялся и грозно посмотрел на остальных в участке. Как только граждане вновь зашумели у своих столов, он продолжил, но уже тише. - Поэтому все Ваши личные мнения касательно злодеев, пожалуйста, оставьте при себе прямо сейчас. Иначе вместо какого-то оборванца, я буду вынужден расследовать дело почитания злодеев Вами. Вы меня поняли? - Да, конечно. Извините, пожалуйста, я это всё с горяча сказала, совершенно не подумав! - Я это понимаю. Итак, вернёмся к рыжему мальчику из поезда. Почему Вы пришли в отделение полиции, а не в органы опеки? Их же дело явно! - Да как Вы не понимаете? Он же… Он же… ОТТУДА он! - Ничего не понял. Так откуда мальчик? - От-ту-да. - Простите? - Из Йокогамы. Ручка выпала из в миг ослабевшей руки сотрудника правопорядка. Звук её падения на пол нарушил звенящую тишину, наступившую в кабинете приёма граждан города Йокосука, префектура Канагава. Время было 8:19. Госпожа Канни – не единственная обратившаяся по этому вопросу в ближайшее отделение полиции своего города, но первая, кто это сделал. В конце концов кто как не госпожа Канни мог бы, наплевав на все очереди и мнение окружающих, столь быстро оказаться в малом логове бюрократии?

***

Мисакигути 2 марта, 10:15 - Внимание всем дежурным постам. Необходимо задержать мальчика, на вид 15 лет. Отличительные признаки – рыжие волосы. Одет в потрёпанную серую куртку с капюшоном и джинсы. Имеет при себе спортивную сумку и рюкзак. После задержания доставить в головной участок Вашего города и сообщить об этом в HPSC. Каков шанс, что именно ты или твой напарник наткнётесь на разыскиваемого мальчугана? Каков шанс, что первым важным делом недели будет поиск ребёнка? Крайне мал. Именно так и рассудили напарники Миноура и Кёске дежурного поста №55 города Мисакигути. Да, они приняли во внимание распоряжение начальства и даже удивились связи с HPSC… Но не означало же это, что они, словно бешеные псы, должны всюду рыскать в поисках этого пацана? Не должны, верно. Поэтому начать дежурство они предпочли с хорошего завтрака в любимой закусочной. Разумно? Разумно. И приказу не претит. Ляпота~ Словом, ничего не предвещало беды или чего-то интересного. Что-то тихо щёлкнуло... И произошло ЭТО. Только Кёске хотел забрать их заказ и, наконец, поесть в машине, чтобы не смущать никого, как вдруг понял, что забирать нечего! Вот серьёзно, только что еда и свежий кофе стояли на прилавке, как в следующее мгновение их там не оказалось. Что удивительно, так это отсутствие только одного напитка и только одной гонконгской вафли. Забрали, как назло, его вафлю и кофе МИНОУРЫ. За последнее напарник готов убить этого воришку. Ну почему не его сладкий чай, а абсолютно горький американо напарника? Он (Кёске) - труп.       На месте пропавшей половины завтрака лежала смятая донельзя купюра старого образца… Приняли закон об обновлении купюр и старые скоро должны перестать быть действительными, но ими всё ещё можно было расплатиться. Почему этот человек не заказал себе сам? Денег он положил больше, чем стоила пропажа… Ладно. Кёске сегодня добрый, он закроет глаза на столь «вопиющее» нарушение. Просто купит недостающее, а сдачу оставит прекрасной девушке-продавщице. Чтоб не вспоминала этого инцидента никогда. Взятка? Нет, ни в коем случае! За такое в тюрьму сажают, между прочим! Просто он вдруг вспомнил, что его бабушка просила всегда оставлять чаевые хорошим людям. Вот он и последовал её наказу. И не важно, что та умерла задолго до его рождения. Вернувшись в машину к злющему голодному напарнику, который всё ещё не выпил свой утренний кофе, а потому не готов быть порядочным полицейским, Кёске даже растерялся от настигнувшего его вопроса: - Где тебя черти носят? Я тебя ждал в целых 2 раза больше! Ответ Кёске благоразумно решил придержать, пока Миноура не подобреет. Иначе от воришки останется только труп, а он сам лишится хорошего друга и напарника. Ели они в тишине. - И всё же, почему так долго? - А, Кей, ты не представляешь, что произошло! - М? - Вобщем, я всё сделал как обычно и всё было хорошо, пока кто-то не умыкнул часть нашего завтрака себе. - Что, прости? Кто-то своровал еду у сотрудника полиции, и ты ничего не сделал? - Я его не видел! - Это не оправдание! - Ну и не сказать, что наш воришка совершил кражу… - Это как? - Он денег оставил. Там даже больше, чем надо было, а сдачу я отдал красотке Бекки. - Тогда я уже ничего не понимаю… А что умыкнули хоть? - Мою вафлю и твой кофе. - Мы обязаны его найти. Это не обсуждается, Тоору! - Ладно, хорошо. Всё равно этот человек не мог уйти далеко. Можете себе представить лягушку, на которую асфальтоукладчиком сзади наехали? Вот такие глаза были у напарников, когда они увидели свой несостоявшийся завтрак буквально в 15 метрах от машины… - Ты видишь то же, что и я? - Завтрак, да. И мальчика. - Рыжего. - Ага, ни разу до сегодня настолько рыжих не видел… Натуральный или крашеный? Поспорим? - Крашеный, думаю. - Миноура… - сержант Кёске с ужасом наблюдал за ребёнком, отхлёбывающим сразу полстакана кофе и чуть не улыбающимся от счастья. – Мои глаза меня не обманывают, да? - Ты про кофе? Да, мальцу явно понравилось. - Нет, дурак. Кофта. Серая. С капюшоном. И сумка пожившая… - Кажется, нам пора за ним. Сказано ведь поймать… - Доложить? - Не успеем. Рация в машине, та заглушена. В последнее время заводится раза с четвёртого. - Как скажешь! Ледяные глаза встретились с парой карих. Как там обычно говорят? Искра, буря, безумие? А тут было так: искра, осознание мыслей противника, бегство. Последний глоток кофе и бегство. Очень быстрое бегство. Нет, серьёзно, с каких пор мальчики-подростки стали такими быстрыми? Спортсмен чтоль? Потому что если не причуда, то только бегун, причём спринтер… Ага, как же. Спринтер. Грёбаный марафонец, чтоб его! Потому что иного объяснения забегу, продолжающемуся уже час, нет. И ведь в машину не сядешь! Парнишка ныряет в узкие переулки, а на посадку-высадку из транспорта требуется время, вот и приходится на своих двоих драпать. Одно ясно – рыжий точно не знает местности. Ошибается больно часто: ныряет в тупики или вовсе вылетает на сквозные улицы, так или иначе ведущие к ловушке. Но быстрый! И изворотливый, словно змей. Между ног проскочит, но не дастся в руки. И вот, чудо… падает. Даже издалека видно неестественно вывернутое колено. Но поднялся! Да, прошёл немного, но сам факт! - Этот пацан – что-то с чем-то! - Невероятный… - пытаясь восстановить дыхание, согласился Тоору. «Бездна… И это всё? Ну всё так всё. Сдаюсь» Никто так и не заметил жёсткой усмешки, промелькнувшей на тонких обветренных губах. Вновь щёлкнули старые наручные часы. 11:58.

***

- Ну вот! И зачем только убегал, а, парниша? Травмировался ещё, а нам того и гляди, объяснять, почему мы не смогли предотвратить это падение. Себя не бережёшь, так хоть нас бы сохранил от излишней бумажной волокиты! - Кстати о травме. Давай с тобой договоримся, что ты больше не будешь столь яростно убегать от представителей правопорядка? А если бы заблудился и попал в передрягу? А нога? Хоть её пожалей. Наверняка же больно было! – всё продолжал причитать Кёске, заканчивая фиксировать больную коленную чашечку эластичным бинтом. – И всё же без штанины было бы эффективней. - Так. Режим «мамаши» отключил живо! - Так зачем я здесь? – казалось, мальчику было интересно, однако в голубых глазах виделось что-то тёмное. Страх неизвестного? Да, скорее всего. - Сам не знаю. Сказали поймать рыжего подростка в потасканных шмотках, а ты подошёл по всем признакам. Тем, что убегал, ты только навлёк на себя больше подозрений. Авось, пройди ты мимо, мы и не заметили бы, возможно. Чего убегал-то? – Миноура Кей слишком устал за эту половину дня. Иначе он не может объяснить, почему так спокойно разговаривает с этим мелким гадёнышем. - Так завтрак ваш… - Змеёныш, ты же заплатил в итоге, так что за это я бы тебя арестовывать не стал, уж поверь. Только не утром. Кёске Тоору не мог не улыбнуться. Не когда мальчонка-задание оказался таким золотцем в жизни и переживал о подобных вещах, даже оставив деньги. - Змеёныш? - А кто же ты ещё? - Тут проще мне объяснить. – вновь раздался звучный голос Миноуры. – Ты выворачивался, когда убегал, будто змейка. Вот это придурок так тебя и прозвал. - Ты правда назвал меня придурком перед ребёнком?... - Я не ребёнок! - На правду не обижаются, дорогой на-пар-ни-чек. Кёске аж задохнулся от возмущения. Ну вот как ему могло достаться в напарники вот это дьявольское создание? Тем временем Кей уже обращался к мальчику: - Ладно. Не хочешь быть змейкой – назови имя. Договорились? - Куроо Ао. - Ну вот, не сложно. Продолжим стандартный протокол? – поворачиваясь к всё ещё обиженному Тоору. - Должно же хоть что-то у нас в базах остаться, пока эти выскочки из HPSC не забрали Куроо. - Тогда, Змеёныш, буду краток: возраст, дата и место рождения, цель прибытия в Мисакигути?

***

- Гони тысячу. - Э, за что? - Куроо - натурально рыжий. - Всё, не отвлекай меня больше! Не видишь, что ли, этот Змеёныш на меня охоту открыл! - Просто ты слишком медленный, старпёр! Получив своё мини-вознаграждение от злого как тысяча чертей напарника, сержант Кёске не мог не рассмеяться. Непобедимого Миноуру Кея раскатывал в какой-то компьютерной стрелялке четырнадцатилетний пацан! Более того, с компьютера самого Кея! Видимо, это было чем-то невозможным. Щёлк. - Блять, что за шум? Какого чёрта ты нас отвлекаешь, Кёске?!? - Сержант, свалите. Реально над душой стоите и, если ваш напарник к этому привычен, то мне вы капец как действуете на нервы! - Что? Но я же ничего не делал! - А ну брысь, поганый! Хоть Тоору и повиновался двум азартным голосам, а игру всё же пришлось прервать спустя 40 минут, когда пришёл состав представителей из HPSC. Куроо Ао забрали. - А не плохой он, йокогаммец этот. - Нечасто от тебя можно услышать подобное… И на сколько же он тебя раскатал? - 5:3 в его пользу. 13:40.