Дом, милый дом

Великий день начался с того, что Беатрикс вернулась на ферму, которую она не видела несколько месяцев. К её удивлению, после возвращения из лаборатории там царил порядок: дроны летали и кормили слаймов, собирая произведённые ими плорты. Хотя обычно заряда у дронов хватает всего на пару дней, после чего их нужно заправлять водой, в этот раз всё было иначе. Дело было в батареях дронов: они были заменены с водородных на какие-то другие, которые работали дольше и не требовали подзарядки. Кто именно модифицировал дронов, Беатрикс не знала, но это явно был не Виктор, он бы сказал об этом. Хотя на батареях и был логотип в виде клевера с четырьмя листьями в форме сердечек, чьим он был, девушка не могла понять, хоть и видела подобное ранее на капсулах с сокровищами где-то сбоку. От разгадывания этой загадки её отвлёк звонок по станции связи, звонила Моти. — Вы только посмотрите на неё! Пару дней назад она билась в конвульсиях и валилась с ног, а сейчас уже дома удивляется, что её ферму не разнесли голодные слаймы. — Эм… Моти, ты поздороваться забыла, и да, уже мне лучше. — Отлично! А то мало мне было офигеть с того, что ты на эти острова умотала, и при этом это были не Мальдивы, так ты ещё и ферму свою бросила, не подумав о том, как это всё будет выглядеть после того, как наша лягушка-путешественница вернётся! А думать-то об этом пришлось мне! — Так это ты мне дронов переделала! — Можешь не благодарить! — Стоп, а откуда ты знаешь про то, что со мной происходило со мной в лаборатории Виктора? — Так он сам мне и рассказал. И рассказал, кстати, что ты теперь какая-то там сверхсильная и быстрая. — Ну да, есть такое, но я пока не очень понимаю, что это за суперспособности у меня такие. — Ооооооо! Это отдельная история! Тебе наш умник не рассказывал, как ты ему чуть лабу не разнесла? — Нет… — Короче, притащили мы тебя оттуда, сперва вела себя как кукла, которой руки-ноги согнёшь, на полку поставишь, и будет она так там и стоять. Потом ты ожила, выковыряла из сейфа кусок призматической руды, пришла к нам, ведя себя как лунатик. А как только Викусик попытался отобрать его у тебя этот кусок, прыгнула ему на потолок. Затем мы с тобой в догонялки играли, и я пыталась тебя поймать с помощью фотонного желе, не поймала, сама влипла в это желе. — Виктору на потолок? Так они же у него метров 5, если не больше! — Вот и я о том же! А, ну ты там ещё умника нашего обняла, да так крепко, что тот сразу забыл обо всём на свете! — Серьёзно? Но тогда же это не я была, а тот то ли бог, то ли демон. — Слушай, Беа, если ты не заметила, то этот парнишка к тебе явно неровно дышит. — С чего такие предположения? Он же сам рассказывал, что романтика для него скучна и неинтересна, так что я не думаю, что он что-то такое ко мне чувствует. — Ой… Да мало ли чего он там говорит, он ведь и недоговаривать может, или вообще откровенно врать. Про Боба он тоже говорил, что это его коллега по работе, а по итогу это самое настоящее чудовище Франкенштейна из слаймов! Точнее сказать, Хамфриза, но не суть, это всё равно жуть! — Да нормальный он, вы чего! То Джиджи говорит, что он жуткий, то ты, нормальный он, просто немного нелюдимый. — Нормальный? Беа, он больной на голову, причём вполне официально, со справками и прочим, так что держись от него подальше. А если вдруг осмелеет и начнёт распускать руки, ломай ему их без сожаления своими суперсилами! — Даже если он «больной на голову», не надо к нему относиться так, будто он маньяк-психопат, ему такое сравнение не нравится. Да, немного нелюдимый и со странными хобби, в остальном-то безобидный. — До поры до времени, Беа! До поры до времени! А вообще вкусы в парнях у тебя какие-то на редкость странные, хотя сама ты тоже не то чтобы нормальная. — Ага, то есть теперь я не нормальная, ну спасибо, Моти! — Так по своей воле ни один нормальный человек не попрётся хрен пойми куда, на другой конец галактики, тупо потому что на Земле ему, видите ли, скучно. — Почему тогда удивляешься, что мы тут все не нормальные? — Так-то хороший вопрос, но ответа я не знаю. — Ладно, тогда пока, мне нужно ещё Виктору кое-какие вещи отнести. Болтать с Моти обычно весело, но сейчас Беатрикс была в немного испорченном настроении из-за того, чего про Виктора наговорила Моти. Про их отношения она мало что знала, так как друг про друга они почти ничего не рассказали, хотя Огден как-то шутил про то, что они как кобра и мангуст, пока не искусают насмерть противника, не успокоятся. Прежде чем войти в дом, Беатрикс установила во дворе специального дрона, которого ей дал Вик. Этот дрон был оснащён стерилизатором и упаковщиком, которые были встроены в его базу и грузовой отсек. После установки из базы вырвалось облако пахучего антисептика, и дрон полетел к дому. Он остановился у двери и ждал, пока ему откроют. Подойдя к двери, Беа аккуратно её открыла, и дрон залетел внутрь. Он подлетел к кровати, лучом убрал одеяло и всосал простынь, как это делают дроны с едой и плортами. Затем он упаковал простынь в герметичную сферу из силового поля, оставил её на кровати и улетел обратно на станцию. Учёный объяснил, что такие манипуляции необходимы для того, чтобы «не загрязнить образец». Войдя в дом, чтобы забрать сферу, Беатрикс осмотрела своё жилище. Оно выглядело довольно безжизненно: на всех поверхностях была рыжая пыль, похожая на почву в Сухом Рифе. В воздухе витал затхлый запах заброшенного помещения — сухой старый запах дерева, застоявшиеся пыли и старой ткани. Такой запах появляется в любом помещении, если в нём долго нет людей. — Ну и беспорядок, однако, чему я удивляюсь, я же несколько месяцев не была дома. Чёрт, продукты! — вспомнила она, что перед отплытием не подготовила свой дом, в том числе не достала еду из холодильника. Когда она заглянула туда, её нос ударил жуткий запах испорченной пищи. Наведя порядок в доме, убрав всю пыль и выкинув испорченные продукты, наступил вечер. Поскольку спать пока не хотелось, Беатрикс решила проверить, действительно ли она может выполнять те трюки, о которых в красках рассказывала Моти. Выйдя на улицу, она заметила, что уже смеркалось и на небе появлялись первые звёзды. Немного размявшись, девушка побежала в Сухой Риф. Бежала она довольно быстро, даже быстрее, чем с вакпаком и специальными ботинками. Но сейчас на ней не было никакого оборудования. Она могла бежать очень долго, не теряя сил. Её прыжки были невероятно высокими и дальними, таким прыжкам могли бы позавидовать любые олимпийские спортсмены, с самым сильным допингом из мяуровых плортов в крови. При этом даже самые неудачные приземления, которые могли бы закончиться сломанным позвоночником и обеими ногами, были для неё ненамного больнее простого падения при спотыкании или подскальзывании. Вкупе с прохладным ночным воздухом, который Беатрикс буквально рассекала своим телом, это дарило самые незабываемые эмоции. Её вечерняя пробежка длилась от дома фермерши до самого портала в Стеклянную Пустыню в Руинах, а затем обратно. — Фух! Это действительно было весело, я же теперь как супергерой какой-то! Бегаю быстро и долго, не выдыхаюсь, прыгаю так, что уже никакой реактивный ранец не нужен, и кости не ломаю! Ночь сегодня такая ясная, прям под настроение, наконец-то спустя столько времени можно поспать у себя дома. А утром я отнесу сферу Вику и поучаствую в его исследовании, коль я в неё главная тема, — размышляла она, уже лёжа в кровати и сменив одежду, которую дал ей Виктор, на более привычную, она размышляла обо всём что с ней произошло. Правда, без своего любимого плюшевого слайма, который остался на острове. — Эх, мой любимый слаймик, что же с тобой там сейчас стало… — прошептала она перед тем, как уснуть.