Чужие секреты

После сбора "живых" образцов оставалось только выделить ДНК из ткани, которую принесла Беатрикс. Первым шагом было определить участки с наибольшей концентрацией биоматериала. Для этого Виктор использовал ультрафиолетовую лампу. Расстелив простыню на столе в стерильной комнате, он начал тщательно исследовать её, выискивая самые яркие светящиеся пятна. Вскоре он нашёл нужные участки, которые, как и ожидалось, оказались в центре полотна. Однако целиком простыню не удалось бы поместить в реактор, и было принято решение, которое явно не понравилось бы хозяйке этой вещи. — Извини, Беатрикс, это всё ради тебя, — произнёс учёный, беря скальпель и вырезая фрагмент ткани из простыни. Образец был помещён в реактор для анализа, и, поскольку процесс занимал много времени, Виктор решил заодно убрать простыню, так как она больше не была ему нужна. Дырявая простыня, конечно, и Беатрикс не понадобится, но какой-никакой порядок в лаборатории нужно поддерживать. Выйдя из стерильной комнаты, Виктор снял костюм и, взяв на руки ткань, понёс её на склад до следующего визита Беатрикс. Когда он шёл по коридору, то ощутил странный, едва уловимый запах. Поднеся ткань ближе к лицу, чтобы лучше распознать его, на учёного, как по волшебству, нахлынула волна приятных воспоминаний, связанных с Беатрикс. Большинство из них правда были ещё и опосредовано связаны с разными симуляциями. Виктор простоял в коридоре несколько минут, предаваясь приятным эмоциям, но потом заметил, что из-за угла на него с ухмылкой на всех лицах смотрит Боб, немного введя мужчину в ступор и краску. — Боб? Ты чего здесь делаешь? И почему ты так странно улыбаешься? — Т смишой! Ти влюбися? — Что?! Боб, с чего ты это взял вообще? — В тлевизе вдел. — Если ещё раз скажешь, что я влюбился, останешься без телевизора! Я так-то тебе его дал, чтобы ты смотрел что-нибудь полезное, а не романтические комедии! — А игри в смулци с Бтрикс?— ехидно произнёс слайм — Э! Про это ты не заикайся! И, пожалуйста, никому не рассказывай, хорошо?! Боб ничего не ответил, а вместо этого прыгнул на Виктора, повалив его с ног, обвил своим телом и растёкся по нему сверху. — Боб! Что ты делаешь? А ну слезь с меня! Испачкав Виктора своей слизью, Боб спрыгнул с него, схватив ртами и щупальцами простыню и начал убегать, попутно размахивая своим трофеем и крича на всю лабораторию: "Виктр влюбися!" — Ах ты ж... Ну, Боб, держись! Серьёзно, меня на этой планете хоть кто-то не пытается сосватать с Беатрикс? — ругался Виктор, поднимаясь с пола и идя следом за беглецом, но, обойдя большую часть лаборатории, он его не нашёл и решил проведать Джиджи, которая в это время подготавливала срезы тканей, взятых у Беатрикс. Войдя в лабораторию, он как раз застал девушку за работой. — Как продвигаются дела? — поинтересовался Виктор у Джиджи. — Всё хорошо, мистер Хамфриз, препараты почти готовы, разве что кость какая-то ну очень уж твёрдая, и мне из-за неё пришлось менять лезвие в ноже, чтобы получить срез, даже моя робо-рука не очень помогла. — Про это я знаю, а для химического анализа ты подготовила препараты? — Да, мистер Хамфриз. — Отлично, а ты, кстати, не видела Боба? У меня с ним намечается серьёзный разговор... — строго сказал он, немного напугав девушку. — Нет, не видела, и я не знаю, где он. А он что-то натворил? — Можно и так сказать. В этот момент он как раз нашёлся, подойдя к людям со спины на некоторое расстояние, начал яростно кричать: "Буууу!" Заставив тех обернуться, перед ними предстало нечто в импровизированном костюме призрака из той самой украденной простыни с квадратной дыркой по центру, в которую Боб смотрел одним глазом, попутно размахивая всем, чем только мог, заставляя простынь причудливо колебаться. — Боб! Что за непрофессиональное поведение! Тебе не стыдно так себя вести! — Неа! — Так... Отдай простыню, прекрати это безобразие и возвращайся к работе. — сказал Виктор, стягивая с него ткань и унося её куда-то. — А что это реально было то, Боб? — поинтересовалась Джиджи после того, как учёный ушёл. — Вык влюбися в ткнь! — Во что он влюбился? А! Вспомнила! Ты мне напомнил, что, оказывается, Виктор в какой-то момент времени был влюблён в Беатрикс, я то из будущего и вполне себе знаю, точнее знала, что про них ходили такие сплетни. — Пчму? — Почему я про них это знаю? Ну, я так-то в своём времени изучила биографию мисс ЛеБо от корки до корки, так что этот факт для меня не особо удивителен. — Они бли вмстэ? — А вот этого я не помню, Призма изрядно испортила мои воспоминания, поэтому что-то я могу помнить неправильно или вообще это могут быть ложные воспоминания. — Жль... — Прям в подробностях некоторые факты я бы всё равно не стала раскрывать, ну знаешь, эффект бабочки, самосбывающиеся пророчества и прочее такое, хотя это, по моему, меньшее, что нас должно сейчас пугать, ведь Призма то не дремлет, а последнюю неделю я прям ощущаю какие-то возмущения в призматических полях. — А пчму рсказла пр Мти, мнств и кспедидсыю? — Потому что поняла, что вы и так уже догадались, особого смысла скрывать эти факты уже нет , а если бы я не рассказала про монстров, то меня, возможно, бы уже съели, но ты тогда был молодец, не испугался её и меня защитил. — Иа младец! — гордо произнёс Боб, сделав грудь колесом. — А затем ты с простынёй играл то? И почему на тебя из-за этого злился Виктор? В этот момент Боб начал разыгрывать перед Джиджи целую пантомиму, показывая, что он сделал, и из-за чего на него разозлился учёный, так как рассказать такую сложную историю он бы не смог. Говорить он хоть и умеет, но долго это делать ему было тяжело, да и девушка не понимала его речь так же хорошо, как Виктор. — Э... Я правильно поняла, что он обнимал и нюхал простыню, а ты его застал за этим занятием и отобрал её? — Аха. — Мда... Странный он, однако, человек... и жуткий... А теперь извини, Боб, я сейчас занята, надо распихать образцы по анализаторам и провести все нужные опыты. Как оказалось, в образцах тканей действительно было всё весьма необычно, первое, что кинулось в глаза, это наличие в кости синего металла, как у скалистых слаймов, структура мышц тоже была изменена, отчего они могли сокращаться быстрее и с большим усилием, кожа же осталась почти без изменений, всё это в целом объясняло способности Беатрикс, но для лучшего понимания их работы нужно было проанализировать другие системы организма и то, как они изменились под действием Призмы. *** — Я, конечно, пошутила тогда, что теперь похожа на Росомаху, но я не ожидала, что окажусь настолько права! Нет, серьёзно, металлические кости? Может быть, я даже могу выпускать когти из рук? — сказала Беатрикс, когда Виктор позвонил ей и рассказал о результатах своих исследований. — Нет, Беатрикс, когтей у тебя нет, хотя я бы, наверное, даже не удивился. Однако для более точных выводов нужно проанализировать структуру большего числа тканей. Особенно меня интересует, как изменилась твоя нервная система, ведь если мышцы стали быстрее, то нервная система тоже должна была стать быстрее, точнее наоборот. — Быстрее? Ну… У меня действительно какое-то время было чувство, будто время замедлилось. Я даже гадала, это я стала слишком быстрой или время замедляется. По ходу, это действительно я стала быстрее. — И как идёт работа на ферме с такими способностями? — Отлично работается, даже веселее, чем до этого всего! Слаймы, правда, немного в шоке от того, как их хозяйка изменилась, но вроде привыкли, а варры вообще решили, что лучше лишний раз ко мне не подходить, разбегаются в страхе! — Весьма необычные последствия мутации. Я так же подумал, чтобы лишний раз тебя не напрягать весьма неприятными процедурами, решил препарировать тех синих мышей, на которых мы тестировали лекарство. — Ты мне их так и не показал! — Ну ты можешь придти и посмотреть на своих «родственников» в ближайшее пару дней. — сказал Виктор насмешливо, прекрасно понимая, что через экран в него морковка не прилетит. — Ах ты ж хитрец! — возмутилась девушка. — Нет, я серьёзно! Они, собственно, от того и синие, что твои гены при пересадке биоматериала смешались с генами крыс, вероятнее всего из-за действия Призмы, возможно они переняли и твои мутации. — Офигеть… Ну и как мы её будем уничтожать? — Не знаю, да и ресурсов для этого у нас пока нет. А Джиджи в последнюю неделю жалуется, что чувствует какие-то странные призматические возмущения. — Наверное, из-за них же появляется так много мерцающих слаймов. До этого они появлялись раз в год в течение пары недель, а сейчас я встречаю их каждый день по 3-4 штуки, так они ещё и поют в точности как мне пела Призма, только она на меня почему-то перестала действовать, наверное, из-за той жижи, что ты мне вколол. — Беатрикс! Если это так и лекарство действительно даёт иммунитет к Призме, то это просто невероятно! Мы нашли способ, как можно противостоять волнам! — Супер! А во сколько по времени к тебе зайти? — Давай во второй половине дня, хорошо? Заодно и простыню тебе отдам, сразу постиранную, и не волнуйся, порошок у меня гипоаллергенный. Пока! — попрощался Виктор и положил трубку. — Даже попрощался не забыл на этот раз, — усмехнулась Беатрикс и продолжила работать.