Часть 25

Дверь почти неслышно скрипнула и в кабинет вошел Лео. - Ещё не спишь? Эрнесто покачал головой. - Изведешь себя. - Знаю. - Ты и так работаешь больше всех, может следует дать себе отдых? Эрнесто не ответил. Лео медленно подошел к окну. На подоконнике стоял горшок с зеленым растением. Шторы были раздвинуты, а за окном было темно-синее небо. На самом верху светила белая луна и луч заливал светом кабинет, делая узкую полосу на полу. Эрнесто оперся подбородком на ладонь и тоже повернул голову в сторону окна. Рука Лео была в правом кармане шорт, пальцы наверняка обхватывали шприц. Эрнесто неосознанно потянулся за скальпелем и вынул его из кармана. На железо сразу попал лунный свет и блеснула вспышка. - Снова цепляешься за скальпель? - Точно как ты за шприц. Каждый из нас держится за вещь которая держит его здесь. - Или гарантирует безопасность, - заметил Лео. - Дарит иллюзию безопасности, - невесело усмехнулся Эрнесто. - И ты, и я прекрасно понимаем что ни шприц, ни скальпель не спасут нас от того, что мы чувствуем. Я могу сейчас встать и пойти зарезать Пепа пока он спит, но разве это отменит то что он со мной сделал? Лео покачал головой. - Тогда какой в этом смысл, наводить шумиху чтобы меня заперли в палате? Это не лучше экспериментов которые надо мной проводят. Эрнесто посмотрел на скальпель. Острый и блестящий, точно как игла на шприце Лео. И перевел взгляд на Лео который только снял колпачок с иглы. Игла блеснула в свете луны и луч попал на скальпель Эрнесто словно связывая два предмета между собой. Два орудия, двух людей, которые прошли через боль и страх и все равно остались людьми, хотя и немного другими. - Когда Жозе дал мне этот скальпель первое что мне захотелось сделать пойти и ночью перерезать Пепу горло за все что он со мной сделал, а сейчас я не вижу в этом смысла. Сейчас я могу сделать это в любой момент если он ко мне подойдет. - Не боишься этих мыслей? - Нет, мы в психиатрической клинике, его смерть можно оправдать нападением кого-то из пациентов, Роналду например и никто не заподозрит тихого и холодного травматолога Эрнесто Вальверде, ведь я никогда никому не причиняю вреда, физического. - И тебе действительно этого хочется? - Нет, если я его зарежу это будет слишком скучно, я ещё мало поиздевался над ним психологически, а это гораздо интереснее. - Видеть, как ломается человек? Скольких ты уже сломал? - Ни единого, - ответил Эрнесто. - Ломать человека полностью бессмысленно, он просто превращается в овощ, это скучно. - Что тогда интересно? - Месть, месть, которую я когда-нибудь совершу и отплачу Пепу за все что он со мной сделал. - Почему не сейчас? - Если я сейчас его сломаю клиника рухнет, а нам этого не надо. Я подожду, кто умеет ждать добьется большего. Лео не ответил, а опустил взгляд на левую руку Эрнесто. Руку которой он ел, которой он заполнял документы, которой он ставил диагнозы, которой он лечил и в которую вкололи неизвестно сколько лекарств и из которой взяли неизвестное количество крови и которая сейчас держала самое настоящее оружие. И Лео не сомневался что если Эрнесто перережет Пепу горло он сделает это именно этой левой рукой и именно этим скальпелем. Где-то в глубине души и Лео и Эрнесто понимали что когда-нибудь железное терпение профессора Вальверде лопнет и тогда неизвестно что сделает эта левая рука с любым, с Пепом или с кем-то другим. Раньше Лео казалось что самый опасный человек в клинике это Роналду с которого не снимали смирительную рубашку и к которому не подпускали без пневматического инъектора с успокоительным, а сейчас он понимал что самый опасный человек это тот самый профессор Вальверде, тихий, спокойный, с железным терпением и умением доводить людей своими лекциями. Профессор Вальверде не кидался на людей, профессор Вальверде не кричал и не топал ногами. Профессор Вальверде просто говорил и держал в левой руке скальпель и у него был выбор убить человека скальпелем или убить человека словом. И Лео знал что если когда-нибудь доктор Гвардиола переступит черту, он обязательно за это ответит, а сейчас профессор Вальверде просто использовал свое ангельское терпение.