Предрассудки Кеолтира

      Шел тысяча двести одиннадцатый год после Древней войны. Последний месяц сбора урожая.       Иматан был в своем кабинете, в доме, что находится в старом районе, построенном дварфами много лет назад. Он задумчиво смотрел на стену напротив, рассматривая картину какого-то знаменитого художника с Врастроса. И всё спрашивал себя, какого черта он позволил Тадеушу Берносски навязать ему такую безвкусицу. На картине изображен какой-то провинциальный пейзаж королевства Зонурин.       Праздное размышление было прервано громким стуком в дверь и входящей Эланис. Встретившись с ним взглядом, она отступила в сторону и пропустила вперед капитана городской стражи.       По военному чеканя шаг, Гриссель прошла к его столу. Как и подобает её чину, она носила тяжелые серые доспехи с символом Кеолтира на груди — это заходящее солнце с плывущим по океану кораблем.       История этого символа не менее интересная, чем история самой Гриссель, настоявшей на его нанесении на доспехи всей городской стражи, но Иматан не собирался предаваться воспоминаниям. Судя по выражению лица его капитана, в городе назрела проблема. Женщина сняла шлем, и длинные серые волосы, больше не сдерживаемые металлом, рассыпались по плечам.       — Господин. — Поприветствовала его женщина кивком.              — Капитан. — Со вздохом ответил мужчина. Сколько раз он предлагал Гриссель называть его по имени, и всё равно она отказывалась. — Что-то случилось?       — Да, сэр. — Гриссель поджала губы. — Мы обнаружили тело мужчины в конюшне у восточных ворот. Характер его ран позволяет предположить, что на него напало животное.       Иматан удивленно откинулся на кресло и кожа спинки под ним заскрипела. Он бросил вопросительный взгляд в сторону Эланис, но та лишь пожала плечами.       — Что вы имеете в виду, капитан?       Впервые за всё время, что наместник Кеолтира её знает, Гриссель смущенно помедлила.       — Его раны, сэр, это порезы от когтей и укусов.       — Так значит в городе завелась бешеная собака? — Хмуро спросил Иматан, чувствуя, как стремительно портится его настроение, потому что его опыт подсказывал, что капитан городской стражи не стала бы беспокоиться по пустякам.       — В этом то и проблема, господин. Раны слишком велики для зубов бродячей шавки. — Женщина сделала паузу, позволяя осознать то, что скрывалось за этими словами. Ее взгляд устремился куда-то над его головой, когда она как можно спокойнее добавила. — Слишком велики для собаки или обычного волка.       Мужчина прищурился.       — Вы убрали тело? На месте нашли какие-либо улики?       — Мои люди ничего не обнаружили. Я распорядилась, чтобы тело передали Гэйву.       — Понимаю. — Одобрительно кивнул Иматан. Гэйв являлся опытным охотником, и если раны были нанесены животным, то он сможет определить, каким. — Хорошая работа, капитан.       В комнате повисло молчание, что с каждой секундой затягивалось, превращая его в зловещую тишину.       — Что-нибудь еще?       — К сожалению, труп увидели местные зеваки, сэр. Отряд стражников как раз совершал обход, когда всё произошло, поэтому они не успели вовремя убрать тело. — Пока капитан говорила, наместник выругался.       — Только не говори мне, что они решили, будто это сделали Вольные.       — Боюсь, именно это я и слышала.       Он понимал, к чему клонила Гриссель. С того момента, как Иматан отдал клану Вольных контракт на расширение доков, местные жители невзлюбили их, потому что считали, что их работу отдали чужакам. Для наместника это был практичный вопрос. Вольные прилагали больше упорства для выполнения задачи, например, работали по ночам. И требовали значительно меньше в качестве оплаты. Чутье Иматана подсказывало, что этот союз будет выгоднее другого варианта. К тому же, они были готовы буквально работать за еду, при условии, что смогут остановиться лагерем у стен Кеолтира. На взгляд наместника — это была хорошая сделка, пускай и со своими недостатками в виде петиций от горожан или спора с Тадеушем.       — Будьте бдительны. Усильте охрану, поставьте дополнительные патрули в ночное время. — Быстро распорядился Иматан. — Мне не нужны конфликты.       — Я уже обо всем позаботилась.       — Хорошо. Эланис, пошли Пайка за Клэем. — Эльфийка тихо исчезла за дверью. — Пусть Гэйв осмотрит тело, и сразу ко мне. Никого к его дому не подпускать, и скажи своим людям не распускать языки. Любой, кто нарушит этот приказ, будет лишен месячного жалования. — Поразмыслив секунду, наместник добавил. — Надеюсь, этого будет достаточно.       — Что делать с оборотнями? — Хмуро поинтересовалась Гриссель.       — Ничего.       — Но сэр!       — Капитан! — Голос Иматана прогремел в кабинете, останавливая любые возражения. — Вы забываетесь. Если! И я подчеркиваю это четко и ясно, если вина оборотней будет доказана, тогда мы будем действовать. Я напоминаю вам, что городская стража должна быть защитой для жителей этого города, и члены клана Вольных, несмотря на нахождение за стенами Кеолтира, все же являются его жителями. Это понятно? — Когда женщина молча кивнула, он продолжил более спокойным голосом. — Я понимаю ваши опасения, Гриссель. Но мнение капитана стражи должны основываться на доказательствах. Вы нужны мне, потому что без вас я не смог бы управлять этим городом и контролировать происходящее в городе. Если у вас возникают сомнения относительно честности этих людей, то советую пообщаться с ними, прежде чем выносить любые суждения.       — Я понимаю, сэр. — Лицо Гриссель покраснело то ли от смущения, то ли от гнева. Иматана это мало волновало, она подчинялась ему, и он мог заменить капитана. Другое дело, что это принесло бы новую головную боль, которая сейчас ему абсолютно не нужна. К тому же, Гриссель действительно была хорошим капитаном, и было бы расточительством терять такого союзника. Но если женщина не была готова отбросить свои предрассудки во имя защиты города, наместник готов был пожертвовать ею.       — Рад, что мы поняли друг друга. Держите меня в курсе. Свободны.       Капитан кивнула и, развернувшись, замерла от неожиданности, встретившись с Эланис, что незаметно вернулась в кабинет, когда начался спор. Очнувшись от удивления, Гриссель направилась к выходу и скрылась за дверью. Стоило той захлопнуться, Иматан спросил:       — Что думаешь?       Темная эльфийка фыркнула и мягко опустилась на кресло, что стояло напротив Иматана. Сколько лет они вместе, а наместник до сих пор поражался способности Эланис скрывать свое присутствие.       — По поводу трупа, оборотней или страха дражайшего капитана? — Уточнила эльфийка, изогнув тонкую бровь. Её губы растянула ухмылка, а в фиолетовых глазах блестело веселье.       — Эла, пожалуйста. — Устало вздохнул Иматан и потер глаза.       — Я могу осмотреть тело, если ты хочешь, но это вряд ли что-то даст. Сам понимаешь, профиль не тот. Думаю, Гэйв справится, Гриссель мудро поступила, что доверилась ему. — Голос Эланис на мгновение затих, прежде чем продолжить. И если раньше её голос звучал уверенно, то теперь, скорее, вопросительно. — Клану нужна эта работа, так что не думаю, что они бы рисковали всем ради праздной драки. Значит — здесь что-то другое. Либо зверь, либо убийца. Но поговорить с Клэем не помешает.       — Я тоже так думаю. Либо кто-то из клана решил оспорить решение вождя и выражает таким образом протест. Любой вариант сулит проблемы. — Подытожил мужчина.       — Жаль. — Кривая ухмылка искривила тонкие губы Эланис.       — Почему?       — Было бы проще, если бы это сделали оборотни.       — Ты знаешь, Эла, что в нашей жизни ничто не бывает простым.