Температура выше нормы

Весь следующий день меня преследовало странное чувство: кожа на плече, которого Пол почти коснулся, горела. Это было глупо и ненаучно, но жар, исходящий от него, казался физически осязаемым даже спустя часы. Я пыталась сосредоточиться на учебнике истории, но мысли постоянно соскальзывали к Сэму и его компании. Почему они смотрят на меня так, будто я — неразгаданная аномалия? И почему Пол, этот местный задира, при виде меня выглядит так, словно его только что ударило током? Дождь за окном усилился, превратив Форкс в сплошное серое пятно. Белла снова уехала к Джейкобу, и я решила, что с меня хватит сидения в четырёх стенах. Мне нужно было размяться. Я поехала в спортзал школы — тренер разрешил мне приходить в неурочное время, чтобы я не теряла форму. Стук волейбольного мяча о лакированный паркет был единственным звуком, который помогал мне заглушить хаос в голове. *Подача. Прием. Удар.* Я была в своей стихии. Короткие тренировочные шорты не стесняли движений, а облегающая майка повторяла каждый изгиб моего стройного, натренированного тела. Моя кожа, всегда отличавшаяся болезненной бледностью, сейчас чуть порозовела от нагрузки, а волосы, собранные в небрежный, распадающийся пучок, то и дело выбивались на лицо. На шее, тихо позванивая при каждом прыжке, бились друг о друга несколько тонких серебряных цепочек разной длины — единственные украшения, которые я никогда не снимала. Они холодили ключицы, создавая резкий контраст с разгоряченным телом. Я так увлеклась, что не сразу заметила фигуру в дверях спортзала. — Неплохо прыгаешь, Свон. Я резко обернулась, едва не выронив мяч. У входа, прислонившись к косяку, стоял Пол. Как и все ребята из его компании, он был неестественно высоким и массивным, возвышаясь над дверным проемом. На нем была только легкая майка, хотя на улице было прохладно. Его мышцы перекатывались под бронзовой кожей, а взгляд был взвинченным. Он сделал шаг в зал, и я остро почувствовала разницу в нашем росте. Мне приходилось сильно закидывать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Пол был огромен по сравнению с моей хрупкой, бледной фигурой, и эта физическая мощь подавляла. — Ты за мной следишь? — я прижала мяч к боку, стараясь дышать ровно. Серебряные цепочки на моей шее замерли, тускло блеснув в свете ламп. — Слишком много чести, — фыркнул он, но его глаза выдавали его — он жадно сканировал мой силуэт, задерживаясь на бледных плечах и тонких запястьях. — Просто патрулировал район. Увидел твою развалюху на парковке. — Моя развалюха отлично ездит, спасибо, — я сделала шаг к нему, несмотря на то, что инстинкты кричали об опасности. — Что тебе нужно, Пол? Ты же ясно дал понять: «держись подальше». Вот я и здесь, в школе. Он прошел вглубь зала, и пространство между нами начало сокращаться. С каждым его шагом в помещении становилось душно. — Ты не слушаешь, — он внезапно оказался совсем рядом, вынуждая меня смотреть на него снизу вверх. — Ты лезешь в Ла-Пуш. Ты околачиваешься у Блэков. Тебе нельзя там быть. — Почему? — я выпрямилась, чувствуя, как серебро цепочек нагревается от его близости. Мой тускло-серый взгляд встретился с его жгучим, почти черным. — Потому что ты так сказал? Или потому что ты боишься, что я увижу что-то лишнее? Пол зарычал — по-настоящему, низко и глубоко. Его кулаки сжались, а кожа начала мелко дрожать, словно под ней бился ток. — Ты даже не представляешь, как ты меня бесишь, — выдохнул он, нависая надо мной всей своей массой. — Ты… ты всё портишь. — Ну так уйди! — крикнула я, чувствуя, как внутри закипает ответная ярость. — Уйди и не смотри на меня так! — Как «так»? — он внезапно схватил меня за предплечья. Его ладони были как раскаленное железо. Я вскрикнула от неожиданности — моя бледная кожа мгновенно покраснела под его пальцами. — Ты горишь, — прошептала я, забыв про гнев. Мои пальцы невольно коснулись его горячих рук. — Пол, у тебя лихорадка? Тебе плохо? Он замер. Его ярость внезапно наткнулась на мою искреннюю тревогу. Он смотрел на меня сверху вниз, на мои растрепанные волосы и серебро на шее, и его лицо исказилось от невыносимого напряжения. — Мне не плохо, — хрипло ответил он, и его дыхание опалило мне лоб. — Мне… — он не договорил. В этот момент двери зала снова распахнулись. На пороге стоял Джаред, выглядевший не менее напряженным. — Пол! Сэм зовет. На северной границе след. Живо! Пол резко отпрянул от меня, будто я была из ледяной стали, о которую он обжегся. Он бросил на меня последний, почти затравленный взгляд, задержавшись на моих серых глазах. — Уходи домой, Эвелин, — бросил он, уже на бегу к выходу. — И запри двери. Он исчез так быстро, что я осталась стоять в пустом зале, тяжело дыша. Мои серебряные цепочки на шее всё еще хранили тепло его рук, а перед глазами стоял образ этого огромного, пугающего и необъяснимо притягательного парня. Я знала: что бы ни скрывал Пол Лэйхот, я не успокоюсь, пока не узнаю правду. Даже если эта правда окажется опаснее всего, с чем я сталкивалась в жизни.