Глава 4. Обещание.

Майкл толкнул дверь ногой, и она с грохотом распахнулась. Он сбросил тяжёлые сумки с плеча и сказал: — Чувствуйте себя как дома. Оглядев комнату, Тера сразу поняла, что здесь живёт холостяк. Повсюду валялась одежда, шторы не открывались, по меньшей мере, пару месяцев, а слой пыли покрывал всю мебель. Бандит выбрал самое мягкое место и устроился на диване. Пёс был настолько большим, что больше никто не мог на него сесть. — Кто здесь живёт? — спросила Тера, убирая с кресла вонючую футболку. — Кто-то очень ленивый? — И вонючий, — поддержал Бандит. — Эй! Здесь живёт Стив, и он разрешил вам войти в его дом. Вы должны быть благодарны, а не критиковать его... быт, — ответил Майкл. — Ты сказал, что мы идём к тому, кто может знать, что со мной происходит. И Стив, честно говоря, вызывает сомнения. — Ну, ты вообще очень мнительная. И я, и Бандит показались тебе в первую очередь угрозой. — Объективно! Так бы подумал любой на моём месте! Всё, хватит! Лучше расскажи про него. — Секунду... возьму нам поесть. — Но ты же этим не наешься. — Зато вкусно пожую и не потолстею. Майкл чем-то громко шумел на кухне, и Тера начала напрягаться. Разве можно что-то делать настолько громко? Может, на него кто-то напал? Через пять минут Майкл вышел в гостиную с тарелкой попкорна и пива. По пути он рассыпал пару штук и указал на них Бандиту, намекая, чтобы он замёл следы. Тот сразу же кинулся на ярко выраженный сырный запах и освободил место, которое моментально заняли оборотни. Тера и Майкл сели друг к другу настолько близко, что могли рассмотреть все особенности их лиц: веснушки, поры, небольшие морщинки и пигментацию радужной оболочки. — У тебя красивые глаза, — заметил Майкл. — Наверное, тебе это часто говорят. Всё же не так много людей с гетерохромией. Майкл сказал это так легко, видно, что он часто говорит людям о том, что в них есть хорошего. Он не боится смутить этим или что его могут понять неправильно. Однако Тере не так часто приходилось слышать в свой адрес добрые комментарии, и такой небольшой комплимент вызвал в ней бурю странных эмоций. По началу это был стыд, затем он перерос в ликование, а потом принял форму гнева. Тера не умела принимать комплименты. — Тц... рассказывай уже кто такой Стив и что от него ожидать, — девушка чуть отодвинулась, и между ними сразу вписался пёс. — Да, можешь начинать, — поддержал он хозяйку. — Боже, как мне повезло, что ты шла в комплекте с... — саркастически отвечал Майкл, закидывая попкорн. — Стив обратил меня. — Получается, он альфа моего альфы? — Даже круче, он был представителем оборотней почти пятьдесят лет. — Что это значит? — Хорошо, давай начнём с начала, — выдохнув, начал Майкл. — Помимо нас оборотней, есть ещё вампиры, русалки и чародеи. Для поддержания баланса существует Лунный союз — это объединение рас. У каждого вида есть представитель, который защищает интересы своего общества. К тому же существует Кодекс Ночи, который регламентирует все действия тёмных. — Типа конституции? — По сути это она и есть, но только для тёмных. К слову, мы с тобой её нарушили. — Что? Как? — Согласно Кодексу Ночи, тёмные не могут обращать без согласия Лунного союза, — произнёс Майкл, и его лицо стало очень серьёзным. Тера нервно сглотнула, ощущая тревогу. — Нас ищут? — спросила она, и Майкл расплылся в улыбке, словно Чеширский кот. — Не переживай, — сказал он. — Меня тоже обратили не по правилам. Всё будет хорошо. — Я ничего не понимаю! Ты ужасный рассказчик! — Тера ударила оборотня в плечо, и он, повалившись на бок, остался в таком положении. — Лунный союз был создан, чтобы спасти проклятых, когда на них началась жестокая охота, — начал Майкл. — Многие виды исчезли, и остались лишь те, кто входит в него сейчас. Цель союза благая, но за это время он успел многократно прогнить. Внешне союз поддерживает порядок и равенство, но на деле вся власть в руках вампиров и чародеев. Русалки и оборотни же находятся почти на грани исчезновения, и их инициация происходит крайне редко. Союз делает всё возможное, чтобы это сохранить. — Поэтому ты обращаешь втайне? — спросила Тера. — Да, я вообще не планировал тебя обращать! Так получилось! Я одинокий волк, но если уж обратил, значит, несу ответственность, — ответил Майкл, поправляя волосы и закрывая глаза, словно считая до десяти. — Так вот, Стив. Один из самых старых оборотней, родился в начале двадцатого века. Знаю лишь, что при жизни он был военным, поэтому особо и не задавался вопросом, почему стал оборотнем. Во время Первой Мировой его обратили, и он довольно быстро стал представителем нашего вида. В это время межвидовая война оборотней и вампиров прекратилась, ведь в зонах влияния не было смысла. Однако после вампиры заняли лидирующую позицию в союзе, началась новая волна гонений на наш вид, и Стивен стоял до последнего, но его изгнали из союза и выбрали удобную им марионетку. Нас свели одни мотивы — мы хотели снять проклятье и для этого объединились. Не только с ним. У нас был большой штаб. Кто-то изучал хроники, кто-то доставал информацию из самых старых тёмных, а кто-то помогал людям избежать незаслуженной смерти. Мы были наподобие охотников, но это было объединение и тёмных, и людей общей целью. Мы, конечно, привлекли внимание Лунного союза. Они боялись, что мы могли раскопать правду. Наверное, это, значит, что мы и вправду были близки? Не знаю. Тера не перебивала Майкла, чувствуя, что каждое его слово даётся ему с трудом. Она боялась, что если продолжит его прерывать, то он может закончить свой рассказ. — Они разгромили нас, уничтожили все источники, все наработки и труды. Убили каждого, кто был там. Как и меня. В носу Майкла появился запах крови, как и в тот день, когда его товарищей настигла жестокая и мучительная гибель. Воспоминания нахлынули на него. Он стоял посреди просторного зала, который раньше казался ему таким большим, но теперь в нём было столько людей и нелюдей, что становилось тесно. Одно неверное движение — и кто-то навсегда закрывал глаза. Он старался спасти хотя бы одного, но всё происходило так быстро, что он не заметил, как и ему самому понадобилась помощь. Его окружили, и боль была настолько сильной, что он не мог думать ни о чём. Из последних сил он поднял голову и увидел, как она кричит. Её лицо застыло в ужасе, а из рта потекла алая кровь. Когда Майкл очнулся, жизнь и движение покинули это место. Казалось, он не должен был чувствовать холод, но он сковал его. Глядя на пол, усыпанный телами своих друзей, он ощутил такую злость, которую никогда раньше не испытывал. Пальцы рук вцепились в волосы и начали тянуть их в разные стороны. Лицо искривилось в маске безмолвного крика. Клочки волос остались в ладонях, но самое страшное для него было осознание того, что они в крови. Голова заболела, вернулось воспоминание о том, как он разрывал ещё тёплые тела и подкреплялся ими. В панике он посмотрел туда, где в последний раз видел её. Она лежала, будто уснула, даже смерть не смогла лишить её красоты и очарования. Единственное, что выдавало — это пропажа улыбки с её лица. Она была его маяком, который помогал ему выбраться из шторма. Любовь, которую они вырастили, давала им силы бороться и идти дальше. Бороться друг за друга, бороться за право однажды стать семьёй, бороться, чтобы спасти её от проклятья. Но она мертва. — Майкл? — голос Теры звучал мягче, чем обычно. — Всё в порядке? Майкл отозвался, и образы перед глазами разрушились. Он вновь оказался здесь, в доме Стива, рядом с Терой и с лежащим рядом псом. Приглушённый свет сыграл ему на руку, никто не заметил его покрасневшие глаза и выступившие когти. Или они сделали вид, что не заметили? — Всё хорошо. Я, как и все в штабе, умер. Стив вернулся с задания, и ему пришлось сделать выбор, кого вернуть к жизни. Видимо, моя сущность больше всех остальных требовала проклятия, раз он обратил меня. После этого он обучал меня, но мы продолжили поиски по отдельности. — Почему? — спросила Тера. — Пока ты не воспринимаешь это так, но… всех близких ты начнёшь воспринимать как стаю, как семью. А семью тяжело терять. Потеряв однажды, ты не захочешь испытать этого ещё раз. Бандит мягко положил голову на колено парня и слегка заскулил. Он проникся чувствами Майкла, ему было знакомо, каково это — терять. Майкл в ответ выпрямился и откинулся на спинку дивана, а затем начал поглаживать мохнатого друга. — Майкл, ты и Тера — моя семья. Я сделаю всё, чтобы мы были счастливы. Я обещаю, — заявил Бандит. — И я, я тоже сделаю всё, чтобы мы были счастливы. Обещаю, — произнесла Тера, приложив ладонь к груди, словно говоря, что ставит на кон своё сердце. Её лицо было напряжено, а нижняя губа подрагивала от волнения. Это обещание многое для неё значило — это заставило Майкла улыбнуться. Он давно не ощущал поддержки и тепла от других, держась на расстоянии от всех. Возможно, это обращение было его наградой за все старания? Ключом к разгадке, ключом к победе и ключом к счастью. Он не знал, но был в предвкушении, ведь они не могут быть просто случайными. Чутьё говорило ему, что они всё изменят в его жизни. — Я вам верю, — произнес Майкл, также приложив руку к сердцу. — Я тоже обещаю, что сделаю всё для нашего счастья. Улыбка расплылась по лицу Теры, и она легла на плечо к Майклу. Последнее время она довольно часто спала таким образом, и это стало обыденным действием для них обоих. Оно сблизило их и создавало ощущение уюта в любом месте, будь то автобус, поезд или диван. Бандит также изменил положение и лёг поверх их ног, укрывая их своим меховым одеялом. Они молча лежали в тишине, согревая друг друга своим теплом. Минута за минутой, и они все почувствовали, как тяжесть дня отразилась на них и погрузила в глубокий сон.

***

Тера проснулась, когда на улице уже начинало светать. Ей не хотелось покидать уютное и тёплое место, где она чувствовала себя в безопасности под рукой Майкла, но внезапно её охватила волна энергии, которую она не могла сдержать. Ей хотелось прыгать, бегать и делать всё, что только возможно. Отстранившись, Майкл и Бандит заёрзали, стараясь прижаться ближе друг к другу. Теперь солнечный луч, проникая в комнату, падал прямо на лицо спящего оборотня. Тера хихикнула, взяла вещи из его сумки и отправилась в душ. Оставив там всё необходимое, она вернулась и задернула штору, чтобы не мешать ему спать. Включив напор воды, она наконец-то оказалась наедине с собой и своими мыслями. Сон повторился в точности, как и в прошлый раз, — идентичный полностью. — Без меня нет тебя. Ты — моя, я — твоя. Шёпотом повторила она, словно от этого для неё откроется какой-то новый смысл. На самом деле где-то внутри она знала, кто это и чего хочет, но ей не хотелось признавать, что она всё ещё больна, даже будучи оборотнем. Будто бы от отрицания Арии ей становилось лучше, но оттягивание признания давало лишь иллюзию спокойствия и здоровья. Тера и сама не до конца осознаёт, кто истинный владелец её тела. Может быть, она действительно незаконно завладела им. Ей было страшно от осознания, что её волк и Ария связаны. Она была уверена в этом и знала, что Стив скажет ей об этом. Тера никогда не сможет подчинить Арию, так было всегда. И если её догадки верны, то впереди её не ждёт ничего хорошего. — Я хочу ошибаться. Пожалуйста, пусть окажется, что я ошибаюсь. После этого Тера включила ледяную воду, обычно это помогало ей прийти в себя, но не теперь. Эта температура казалась ей вполне сносной, и это раздражало её, как и тягучесть времени. Осталось ли хоть что-то из жизни человека, что доставляло ей удовольствие? Накинув на голое тело футболку Майкла, она почувствовала себя такой маленькой по сравнению с ним. Как-то не задумываясь, она ухватилась пальчиками за ворот и поднесла к носу, вдыхая его одеколон. Он был древесно-терпким, и помимо этого не ускользнул и запах его тела. От его кожи всегда исходил аромат мыла. Тере нравилась эта его помешанность на заботе о своём теле и вещах, было в этом что-то очаровательное, из-за чего сразу замечалось ей. Открыв дверь, из неё вырвались клубы пара, которые заполнили зал. От ног оставались мокрые следы. Скука подкралась незаметно, и девушка решила осмотреть дом. Помимо бардака в нём была и куча странных вещей, таких как черепа лося или неизвестные иероглифы на стенах. Она была уверена, что у всего этого есть какой-то скрытый смысл, о котором она вряд ли когда-нибудь узнает. Она осмотрела шкафы, стоящие у стен, и заглянула внутрь. Они были заполнены старыми книгами, на полях которых можно было найти миллионы заметок и пояснений. Их владелец очень осмысленно подходил к каждой. Достав очередную книгу, она обнаружила выпавшую фотографию. На ней она смогла узнать лишь одного человека — Майкла. Он стоял среди толпы людей, обнимая невероятно красивую девушку. «Интересно кто это? Разве может кто-то быть настолько красив?» — пронеслось в её голове. Внутри проснулось чувство стыда от того, что она вторглась в чужую жизнь и роется там, где не должна. Она быстро подняла снимок и вернула всё на свои места. Стоило ей отойти на пару шагов, как в ванной появилась вспышка света, громкий грохот, кашель, а затем она увидела два силуэта, выходящих из ванной. Один из них бубнил что-то в стиле: «Кто мылся под таким кипятком? Здесь же ни черта не видно!» Наконец, перед ней оказался высокий мужчина с длинными волосами, покрытый возрастными морщинами. На нём был черный кожаный плащ, покрытый слоем грязи и такие же берцы. А позади него была миниатюрная, но фигуристая дама, напоминающая библиотекаря, но очень...раскрепощённого.  — Теперь я понимаю, кто создал этот туман, — произнесла девушка, снимая очки и потирая глаза. — Вот и она — наша новенькая. — Получается, она, — подтвердил мужчина. — Вы могли бы появиться и погромче? — зевая, заметил Майкл. — Тера, познакомься, это Стив — мой альфа. Стив встал с дивана, подошел к Майклу, пожал ему руку, а затем они обменялись объятиями. После этого к ним присоединилась и его спутница. Новообращенная же чувствовала себя немного неловко — всё произошло так быстро и неожиданно.