<⁠(⁠￣⁠︶⁠￣⁠)⁠>

По экрану побежали титры. Лампы включились, ударив в глаза ярким светом. Несколько людей одновременно с тобой прикрыли веки. Фильм шёл меньше часа, но глаза все же успели привыкнуть к приятному полумраку кинотеатра. Вместе с тьмой рассеялась и атмосфера - та, особенная, которая бывает при просмотре фильма на большом экране. Запаха попкорна, скрипа складывания и раскладывания кресел и бесконечной рекламы. Момента, когда внезапно начинает работать звук, оглушая сидящих близ колонки. "Тихо" разворачиваемой еды. Хихиканья детворы, иногда почти неслышного, иногда заглушающего сам фильм. Атмосфера кино. Люди постепенно начинают подниматься. Самые торопливые уже у выхода, толкаются, проверяют телефоны и часы, спешат куда-то. Люди более медленные идут следом, они уже не толпятся, а уходят маленькими группами - родители и дети, друзья, пары. И только единицы остаются, в надежде увидеть сцену после титров. Или им просто не хочется покидать этот островок тепла, выходить в холодный декабрьский вечер. "Да зачем нам эта ваша Наружность? Нам и тут хорошо" - так и говорят выражения их лиц. Тебе тоже хочется остаться здесь, в насиженном кресле. Но экран выключается, и ты понимаешь, что пора идти. Дверь из кинотеатра открывается. В лицо сразу бьёт ветер в перемешку с дождем. Куртка мгновенно промокает. Становится холодно. Шаг назад, под козырёк. Открытая кожаная сумка говорит об отсутствии зонта. Приходится совершить лёгкую пробежку до станции автобуса, которая принесла с собой ещё и мерзкое хлюпанье в сапогах. Неприятно. Благо бежать всего пару минут, могло быть и хуже. Ты открываешь телефон. Время 18:07. Осадки ожидаются в ближайшие два часа. Для того, чтобы посмотреть ближайший автобус, нужно будет снять перчатки. При -3° это делать совсем не хочется. Не то чтобы у тебя такая нежная кожа, что тут же покроется трещинами, но все равно дискомфорт. Телефон отправляется в сумку, к кошельку и ежедневнику. Ты отворачиваешься от дороги, от которой летят брызги холодной воды. Видишь, как пестрят прямоугольники объявлений. Вот, например, о пропаже. Бумага не помятая, чистая. Видно, что висит недавно. Крупным шрифтом: пропала собака. И помельче на какую кличку отзывается, как выглядит и тому подобное. Снизу черно-белая фотография. Крупная овчарка. Скорее всего, сильная. Может, вырвалась, испугавшись салютов? В предновогодние дни такое часто случается. Кажется, похожая рылась в мусорке во дворе. Надо бы позвонить хозяевам. Следующая бумажка жёлтая, с красными буквами. Объявление о сдаче квартиры. Двухкомнатная. Да и в районе хорошем. Жаль, оно не попалась тебе раньше. Выглядит довольно старым, бумага выцвела, и номера телефона хозяина внизу почти все оторваны. А вот афиша фильма. Большая, застекленная. Актриса смотрит с бумаги, прямо в душу. Практически гипнотизирует зрителя: "Премьера! Успей купить билет до повышения цен!" Но ты на такое не ведёшься. Слишком стандартен сюжет, слишком похож образ на все предыдущие. Фильмы каждый все ближе к последнему, как и дни, и недели. Зимой как будто вечный то ли день, то ли ночь. Особенно в этих краях, когда снег ещё не соизволил выпасти, и уже какой месяц только слякоть, работа, лужи, жизнь от выходного до выходного, да и они проходят одинаково. Лежишь в кровати до 12, потом поешь что-нибудь и снова лежишь, но уже с телефоном. А было ли когда-нибудь по другому? Разве что в детстве, когда зима пахла мандаринами, новогодними игрушками и чудом. Чудом. С возрастом чудо куда-то девается. Иногда хочется даже завопить: Ну где ты?! Но оно не найдётся не под диваном, ни на антресолях. И даже в магазинах с ёлочными игрушками его не купишь. Но в один момент ты его найдёшь, и удивишься, что раньше его не было видно. Ты открываешься от чтения и смотришь на небо. Пошёл снег. Белый, пушистый, мягкий на вид. Он летит хлопьями, красиво сверкая при мягком свете фонаря. Белый снег на фоне черного неба, да ещё и когда его не обещали до января. И тут ты понимаешь, что это и есть чудо. И как то сразу становится легче. И автобус, освещая фарами, подъезжает к остановке.