Глава 3. Призовой Уголок

— Ты могла бы остаться здесь.

— Чудная идея, хоть и абсолютно сумасшедшая.

Фильм «Алиса в Стране чудес», 2010

      Он встал, отряхнул ладонью колено костюма, приняв вид радушного хозяина. Хотя больше он был похож на учёного или инженера, забредшего на шумную ярмарку.       — Извините, я совсем забыл поздороваться. — Его голос был бархатистым, идеально подходящим для рассказов у камина. — Меня зовут Генри Эмили, я владелец этого ресторана. Спасибо, что помогли моей крошке. — Он бросил быстрый нежный взгляд на Чарли, который говорил больше любых слов. — А как вас зовут?       Мэйбл, почувствовав, что атмосфера изменилась, выскочила вперёд, как будто её только и ждали. Её радужный свитер, несмотря на промокшее состояние, казалось, излучал собственный свет.       — Я Мэйбл! — объявила она, широко улыбаясь и делая маленький танцевальный шаг. — А это мой брат Диппер. Я надеюсь, у вас тут мягкие углы, а то он…       — Мэйбл! — ахнул Диппер, чувствуя, как горит лицо. Он шагнул, пытаясь заслонить сестру, и запутался в собственных ногах. — То есть… мы… простите за дверь. Честно, мы пытались помочь, и я не думал, что она так… ну, вы видите.       Генри внимательно посмотрел на него, и в его глазах мелькнула тень какого-то сложного, быстро пронёсшегося вычисления. Но он лишь махнул рукой, словно отмахиваясь от пустяка.       — Дверь — дело поправимое. А вот то, что вы сделали для Чарли… Это не имеет цены. — Он сказал это так искренне и убедительно, что Диппер почувствовал, как камень вины в его желудке немного уменьшился. — Поэтому давайте забудем о двери. А сейчас — прошу. Внутри тепло, вы обсохнете, согреетесь. А я, — он подмигнул, и в этом жесте внезапно появилось что-то от таинственного волшебника, — угощу всех и познакомлю вас с Марионеткой, Фредди и его друзьями.       Чарли, которая уже почти высохла в тёплом зале, всплеснула руками.       — Вы что, никогда не видели аниматроников? — в её голосе звучало неподдельное изумление. Она смотрела на них, как на людей, только что вышедших из пещеры.       — Аниматроников? — переспросил Диппер, однако прозвучал слишком резко, слишком подозрительно. Он тут же поймал себя на этом, но было поздно.       Чарли заметила. Её весёлое выражение лица сменилось на обидчивое.       — Оу… — протянула она, и её брови поползли вниз. — Неужели вы верите в эти глупые слухи?       Мэйбл выпрямилась, положила руку на сердце и произнесла с пафосом, достойным героини боевика:       — Мы? Верим слухам? Пф-ф! Но мы имели честь лично побороться со взбесившимися аниматрониками в одном ресторане. Это было эпично!       Лиззи скептически подняла бровь.       — И кто выиграл?       Диппер и Мэйбл переглянулись. Между ними пробежала целая молния общего воспоминания: паника, крики, летящие табуретки, триумф. И они выпалили хором, как отрепетированную реплику:       — Конечно же мы выиграли!       Маленький Гарри, до этого момента прятавший лицо на плече у Майка, осторожно выглянул.       — А… а как вы это сделали?       Диппер почувствовал на себе все взгляды. Генри — заинтересованный, аналитический. Майка — тяжёлый, недоверчивый. Детские взгляды — полные ожидания чудес. Он заёрзал, почесал затылок, потупился. История с Гиффани была немыслимым нагромождением безумия, которое нормальным людям и на пушечный выстрел нельзя рассказывать.       — Это… эм… длинная история, — пробормотал он, отводя взгляд к жёлтой предупредительной ленте.       — Но мы расскажем всё, всё, всё после ужина! — подхватила Мэйбл. Затем схватилась за живот и скорчила голодную гримасу. — Потому что я сейчас готова съесть даже этих ваших аниматроников! С кетчупом!       Гарри засмеялся, да так заразительно, что никто не смог сдержать улыбки. Даже угрюмый Майк.       — Что ж, тогда нам точно нельзя медлить, — сказал Генри, его взгляд снова стал тёплым и гостеприимным. — Пойдёмте, я уверен, вы будете сыты впечатлениями.       Он повернулся, широким жестом приглашая всех за собой, и исчез в полумраке коридора, ведущего вглубь заведения.       Диппер и Мэйбл на секунду задержались, обменявшись одним взглядом. В нём плескались и остаточный шок от прыжка во времени (или куда они всё-таки попали?), и голод, и острая, щекочущая нервы настороженность.       Диппер потрогал карман жилетки, почувствовав под пальцами твёрдый переплёт дневника.       — Вперёд! — прошептала Мэйбл, и они бросились вдогонку.       Последовав за Генри, близнецы оказались в большой залитой светом комнате. Пол везде был выложен чёрно-белой плиткой, а на бледных обоях красовались муляжи пиццы.       Взгляд упал на гигантскую подарочную коробку, стоящую у прилавка — полосатую, с огромным нелепым бантом. Вокруг неё клубились букеты воздушных шаров, тянулись к потолку, как разноцветные мыльные пузыри. Рядом мерцали и гудели автоматы с мягкими игрушками, за стеклами которых застыли пушистые пародии на животных с огромными глазами. Стены были оклеены детскими рисунками — кривыми солнцами, ухмыляющимися медведями, — и плакатами с теми же аниматрониками, но уже в неестественно радостных позах.       — Это Призовой Уголок, — голос Майкла прозвучал прямо над ухом Диппера, заставив его вздрогнуть. Парень стоял рядом, сложив руки на груди, и смотрел на всю эту мишуру с выражением человека, наблюдающего за предсказуемым, но утомительным ритуалом. — Фритц, прошу, познакомь наших гостей с Марионеткой.       Сидевший у прилавка парень отвлёкся от надувания шаров. Его лицо казалось простодушным, даже пустоватым, а глаза — слишком блестящими, как будто он только что выпил литр кофе.       — О, новые лица! — воскликнул он голосом, привыкшим перекрикивать детский гам, и потянулся к странной шкатулке. — Любите сюрпризы?       И, одарив детей широчайшей улыбкой, покрутил ручку музыкальной шкатулки. Мелодия заиграла быстрее, и наконец из коробки выскочила высокая фигура в клоунской маске с розовыми щеками, дорожками слёз и провалами вместо глаз, на месте которых светились лишь белые точки. Светодиоды. Белые точки. Как в том сне. Диппер почувствовал, как по спине пробежали ледяные мурашки.       Марионетка покрутила головой. Механический взгляд скользнул по Чарли, Лиззи, Гарри, и наконец остановился на них. На Мэйбл и Диппере.       — Привет, малыши, — ласково произнесла она немного роботическим детским голосом.       — Привет, привет! — затараторила Чарли, подпрыгивая на месте так, будто видела это чудо впервые, а не каждый божий день.       Диппер невольно отступил на полшага, натыкаясь на стену из шаров.       — У меня есть сюрприз для вас, — сказала Марионетка.       — Правда?! — вопросила Мэйбл с неподдельным интересом. Она вся подалась вперёд, забыв на секунду и про голод, и про мокрые носки.       Диппер смущённо отвёл взгляд, чтобы не смотреть на этот детский сад. Взгляд уткнулся в Майкла. Тот стоял неподвижно, наблюдая, и в его глазах читалось... терпение.       — Подойдите ближе, пожалуйста, — попросила Марионетка.       Мэйбл, не раздумывая, размахнулась для гигантского, решительного шага вперёд — шага навстречу сюрпризу, шага в самое сердце этого пластикового рая.       Но Диппер успел. Его рука инстинктивно выстрелила вперёд и вцепилась в рукав её свитера, резко оттянув сестру назад.       — Стой!       Белые от напряжения пальцы впились в пряжу. В глазах, встретившихся с её удивлённым взглядом, горела паника.       Диппер так и застыл, вцепившись в рукав Мэйбл, когда Генри с той же отеческой улыбкой сделал шаг вперёд, а Майкл тем временем демонстративно подошёл к шкатулке вплотную, чтобы взять два широких браслета мерцающего кислотно-зелёного цвета.       — Момент, момент, — заговорил Генри. Браслеты, похожие на куски радиоактивного мармелада, мягко щёлкнули в руках Майка. — В новой линейке Той-аниматроников установлена специальная система запоминания и распознавания лиц, — начал Генри, и его голос приобрёл оттенок лектора на презентации. — В них даже загружена база криминальных данных и функции обеспечения безопасности. Поэтому «Freddy Fazbear’s Pizza» официально можно считать самым безопасным местом в городе!       — А ещё, — Майкл перехватил инициативу, его голос прозвучал куда более сухо и прямо, без прикрас, — с этими браслетами вы все находитесь под прямой защитой Марионетки и остальных. Поэтому не снимайте их. До самого конца вечера.       Он протянул браслеты. Мэйбл уже тянула руку, её глаза сияли восторгом перед «технологиями будущего». Но Диппер оставался неподвижным. В его голове завыла тихая, но неумолимая сирена: это было слишком продумано. Пиццерия… с криминальной базой данных?       — Это точно безопасно? — спросил он, не двигаясь. Вопрос прозвучал резковато, выбиваясь из всеобщего настроения.       — Более чем, — ответил Майк, чуть напрягая челюсть. — И я бы советовал вам больше бояться живых, чем неживых. Вот это, — он мотнул головой в сторону бесшумно покачивающейся Марионетки, — всего лишь провода и пластик. А люди… Вы сами знаете.       Фраза повисла в воздухе, многозначная и тяжёлая. Генри слегка нахмурился, но сохранил улыбку.       — Ну, я бы не был так категоричен, Майк, — мягко пожурил он.       Диппер не отступал.       — А что, — спросил он, целясь уже прямо в слабое место, в самую суть этого парада безопасности, — были случаи, когда эта система не сработала? Я просто не понимаю. Зачем такая серьёзная защита для обычной пиццерии? Это же не Форт-Нокс.       Наступила тишина. Даже Мэйбл замерла, чувствуя, как атмосфера накаляется. Чарли уже не прыгала. Лиззи застыла с выражением «ну вот, началось» на лице.       — Прошлые инциденты, — наконец сказал Генри, и его тон стал ещё более официальным, как если бы он зачитывал пресс-релиз, — лишь подтвердили необходимость усиленных мер. Мы учимся на ошибках, чтобы гарантировать абсолютную безопасность. Это всё, что важно.       Майкл, не дожидаясь новых вопросов, решительно шагнул вперёд. В его движениях не было теперь ни тени сомнения, только твёрдый, почти милитаристский порядок. Он взял руку Мэйбл и, прежде чем она успела пикнуть, защёлкнул браслет у неё на запястье.       Затем он повернулся к Дипперу. Тот отпрянул.       — У меня… аллергия на пластик, — выпалил он первое, что пришло в голову, чувствуя, как это нелепо звучит. — Серьёзно. Сыпь, зуд, все дела.       Майкл смотрел на него с каким-то усталым пониманием.       — Этот пластик гипоаллергенный, — парень улыбнулся. — И он сейчас на тебе окажется. Добровольно или нет, выбор за тобой. Но поверь, — он наклонился чуть ближе, и его следующая фраза была уже почти шёпотом, полным какой-то мрачной иронии, — в этом месте твоя самодеятельность тебя добьёт быстрее, чем любая аллергия. Браслет не украшение. Хочешь выжить — не снимай.       Майк протянул браслет. Диппер посмотрел на этот кусок светящегося пластика, который выглядел как игрушка, а пах… пах угрозой. Он посмотрел на Мэйбл, уже вовсю разглядывавшую свой браслет с любопытством. Затем на Марионетку, чьи белые точки-глаза, казалось, наблюдали именно за ним. Выбора, по сути, не было.       Диппер медленно, с отвращением протянул руку.       Щелчок застёжки прозвучал неожиданно громко в тишине Призового Уголка, слившись со вторым, уже прозвучавшим ранее. Два щелчка. Два браслета. Кислотно-зелёные, почти светящиеся в полумраке полосы на запястьях.       Диппер почувствовал, как под пластиком кожа начинает слегка пощипывать — конечно, не от аллергии. Скорее от страха и понимания, что они только что приняли правила чужой, очень странной игры. И, вероятно, выйти из неё будет куда сложнее.       Мэйбл же, поймав его взгляд, сияюще улыбнулась и потрясла рукой, заставляя браслет поблёскивать.       — Какой ужас. Какая, однако, прелесть!       Диппер ничего не ответил. Он лишь сжал кулак, чувствуя, как гладкий пластик врезается в кожу. Надо просто добраться до телефона…