3. AEGON II TARGARYEN.

Эйгон дёргает голову, когда женская ладонь бьёт его по мягкой щеке. Кожа моментально горит в том месте, где был удар. Таргариен облизывает губы, словно проверяя разбилась ли губа. — Ненавижу! — девчонка, чьи волосы выглядят словно огненное облако, замахивается вновь на Короля, но Эйгон во время перехватывает тонкое запястье. Эврида теряет равновесие и падает ему на грудь, а Таргариен ловит в свои объятия, сжимая второй рукой тонкую талию. — С ума сошла? — Эйгон хмурится, голова у него болит тупой болью, словно ржавые гвозди вкручивают в виски. Зря он так много выпил ночью. — Отпусти меня! Сейчас же! — девушка брыкается, пытаясь вырваться и Эйгон грязно ругается, разворачивая её на сто восемьдесят градусов, прижимая к своей груди теперь спиной.  — Что происходит? — почти рычит он на ухо. Эйгон не привык быть грубым, но вся ситуация его раздражает и скверный характер даёт о себе знать. — Вали к своим шлюхам в бордель! — Эврида разворачивается опять, надавив перед этим ему на запястья так сильно, что оставляет красные следы полумесяцам. — Во-первых, шлюхи не мои. — Эйгон трёт ушибленное место и хмурится. — Во-вторых, Эврида, ты сама послала меня куда по-дальше, вчера. Эйгон смотрит в карие глаза своей служанки. Любимой служанки. Больше года Эврида прислуживает Таргариену. Сначала принцу, а теперь уже Королю. Эйгон никогда не думал, что полюбит хоть одну женщину по-настоящему. Быть вместе нельзя – у него жена. Хелейна прекрасна, но она его сестра, а Эйгона от этого тошнит. Ну не видит он в ней никого кроме сестры! Не может… А Эврида… Огненная девушка, которая заползла глубоко под кожу и обвила его сердце крепкими путами. — Да пожалуйста! Я тогда пойду… Пойду к сиру Лесли, понял?  Эйгон сжимает челюсть так сильно, что проявляются желваки. — Не смей говорить об этом ублюдке, — шипит он, оказываясь рядом с ней и хватая за запястье. — Ты моя. Раздвинешь перед ним ноги – я казню его. Сможешь жить с тем,  что из-за тебя умрёт невинный человек? Эврида ощущает как от Эйгона несёт вином. Он пропах борделем и алкоголем. Её тошнит от этого. — Я не твоя. — Моя.  — Нет! — девушка пытается вырваться вновь, но Эйгон закатывает глаза, разворачивая её вновь и прижимая бедрами к столу. — Разве? — Король хмыкает, задирая её юбку одной рукой, но другой продолжает крепко держать, чтоб она не вырвалась. Дерево больно впивается в кожу её молочных бедер, усыпанных веснушками. Оголив ноги, он провёл ладонью по внутренней стороне её бедра, поглаживая, доходя до нижнего белья. Эврида уперлась руками в края и сжимала их до тех пор, пока костяшки пальцев не побелели. — Не смей, — прошипела она, однако откинула голову назад, приводя свои огненные волосы-змеи в движение. Эйгон уткнулся носом в её шею, ведя по ней. Сладкий запах заполнил его ноздри и вскружил голову. Таргариен прижался губами к пульсирующей жилке под кожей, оставляя влажный поцелуй, а после прикусил зубами, помечая её своим следом.  — Я и правда был в борделе, — хрипло проговорил Эйгон, ведя языком по бархатной коже. — Но я ни с кем не трахался. Смотреть на то, как это делают другие уже нельзя, Эв-ри-да? — растянул по слогам её имя, второй рукой хватая за лицо, чтоб повернуть к себе. — Нельзя, — девушка выдохнула ему в губы. — Только на меня. Понял? Эйгон усмехнулся, накрывая её губы своими. Пока та рука, что была между ног, не начала стягивая её белье, оголяя восхитительные ягодицы. Его язык скользил по её губам в её горячий рот, вылизывая его жарко и по-собственнически, и она ничего не уступала, жадно отвечая, кусая до боли в нижней губе.  — Откуда такая непокорная вылезла? — Эйгон переместил ладонь с щек на шею, обхватывая её своими пальцами, перекрывая доступ к кислороду, шепча в самые губы. — Откуда такая дерзость говорить что-то против слов своего Короля? Ревнивая сучка... Моя. — Будто ты не ревнив, — прошипела она. — Я хотя бы не отрицаю. Два пальца погрузились так легко в горячее лоно, задавая сразу темп, который заставлял её бедра дрожать. Эйгон надавил чуть сильнее на её шею и пухлые губы Эвриды приоткрылись, пытаясь поймать больше воздуха. Таргариен мазнул по ним своим языком, раздвигая пальцы, растягивая девушку под собой и подготавливая.  Она чувствовала холодный воздух своими бёдрами и Эвриду трясло так сильно, что стол вибрировал. — Раздвинь ноги шире, — скомандовал он, вытаскивая пальцы, но перед этим погладил между влажных складок, находя клитор, зажимая его между указательным и средним, срывая с её губ стон, что ласкал его уши. Серебристые волосы Эйгона липли ко лбу, а возбуждение было столь сильным, что член больно упирался в ткань брюк, пока головка терлась о шов, выделяя предэякулят. Эврида раздвинула послушно ноги и Эйгон шлепнул её по ягодицам, оставляя красный след от своей ладони. — Моя хорошая девочка… — прошептал он, вновь целуя её, прижимая к своей груди спину девушки. Эйгон потерся своим пахом о её задницу, давая ощутить твердость его члена, пока его губы изучали линию её челюсти. Рыжие кудри лезли ему в глаза, щекотали шею, а ладони скользили уже по девичьей груди, сжимая через ткань. Эврида ощущала себя где-то очень далеко, а ноги её были ватными. Если бы не стол и не крепкие руки Его Милости, она бы уже давно рухнула на пол. Сердце билось птичкой, что заперта в клетке, но она ощущала спиной, что у него тоже.  — Стони для меня, — голос Эйгона для неё звучит приглушено, словно она под водой, но не послушаться не может, особенно, когда он щипает через рубашку соски. Эврида слышала, как щелкнул ремень его брюк и Эйгон, приставив головку своего члена к её влажному лону, вошел сразу на всю длину. Его яйца шлепнули о её задницу.  — Эйгон… — сорвалось с её губ, и она распахнула глаза и ни о чем не пожалела: фиолетовые глаза закатывались от удовольствия, губы дрожали, а вены на шее выступили. — Мой Король… Она припала к его губам и Эйгон, сразу же ответил на поцелуй, совершая медленные толчки, удерживая за талию ладонями. Ее тонкие пальчики запутались в его коротких серебристых волосах, посылая большую дрожь по всему телу. — Да, Моя Королева? — хрипло спросил он, увеличивая темп, почти выходя полностью и резкими толчками погружаясь вновь до конца. — Я люблю тебя… Я так сильно люблю тебя! Эйгон улыбнулся, он переместил ладонь одну на лобок, а после нашел клитор, стимулируя его.  Эврида могла лишь хныкать и стонать. Не выдержав, Эйгон надавил на её лопатки, заставляя лечь грудью на треклятый стол. Вцепился в её бедра так сильно, что оставлял синяки от пальцев. С каждым толчком он становился все грубее и медленнее, пот стекал по его спине, но наградой за старания были её стоны, что ни на секунду не затихали. Эврида застонала особенно громко и её нежные стенки сжали его член сильнее, когда сама дрожала в экстазе. Эйгон ускорился, а она подавила в себе рыдание, что вырывалось из горла, ведь он продолжал брать её, а клитор пульсировал от накрывшего оргазма. Слишком чувствительно. «Эйгон… Эйгон… Эйгон…» срывалось с ее губ, словно мантра и, Эйгон мог бы слушать это вечно. Когда Таргариен приближался к завершению, его движения стали неровными и грубыми, а затем он внезапно замер, оставаясь глубоко внутри неё и, кончил с тихим шипением. Эйгон рухнул на её спину, придавливая своим весом.  Эврида не была уверена, сколько они так стояли, пытаясь отдышаться, но Эйгон сдвинулся первым, выходя из неё. Его семя текло по её бедрам. Он почти бережно дернул её на себя, медленно двигаясь к ближайшему дивану, куда они рухнули вместе. Пространство было узким, а потом Эйгон прижался близко к ней, обнимая за талию и утыкаясь носом в шею, сразу же закрыл глаза. — Не смей бить меня больше, ревнивая, — пробубнил он, но его голос приглушился о её влажную кожу. Эврида улыбнулась. — Я посмотрю на твоё поведение, Эйгон, — ответила она, прижавшись щекой к его макушке и закидывая на его бедро свою стройную ножку. — Ты не сказал мне кое-что в ответ… — Что?  — Ты знаешь! — хмыкнула девушка, стукнув его по плечу. — Семеро… — возмутился он. — Я тоже тебя люблю. А теперь… Дай мне поспать, пожалуйста. Эврида прижала поцелуй к его виску, натянув покрывало на их тела.