2. DAEMON TARGARYEN.

Находясь за общим столом, Деймон каждый раз крутил шеей, стараясь выглядеть расслабленным и непринуждённым. Рейнира, сидящая рядом, вечно болтала, просила подать вино и комментировала то, что их ребёнок толкнулся. Таргариен старался из-за всех сил играть роль хорошего мужа, коем, в принципе, он и являлся для Рейниры, если не считать несколько своих… Ошибок. Но сейчас вся его выдержка летела в пекло со скоростью полёта камня, выброшенного с обрыва в воду и Деймону точно не нравилось ощущать себя так. Всё вокруг давило, воздух казался слишком душным, липким, а кафтан сжимал ребра так сильно, будто он благородная леди, затянутая в тугой корсет. Выругавшись тихо под нос на высоком валирийском, Деймон отложил столовый прибор и просто взял позолоченный бокал с вином. Довольная улыбка расползлась по лицу, когда Таргариен почувствовал, как алкоголь приятно пощипывал горло. Взгляды пересеклись на мгновение вновь и Деймон проводит рукой по лицу, пытаясь снять наваждение. Он не видел свою племянницу много лет, но вот она сейчас напротив за семейным столом и Деймон теряется в ней окончательно и бесповоротно. Когда она успела из той милой девчонки, что бегала на Дрифтмарке вслед за пьяным Эйгоном или вечно недовольным Эймондом, стать… Такой? Нейрис Таргариен, обладая невозможно милыми чертами лица и свойственную всем валирийцам красоту – выделялась. Почти светилась на фоне остальных. Деймону ощущалась её улыбка так, словно его душу – абсолютную бездну греха и черни – сотрясают всполохи божественного света. Нейрис улыбается каждому, беседует, складывает руки в замок со своими аккуратными пальцами, хихикает над шутками своего старшего брата Эйгона, а Эймонд переодически затыкает её взглядом. Деймон весь вечер не сводит глаз с неё. Тонкая фигурка, обтянутая черной кожаной тканью корсета со вставками по бокам из зелёного бархата. Золотая цепочка семиконечной звезды на шее… Порочный принц давит в себе порыв сорвать с неё это отвратительное украшение. Принцесса Таргариен должна носить валирийскую сталь с цветами и символами их Дома, а не развешивать на себя атрибутикой Семерых. Когда старший сын Рейниры встаёт со стола, чтоб пригласить на танец Хелейну, то Деймон усмехается. Внимательно следит за действиями супруги, а так же за взглядами Эйгона, Эймонда и… Нейрис. Последняя подпирает щёку кулаком и очаровательно дует губы, ковыряя вилкой в своей тарелке. — Прошу прощения, — тянет Деймон, вставая следом из-за стола. Даже Визерис напрягается в этот момент, не сводя тяжёлого взгляда со своего брата. Деймон же, игнорируя всё это – подходит к младшей племяннице, протягивая ей руку. Нейрис хлопает большими фиолетовыми глазами, обрамленными пушистыми белыми ресницами и медленно вкладывает свою руку в его. Ладонь Деймона кажется ей грубой, сухой, но безумно горячей, словно он настоящий дракон.  *** Переодевшись в ночное платье, Нейрис садится на кровать, распуская причёску. Длинные серебристые волосы стекают по спине и острым плечам. Принцесса откидывается на подушки, пытаясь успокоится. Ссора под конец ужина – отпечаталась в её памяти и бесконечно прокручивалась. Зачем только Люк усмехнулся? Глупый! Нейрис встаёт вновь со своей кровати, шагая к столу. Наливает себе бокал вина и делает несколько глубоких глотков, прежде чем слышит голос за спиной. — Не много ли вина за вечер, Ваше Высочество? Нейрис вздрагивает всем свои телом и быстро поворачивается. Между колоннами стоит Деймон – мать его – Таргариен. — Что… Что ты здесь делаешь?! — девушка быстро ставит бокал на стол, складывая руки на груди. — И как ты сюда попал, седьмое пекло? Я сейчас буду кричать! Принцесса смотрит на то, как дядя выходит из-за тени, позволяя видеть его лицо лучше. Ладонь на рукоятке меча. Тёмная сестра… Она сглатывает вязкий ком в горле, совершенно не думая о том, что она стоит в тонком и почти прозрачном платье. — Эймонд… Эймонд тебя убьёт, если ты меня тронешь… — шепчет она, пока Деймон наступает и почти нависает над ней. — Да брось, — принц закатывает глаза, усмехаясь. Его пальцы поддевают серебристую непослушную прядь волос, заправляя ей за ухо. — Ты думаешь я пришёл сюда тебя убить? Нейрис медленно кивает, поднимая подбородок. — Зубки то есть, хоть и молочные, — замечает Деймон. — Одевайся. — Зачем? — Неправильный вопрос, — Таргариен делает шаг назад, забирая её недопитый бокал вина со стола, осушая его моментально. — Куда? — исправляет себя Нейрис и хмурится, скрещивая руки на груди. — Ты знаешь, что на улице ночь? Твоя жена покинула замок после ссоры с моей матушкой, а ты… Что здесь делаешь ты?! — «Твоя жена»… — усмехается Деймон. — Она твоя сестра, принцесса. — Я скорее яд выпью, чем признаю Рейниру своей сестрой. — Вероятнее всего, как и наследницей, не так ли? Твоя светлая головушка уже рисует образы того, как один из твоих братьев сидит на троне? — Деймон толкает язык за щеку, рассматривая интерьер её комнаты – только бы не задерживать взгляд на том, как шёлк огибает её фигуру. — Это не важно. Ты говорила за ужином, что хотела бы полетать на драконе. Одевайся – Караксес ждёт твою задницу, Нейрис. *** Нейрис не знает, чем она думала, когда соглашалась на это. Холодный воздух отрезвляет моментально. Принцесса сжимает пальцами ремни на седле так сильно, что у неё ноготки синеют. Ветер бьёт в лицо, а красный дракон Караксес довольно урчит, вытворяя трюки в ночном небе. — Семеро, — шипит девушка, цепляясь за руку Деймона, которой он придерживает её талию. — Прошу… Прошу, Деймон, сними меня отсюда! Я налеталась на несколько лет вперёд! Деймон лишь усмехается, при том так нагло, в самое ухо, добавляя ещё больше ощущений в её потрясенное сознание. Спиной Нейрис ощущает крепкую мужскую грудь. — Как прикажешь, Ваше Высочество, — его горячее дыхание ощущается её холодной кожей. — Держись. *** — Ты больной! — Нейрис держится за его руку, чтоб не рухнуть. Бёдра и ноги трясутся так сильно, что она едва стоит. — Сумасшедший! — Какая же ты Таргариен, если боишься полёта на драконе? — Катись в пекло, Деймон… — Нейрис шумно выдыхает. — Ладно… Это было очень хорошо, но я думала, что я умру! Нейрис смеётся звонко, не отпуская его руки, когда они возвращаются в замок теми же тайными путями, что он её и вывел. Деймон ловит себя на мысли, что ему безумно нравится её смех. В покоях принцесса разливает вновь вино по бокалам, садясь в кресло и делая несколько глотков. Взгляда с Деймона не сводил, прищуриваясь. Тело все ещё покрыто тонким влажным слоем адреналинового пота, но сердце уже не бьется так быстро, а руки и ноги не дрожат. Таргариен стоит напротив неё. — Так что тебе нужно, дядя? — переходя на высокий валирийский, спрашивает Нейрис. Её голос ласкает слух - нежный, но с лёгкой хрипотцой. — Я в жизни не поверю, что Деймон Таргариен решил сделать добро для дочери Алисенты просто так. Деймон хмыкает, но его губы растянуты в улыбке. Ему нравится то, как в ней граничит дерзость и невинность. Таргариен подходит ближе, облокачиваясь руками о подлокотник и смотрит в глаза. Нейрис напрягается, но старается сохранять спокойное выражение лица. — Ты права, принцесса, — отвечает Деймон. Девушка вздрагивает. Поцелуй выходит рванный и обрывистый. Его губы едва ощутимы на её собственных. Деймон не давит, даёт право выбора, что ему уже не свойственно и принцесса приоткрывает пухлые губки, чем Порочный Принц моментально пользуется. Его язык скользит в горячий рот, очерчивая ровный ряд зубок, подхватывая сам язык и ощущая привкус вина. Сладко. Деймон кладёт руку на её шею, слегка сжимая, перекрывая доступ к кислороду, но не сильно, показывая свою власть. Нейрис лишь на это тихо стонет и это оседает у мужчины в паху, заставляя его член заинтересованно дёргаться, натягивая ткань бридж. Ему на удивление хватает выдержки медленно расстегнуть ленты её рубашки, отбросить в сторону, а после наслаждаться видом перед собой. На бледной фарфоровой коже лихорадочными пятнами выступает румянец. Торчащие соски требуют незамедлительного внимания, и Деймон сразу же начинает целовать каждый сосок, обводить языком, а после прикусывать, шипя от крепкой хватки в своих волосах и томных вздохов. — Деймон, — зовёт Нейрис. — Деймон, стой… Я… У меня никогда… Ей не обязательно говорить до конца, потому что Таргариен все понимает. Затыкает её вновь поцелуем, медленно снимая с неё хлопковые штаны. Пальцами скользит по плоскому животу, пробираясь в нижнее белье. Горячо и очень влажно – зелёный свет, чтоб провести между складок и погрузится двумя пальцами в её лоно, наслаждаясь тем, как тугие стенки обхватывают его. Он двигает пальцами медленно, подготавливая её, пока принцесса трясётся в его руках. Её дыхание прерывистое, а сердце бьётся, как у загнанной лани перед хищником. — Деймон… — шепчет Нейрис вновь. Она что-то говорит ещё, но Таргариен не слышит. Он быстро извлекает пальцы, в последний раз согнув их и хватая её за бёдра, двигает её ближе к краю кресла. Деймон не помнил, когда в последний раз стоял на коленях так перед кем-то. Закинув одну ногу себе на плечо, кончик его влажного и горячего языка касается заветной плоти клитора. Надавив на него, мужчина накрывает его полностью губами, а принцесса в ответ сжимает пальцы в его волосах, пытаясь то ли притянуть, то ли наоборот отодвинуть дальше от себя. Её веки подрагивают, а язык постоянно смачивает губы. — Семеро, — Нейрис дрожала. — Деймон… Собирая вязкое её желание в виде смазки, Деймон ласкает языком чувствительную плоть. Надавливает, теребит, посасывает, вставляет два пальца вновь, чтоб стимулировать изнутри. Этого достаточно для того, чтоб послать девушку через край. С её пухлых искусанных розовых губ срывается громкий и бесстыдный стон, пока принц придерживает её бедра, продолжая лизать чувствительную точку, от чего её трясёт всё сильнее и она извивается под ним. — Деймон, пожалуйста… Пожалуйста… Я не могу больше! — Нейрис тянет его за волосы, отрывая от себя, отвлекая на свои искусанные губы. Чувствует собственный солоноватый вкус, но целует всё равно страстно, тяжело дыша, пока он все ещё на коленях между её ног, а его ладони изучают её тело. Нейрис ощущает своей ногой его собственной возбуждение, давящее между ними. — Дыши, — шепчет Деймон ей в шею, покрывая влажными поцелуями. — Мы ещё не закончили.