Эдмунд

Рождественская мелодия, переигранная на другой лад, кажется немного слащавой, заставляя морщится. На улицах как всегда перед праздниками повисает искра «магии» – на самом деле, куча бессмысленных огоньков, по его мнению, безвкусных и совершенно не подходящих для такого мероприятия. Люди как обычно забывчивы, и причина отмечать 25-ое декабря для них утеряна, сейчас они только и делают, что просто дарят друг другу дурацкие подарки без особого смысла, «праздник же»! Как всё по-дурацки! Идиотски! Неправильно! Многое он считает неправильным. Тот факт, что этот недееспособный юнец решил свалить в закат и бросить тех, кто его своеобразно, но спас, было верхом наглости и бестолковости! Этот новоявленный вампир дня не протянет в их мире, и как он жил до этого, оставалось только удивляться. Удача? Везение? «Бестолочь!» – кричит он, с силой отворяя дверь: в небольшой лавке царит привычный полумрак, но шторы вскидываются от порыва ветра, на миг озаряя уличным светом таинственное помещение. Она молча принимает свиток и с кивком уходит. Шляпник повторяет за ней, уходя в обратном направлении. Дело сделано, теперь можно вновь начать тормошить – хотя бы в мыслях! – этого поганца и пытаться вправить ему мозги. «Может, моё послание услышат?» – с некой маниакальностью думает советник Артемиса, хрустя снегом под ногами. Всем было предельно ясно с самого начала, что только обратившийся мальчишка быстро сдастся. Но лично для него это стало большей неожиданностью, чем изначально планировалось. Поганец отступил в самый неподходящий момент, едва не погибнув в стычке с волками – этими грязными, отвратительными тварями, – а после зачем-то вернулся в замок. Повидаться с остальными? Кроме Джей и Эстевана, никто больше с ним особо не контактировал. Забрать вещи? В этом не было никакого смысла, у мальчишки не было ничего, что можно было бы назвать существенным. Тогда зачем? Зачем он вернулся? Никто этого так и не узнал, но это было странным. А ещё... Из головы никак не выходит их последняя прямая встреча. Когда взгляд вампирёныша был направлен прямо на него. Поганец думал, что его уходу радуются. Встретившись лицом к лицу с стоящим у стены вампиром, он скалился и всеми силами давил предательскую горечь внутри. На лице, которое он за эти месяцы стал считать привычным, как завтрак по утрам, отобразилась мерзкая ухмылка. На самом деле сознание сыграло с Дюком злую шутку, что было не удивительно на фоне пережитого стресса (его едва не убили), и он хмурился, видя, как лицо юнца исказила гримаса злости. Чем она была вызвана? Никакого мрачного торжества и в помине не было. Старый вампир на самом деле чувствовал – и всё ещё чувствует – разочарование с чем-то ещё. Не злорадством, а… Неужели с жалостью?.. «Да нет, бред», – машет головой, стряхивая снег. Тот под ногами хрустит, со стороны паба раздаётся весёлая музыка и низкий гогот. Он не настолько сентиментален. Хмурая фигура в пальто выглядит неестественно на фоне праздничной атмосферы города. Хотя, возможно... Нет. Он правда слишком скучает по этому болвану. Даже несмотря на его постоянные попытки досадить ему и украденный цилиндр. Снежинки продолжают падать с небес, провожая уходящий вдаль силуэт с некоторой печалью...