Все медленно рушится.

      .Неделя в школе тянулась бесконечной серой лентой, ни проблеска нового, лишь привычная, унылая мантра учителей. Сегодня, в пятницу, этот кошмар наконец-то закончится. Впереди — неделя осенних каникул, и от одной этой мысли сердце начинало трепетать. Но где-то в глубине души, словно заноза, ныла предчувствие, что они пролетят так же стремительно, как и начались, оставив лишь горький привкус ускользающего счастья. Этот город снова душил меня в своих депрессивных объятиях. Время ползло, словно раненая улитка, а урок тянулся, словно издеваясь над учениками. Чтобы хоть как-то не задохнуться от скуки, я уставилась в окно, на город, который в любой момент готов был разрыдаться дождем, укутав все вокруг в серую пелену. Но природа за окном манила своей красотой: зеленые леса, как же я мечтала хоть раз вдохнуть их свежий воздух! Но мой отец — коп, и это объясняло все его запреты. Этот лес хранит множество темных тайн, которые так отчаянно пытается разгадать Чарли, но пока безуспешно. Какой-то зверь снова напал на человека, снова слухи, снова отца нет дома. Иногда страх сковывает меня ледяными пальцами: а что, если этот "зверь" нападет на Чарли? Я не могла представить, что его не станет, но коварные мысли, как змеи, заползали в голову. — Мисс Свон? Мы вас не отвлекаем? — раздраженный голос преподавателя, как удар хлыста, заставил меня вздрогнуть. Как раз таки отвлекаете! Я даже не помню его имени, ведь эта нудная литература не вызывала у меня ничего, кроме зевоты. В ответ на его вопрос я лишь промолчала, что его явно не устроило. — Тогда скажите нам, что мы только что читали? Я не могла вспомнить, но и читать я любила совсем не школьную тоску, а захватывающие романы, повести, рассказы. И тут соседка по парте прошептала еле слышно: "Ромео и Джульетта". — Ромео и Джульетта, — пожала плечами я и благодарно улыбнулась… Элис? Маленькая, всегда стильная и модная. Другие, конечно, за глаза называли ее коротышкой, но я так не считала, ведь мы были одного роста. Но почему она мне помогла? Может, благодаря моей сестренке, которая породнилась с ее братом? Можно гадать вечно. — Хорошо, Эмма, садитесь, — одобрительно кивнул мужчина, а я, вернувшись на место, прожигала взглядом спину впереди. Зачем ты мне помогла? Она была очаровательной и доброй, но никогда и никому не помогала, может, я чего-то не замечала? В последнее время в моей жизни стало слишком много Калленов, и это начинало меня раздражать. Особенно Эдвард, который прожигал Беллу взглядом, словно высасывал из нее саму жизнь. Жуть! Но Белла на это лишь отмахнулась, сказав, что это мило с его стороны. Пиздец, да. Жрать взглядом — это, по ее мнению, милота. Сегодня она уезжает с его семьей куда-то играть в бейсбол, вроде. Я не слушала, что она там говорила, просто играть на поле. Но какое-то странное предчувствие не покидало меня, словно должно случиться что-то ужасное. — Белла, только недолго! — крикнула я, зная сестру, она могла провести с ним хоть день, хоть ночь. Однажды я даже видела, как он залез к ней в окно, и они мило беседовали в ее комнате. Романтика, аж тошнит! — Если ты не забыла, это я старшая! — улыбнулась она, напоминая, что старше меня на год. И выбежала из дома, прихватив бейсболку. Зараза. А мне оставалось лишь лениво умирать от тоски в ожидании сестры или отца, кто дольше задержится. От скуки я включила телевизор, но кроме новостей и футбола ничего не работало, потому что Чарли отключил все остальные каналы, чтобы экономить, оставив только то, что интересно ему. А когда он спросил меня, что оставить для меня, я лишь махнула рукой: мол, ничего, я телевизор не смотрю. Но сейчас я пожалела об этом, ведь заняться было совершенно нечем. Времени — вагон, точнее, четыре часа, и я не знала, чем себя занять. Даже в доме убрано и чисто, не говоря уже о посуде, которую помыла сестра. Но есть один выход: посидеть в социальных сетях, в ноутбуке сестры. В комнате Беллы было тепло и уютно, она уже обустроила ее под себя. На столе лежали книги и журналы, а на стуле — гора одежды, которую она не успела убрать. Заветная цель лежала прямо на столе. Подойдя ближе, я взяла ноутбук и быстро вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Когда я зашла в свою комнату, тело покрылось мурашками, а свежий воздух ворвался в легкие. Моя комната совсем не похожа на ее. Но это неважно, осталось разгадать пароль. Дату рождения исключаем, она не подходит. А что насчет… I love Ed Глупо, но обложка и заставка открылись, и мне захотелось захохотать на всю комнату. Настолько тупо, что даже представить сложно. Зайдя в Google, я заметила страницу поиска и странные вопросы: Кто такие квилеты? Апотамкинс история. История вампирского века. Вампиры могут убить тех, кого любят? Холоднокровие опасно? Вампиры история. И больше ничего, только странные вампиры. Неужели моей сестре так интересен "Великий граф Дракула"? Бред какой-то, может, просто стало интересно? Хотя, блин, весь поиск посвящен этим клыкастым и кровожадным. Ладно, у всех свои причуды и странности, хотя это уже перебор. Потом как-нибудь расспрошу. А сейчас я забила в поиске какой-нибудь фэнтези-фильм и начала смотреть, чтобы хоть как-то скоротать время, вместо того чтобы сидеть и думать о всякой ерунде. Не успев досмотреть фильм, я услышала, как в дом вошел Чарли. Я подскочила на месте и радостно спустилась по лестнице: хоть чем-то займусь, приготовлю ужин отцу. Чарли, уставший, сел за стол и коротко улыбнулся. — Ну как поиски? — спросила я без особого интереса, скорее из вежливости, но по его лицу было понятно, что ничего нового они не нашли. — Ничего нового, — вяло пожал он плечами и уставился в одну точку. — Белла еще с ним? — как-то слащаво прозвучало "с ним". Видимо, Чарли тоже не питает к Эдварду особого доверия и уважения. — Да, до сих пор с ним, — я точно так же выделила слово "с ним", отчего отец усмехнулся, потер ладони и принялся есть лазанью. — Вкусно? — присев рядом, я подперла подбородок рукой и наблюдала, как отец с аппетитом поглощает еду. — Очень, это ты готовила? — получив короткий кивок, он улыбнулся. — По секрету, готовка у Беллы не очень-то получается. — начал он, а я лишь покивала головой. Вспомнив, как сестра сварила макароны, которые получились сырыми, или как она приготовила лазанью с сырым мясом, я вспомнила, почему чаще всего готовила я, и Белла была не против. — Сестренке досталось все, кроме золотых ручек и аккуратности, — покачала я головой, вспоминая все моменты, когда она падала на ровном месте. — О да, чем-то она мне напоминает меня в таком же возрасте. А ты исключительно пошла в Рене, такая же непостижимая и в то же время простая. Я не знала, что ответить. Я видела фотографии мамы, и действительно, я была очень похожа на нее, разве что густые брови достались мне от отца, но они были рыжие, как и у мамы, а мимика лица — точно как у Чарли. Все остальное — от матери, которую я совсем не помню. Рене звонила Белле, я это точно слышала и видела, но сестра мало говорила об этом, не хотела меня обижать. Но я слышала, как Рене спрашивала про меня, и от этого что-то больно кололо в груди, и дыхание сперло. — Как ты относишься к Эдварду? — вдруг невзначай спросил Чарли, видимо, ему интересно мнение со стороны. Я долго думала, что ответить. С одной стороны, он жуткий странный тип, но с другой — улыбчивый и застенчивый паренек. Но этот взгляд на Белле она запомнит навсегда. — Он милый? — неуверенность сочилась из моих уст, на что отец хмыкнул. — Они с Беллой любят друг друга, но он бывает странным. — теперь я была уверена в своих словах, ведь я точно видела между ними связь. — А ты как считаешь? — Не знаю, я его совершенно не знаю. Но его отец — очень хороший человек, — пожал плечами отец и направился с бутылкой пива на диван смотреть очередной матч. — А у тебя? Я не совсем поняла вопрос и подняла бровь в знак вопроса, при этом садясь рядом на диван. — У тебя есть ухажер? — прищурился он, а я застыла. С чего вдруг такие расспросы? — Что? Нет, я зациклена на учебе, — кратко ответила я. — Ну так-то Белла тоже приехала сюда учиться, — я хохотнула от фразы отца, а он шикнул, потому что я слишком громко смеялась, и он мог не услышать очередной гол. — А вот и она звонит, похоже, — зазвонил домашний телефон. Вспомнишь солнце — вот и лучик. — Иди уже ответь, а то мешает, — закатив глаза я подошла к телефону. — Алло, семья Свон слушает.

— Эмма.. отец рядом?

Голос в трубке был сбивчивый и напуган. Но она узнала в нем свою сестру. — Нет, он сейчас смотрит матч. Беллз, что происходит? И вообще ты когда домой, время видела? Скажи своему славному пусть везёт тебя, а то плохо ему буде ес.....

— Нет, мне нельзя домой.

— Ты совсем? Что значит нельзя или ты резко забеременела и пытаешься это скрыть. Учти я прикрывать не буду.

— Эмс, слушай меня прошу не перебивай. Тебе нужно собрать вещи и валить из Форкса,как можно быстрее...

— Ты напилась или ушиблась? Сестрица я убью твоего Эдика запомни.

— Это серьезно, Эмма, бери вещи и убегай. Спасайся.

— Да черт возьми происходит? Объяснишь?

— Нет времени, просто поверь потом объясню. Убегай, без вещей скажи отцу незнаю до подруги идёшь, но убегай Эмма прошу, убегай.

В трубе слышится хриплые слёза, от чего по коже пробежали мурашки. — Белла, если это из за него. Я убью его, слышишь? Убью. Едь домой.

— Нет, ст...

Звонок оборвался, словно перерезали нить, связывающую с реальностью. Что это было? Зачем бежать, бросать отца? Интуиция кричала об опасности, о чём-то неладном, но сердце разрывалось от необходимости оставить отца. Она отчаянно хотела верить Белле, верить, что так будет лучше. Накинув на плечо рюкзак с самым необходимым, она спустилась по скрипучей лестнице. — Пап, я к Джессике, — пролепетала она, быстро махнув рукой и выскользнув за дверь. Отец лишь беспомощно открыл рот, не успев ничего сказать. А она бежала, сквозь слёзы, не зная куда, в сторону дороги, бесконечно окруженной тёмным, зловещим лесом. Дыхание сбивалось, страх сковывал всё сильнее. Казалось, кто-то наблюдает, ощущается чужой, недобрый взгляд. Обернувшись, она никого не увидела. Что происходит? Господи… Вдалеке показалась фигура, спокойно идущая по ночной трассе. Это было странно, ведь машины здесь почти не ездили, этот проезд через лес не пользовался популярностью. Сердце бешено заколотилось от ужаса. Вдруг это маньяк, сбежавший из психбольницы? Фигура приближалась, и стало возможно рассмотреть её. Невысокий парень со светлыми волосами, заплетенными в низкий хвост, казался почти добродушным. Но его глаза… они странно светились в свете редких фонарей. — Ты заблудилась? — мужской голос был мерзким, словно выдавленным изнутри. Он пытался казаться приветливым, но получилось лишь отвратительно. Она резко развернулась и побежала в другую сторону, избегая всякого контакта. — Так значит, еда решила поиграть? Еда? Ноги сами понесли её, бег перешел в отчаянный спринт. Но вдруг что-то с невероятной силой ударило в бок, отбросив к стволу дерева. Кажется, сломались рёбра, все кости. Невозможно дышать, она задыхалась. Рёбра сжимали грудь в адской боли, не давая вдохнуть. Что это, чёрт возьми, было? Она попыталась встать с сырой земли, но не смогла, почувствовав полную беспомощность. Этот псих сломал ей всё внутри. — Какая беспомощная, бедная Эмма, — прозвучал жалостливый голос. Брови девушки исказились в немом вопросе и ужасе. Откуда он знает её имя? — Тебе больно? Оу, я не хотел… В его голосе слышалось злорадство, ехидство, отчего становилось ещё хуже. Хотя казалось, хуже уже некуда, адская боль грозила поглотить её сознание. — Такая наивная… Твоя сестра, видимо, не так уж о тебе заботилась, — он выпятил нижнюю губу, а затем придавил ногой её бок. Истошный крик пронёсся по лесной опушке. — Кричи, никто не услышит. — Что тебе нужно, псих? Убей меня уже, давай же! — вопила она, не в силах больше терпеть боль и его тяжёлые, словно стальные, прикосновения. Он усмехнулся, глядя на неё. Она понимала, как жалко выглядит, моля о смерти. — Я буду убивать тебя долго и мучительно. Пока за тобой не придет героиня Изабелла. Болезненный стон сорвался с её губ, когда он снова надавил на рёбра. Затем, закинув её на спину, он побежал куда-то, лишив возможности видеть. Он бежал слишком быстро. Или это от болевого шока всё плывёт перед глазами? Балетная школа… Её она узнает из тысячи. Они с Беллой ходили сюда в детстве. Она помнит, как гордились ими Рене и Чарли. Но сейчас это лишь заброшенное здание, окутанное тьмой. — Потерпи, скоро придут твои спасители от мучительной смерти, — бросив её на пол, он отошёл в другую комнату и начал кому-то звонить. Она напряглась. Он двигался слишком быстро, был слишком сильным для обычного человека. Кто он, чёрт возьми, такой? Демон? Прошло около двадцати минут, а боль становилась только хуже. Она уже вопила на весь зал. Больше не в силах терпеть, она подползла к разбитому окну, взяла кусок стекла и полоснула по вене. Боли почти не чувствовалось по сравнению с той, что разрывала тело. Закинув голову назад, она почувствовала, как мир рушится перед глазами. В этот момент ворвалась Белла, забежала в зал, не заметив её, лежащую у стены. Хрипло прошептав "уходи", она поняла, что сестра её не слышит. Белла шла дальше, к этому психопату, и он швырнул её в стену. Белла увидела в углу сестру, её глаза застыли в немом шоке, а губы исказились от боли. — Она сейчас умрёт, — посмеялся он. — Где же твой спаситель, Белла? Она не могла ничего сказать, так же валяясь на бетоне, хрипло дыша от боли. Но она смотрела на сестру, и в её взгляде читалось отчаянное извинение. — А знаешь, я не дам ей умереть. Я обреку её на вечную жизнь. Как же ты будешь страдать, видя, как твоя сестра превращается в монстра! — он подошёл к ней и взял за окровавленную руку. Что он несёт? Или это бред умирающего сознания? — Нет, прошу, ей всего шестнадцать! — завопила Белла, но ему это лишь доставляло удовольствие. Он поднёс её запястье к своим губам, глядя на Беллу, которая отчаянно мотала головой. Жгучая боль пронзила руку, а затем разлилась по всему телу. Она горела, её тело пылало в огне, но она могла лишь кричать. Мельком она заметила Эдварда и ещё кого-то. Они словно влетели в зал. Кто они вообще? Но сейчас не время думать. — Потушите огонь! — истошно кричала она, а рядом кто-то опустился и что-то говорил, но она ничего не слышала. — Прошу… Всё жжет, она сгорала изнутри, но не могла ничего сделать, только кричать. Мельком она увидела рядом Карлайла, который взял её руку и сделал то же самое, что и этот психопат. И это помогло. Жар отпустил, а разум покинул тело. Наступила пустота.