Часть 10. Прощение

      Они стояли в центре арены, взгляд каждого из них был сосредоточен и напряжён. Жал и Прохиндей, с усмешками на лицах, наблюдали за Нацу и Гажилом, как два хищника, которые видят свою добычу, но ещё не готовы к решающему броску. Их ухмылки были холодными и дерзкими, словно они уже чувствовали себя победителями, уверенные в том, что смогут вывести своих противников из равновесия.       Нацу и Гажил, несмотря на провокации, сохраняли спокойствие. Драгнил чуть приподнял бровь, не выражая никаких эмоций, кроме лёгкой усталости — он был здесь ради одной цели, и ничто не могло его отвлечь. Редфокс стиснув зубы, стоял как каменная статуя, его взгляд был жёстким и сосредоточенным, ни малейшего признака разозленности.       — Как я давно мечтал об этом дне. — Жал ухмыльнулся.       — Ты проиграешь. — Нацу спокойно смотрел Эвклифу в глаза. — И ты точно знаешь, почему тебе не удастся нас победить.       Гажил наконец ухмыльнулся, увидев проблеск страха и опасений в глазах Жала и Прохиндея. — Вы двое знали с самого начала, мы знаем, что знали.       — О чём они говорят? — диктор озвучил вопрос, который был у всех на уме, пока четверо убийц драконов вели свой неопределённый разговор.       — Мы не знали. — блондин прищурился, прежде чем отвести взгляд и сжать кулак. — Сначала не знали. Но да, теперь в курсе. Но это не значит, что мы проиграем.       Нацу невесело рассмеялся, его изумрудные глаза приобрели красноватый оттенок, когда его внутренний дракон вырвался на свободу. — Да, так и есть. Потому что, хотя мы все сражаемся за правое дело, моё значит больше.       — О, да? — брюнет усмехнулся. — И что за дело у Гажила?       — То же, что и у него. — Редфокс мрачно усмехнулся. — Потому что суть его дела чертовски много значит и для меня.       — О чём, чёрт возьми, они говорят? — диктор снова в шоке переспросил.       — Эй, Жал, — Нацу сохранял бесстрастное выражение лица. — Того, за что ты сейчас борешься, недостаточно, и ты это знаешь. Помнишь ту ночь, с которой все началось? Я узнал гораздо больше до этого. Включая твою реакцию.       Гажил скрестил руки на груди. — Мы, конечно, эксперты по сдерживанию, но не хотите ли бесплатный совет? Не стоит.       Глаза Жала округлились. Юкино сказала ему. Он знает, кто она. Он отправится за ней, чтобы добраться до меня!       — И прежде, чем ты разозлишься, — прорычал Нацу. — Просто помни, что мы никогда бы не стали срываться на ком-то, кто не причастен к этому. — его взгляд метнулся к Минерве, прежде чем снова остановиться на блондине. — Мы не монстры.       Глаза Прохиндея расширились от слов Драгнила, и он почувствовал, как Жал расслабился рядом с ним, осознав, что Нацу не просто убеждал Эвклифа, что они не будут преследовать Юкино. — То есть ты хочешь сказать, что эта драка...?       — Это просто часть Игр. — Нацу и Гажил сказали это одновременно, как только прозвучал гонг, и они полетели на них.       Убийцы драконов из Саблезуба не успели среагировать, как их обоих ударили по лицу и отбросили назад.       Толпа, затаив дыхание, следила за этим потрясающим поединком, в котором исход менялся с каждой секундой. В первые моменты Нацу и Гажил, слаженные и уверенные в своих силах, захватили инициативу, уверенно давя на своих противников. Каждый их удар и заклинание казались продуманными, выстраиваемыми в цепочку, в которой не было места для ошибок. Однако, как только сражение стало набирать темп, Жал и Прохиндей, благодаря своей гибкости и опыту, начали выравнивать положение, отвечая на каждый ход соперников с изощренной тактикой.       С каждым моментом ситуация становилась всё более напряжённой, и когда Эвклиф, переоценив свои силы, решил, что победа уже в его руках, он совершил ошибку, налагая мощную печать на грудь Нацу. Печать должна была заморозить его, не давая двигаться и использовать магию. В этот момент многие зрители уже были готовы праздновать победу «Саблезубого тигра». Но, несмотря на замедление, Драгнил не собирался сдаваться.       Через несколько долгих мгновений, когда пространство вокруг него казалось неподвижным и приглушённым, огненный убийца драконов почувствовал, как эта печать теряет свою силу. Он стиснул зубы и, собрав всю свою ярость и решимость, вогнал в неё свою огненную магию. Метка вспыхнула огнём и начала трескаться, и в один момент, с оглушительным взрывом, Нацу уничтожил её. Это было яркое, магическое проявление его силы воли.       Жал, не заметив этого, уже начал предпринимать новый шаг, пытаясь настроиться на финальную атаку, не подозревая, что их противники обрели вновь преимущество. В момент, когда он понял, что Нацу вырвался из-под контроля, было уже слишком поздно.       Драконоборец сжигал остатки печати и почувствовав свободу, он внезапно вжался в землю и рванул в атаку, как ракета. Гажил был рядом, готовый подставить плечо, и вместе они вскоре оттеснили Жала и Прохиндея в защитную позицию. Свежий прилив уверенности и силы наполнил их.       Толпа, наблюдавшая за всем этим, взорвалась от восторга, не веря, что Нацу и Гажил смогли так быстро вернуться в игру и взять верх.       Битва продолжалась с неумолимой жестокостью, каждый удар, каждое заклинание было словно последняя битва. Истребители драконов из Хвоста Феи с каждым разом более уверенные, отражали атаки Жала и Прохиндея, обмениваясь ударами с врагами, будто на арене шла настоящая война. Однако силы их противников были не меньшими.       Жал, привыкший к жестоким сражениям, снова бросился в атаку, его тело двигалось с молниеносной скоростью, и его кулак метнулся прямо в грудь Нацу. Эвклиф наконец-то высвободил свою настоящую силу. Его глаза посветлели, когда магия Дракона наполнила его тело. Несколько мгновений спустя из его рук вырвался разрушительный поток энергии — Сила Дракона, как неистовая буря, обрушилась на арену.       Жал, выпустив весь свой магический потенциал, обрушил мощную атаку, которая в мгновение ока пробила пол арены. Земля раскололась, и огромные трещины поползли по каменному покрытию, оставляя за собой разрушения. Осколки разлетелись в стороны, и на мгновение все затмилось клубами пыли и дыма.       Нацу и Гажил, едва успев среагировать, оказались на грани потери равновесия. Они почувствовали, как земля начинает рушиться под ногами, и прежде, чем успели что-либо предпринять, их тела с сорвались вниз в темную пропасть, образовавшуюся от разрушения. Падение было жестоким - воздух свистел вокруг, а тело, как неуправляемая масса, мчалось в пустоту.       Момент, когда арена погрузилась в тишину, был напряженным, и зрители, казалось, замерли в ожидании - все думали, что Драгнил и Редфокс выбыли из игры. Но тут, как по мановению волшебной палочки, они встали, будто на пару секунд прервали время, и, несмотря на видимые раны стойко стояли на ногах. Даже их противники, Жал и Прохиндей, не могли скрыть своего удивления и замешательства.       — Не может быть... — прошептал Прохиндей, с изумлением наблюдая, как Нацу отряхивает пыль и камни, стоя на ногах, несмотря на мощный удар, который только что разрушил часть арены.       Жал, хоть и пытался скрыть свои сомнения, все же не мог не заметить, как изменилась атмосфера в их бою. Убийцы драконов из Хвоста Феи всегда были непредсказуемыми, но то, что они сделали в этот момент, выходило за рамки возможного.       Несмотря на жестокость боя, ребята нашли момент для короткой паузы, когда началась размолвка - каждый пытался вспомнить точное положение ног Жала для следующего удара. Это было почти комично, если бы не напряжённая атмосфера вокруг.       Нацу бросил взгляд на Гажила, а затем сильным толчком отправил того в ближайшую вагонетку, стоявшую у края. Как только железный убийца драконов оказался в вагонетке, она неожиданно двинулась вниз по рельсам с грохотом. Розоволосый, не теряя ни секунды, вновь повернулся лицом к драконоборцам из Саблезуба.       — Я могу справиться с вами двумя и сам. — он ухмыльнулся.       Истребители бросились на Нацу, используя силу своих драконов, но Драгнил блокировал всё, что они использовали, и всё равно сбил их с ног. Поднявшись, они попытались провести «Ударный Унисон: Клык Света Святого Дракона Тьмы» - разрушительную атаку, от которой ещё никто не уходил невредимым.       Нацу стоял, сосредоточенный и спокойный, его взгляд был прикован к противникам. Весь мир вокруг замер, а напряжение в воздухе было почти осязаемым. В его груди разгорался огонь, и каждый нерв в теле отзывался на его волю, готовый выплеснуться наружу с оглушительной силой. Он ждал, знал, что момент наступит, когда он должен был действовать.       И вот, когда атака врагов уже близилась, когда удар «Ударного Унисона» был на волоске от того, чтобы разорвать его, Нацу внезапно двинулся. С яростным криком, с полным раскрытием своей силы, он воскликнул:       — Секрет убийц драконов! Взрыв разящего пламени!       Как только эти слова сорвались с его губ, пространство вокруг него вспыхнуло огнём. Пламя взвилось в воздух, как дикая стихия, с невероятной мощью разрывая всё на своём пути. Огненная атака, взорвавшаяся изнутри его тела, в мгновение ока поглотила поток магии противников.       Взрыв разящего пламени не просто перехватил атакующий удар, он буквально разнес его. Пламя прошло сквозь «Ударный Унисон», пронзая его как нож сквозь бумагу, и обрушилось на врагов с разрушительной силой.       Он подошёл к павшим убийцам драконов и опустился на колени между ними, зная, что они достаточно в сознании, чтобы слышать его. — Я говорил вам, что вы проиграете, потому что моё дело важнее. — он огляделся, прежде чем снова посмотреть на них. — И, пока не вернулись лакримы, вот ещё один совет: начните защищать то, что принадлежит вам, прежде чем вам придётся мстить.       Жал застонал, но посмотрел на Нацу, гадая, что именно тот имеет в виду.       — Вы не в том положении, чтобы защищать то, что принадлежит вам, и вы можете пожалеть об этом, если не измените ситуацию. — он хмуро посмотрел на них. — Гильдия должна быть семьёй, и любой член вашей гильдии - это просто ваш член семьи. Я планировал вступить в эту схватку, чтобы заставить вас заплатить за то, что случилось с Люси. Она чуть не умерла, а вы двое позволили этому случиться. — Нацу зарычал, глядя, как они вздрагивают. — Вы двое так же хорошо, как и мы, знаете, что, блять, случилось бы, если бы Минерве это удалось. Но не вы причинили ей боль, и я не такой, как Минерва. Я не стану нападать на кого-то только для того, чтобы добраться до другого. — он встал. — Обуздайте свои долбанные инстинкты и ведите себя достойно. Вы двое не плохие люди, это ясно как сраный день. Вы в хреновой ситуации. Так что, мать вашу, исправьте её. Или в следующий раз я не буду сдерживаться. — юноша отвернулся, торжествующе подняв руки, когда комментатор наконец смог разглядеть, что происходит, и объявил «Хвост Феи» победителем битвы, подняв их на первое место с 45 очками, а «Саблезубого» — на второе с 44 баллами.       Когда объявили результаты, Жал не смог сдержать ироничной усмешки. Гажил был прав насчёт того, что одно очко может изменить всё.       Роуг издал низкий стон, боль пронзила его тело, пока он обдумывал слова Нацу. Он сдерживался?!

✧═════════✥ஐ✺ஐ✥═════════✧

      Люси подняла взгляд, когда открылась дверь в лазарет, и мягко улыбнулась ему. — Привет, я рада, что ты вернулся.       Нацу ухмыльнулся, подходя к ней, нежно обхватил её щёки руками и несколько мгновений целовал её. — Ты не спросишь, как прошла битва? — прошептал он ей в губы.       Она подняла руки, чтобы взять его за запястья, и покачала головой. — Мне не нужно. Я знала, что ты позаботишься о том, что принадлежит мне.       Он ухмыльнулся и снова поцеловал её, запустив одну руку ей в волосы, чтобы удержать её голову, пока его язык переплетался с её.       — Эм... Нацу?.. — Венди стояла в стороне, её лицо было ярко-красным.       Он прервал поцелуй и повернулся к девочке, виновато улыбнувшись. — Прости, я забыл, что она здесь не одна. — юноша усмехнулся и повернулся к Люси, поцеловав её в лоб, прежде чем отойти. — Она уже может встать? — спросил он Венди.       — Мне просто нужно использовать свою магию в последний раз, и она полностью исцелится. — Венди мягко улыбнулась. — Но... — она слегка покраснела. — Ей нужно сначала раздеться. — она многозначительно посмотрела на него.       — Не волнуйся, — он ухмыльнулся и откинулся на спинку стула, заложив руки за голову. — Я подожду.       — Черта с два ты это сделаешь! — Люси сердито посмотрела на него, закатила глаза и слегка рассмеялась. — Встретимся в баре, хорошо?       Он преувеличенно вздохнул. — Хорошо. — Драгнил встал и наклонился, чтобы снова поцеловать её. — Я люблю тебя, принцесса.       — Я тоже тебя люблю, мой дракон. — она улыбнулась, глядя, как он уходит. — Венди? Спасибо, что осталась со мной и вылечила, чтобы я могла пойти отпраздновать. — блондинка улыбнулась девочке.       — Не волнуйся, старшая сестра. — небесная убийца драконов улыбнулась и помогла Люси раздеться, прежде чем снова начать её лечить.       — Я просто не хочу, чтобы это тебя утомляло. Знаю, что у нас есть день отдыха перед большим финалом, и мы с тобой больше не в команде, но я не хочу, чтобы ты изнуряла себя ради меня.       Венди подождала, пока Люси закончит, а затем обняла её сзади, уткнувшись лицом в спину Сердоболии. — Я бы миллион раз умерла ради своей семьи. — её голос дрогнул. — Я больше никогда не хочу видеть тебя такой, Люси. Я так испугалась.       Глаза Люси расширились от шока, когда Венди обняла ее, и она повернулась так, что девочка оказалась перед ней, крепко обняв её и поцеловав в макушку. — Прости. — Прошептала она, все еще касаясь губами головы Венди. — Я знала, что моя семья позаботится о том, чтобы со мной все было в порядке. Я знала, что ты убедишься, что со мной все в порядке. — она немного отступила назад, чтобы посмотреть на девочку. — Но мне так жаль, что я напугала тебя, сестрёнка.       Венди вытерла слёзы тыльной стороной ладони. — Обещай мне, что никогда нас не бросишь, Люси. — она жестом подозвала Шарли, которая всё это время молчала.       — Привет, — блондинка опустилась на колени и взяла руку Венди, положив ее на розовый знак гильдии на своей руке, прежде чем прикоснуться к знаку гильдии Венди у нее на плече. — Даже если нам придется на какое-то время разойтись из-за работы или потому, что у жизни другие планы, мы всегда будем сестрами, Венди. — она протянула руку и убрала прядь волос с глаз. — Мы всегда найдем способ вернуться друг к другу, и мы никогда по-настоящему друг друга не покинем. — она поцеловала её в лоб. — Что бы ни случилось, мы навсегда останемся семьёй, я обещаю. — девушка снова обняла Венди, потянулась и обняла Шарли.       — А теперь, — она отпустила их и посмотрела на кошку. — ты хочешь поговорить о том, что с тобой происходит?       Шарли замешкалась, несколько раз открыла рот, прежде чем покачала головой и опустила взгляд в пол. Она не знала, как рассказать о своём предчувствии, что Дворец Цветущего Света: Меркурий разрушится.       — Шарли, — она подождала, пока иксидка снова посмотрит на неё. — Что бы ты ни увидела в своём видении, из-за чего так испугалась, просто помни, что мы здесь, когда ты будешь готова поговорить об этом. — она улыбнулась.       — Спасибо, Люси. — кошка улыбнулась. — Я просто пытаюсь во всём этом разобраться. Я не хочу рисковать и говорить что-то, что может не сбыться или оказаться неправдой.       — Я понимаю. — девушка встала. — Ну что, готовы отпраздновать? — она протянула им руки.       Они обе лучезарно улыбнулись. — Да!       — Тогда давайте пойдём, — Эльфман стоял в дверях и ухмылялся им.       — Эльфман!? — Люси удивленно улыбнулась. — Я не знала, что ты все еще здесь. — она держала Венди за руку, пока Шарли устраивалась на плече небесной убийцы драконов.       — Я собирался пойти в бар, но не хотел, чтобы вы втроем шли одни. — он пожал плечами и придержал дверь, чтобы они прошли вперёд. Некоторое время они шли молча, а потом он вздохнул. — Люси, насчёт той ночи...       — Не беспокойся об этом, Эльфман. — она коснулась его руки и улыбнулась. — И не расстраивайся. Это должно было случиться, и я рада, что это произошло. Только я могу злиться, но я не злюсь, хорошо?       Он вздохнул, прежде чем устало усмехнуться. — Иногда ты слишком хороша для своего же блага.       — Да. Держу пари, она бы даже простила Минерву. — Венди улыбнулась, сжав руку Люси.       — Если она искренне раскаялась, то да. — Люси ответила без колебаний. — Из всех прочитанных мной книг и из наших приключений в реальной жизни я поняла, что почти в каждом злодее есть жертва. Да, их боль не оправдывает их поступки, но, если они искренне сожалеют, зачем нам злиться? — Сердоболия посмотрела на Эльфмана и мягко улыбнулась. — Если бы мы не простили Дождию и Гажила, они не были бы замечательной частью нашей семьи. Если бы мы не простили Лексуса, Мира была бы несчастна.       Венди молчала, обдумывая слова Люси. — Значит, если бы Минерва извинилась искренне и изменила бы своё поведение, мы должны были бы её простить?       — Совершенно верно. — Люси кивнула и тихо вздохнула. — Вы, ребята, не видели того, что видела я. Я видела страх в её глазах, когда сказала, что «Хвост Феи» снова станет номером один. — её собственные глаза затуманились, когда она вспомнила своё детство. — И этот страх был не из-за её гильдии. Она чего-то боится. — девушка стряхнула с себя воспоминания. — Судя по тому, что рассказал нам Нацу, Мастер Саблезубого тигра - порочный и жестокий человек.       — Значит, каков отец, такова и дочь, — пробормотал Эльфман, скрестив руки на груди.       Люси молчала, пока они шли к бару, ненавидя себя за то, что узнала этот взгляд в глазах Минервы. Такие глаза Люси видела в зеркале в детстве, но во взгляде женщины было больше страха. — В каждом злодее есть жертва. — она тихо повторила эти слова. Что бы сделал жаждущий власти мужчина со своим собственным ребёнком, если бы считал его слабым?