Глава 3: Туда, где царствует зима

      Глупые идеи, как известно, становятся лучшими и самыми счастливыми воспоминаниями.       Что ж, из этого Лео мог запомнить лишь одно: он едва ли когда-нибудь снова повторит подобное. Как-то Оселлус рассказала ему, как правильно медитировать. Они пробовали делать это в школе, и Сэндбару вроде даже понравилось. Однако Сильверстрим просто не могла усидеть на месте больше десяти секунд, Йона вообще успела задремать, а Галлус и Смолдер соперничали за то, кто из них догонит ее первым. Чейнджлинг настаивала, что это весьма полезное занятие, которое помогает снять стресс и прочие негативные эмоции, накопившиеся за время учебного дня. Во всяком случае, ей помогало. Лео же не видел в медитации особой пользы, но поддержал подругу, тоже приняв участие в сеансе.       Однако сегодня гиппогрифу в голову пришла замечательная идея: совместить утренние походы на вершину горы Айрис для наблюдения за восходящим солнцем и эту самую медитацию. Ведь что может быть приятнее, чем созерцание чудесного горизонта, пока ветер развевает твою гриву, а в мыслях царит полный покой? Правда, Лео кое в чем просчитался. Разумеется, понял он это уже когда проделал весь путь наверх. Ветер оказался ледяным и обжигал лицо и лапы, как будто огонь наоборот, не говоря уже о том, что нужно было постелить себе что-нибудь потеплее, чтобы не отморозить причинные места.       — Да ну эту вашу медитацию, вообще не работает, — он вздохнул и поднял взгляд.       Из-за самого горизонта выглядывал краешек солнца. Попытки небесного светила выбраться из своего зимнего плена были тщетны. Его лучи скользили по стайкам облаков, окрашивая их в пастельные тона и плавно переходя из мягкого желтого цвета в огненно-оранжевый. Выглядело это действительно потрясающе и вселяло какую-то энергию, жажду жить и встречать новый день. На лице Лео промелькнула улыбка. «Ладно, пожалуй, хоть сходил не зря». К тому же, ему даже не пришлось вставать рано — рассвет зимой наступал гораздо позднее.       — Угадай, кто? — внезапный вопрос и чьи-то лапы, закрывшие глаза, заставили пернатого вздрогнуть всем телом и мигом взбодриться. Он точно был уверен, что пришел сюда один.       — С-сильвер? Давай, ты больше не будешь так подкрадываться, я тут, вроде как, успокоиться пытался, а не сердце на прочность проверять.       — Ну-у, так не интересно! — хихикнув, розовый гиппогриф отстранилась, — ты же будешь знать, что это я.       Лео решил не говорить, что и так бы догадался, кто решил внезапно совершить такое вторжение в его личное пространство. Вместо этого он лишь спросил:       — Ита-ак, что тебя сюда привело?       — Во-первых, я на тебя обиделась, ведь ты не позвал меня с собой, когда сюда пошел. Это же наша традиция! — Сильвер делано нахмурилась и отвернулась, вздернув клюв, — но я могу подумать, если будут извинительные обнимашки.       — Кажется, на уроках говорили, что манипулировать другими — не признак хорошего друга, — Лео усмехнулся и подошел к сестре, — считай, сегодня ты победила.       Он не мог не отметить улыбку, на мгновение озарившую лицо Сильверстрим, прежде чем ее не сменило самодовольное выражение. В конце концов, она сдалась и тоже его обняла.       — Ладно, ты слишком милый, чтобы тебя не прощать. Но на самом деле я пришла сюда не за этим!       Розовый гиппогриф достала из кармана куртки слегка помятый лист бумаги и, нетерпеливо развернув его, ткнула когтем в текст.       — Ты ведь понимаешь, что это значит? Понимаешь? — Сильверстрим приложила кулак к щеке, еле сдерживаясь, чтобы не завопить от радости. Лицо Лео же выражало полное непонимание.       — Эм, Сильвер, я же ничего не увижу отсюда.       Сестра протянула ему лист, который оказался письмом от Йоны. Ее угловатый почерк было трудно разобрать, поэтому гиппогриф предпочитал списывать домашку и конспекты у Оселлус. И все же он сумел прочитать отрывок, в котором говорилось о том, что Йона приглашала их с Сильверстрим к себе в гости. Также упоминалось полярное сияние. Остальное Лео читать не стал и отдал письмо обратно Сильверстрим.       — И это означает…       — Да, Лео! — воскликнула сестра, — мы поедем в Якякистан!

***

      — Значит, Йона зовет нас к себе? — спросил Галлус, когда двое гиппогрифов чуть не сшибли его с ног в стремлении поскорее сообщить о письме, — такими темпами я скоро полсвета повидаю. Кто там у нас следующий на очереди? Смолдер?       — Оу, это тоже звучит, как отличная идея, надо будет обязательно ей предложить! — Сильвер улыбнулась.       Галлус страдальчески приложил ладонь ко лбу, словно вопрошая: «Ну и зачем я это сказал?».       — А тебе письмо почему-то не прислали. Не думаю, что Йона как-то прознала, что ты теперь живешь у нас, — заметил Лео.       — Даже не знаю, наверное, потому, что официально я все еще нахожусь в Грифонстоуне, — хмыкнул Галлус, — видимо, теперь оно обречено проторчать в почтовом ящике Габби до скончания времен. Ну, или меня вообще нет в списке приглашенных.       — Нет, ты есть, — беззаботно ответила Сильвер, заставив грифона скривиться. Он-то наверняка надеялся пролежать весь день без дела, — Йона упоминала всех нас и написала, что будет рада, если мы приедем.       С какой-то стороны, Лео разделял нежелание Галлуса куда-то ехать, и уж тем более так далеко. Да, каникул у них предостаточно, но ведь каждый день на счету. Когда еще он успеет побывать здесь, дома? С другой стороны, пернатого одолевало любопытство, ведь об Якякистане он знал лишь то, что говорила им Йона. К тому же, это отличный повод вновь повидаться с друзьями. И с Оселлус. Пожалуй, ради последнего Лео уже согласился бы на такое приключение.       — Допустим, но когда мы туда поедем?       — Йона предложила увидеться завтра ближе к обеду, — быстро проговорила Сильверстрим и повернулась к грифону с умоляющим взглядом, — Галли, ты же с нами, да?       Несколько секунд тот пытался сопротивляться, всем своим видом показывая крайнее недовольство. Однако в конце концов его защита рухнула, и Галлус вздохнул.       — Однажды эти твои глазки не сработают, попомни мои слова.       — Ну, пока работают, — розовый гиппогриф тихонько усмехнулась.       — Эх, куда я денусь, не одних же вас туда отпускать, иначе завтра от Якякистана ничего не останется, — снисходительным тоном заявил грифон.       — От переизбытка скромности ты точно не страдаешь, — на лице Лео появилась нахальная ухмылка, — что-то не припомню, чтобы ты сказал мне остановиться и не добавлять больше огненного порошка в нашу «чудо-смесь», когда Твайлайт решила отвести нас в лабораторию на своем уроке для парочки опытов.       — Конечно, потому что я был уверен, что одна из принцесс-аликорнов справится с малюсеньким фонтанчиком из искр, — грифон ответил ему таким же наглым взглядом.       Сильверстрим подняла коготь.       — Эм, кажется, ее грива тогда загорелась, и она бегала вокруг стола, крича, какие мы…       — Ладно, оставим этот момент в покое, — перебил ее Лео, хотя и не без улыбки. Поразительно, каким богатым может быть лексикон у принцессы в панике, — значит, решено: выезжаем сегодня ближе к вечеру, и завтра в обед будем в Якякистане.       — Ура-а! Поскорее бы уже завтра! — Сильвер едва ли не визжала от радости.       Лео и Галлус реагировали не столь бурно, но оба понимали: либо их ждет замечательная поездка и не менее великолепный отдых, либо полное разочарование.       Впрочем, как будто когда-то было по-другому.

***

      Первым, что отметили ребята, когда вышли из вагона поезда, стал холод. И не просто холод, а суровый и беспощадный холод, пробирающий даже сквозь самую теплую одежду, которую им удалось отыскать. Разумеется, Йона говорила, что по меркам чужаков у нее дома «немного холоднее, чем обычно». Очевидно, недооценивать ее слова было ошибкой.       — Знаете, что-то мне в поезде так понравилось… — произнес Лео, наблюдая за облачком пара, вырвавшимся из его клюва.       — Раньше я бы, наверное, назвал тебя нытиком, но сейчас вынужден согласиться, — Галлус усердно пытался надеть на лапы перчатки, которые до сего момента считал бесполезными и неудобными.       — Н-ничего, сейчас будем д-двигаться и согреемся, — проговорила Сильверстрим.       — Двигаться куда? — грифон приподнял бровь, — Йона же сказала, куда нам идти, да?       — Вообще, она должна была всех нас встретить, — Лео быстро осмотрелся. Вокруг было много яков, похожих друг на друга. Усложняло ситуацию еще и то, что они не носили никакой одежды, кроме чего-то наподобие большого круглого одеяла на спине и различных мелких украшений вроде колец или ленточек. Самой же Йоны нигде не наблюдалось.       Галлус раздраженно посмотрел вслед яку, едва не сбившему его с ног. Тот даже не обернулся и пошел дальше, громко разговаривая со своим товарищем.       — Ладно, давайте хотя бы выйдем отсюда куда-нибудь, там и решим.       Ребята прошли сквозь массивную деревянную арку, на которой были выцарапаны непонятные символы. К счастью, надпись под ними была вполне читаемой и гласила: «Добро пожаловать в Якякистан!». Йона до сих пор не появилась, и это начало напрягать Лео. Про себя он отметил, что Галлуса такой расклад вполне устраивал. Наверное, потому, что так друзья не увидят, что он вышел из одного поезда с гиппогрифами. Что ж, если он хочет пока держать свой переезд в секрете, пусть так и делает.       Широкая дорога, вдоль которой были расставлены небольшие фонарики, соединенные между собой металлической цепочкой, привела троицу в город. Он резко контрастировал с каким-нибудь Кантерлотом по внешнему виду и атмосфере и скорее походил на гигантскую версию Понивилля. Большинство зданий были одноэтажными, с массивной покатой крышей. Жилые дома в основном состояли из бревен, грубо наложенных друг на друга, что придавало им небрежный, но все же надежный вид — Лео своими глазами видел, как один из яков со всей дури врезался в такой дом, наверное, даже не поцарапав стену. Расстановка архитектуры не блистала грамотностью или упорядоченностью — либо планировщиком наняли самого ленивого яка на свете, либо же они просто решили особо не заморачиваться и оставить все, как есть. Несмотря на это, здесь чувствовался какой-то уют и обжитость, почти как дома. Разве что, гиппогрифы не общались друг с другом так громко — каждый раз у Лео складывалось впечатление, что он слышит поток брани, а не беседу о том, почему пора бы уже подмести у порога.       — Итак, мы отправились на другой конец света, в абсолютно не известное нам место, нас никто не встретил, дорогу нормально спросить мы не можем. Неплохое начало, — сухо проговорил Галлус.       — Я же могу использовать свой кристалл! — догадался Лео.       К счастью, этого делать не пришлось. Со стороны раздался звук, похожий на боевой клич, и гиппогриф, обернувшись, с ужасом обнаружил, что на них со скоростью лавины несется поток неудержимой радости в лице Йоны. Подруга остановилась за долю секунды до того, как Лео пришлось бы собирать себя по частям. А потом сдавила всю троицу в сокрушительных объятиях так, словно те ничего не весили.       — П-привет, Йона, как удачно мы тебя встретили, — прохрипел голубой гиппогриф, чувствуя, как драгоценный воздух его покидает, — ты сама нас нашла?       — Йона просит прощения. Йона провожала других друзей до дома и не успела вернуться. Найти друзей-грифона и гиппогрифов не было сложно. Друзья сильно выделяются! — выпалила як и широко улыбнулась.       — Мы тоже рады тебя видеть, Йона! — воскликнула Сильверстрим, обняв подругу в ответ, — значит, остальные уже здесь?! Здорово!       — Да, Йона покажет друзьям дом, потом друзья смогут заняться чем-нибудь интересным! — с этими словами як развернулась и, кивнул головой в приглашающем жесте, направилась вверх по улице.       — Юху-у! Это будет просто потрясающий день! Мальчики, не отставайте! — Сильвер тут же исчезла в толпе других яков, лишь изредка ее розовый силуэт мелькал среди других фигур.       Лео покачал головой и, убедившись, что Галлус за ним следует, поспешил нагнать девочек. Попутно он старался обращать внимание на мелкие детали, которые упустил поначалу. Йона не соврала — они действительно сильно выделялись на фоне местных жителей. К тому же, судя по всему, гиппогрифов, грифонов, и даже пони в здешних краях видели нечасто. Лео то и дело замечал прикованные к себе любопытные взгляды. Насколько он знал, яки не слишком жаловали чужаков у себя дома, да и вообще на протяжении долгого времени они держались отстраненно и обособленно от других рас. Но, раз уж их пока не растоптали, значит, все в порядке. В школе Лео не раз мельком слышал разговоры учеников о яках. Судя по всему, некоторые считали их дикарями, которые только и делают, что топчут все вокруг. И хотя яки действительно порой вели себя… громко — пернатый искренне недоумевал, почему с соседних гор еще не сошла лавина — у них тоже была своя культура, свои обычаи и цивилизация в общем. О чем вообще говорить, в Якякистане были и библиотеки, и множество ресторанов, и музыкальные школы, и даже театры оперы и балета. У яков!       — Вот это да-а! — пораженно протянул Лео, — здесь, оказывается, не так уж и плохо, а, Галл?       — Не знаю, ежеминутные землетрясения — такое себе удовольствие, — с сомнением ответил грифон, — возьму себе на заметку: никогда не просить Йону поздороваться «как следует».       Гиппогриф проследил за взглядом товарища и увидел двух яков, которые, отойдя друг от друга на несколько шагов, резко сблизились и столкнулись лбами, скрестив рога, а затем оба засмеялись.       — Да уж, один «привет» — и недельная путевка в больницу тебе обеспечена, — он нервно усмехнулся.       Тем временем, ребята подошли к нужному месту. Со скрипом отворив металлическую калитку и войдя во двор, они увидели миленький с виду жилой дом с высоким дымоходом из красного кирпича и крышей, выкрашенной в холодный синевато-серый цвет. Лео также разглядел сарай и несколько продолговатых полукруглых конструкций из прозрачного материала, присыпанных снегом. Вероятно, то были теплицы для различных растений — местный климат явно не подходил для большинства из них. У веранды красовалась куча из досок, деревянных рам, черепицы и прочего строительного мусора, а около нее рядком стояли четыре лопаты.       — Добро пожаловать к Йоне домой! — як толкнула дверь, украшенную гирляндами и пышным венком, и вошла внутрь. Лео, Галлус и Сильверстрим проследовали за ней.       Поразительно, но, хотя дом и выглядел маленьким снаружи и состоял всего из одного этажа не считая чердака, внутри он явно казался больше. Стены были увешаны большими коврами с причудливыми узорами, а шкафы полнились искусно расписанной посудой — тарелками, кувшинами, горшками. Однако самым удивительным оказалось то, насколько отличался интерьер спальных комнат. Заглянув за приоткрытую дверь, Лео обнаружил гитару, лежащую на кровати, стены, пестревшие постерами с изображениями, судя по всему, рок-групп пони и стопку альбомов в блестящей глянцевой обложке. Кто бы там ни жил, он точно увлекался музыкой.       — Это комната Туона, брата Йоны. Туон скоро придет, — пояснила як, заметив интерес гиппогрифа.       Длинный коридор привел друзей в просторную гостиную. В самом ее центре стоял широкий стол, окруженный массивными темно-зелеными креслами, а за ним виднелся камин с дровницей. Своей атмосферой комната напоминала скорее зал для совещаний, чем место для приема пищи или семейных бесед. Однако кресла не пустовали.       — Ребята-а-а! — завопила Сильверстрим, увидев Оселлус, Сэндбара и Смолдер. С быстротой молнии она подскочила к каждому из них, одарив приветственными обнимашками, — я так рада снова вас видеть!       — Воу, я успел отвыкнуть от таких объятий за несколько дней, — Сэндбар усмехнулся, — и здорово по ним соскучиться. Всем привет!       Компания заняла свободные места за столом. На несколько секунд воцарилась тишина.       — Итак, какие у нас планы дальше? — спросил Лео, обращаясь по большей части к воздуху.       — У Йоны много интересных идей! Но пока брат Йоны не вернулся, Йона хотела бы знать, как друзья провели праздники, — ответила як.       Сэндбар подался вперед, взяв инициативу рассказчика на себя.       — Я бы сказал, прекрасно! Сначала я со своими родителями и младшей сестренкой по традиции дождались двенадцати часов дома, подарили друг другу подарки, а потом вышли на прогулку по ночному Понивиллю. Он так сильно преображается к празднику, словами не описать! Столько радостных лиц не увидишь больше никогда в году. На днях там должна открыться ярмарка, будет много чего интересного. Так что, когда мы вновь соберемся вместе, я вам обязательно все покажу.       — Если там не будет драгоценных камней, не заинтриговал, — хмыкнула Смолдер, — у нас все прошло, как обычно: рассказали пару-тройку историй и разошлись. У драконов не принято дарить подарки, но я все же решила разок дать шанс этой вашей праздничной ерунде.       Жеребец хотел что-то ответить, но подруга его перебила.       — В общем, я подарила своему братцу, Гарблу, парочку барабанов, он всегда хотел научиться на чем-нибудь играть, пусть начнет хотя бы с этого, — она заговорщически прикрыла рот ладонью, — видели бы вы его лицо. Он в жизни никогда не выглядел счастливее и сказал, что обязательно придумает, что подарить мне в ответ.       — Ох, Смолди, это так мило! — воскликнула Сильверстрим, сложив обе ладони вместе и прижав к щеке.       — Можем подкинуть ему парочку идей, — хитро улыбнулся Сэндбар, — как насчет того светло-розового платья, на которое ты постоянно засматривалась, проходя мимо витрины бутика?       Дракониха бросила на него испепеляющий взгляд в попытке прикрыть смущение и румянец, проступивший на щеках.       — А что насчет других твоих братьев? Тех, которых ты натравила на нас во время нашей игры в «Подземелья и Драконы», — поинтересовался Лео.       — Эш и Блейз? Да-а, припоминаю такое, — протянула Смолдер, самодовольно ухмыльнувшись, — они всегда мечтали увидеть снег. Ну, знаете, побросать друг в друга снежками, а не камнями, и все в таком духе. Но я пока не придумала, как им его достать.       — Подари им лучше противопожарное одеяло, — пробормотал голубой гиппогриф, — что ж, а мы…       — …Мы просто чуд-десно провели День Согревающего Очага! И день после него! И день после дня после него! Мы собрались всей семьей и ели самую-самую вкусную еду, а потом смотрели, как запускали фейервеки! Мы гуляли почти всю ночь! — Сильвер сделала паузу, чтобы вдохнуть, — это был лучший праздник в моей жизни, ведь с нами был Лео и Г… — она осеклась, едва не упомянув Галлуса, — в общем, мне очень-очень понравилось!       — Полагаю, за меня уже все сказали, — Лео с прищуром посмотрел на сестру, которая лишь виновато улыбнулась.       — Мы тоже хорошо провели День Согревающего Очага, — Оселлус одарила Лео мимолетным взглядом, отчего его сердце пропустило удар, — чейнджлинги празднуют его раньше, чем пони и остальные народы. На самом деле, это второй год после того, как Торакс стал лидером нашего Улья, когда мы можем почувствовать себя по-настоящему свободными. Кризалис позволяла чейнджлингам праздновать лишь… эм, победу. Праздники, особенно придуманные пони, она терпеть не могла.       Компания понимающе закивала.       — Ну а ты как, старик? — Смолдер хлопнула Галлуса по плечу, застав того врасплох.       — Нормально. Я бы сказал, чуть менее паршиво, чем обычно, — сухо ответил он, стараясь не встречаться глазами с Сильверстрим.       — По вашим меркам это, наверное, можно назвать «великолепным» — дракониха обратила внимание на ожерелье, которое грифон забыл снять с шеи, — эй, это же одна из тех штуковин, которые превращают в рыбу. Ограбил какого-то гиппогрифа?       Галлус фыркнул.       — Высокого же ты обо мне мнения.       — А, так это подарок от меня. Лучшему соседу по комнате или типа того, — как можно увереннее сказал Лео, хотя и прекрасно понимал, насколько неубедительно прозвучали его слова. «Галл, ты мой вечный должник».       — Ну-ну, — дракониха ухмыльнулась, но решила не продолжать расспрос.       — Йона тоже хорошо провела праздники! — заявила як, довольная рассказами друзей, — у Йоны не может быть плохо! Йона с семьей построила красивый дом из снега и празднично сокрушила его! Потом Йона заплетала родным косы — у яков лучшие традиции!       На последних словах подруга с силой ударила копытом по столу. Он выдержал, даже не дрогнув, а вот сердце сидящего рядом Сэндбара, должно быть, подпрыгнуло до самого подбородка.       — Сегодня родители Йоны уехали с младшими в другой город к дальним родственникам. Но Йона осталась, чтобы встретить друзей и показать им, как живут яки!       — Йона забыть кое-кого!       Ребята дружно обернулись на звук. Голос принадлежал яку немного более крупного телосложения, чем Йона. На спине у него красовалось то самое «одеяло» черного цвета с узором из красных черепов. Однако такой необычный выбор стиля, если это понятие вообще можно было здесь применить, шел вразрез с бесхитростной улыбкой и добродушным взглядом янтарных глаз, почти полностью прикрытых длинной челкой. Чем-то он походил на Сэндбара — такой же безобидный и беспечный на вид. И для яка он появился на удивление тихо.       — Йона просит прощения, — подруга закатила глаза с едва заметной улыбкой, — это Туон, брат Йоны. Туон остался с Йоной, чтобы познакомиться с ее друзьями.       — И потому, что Туон сильно соскучиться по сестре! — кивнул второй як. В его речи слышался сильный акцент. Он подошел ближе к столу, — Туон рад видеть друзей Йоны!       — Приятно познакомиться, меня зовут Сэндбар, — заговорил земной пони.       Галлус ткнул себе в грудь большим пальцем с самодовольной ухмылкой.       — Галлус, самый крутой грифон во вселенной!       — И самый скромный, конечно же, — Лео покачал головой, — меня зовут Лео. Еще иногда меня зовут ходячей катастрофой и сборником неприятностей, но я не обижаюсь. Так это была твоя комната? Нравится музыка?       — Еще бы! — горячо закивал Туон, — Туон обожать музыку пони! Сородичи Туона считать это странным, но сам Туон мечтать однажды выступать на сцене!       Смолдер усмехнулась.       — У меня тоже вон любитель музыки дома нашелся. Теперь, наверное, день и ночь напролет «репетирует». Меня, кстати, зовут Смолдер.       — А меня Сильверстрим! — воскликнула розовый гиппогриф, — Лео — мой брат. Я обожаю все веселое и потрясное, и, похоже, у вас тут весело и потрясно! А еще мне нравятся ваши одеяла, они очень милые!       — Меня зовут Оселлус, рада знакомству, — чейнджлинг неловко улыбнулась.       — Друзьям пора поторопиться, чтобы все успеть, — сообщила Йона, кивнув в сторону выхода, — друзья отправятся в Снежную Деревню!       — Ух ты, она снежная, потому что состоит из снега, или в ней его особенно много? — спросила Сильверстрим, сгорая от любопытства.       Туон усмехнулся, польщенный таким энтузиазмом.       — Гиппогриф увидеть сам.       Компания направилась в прихожую. Лео страдальчески вздохнул, осознав, сколько слоев теплой одежды ему вновь предстоит надеть. А ведь он только согрелся. Ледяной воздух заставил гиппогрифа вздрогнуть, когда тот вышел наружу вслед за остальными. На улице к тому моменту уже успело стемнеть окончательно. «Интересно, у них действительно так круглый год, как рассказывают?» — задумался Лео.       Широкая тропа, которую когда-то, возможно, можно было назвать дорогой, вилась вверх по склону холма. Вдоль нее тут и там рядами стояли здания с красочными разноцветными вывесками, судя по всему, гостиницы. Их здесь было большое множество, причем, самых разных — от величественных каменных особняков, похожих на миниатюрные замки, до чудаковатых хижин в форме полусферы. Похоже, яки постарались на славу, чтобы каждый приезжий мог найти себе местечко по вкусу. Лео сумел разглядеть в толпе с пару дюжин пони и даже несколько драконов и чейнджлингов. Сам же он поймал себя на мысли о том, что, хоть и чувствовал себя неуютно вдали от дома в столь чужой и непривычной обстановке, все же был рад вновь повидаться с друзьями, особенно, когда это не касалось учебы. Потому пернатый счел лучшим решением взять пример у Сильвер и насладиться тем временем, что у них есть. Тем более, что они уже подходили к нужному месту.       — Друзья пришли! — гордо объявила Йона, повернувшись к компании.       — Ла-адно, допустим, ту часть, что снежная, я увидел, но деревня… — Галлус с сомнением осмотрелся вокруг.       — Снежная Деревня — не совсем обычная деревня, — пояснил Туон, — яки называть так лыжный курорт и выставку ледяных скульптур. Туда друзья и отправляться!       Теперь Лео обратил внимание на очередь из пони и яков, выстроившуюся у входа в здание, построенное целиком из льда, которое он сперва принял за большой сугроб.       — Что ж, это все проясняет, — произнес пернатый. Он не был большим фанатом выставок, но что-то подсказывало, что будет интересно.       Ребята купили билеты в кассе и вошли в ледяную «пещеру». За поворотом оказалось просторное помещение без окон. Единственным источником освещения служили разноцветные гирлянды, которые вились по полу и свисали с потолка. Однако, это, разумеется, не было простой комнатой. На стенах красовалась барельефы, изображающие снежинки и спирали, похожие на потоки воздуха. Они были вырезаны прямо на ледяной поверхности и, учитывая «разрушительную» натуру яков, выглядели весьма впечатляюще. Но внимание Лео привлек граммофон изо льда, стоящий в углу комнаты на небольшом пьедестале. Внешне он почти не отличался от самого настоящего граммофона. Однако его примечательной чертой оказалось не это.       — Ничего себе, он еще и музыку играть умеет?! — Сильвер, похоже, была просто в восторге, хотя ребята едва успели отойти от порога.       — Яки используют магические кристаллы, которые издают звуки разных инструментов, — ответила Йона, — яки делают такую выставку каждый год, и каждый год тема меняется. В этом году темой стала музыка.       — Держу пари, желающих разрушить ее собираются толпы, — негромко сказала Смолдер Галлусу, и оба усмехнулись.       В следующей комнате друзей ждала инсталляция, изображающая двух величественных драконов, которые выдыхали пламя друг на друга. Их массивных тела, изящно изгибаясь, тянулись вдоль стен и занимали почти все пространство. В качестве музыкального сопровождения был выбран ритмичный бой барабанов, отлично придающий картине динамику и создающий впечатление, будто они действительно оказались в самом центре битвы. На Смолдер, похоже, это зрелище произвело особое впечатление, хоть она и старалась не подавать виду.       — Мечатешь к ним присоединиться? — с ухмылкой спросил Галлус, толкнув дракониху локтем.       — Пф, да они мне на мизинец, — подруга гордо вздернула подбородок.       — Да, Смолди нужно лишь подрасти, и тогда она сможет справиться с любым плохим драконом! — беззаботно произнесла Сильверстрим.       — Точно… эй, подожди, что это должно значить?       Смолдер с недовольным видом повернулась к розовому гиппогрифу, но той уже и след простыл.       Следующая комната скорее напоминала широкий коридор. В одной из его стен были сделаны большие углубления, где и располагались «сюжеты» из льда. Первый изображал трех яков, сидящих на бревнах у костра, устремив взоры к звездному небу. Мелодия гитары, размеренная и ненавязчивая, создавала атмосферу уюта и чем-то напоминала Лео их недавний поход. Гиппогриф прошел чуть дальше и увидел небольшой лес. «Земля» была устлана кусочками льда, свет гирлянд отражался от них, добавляя красочности картине. Однако то, что пернатый поначалу принял за ствол дерева, оказалось высоким существом, притаившимся среди ледяных ветвей. В руках оно держало какой-то длинный предмет, судя по мелодии вокруг, флейту.       — Живые деревья? — недоумевающе спросил Сэндбар. Жеребец фотографировал каждый миллиметр, ни на секунду не выпуская камеру из копыт.       — Если не ошибаюсь, это Йемес — персонаж мифологии яков, — ответила Оселлус.       — Верно! — Туон, похоже, был искренне рад тому, что кого-то заинтересовала их мифология, — поговаривать, если вслух похвалить его игру, Йемес украсть вас в лес!       — Ну, играет он действительно неплохо, — подметил Лео.       Рядом хмыкнул Галлус.       — Сомневаюсь, что он украл бы тебя надолго. Вернет через пару минут ради своей же безопасности.       Гиппогриф пожал плечами с хитрой ухмылкой.       — Имеем, что имеем.       Сюжет последней картины был более абстрактным. Она состояла из множества линий и фигур, хаотично переплетающихся друг с другом. Это не выглядело, как шедевр, но давало простор воображению. К тому же, Лео боялся даже представить, сколько времени ушло на то, чтобы создать что-то подобное. Мелодия напоминала игру на бокалах. Похожую можно было услышать на Поющих Холмах.       Вдоволь налюбовавшись, ребята вошли в большой зал. Неоновая вывеска на стене гласила: «Джаз». Именно этому жанру музыки и были посвящены все скульптуры здесь: Лео увидел саксофон, контрабас, барабаны, тромбон и даже рояль. Стены пестрели постерами с группами яков и пони, а также нотами, сделанными в мельчайших деталях. Здесь ребята слишком долго не задержались и через несколько минут продолжили исследовать музыкальный лабиринт.       Лео и не заметил, как быстро пролетело время. Хорошо, что Галлус и Смолдер, вышедшие наружу первыми, дали понять, что они провели на выставке ледяных скульптур целый час. Однако гиппогриф ничуть не жалел о том, что посетил это замечательное место. После джазовой комнаты их компания разделилась, и каждый осматривал экспозиции в своем темпе. Лео увидел еще несколько сюжетов из мифологии яков и даже услышал парочку их народных песен. Правда, большую часть слов он не понял.       Собравшись у выхода, ребята принялись обмениваться впечатлениями. Разумеется, самой счастливой осталась Сильверстрим. Они с Сэндбаром задержались внутри еще на какое-то время, чтобы сделать больше фотографий. Розовый гиппогриф пообещала Йоне, что обязательно вернется сюда в следующем году, и что ей уже не терпится узнать, какой будет тема новой выставки. Лео и Оселлус тоже получили от прогулки лишь положительные эмоции. Особенно, учитывая тот факт, что они провели большую часть времени вместе. Галлус и Смолдер же обошлись простым «пойдет», хотя Лео уже давно научился понимать, когда грифон считал что-то по-настоящему интересным. И эта выставка вполне претендовала на звание таковой.       — Йона предлагает друзьям немного отдохнуть, — обратилась к ребятам як.       — Я была бы не против, — ответила Оселлус, поплотнее укутавшись в шарф, — мне кажется, или стало холоднее?       — Да, ветер стал сильнее, — кивнул Сэндбар, — бр-р, согреться действительно не помешает.       — Ну-у, так быстро домой? Мы ведь только начали! — запротестовала Сильверстрим.       — Не переживать, Туон отвести вас в баню. Бани яков — самые лучшие, таких больше нигде не найти! Там вы быстро согреться и продолжить гулять, — заверил их брат Йоны.       Ребята спустились немного вниз по склону к небольшим деревянным домикам, стоящим аккуратными рядами. Лео уже видел такие, когда они с Сильверстрим и Галлусом прогуливались по городу, и сперва принял их за жилые. Из дымохода каждого из домов шел дым — похоже, бани пользовались здесь большой популярностью. Йона когда-то рассказывала о них, однако гиппогриф тогда не слишком внимательно слушал.       — Значит, ты можешь прийти сюда и принять водные процедуры, если тебе лень идти до дома? Или это что-то наподобие сауны?       — Гиппогриф почти прав. Все желающие приходить, чтобы помыться, освежиться или расслабиться. Но бани яков посуровее саун, как и подобает якам. Друзья понять, когда увидеть, — усмехнулся Туон.       Домики были разделены на две секции — мужскую и женскую. Потому Лео, Сэндбар и Галлус последовали за Туоном, а девочки остались с Йоной. Точного времени встречи никто не назначил, однако все сошлись на мнении, что сорок-пятьдесят минут будет достаточно. Внутри банный домик состоял из трех комнат — небольшой прихожей с парочкой кресел и столом, за которым сидели двое яков и разговаривали друг с другом, комнатой, отделявшей парную от этой прихожей и не выпускающей тепло наружу, и, собственно, парной. Само помещение выглядело чистым и ухоженным. Кроме того, здесь было тепло, и это радовало Лео больше всего. Поход в баню для местных, судя по всему, являлся чем-то вроде ритуала, со своими правилами и нюансами. Либо так, либо только Туон был настолько одержим этим занятием.       — Дядюшка Афьид, это Туон! — провозгласил брат Йоны, отворив массивную дверь парной.       Воздух внутри был горячим и влажным. Пахло смолой и травами. Почти треть помещения занимала каменная печь. Именно из нее и исходил жар. Вдоль стен стояли широкие двухъярусные скамьи, а в центре комнаты располагался длинный стол, видимо, для массажа.       — О, привет Туон! Ты сегодня позже, чем обычно, — басовитым голосом произнес один из яков. Помимо него в комнате сидели двое взрослых жеребцов и еще двое яков. Судя по их бурному приветствию, они тоже были знакомы.       — Туон привести друзей! Это друзья Йоны — Лео, Галлус и Сэндбар. А друзья Йоны — друзья Туона!       — Хех, приятно познакомиться, полагаю, — неловко проговорил Лео, — у вас тут… уютненько.       Он лишь надеялся, что у яков не принято как можно крепче обниматься при знакомстве. Иначе в этом мире станет на одного гиппогрифа меньше — «дядюшка Афьид» выглядел так, словно был способен сломать пополам ствол столетнего дуба, даже не напрягаясь.       — Это отлично, старина Афьид всегда рад видеть новых посетителей! В честь этого надо бы поддать жару! Никто не возражать? — спросил Афьид у яков и пони, сидящих на скамьях.       Камни в печи яростно зашипели, испаряя воду, брызнувшую на них. Из духовки комната превратилась в настоящую плавильную печь. Даже несмотря на то, что Лео предварительно ополоснулся и надел шапку, ему, привыкшему к мягкому и приятному теплу Источников, приходилось несладко.       — Ну что, вы как? — обратился он к Галлусу и Сэндбару, сидящим рядом.       — Чувствую себя грифоном-гриль, — отозвался пернатый, — мне кажется, у меня обгорели кончики перьев.       Сэндбар приподнял кончик шапки над глазами.       — Я ходил в спа-салон в Понивилле. Но сауна там и близко не стоит с этим. Я едва могу дышать.       — Освежать, да? — задорно произнес Туон. Он сидел на верхнем ярусе, где жар был самым сильным, что, впрочем, совсем его не волновало, — как насчет массажа яков?       — Н-не знаю, — нервно усмехнулся Сэндбар, — Йона уже однажды демонстрировала мне его… Моя спина этого не оценила.       — Так вот, откуда были те крики… — понимающе произнес Галлус.       — Не стесняться. Афьид — знаток своего дела, — заверил старший як, — после массажа точно почувствовать себя лучше!       — Ладно, тогда вперед, дружище, — Лео похлопал жеребца по плечу, пока тот с обреченным видом поплелся к столу. «Надеюсь, травмпункт недалеко», — добавил он про себя.       — Говорить, если будет неприятно, — предупредил Афьид, занеся копыта над спиной Сэндбара.       — А что, может быть неприя-А-А-А!..       От вскрика жеребца задрожали даже оконные рамы. До сего момента Лео и подумать не мог, что друг вообще способен брать такие высокие ноты. Однако як продолжал свою работу, как ни в чем не бывало. Грифон и гиппогриф переглянулись. Во взглядах обоих читалось лишь одно: «я туда не пойду». Земные пони вообще были достаточно прочными ребятами, и даже такой массаж едва ли сильно навредит. А вот за себя Лео переживал. Еще он переживал за девочек: неужели и их настигла подобная участь? А что насчет Оселлус? Бедняжку же буквально сломают.       — Знаешь, не так уж тут и жарко, — проговорил пернатый, надеясь, что это не прозвучит, как намек на то, чтобы добавить еще больше жара.       — Уже согреться? Давайте Туон попарить вас! — предложил младший як.       — Э-это как? — спросил Лео, боясь услышать ответ.       — Это как массаж, только вениками из веток разных деревьев. Никогда не делать такого раньше?       Грифон и гиппогриф отрицательно покачали головами. Такая реакция почему-то только обрадовала Туона.       — Значит, у Туона быть лишняя практика! Смелее, это хорошо расслаблять!       Некоторое время друзья спорили о том, кому предстоит пойти первым, и в конце концов Лео принял неизбежную судьбу и лег на скамью. «Если массаж, значит, не должно быть так уж плохо, — подумал он. После чего перевел взгляд на Сэндбара, — хотя тут я, наверное, поторопился с выводами».       Поначалу действительно было приятно. Туон обмахивал его двумя вениками, смоченными водой. Однако затем он стал хлестать его ими по спине. Лео всерьез засомневался в том, что як не принес раскаленных прутьев — настолько нестерпимым был жар. К счастью, продлилось сие действо недолго, и вскоре пернатого отпустили в соседнюю комнату выпить чаю и остыть. Через десять минут к нему вышел и Галлус. Он выглядел, как выжатый лимон, и едва стоял на ногах.       — Объятия Сильвер недостаточно тебя закалили, как погляжу, братишка, — усмехнулся Лео.       — Твоих комментариев мне сейчас как раз не хватало, — буркнул грифон и сел рядом.       Ребята дождались Сэндбара и Туона, обсудили впечатления от сегодняшнего дня и прочие мелочи, затем вернулись в парную, чтобы полноценно помыться. Выйдя из бани, Лео, к своему удивлению, действительно почувствовал себя свежее, как будто заново родился. Правда, теперь он совсем раскис и не хотел никуда идти. На улице их уже ждали девочки.       — А вот и вы! Ну что, как все прошло? — воодушевленно спросила Сильверстрим.       Троица обменялась утомленными взглядами.       — Крайне необычный опыт, — сухо произнес Галлус.       — Смолди поспорила, что сможет просидеть в раскаленной парной дольше яков, представляете! — гиппогриф повернулась к подруге. Та гордо выпятила грудь.       — И я просидела бы там хоть до утра, если бы они сами не признали поражение.       Лео приподнял бровь.       — Огнеупорная чешуя, хм? Ты очень честный игрок, Смолдер.       — Мы — драконы. Хитрость у нас в крови, — она махнула лапой.       — А я ног не чувствую, — Сэндбар осмотрел все свои конечности, чтобы убедиться, что они все еще на месте после живительного массажа, — уже девять, и, если честно, идти никуда особо не хочется.       — Согласна, — кивнула Оселлус, — похоже, поход в баню забрал всю мою энергию. Прости, Сильвер.       — Ну во-от, — протянула гиппогриф, обреченно взмахнув лапами и понурив голову, — мы ведь почти совсем нигде не были!       Йона положила копыто подруге на плечо.       — Сильверстрим не стоит волноваться. У яков есть еще одна лучшая вещь — полярное сияние! Друзья лучше всего увидят его с Источников.       — У вас тоже есть Источники? — с интересом спросила розовокрылая.       — Кажется, я читала про них, подала голос Оселлус, — в землях яков геотермальные источники встречаются довольно часто, и вода в них очень теплая без надобности в подогреве.       — Проще говоря, тут они настоящие, — хмыкнул Лео, — как по мне, вполне неплохое завершение дня. Мы обязательно приедем сюда как-нибудь еще, а сегодня почему бы не расслабиться… эм, еще разок? Что думаешь, Сильвер?       — Ла-адно, уговорили, звучит и вправду заманчиво. С вами я совсем разленюсь, — хихикнула гиппогриф.       — Тогда все за Йоной! — скомандовала як, и друзья последовали за ней, предвкушая приятное времяпровождение.       Дорога до источников заняла около двадцати минут. Холод взбодрил Лео, однако эта бодрость не продлилась долго, и усталость накатила с него с новой силой. В какой-то момент он даже испугался, что ненароком приляжет отдохнуть прямо на снегу. К счастью, беседа с друзьями поддерживала в нем достаточно сил, чтобы всерьез не задумываться над такими мыслями. Сами источники можно было описать, как оазис среди снегов. В сущности они представляли собой большие бассейны воды с искусственными островками суши в отдельных местах и деревянными мостиками, их соединяющими. На берегу также стояли шезлонги, но Лео не был уверен, что ими кто-то пользовался. Над самой поверхностью воды вилась дымка, которая даже придавала бы источникам немного таинственности, если бы здесь не было столько народу.       — И ч-что, п-прямо без одежды идти т-туда? — спросила Оселлус, дрожа, как осиновый лист на морозе. К тому моменту ребята уже оставили все свои вещи в домике и собрались на улице.       — Чейнджлинг же не будет плавать в куртке, — усмехнулся Туон, — сейчас Туон показать, как надо делать! Разойтись!       С этими словами як как следует разбежался и прыгнул в воду «бомбочкой», вызвав большую волну и целую тучу брызг. Затем он всплыл и помахал ребятам, приглашая к себе присоединиться.       — Если хочешь, могу помочь, — Лео приподнял крыло, чтобы накрыть им подругу, однако в последний момент Йона схватила чейнджлинга и взгрузила себе на спину.       — Не переживать, Йона не даст Оселлус замерзнуть!       — Но, вообще-то, я собирался… — Лео поднял коготь и медленно опустил его, обреченно смотря вслед двоим. Он ощутил чье-то прикосновение к спине — Сильвер приобняла его своим крылом.       — Еще как-нибудь поможешь, — сестра улыбнулась, — а пока я помогу тебе.       — Спасибочки, — буркнул голубой гиппогриф, нахмурившись.       Внезапный вскрик за спиной заставил пернатого обернуться, чтобы обнаружить Галлуса, который в мгновение ока очутился у берега и не задумываясь нырнул в воду. Сопровождалось это громким смехом Смолдер.       — Ты… ты еще получишь за это! — угрожающим тоном произнес грифон, смахнув хохолок, закрывший ему глаза.       — А что, ты шел слишком медленно, вот я и подумала, что немного снега на спине растормошит тебя. Но чтоб настолько… — дракониха усмехнулась и сама вошла в воду.       Лео как можно скорее последовал их примеру, и наконец приятное тепло окутало все его тело. Каждая частичка его существа будто весь день ждала именно этого момента. Что ж, теперь можно по-настоящему расслабиться.       — Ох, лучшего завершения дня я и представить себе не мог, — пробормотал пернатый, лениво перебирая лапами под водой, — теперь и выходить не захочется.       Сэндбар согласно кивнул.       — Да, мне кажется, мы здорово провели время вместе. Жаль, что в следующий раз увидимся уже в школе.       Лео посмотрел на Галлуса. «Ну, кто в школе, а кто дома».       — Только не напоминай, — вздохнула Смолдер, — я только успела привыкнуть к ничегонеделанию.       — Друзья всегда находят что-то интересное, найдут и в этот раз! — заявила Йона.       — Да! Я слышала, как директриса Твайлайт разговаривала с завучем Старлайт о какой-то школьной поездке. Это будет просто потрясно! — Сильверстрим просияла.       — И не забывай про общую партию в «Подземелья и Драконы», Лео. Мы все еще помним! — Сэндбар укоризненно посмотрел на голубого гиппогрифа. Тот поднял лапы в защитном жесте.       — Эй, эй, я тоже об этом помню. Дискорд вообще не слишком признает такое понятие, как «договориться», если речь не идет о его интересах. Сделаю, что смогу.       — Друзья, смотреть наверх! — воскликнул Туон.       Ребята подняли взгляды и ахнули. Звездное ночное небо взорвалось яркими огнями. В основном преобладали оттенки зеленого, но также мелькал и фиолетовый, и даже красный цвета. Они двигались, плавно перетекая друг в друга, словно на невидимом полотне, развеваемом ветром. Выглядело так, будто сама природа решила устроить свой собственный фейерверк и показать, что она тоже может посоперничать с придумками простых смертных.       Возможно, идея этой поездки действительно подарила им столько хороших воспоминаний потому, что была глупой. Что ж, ради таких воспоминаний Лео готов претворить в жизнь сколько угодно глупых идей. Ведь их у него еще полно.