Глава 4: Любить и быть любимым

      Стоял жаркий летний день.       Галлус поднял взгляд на небо и тут же, зажмурившись, прикрыл глаза ладонью — на небе не было ни единого облачка, поэтому солнце палило беспощадно. Песок под лапами казался раскаленным, а сам воздух нагрелся настолько, что им стало почти невозможно дышать. И в довершение всего — вокруг не было ни одного дерева или камня, чтобы спрятаться в их тени. Конечно, ведь им захотелось прийти именно на этот пляж…       Галлус нахмурился. На миг в его разум закралось сомнение. Пляж? Как он вообще сюда попал и что здесь делает? Ах да, это же была идея Сильвер — показать ему этот пляж. По ее словам, здесь было удобнее всего заходить в воду. Грифон огляделся. Странно, почему тогда здесь больше никого нет? «Наверное, потому, что по такой жаре купаться не ходят, — вздохнув, подумал он, — и зачем только я на это согласился?..». Самой Сильверстрим рядом тоже не оказалось. Должно быть, она решила сходить окунуться, пока Галлус разбирал их вещи, стелил покрывало и наносил на шею, спину и плечи крем от загара, чтобы не превратиться в пережаренный тост.       Пернатый подошел к берегу и позволил прохладной воде коснуться его лап. Внезапно до его ушей донеслось пение. Нежное и мелодичное, казалось, оно проникало ему в самую душу. Разумеется, долго угадывать владельца такого прекрасного голоса не было нужды — Галл не спутал бы его ни с каким другим. И все же…       — Сильвер, заканчивай уже ерундой заниматься. Позвала меня сюда в такую жару, а сама что?       Грифон с упреком посмотрел на парочку больших камней, торчащих из воды, надеясь, что из-за них покажется розовая мордашка. Однако ответа, да и вообще какой-либо реакции не последовало. Галлус страдальчески застонал и вошел в воду по колено. С другой стороны, охладиться бы тоже не помешало. Тем не менее, поведение подруги отнюдь его не радовало.       — Сильвер, я делаю это в первый и последний раз только ради тебя, ясно?       Слушая чарующий голос морской пони, Галлус не заметил, как вошел в воду почти по плечи. Он сделал еще один шаг и едва не потерял равновесие — дно резко обрывалось вниз на добрые пару метров. «Удобный заход, говоришь? Ну, Сильверстрим…» — грифон закатил глаза. За неимением лучшего он все же решил доплыть до камней. И хотя расстояние до них было совсем небольшим, это не убавляло чувства тревоги, которое нарастало в душе Галлуса всякий раз, когда лапы не ощущали под собой твердой земли. Да и вообще лучше не смотреть вниз — глубина здесь наверняка приличная. Стоило ему подплыть к камням почти вплотную, как пение резко прекратилось. Послышался хитрый смешок и всплеск. На прежнем месте Галлус закономерно никого не увидел. «Да она надо мной издевается!».       — Сильвер, что ты!..       Он не успел закончить фразу, как что-то внезапно схватило его за шею и утащило под воду с огромной силой, даже не дав вдохнуть. В панике грифон извивался всем телом, размахивал лапами, пытаясь высвободиться из плена. Тщетно — хватка напавшего была на удивление крепкой. С каждой секундой заветная поверхность становилась все дальше, а надежда Галлуса на спасение стремительно угасала. Он захлебывался водой. Он слабел.       В последний момент перед тем, как тьма поглотила его, грифон успел разглядеть розовые плавники, обхватившие его шею, а знакомый голос прошептал на ухо: «добро пожаловать домой».

***

      Галлус резко открыл глаза, судорожно хватая клювом воздух. Убедившись, что это лишь сон и ему не угрожает внеплановое погружение под воду, он вздохнул и уронил голову на подушку. Затем решил повернуться на другой бок, чтобы размять затекшие крылья и спину, но вдруг осознал, что не может этого сделать. Виной тому оказалась Сильвер, положившая ему голову на плечо. Каким-то неведомым образом они очутились вместе на одном диване в гостиной, так еще и вдобавок кто-то «заботливо» укрыл их одеялом. Грифон уставился на потолок, в уме проворачивая все фразы, что должным образом выразят его недовольство по этому поводу. И быстро понял, что думал совсем о другом. Что-то странное творилось с ним после приезда из Якякистана. Он стал каким-то нервным и дерганым, часто замыкался в себе. Порой доходило до того, что он вообще забывал, что ему сказали секунду назад. И нет, это не «синдром грифона» или что-то подобное. Здесь было что-то иное. И не последнюю роль в этом играла Сильверстрим. Галлус поймал себя на том, что несколько раз провел лапой по ее гриве, что покоилась у него на плече, мягкой и нежной, словно бархат. Пернатый заставил себя остановиться. Что он делает? Он не может, не имеет права… Галлус вновь представил себе ее лицо, задорную улыбку, которая всякий раз заставляла его сердце совершать кульбиты в груди, жизнерадостный взгляд ее фиолетовых глаз. Он понял, что не может выкинуть их из головы, как бы ни пытался. Ему хотелось видеть их каждый день. Но ему также хотелось, чтобы Сильверстрим об этом знала. Отчаянно хотелось. По крайней мере, чтобы не тешить себя надеждой в случае, если она не испытывает того же в ответ.       Теперь грифон боролся с желанием поспать еще хотя бы полчаса. В доме наверняка прохладно, а здесь так тепло… К тому же, он почему-то был уверен, что Сильверстрим тоже не будет против. Он попытался высвободиться из объятий подруги, однако та крепко обхватила его лапой и с каждым движением лишь сильнее прижимала к себе. В конце концов, он решил, что еще немного вздремнуть — не такая уж и плохая идея. Да и ребра ему пока нужны целыми — эти гиппогрифы с их ненормальной силой. «Но я делаю это только потому, что не хочу разбудить Сильвер. Да, именно по этой причине!». Кивнув самому себе в знак согласия, Галлус поправил подушку и закрыл глаза.       В меру счастливый сон прервал разговор в соседней комнате, за которым последовали звуки шагов и открывшейся двери. Пернатый хотел было их проигнорировать, однако вспомнил, в каком положении сейчас находится, и резко поднял голову только чтобы увидеть две пары лап, принадлежавших высокому гиппогрифу с золотистым оперением. Принцесса Небесная Звезда. Галлусу стало до того неловко, что он всерьез подумывал накрыться одеялом и надеяться, что его не заметят.       — Ой! Простите, я не знала, что вы здесь, — она смущенно улыбнулась, — я вовсе не хотела вас будить…       — Все в порядке, сестренка, мы как раз собирались вставать! Сегодня я позволила себе поспать немного подольше, — Сильвер потянулась и повернула голову, отчего ее грива закрыла Галлусу почти все лицо.       Подруга грациозно соскользнула с дивана, быстро обняла сестру и обернулась к грифону.       — Ты ведь тоже встаешь, Галли? Или еще поспишь немного?       Пернатый протер глаза ладонью, прогоняя остатки сна. Поразмыслив, что и так провалялся в кровати достаточно и даже больше, он молча помотал головой.       — Отлично! Тогда я быстро сбегаю наверх и приведу себя в порядок, а потом придумаем, чем сегодня займемся! — с этими словами Сильверстрим подмигнула им и выпорхнула из комнаты.       Галлус постарался занять себя чем-то полезным и принялся поправлять одеяло и подушки на диване, чувствуя на себе взгляд принцессы. Несмотря на проведенное вместе время ему до сих пор было некомфортно находиться рядом с ней. Хотя поведение Небесной Звезды едва ли выдавало в ней королевскую особу — в этом они с Сильверстрим были очень похожи — Галлус почему-то был уверен, что за этой энергичностью и жизнерадостностью скрывается жесткость и суровость, как у ее матери, королевы Ново. Возможно, он недостаточно усердно делал вид, что расправляет складки на одеяле, потому что гиппогриф внезапно решила к нему обратиться:       — Галлус, можно с тобой поговорить?       — Эм, конечно, принцесса, — ответил грифон, простой вопрос заставил его напрячься, — о чем?       Небесная Звезда вмиг посерьезнела и подошла почти вплотную.       — Моя сестра, может, и выглядит наивной, но она все прекрасно понимает. Как и я. Сильверстрим доверяет тебе больше, чем ты думаешь, Галлус. Она старается видеть во всем только хорошее, но ее сердце легко ранить. Надеюсь, ты тоже это понимаешь и не допустишь такого.       Гиппогриф была выше него на целую голову, оттого выглядела еще более угрожающе. Пронзительный взгляд ее голубых глаз так и говорил: ослушаешься — пойдешь на корм акулам. Галлус кивнул, сглотнув. Выражение лица Небесной Звезды тут же смягчилось.       — Эй, что ты… О, море, видел бы ты свое лицо! Расслабься, я же не угрожать тебе пришла, — она хихикнула и приобняла грифона крылом, — и тебе вовсе не обязательно называть меня принцессой, мы же теперь семья!       Галлус уставился куда-то вдаль, не до конца осознавая, что вообще происходит. К превеликому счастью, вернувшаяся Сильверстрим спасла его от продолжения неловкого разговора.       — А вот и я! Ну что, готовы здорово провести еще один день?       Наскоро позавтракав, ребята принялись перебирать и обсуждать идеи интересного времяпровождения. Обычно Галлус не проявлял инициативы в подобных разговорах и предпочитал обходиться кивками или коротким «не-а». Первой в голову пришла мысль найти Лео, ведь, как бы пернатому ни хотелось порой сказать обратного, здесь голубой гиппогриф приходился ему самым близким из тех, кого можно было бы назвать другом. Однако комната Лео и Террамара пустовала. Галлус не помнил, чтобы кто-либо из них обмолвился о планах на сегодня, и не имел ни малейшего понятия, где они сейчас могут быть.       — Лео и Террамар? Я встретилась с ними незадолго до того, как зайти к вам, — Небесная Звезда призадумалась, — они куда-то очень спешили. Сказали, это надолго, так что можете их не ждать.       Сильверстрим слегка поникла, прижав ушки. Затем с надеждой подняла взгляд на сестру.       — А что насчет тебя? Ты же пойдешь с нами?       — Я бы с радостью, но у меня… эм, сегодня уже есть дела. Руби и Винд Твист помогают моей маме с Жемчужиной, а ей зачем-то понадобилось мое присутствие. Виридиан и Тайдл Вэйв, кажется, тоже говорили, что будут заняты, — золотистый гиппогриф положила лапу на плечо совсем погрустневшей Сильвер, — почему бы вам не сходить на Поющие Холмы вдвоем? Галлус ведь так и не побывал там с осени. Могу подсказать вам особенно живописные места.       — Точно! И как я сразу до этого не додумалась! — розовокрылая просияла, — спасибо, сестренка, ты лучшая!       Гиппогрифы усмехнулись и обнялись. Галлус же не был уверен, как реагировать. Прогулка наедине с Сильверстрим… Он уже давно мечтал о возможности провести с подругой немного времени. Может, он даже сможет поговорить с ней о том, что так долго терзает его душу, и чему он никак не найдет объяснения. Если, конечно, ему хватит смелости. Ведь в последнее время он чувствовал себя крайне неловко в компании Сильверстрим. Всякий раз будто бы из ниоткуда появлялось странное волнение, которое путало мысли и не на шутку раздражало Галлуса. Слова Небесной Звезды вновь всплыли у него в голове: «она все прекрасно понимает». Что вообще имела в виду принцесса? Что бы ни имела, ситуацию это не облегчало.       День действительно обещал быть интересным.

***

      А в голове Лео, тем временем, назревал хитроумный план.       Вместе с Террамаром, Винд Твистом и Виридианом они собрались в доме у последнего, в самом укромном уголке библиотеки. Голубой гиппогриф уже не раз задавался вопросом, зачем брату вообще библиотека, ведь он ни разу не видел его, проводящего время за чтением. Как оказалось, дело было в Амарант, маме Виридиана и Тайдл Вэйв, которая нашла себе хобби в коллекционировании разных сортов пыли, удобно и красиво рассортированных по полкам да так и оставленных на веки вечные потихоньку срастаться с деревом вокруг. По крайней мере, этим можно было бы перед кем-нибудь похвастаться, хотя Лео сомневался, что наличие библиотеки сильно впечатлит кого-либо, кроме Твайлайт и, пожалуй, Оселлус. Как бы то ни было, сюда редко кто захаживал, поэтому лучше места для тайных переговоров было не сыскать.       — Итак, ты позвал нас сюда для?.. — спросил Виридиан. Темно-зеленый гиппогриф лениво барабанил пальцами по столу. Вид у него был скучающий.       — …Для очень важного дела, не сомневайтесь! — бодро начал Лео, — как вы знаете, а может, и не знаете, Галлусу нравится Сильверстрим, а Сильверстрим нравится Галлус. Так вот, моя задумка состоит в том, чтобы помочь им с этим вопросом. Скажем так, подтолкнуть их в нужном направлении       — Проще говоря, ты хочешь устроить им свидание? — предположил Винд Твист. Судя по приподнятым бровям, он явно был удивлен. Голубой гиппогриф кивнул с самодовольной улыбкой.       Террамар рассеянно потер клюв.       — Я, конечно, предполагал нечто подобное… Допустим, но как ты планируешь это сделать?       — Держу пари, так же, как и со своей подружкой-чейнджлингом. Оселлус, если не ошибаюсь, а? — Виридиан усмехнулся и посмотрел на Лео.       — Н-нет, у нас было немного иначе. Оно… само как-то получилось, — до пернатого дошла суть вопроса, — а откуда ты…       — Поверь, братец, это было ясно, как день. Да и не думаю, что она приехала к нам на День Согревающего Очага просто чтобы еще раз увидеть гору Айрис.       — Ладно! — прервал Лео и вздохнул, — сейчас не об этом. Не сомневайтесь, у меня все хорошо спланировано. Наших подопечных ожидает безмятежная прогулка по заснеженным Поющим Холмам, что может быть романтичнее? Наш «тайный» агент должен подсказать им дорогу, нам же остается лишь приготовить все для подходящей атмосферы и проследить, чтобы ничего не пошло не так. Проще простого!       — Звучит не так уж плохо. А что, если они пойдут туда не вдвоем? — поинтересовался Винд Твист.       Лео поднял вверх указательный палец.       — Об этом я тоже позаботился, Галлус и Сильвер будут там наедине друг с другом. Еще вопросы?       — Да, что именно ты хочешь для них приготовить? — подал голос Террамар.       — Думаю расчистить для них одну из тропинок. Она ведет к пригорку, с которого открывается чудесный вид на северную долину. Примерно в том же направлении мы как раз недавно ходили в поход. Еще там есть небольшие качели, которые тоже придутся очень кстати. Соорудим там что-нибудь, чтобы согреться, и будет замечательно. Ну, и напоследок я подумал, что Винд Твист мог бы сыграть для них что-нибудь на скрипке, — Лео посмотрел на малинового гиппогрифу, — ты же, вроде как, умеешь?       — Очень посредственно, — неуверенно ответил тот, — но разве это не будет подозрительно? К тому же, есть и мелодия самих Холмов, зачем тогда я?       — И все же возьми скрипку на всякий случай, мало ли.       — Да уж, идеи у тебя — одна лучше другой, — хмыкнул Виридиан, — склоны там довольно высокие. Не думал, что они могут попасть под лавину?       Лео лишь отмахнулся.       — За кого вы меня принимаете? Если они пойдут, куда надо, ничего с ними не случится. Вряд ли кто-то в своем уме будет ставить качели там, где его может накрыть волной снега. Все, хватит разговоров, пора за работу!       Покинув дом и раздобыв нужный инвентарь, ребята направились в назначенное место. По плану Небесная Звезда должна занять Галлуса и Сильверстрим на какое-то время, однако им все еще нужно быть предельно осторожными, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания. По приходе, как и договаривались, они расчистили длинный участок занесенной снегом по колено тропинки. Это заняло много времени, за которое Лео несколько раз почти пожалел о своей затее, но вовремя вспомнил, ради кого старается. Братья тоже старались изо всех сил, за что пернатый был им бесконечно благодарен. Наконец, дойдя до холма, гиппогрифы расчистили территорию вокруг качелей и поставили рядом металлическую урну с поленьями внутри. Она послужит источником тепла как минимум на час с небольшим. Для надежности ребята также украсили ближайшие деревья гирляндами из кристаллов, предварительно взятыми из дома.       — Хм, а тут действительно красиво, — Террамар невольно засмотрелся на горизонт и пейзаж, открывшийся перед ними.       — А то! Если признаваться кому-то в чувствах, то только здесь, — Лео усмехнулся, — берите на заметку, у вас еще все впереди!       — Давайте еще раз все обсудим, — обратился к компании Винд Твист, — мы наблюдаем за Галлусом и Сильверстрим с деревьев на протяжении всего их пути, а затем и на обратном. В случае чего подаем сигналы кристаллами, так?       Голубой гиппогриф кивнул.       — Напрямую общаться мы не сможем. Ракушкофона у нас пока только два, забирать их у Галла я не стал. Моего кристалла хватит на один-два раза, так что действуем, исходя из возможностей. Виридиан, не забудь подать сигнал красным кристаллом, когда услышишь признание, мы на тебя надеемся.       — Принял, не подведу! — отдал честь брат.       — Наконец-то что-то по-настоящему интересное, давайте сделаем это! — воскликнул Террамар.       Четверо гиппогрифов торжественно стукнулись кулаками, дополнив это радостными возгласами.       — Отлично, а теперь все по местам! — скомандовал Лео, и через мгновение на поляне никого не осталось.

***

      — А потом ее остается лишь еще раз высушить и нарезать ломтиками!       На протяжении последних двадцати минут Сильверстрим рассказывала Галлусу о прелестях морской флоры. Конкретно, о ламинариях — съедобных водорослях, как их выращивают, собирают и готовят. Поразительно, но даже о таких простых вещах подруга говорила увлеченно, как если бы это была захватывающая история или легенда. В первые дни знакомства с ней грифону совсем не понравилась ее привычка болтать без умолку о чем попало. Однако теперь ему казалось, будто он может слушать голос Сильвер… не вечно, но точно дольше, чем раньше. Все-таки избежать головной боли важнее, чем во всех подробностях узнать, какого милого жучка она сегодня увидела на подоконнике.       — То есть, вы собираете мокрое, чтобы высушить его, снова намочить, еще раз высушить и только потом съесть? — Галлус усмехнулся.       — Зато получается очень вкусно, почти как чипсы у пони! Или как соленое печенье! Тебе точно стоит их попробовать, не пожалеешь! — уверенно кивнула розовый гиппогриф.       За беседой ребята не заметили, как покинули город гиппогрифов и достигли Поющих Холмов. До сих пор у Галлуса в голове не укладывалось, как вообще работало это место. Он не был единорогом или тем более аликорном, чтобы почувствовать магию вокруг себя, но почему-то пребывал в твердой уверенности, что именно она играла здесь решающую роль. По-другому и быть не могло, эта вездесущая магия преследует тебя, куда бы ты ни пошел, больше раздражая, чем помогая — чего только Дискорд с его вечными розыгрышами стоит. Что ж, во всяком случае, магия здесь явно отличалась от таковой в, скажем, Вечнодиком Лесу: не такая враждебная и непредсказуемая. Скучно, да, но по-своему привлекательно. Ради эксперимента Галлус попробовал мысленно «сменить» мелодию, слышимую отовсюду. К его удивлению, это сработало, хоть и не сразу — похоже, Поющие Холмы действительно подстраивались под настроение каждого посетителя. Тогда он решил пойти дальше и стал убеждать себя в том, что мелодия ему не нравится. Однако звуки не прекратились. Более того, грифон обнаружил, что просто не в силах испытывать негативные эмоции по отношению к ним. Казалось, его разум противился самой мысли об этом. «Жуть…».       — Жаль, что Небесная Звезда не пошла с нами, — задумчиво произнесла Сильвер, — но все же спасибо ей за то, что подсказала такую хорошую идею и уделила нам немного времени!       — А-ага, я полагаю… — Галлус решил не упоминать их короткий разговор. Ему до сих пор было не по себе от того, каким тоном принцесса произнесла те слова.       Внезапно грифон ощутил, как Сильверстрим потерлась своим крылом о его крыло. Слегка смутившись, он вопросительно посмотрел на подругу.       — На самом деле, я даже рада, что мы пошли сюда вдвоем, — показалось ли ему, или ее голос прозвучал чуть более взволнованно, чем обычно, — мы даже могли бы нарисовать вместе какой-нибудь пейзаж, как в школе!       — Сегодня я бы обошелся простой прогулкой. Да и прошлую картину мы так и не закончили.       Сильверстрим тихонько хихикнула.       — Ах, да, синева, точно. Конечно, сегодня просто погуляем. Как-нибудь в следующий раз. Кстати, говоря о прогулке… — она повернулась к грифону с взглядом, от которого сердце того забилось чаще, — могу показать тебе свое секретное место, если хочешь. Оно тут совсем недалеко!       Галлус сглотнул ком в горле. Из-за внезапного волнения ему было все труднее подбирать слова. Непринужденная беседа о всяких мелочах помогла ему сохранить самообладание. Однако теперь, смотря в бездонные глаза Сильверстрим, он чувствовал тревогу. Он, гордый грифон, который вообще не имеет права чего-либо бояться.       — Все в порядке? — обеспокоенно спросила подруга, подойдя ближе. Она была очень чуткой к любым переменам в настроении окружающих и могла легко распознать наигранные эмоции. «Соберись, болван!».       Едва заметно вздохнув, Галлус ответил как можно более спокойно:       — Да, абсолютно. Так… где, говоришь, твое место? Я не вижу других тропинок, кроме этой.       — Оу, точно! Нам сюда, — гиппогриф расправила крыло и указала им куда-то вглубь леса. Если она о чем-то и догадалась, то виду не подала.       Терзаемый противоречивыми чувствами, Галлус последовал за ней.

***

      — ЧТО ЗНАЧИТ «ОНИ ПРОПАЛИ»?!       Лео потрясенно уставился на расплывчатое изображение Террамара по другую сторону заклинания «окна». Двадцать минут он неподвижно сидел на ветке своего дерева, внимательно наблюдая за тропинкой, по которой должны были пройти Сильвер и Галлус. Однако парочка все никак не появлялась. Более того, Террамар долго не подавал сигнала о том, что они миновали хотя бы его, и это с каждой минутой усиливало беспокойство голубого гиппогрифа. В конце концов он решил использовать заклинание в своем ожерелье превращения, хотя и понимал, что припас его на крайний случай. Что ж, видимо, с крайним случаем Лео не прогадал. Однако этот факт никак не умалял досады, что камнем легла у него на душе. Ведь он просчитал все, так почему его план вдруг стал трещать по швам?       — Что случилось, ты их видел? — нетерпеливо спросил Лео, надеясь, что брат упустил парочку исключительно по невнимательности.       — Да, они шли по тропинке к тебе, о чем-то болтали, но… я отвернулся всего на секунду, а их уже нет! Я подумал, что они просто прибавили шагу, и не стал вас беспокоить.       Голубой гиппогриф страдальчески вздохнул и потер лапой лицо.       — Может, просто улетели?       — Хлопков крыльев я не слышал, — Террамар виновато опустил взгляд, — мы… облажались?       — Спокойно. Я сейчас приду к тебе, и мы вместе их поищем. Они не могли пропасть просто так. «Так только я умею» — подумал про себя пернатый и продолжил, — Винд Твист и Виридиан пусть пока остаются на своих местах — мало ли, вдруг Сильвер и Галл вздумают вернуться. А ты смотри внима…       Лео не договорил, услышав громкий шум со стороны склона. Повернув голову, он остолбенел с раскрытым клювом. Судя по полному ужаса взгляду Террамара, он тоже это увидел.       — О нет…

***

      Галлус поморщился, когда ему в лицо прилетела очередная ветка. Вот уже несколько минут они с Сильверстрим пробирались сквозь стену деревьев в неизвестность. Не то чтобы он не доверял подруге, но идея свернуть с тропинки Дискорд знает куда не показалась ему хорошей. Оставалось лишь верить, что она действительно знает дорогу. В противном случае прогулка может затянуться до вечера.       Грифон был поглощен своими мыслями. И все они крутились вокруг нее — Сильверстрим. Всегда жизнерадостная и готовая прийти на помощь даже такому безнадежному недоумку, как он. С момента их первой встречи подруга ни разу не выказала раздражения, разочарования, осуждения, ненависти — да вообще ничего негативного по отношению к нему. Даже когда Галлус вел себя… не лучшим образом, когда позволял себе дерзить, а его речь сочилась ядовитым сарказмом, она не отреклась от него. От этого грифон чувствовал себя еще хуже за свои прошлые поступки, и все же…       Сильверстрим была полной противоположностью любому грифону. Никакой лжи, двуличности, притворства для собственной выгоды. Она не позволяла себе даже голос повышать, разве что, если не хотела выразить свою радость или восхищение по какому-нибудь поводу — тут уж она совсем не сдерживалась. Больше всего Галлус любил Сильвер за ее искренность и открытость, за то, что она приняла его таким неидеальным, каким он был, и помогла сделать шаг в нужном направлении. Любил…       Это слово резким уколом отдалось в его сердце. Уже долгое время грифон хотел поговорить с подругой о чувствах, что не дают ему покоя. Возможно, она и сама подозревала о чем-то подобном, но не наседала на Галлуса с вопросами, за что тот был ей безмерно благодарен. Время шло, и лучше не становилось. Наоборот, тугой узел завязывался в животе пернатого даже после простого «доброе утро». Ему пришлось приложить огромные усилия, чтобы не выглядеть сентиментальным недоразумением после сегодняшнего пробуждения. «А есть ли в этом что-то плохое?». Он неосознанно произнес эти слова у себя в голове голосом Сильвер. Впервые за долгое время он распробовал эту мысль, всеръез над ней задумался, а не отбросил в ту же секунду. Ощутив легкий жар на щеках без явной причины, Галлус поспешил отвлечься вопросом:       — Долго еще? Я не планировал обойти весь лес.       Сильверстрим хихикнула.       — Прояви чуточку терпения, мы почти пришли!       Через пару минут ребята ступили на небольшую прогалину, в центре которой стояли два дерева. Их стволы переплетались в причудливой манере, создавая отличное место, чтобы посидеть и понаблюдать за чудесным видом. А он действительно был чудесным. Громадные скалы, покрытые снегом, вздымались ввысь с одной стороны, в то время как с другой ровными рядами выстроились сотни деревьев, и все это ярко блестело в свете дневного солнца.       — Ого, здесь действительно неплохо! — Галлус пожалел, что проспал большую часть уроков красноречия профессора Рарити. Она-то наверняка придумала бы что-то покрасивее.       Сильвер кивнула.       — Мне тоже здесь нравится! Обычно я прихожу сюда одна, когда хочу отвлечься от чего-нибудь. Но я всегда хотела привести с собой еще кого-нибудь, разделить этот момент… — щеки гиппогрифа подернуло румянцем, что окрасило их в темно-розовый цвет.       — Ну, сегодня у тебя есть я, — неуверенно произнес Галлус. Подруга покраснела еще сильнее. «Я сказал что-то не то?».       Вместе они вскарабкались на «обзорную площадку» и устремили взоры вдаль. Грифон не заметил, как придвинулся поближе к Сильверстрим, почти ощущая ее дыхание даже сквозь куртку. Он перестал пытаться понять, что с ним творится, и решил просто поддаться этому таинственному наваждению. Розовый гиппогриф совсем не была против. Наоборот, она внезапно прижалась к нему боком и положила голову ему на плечо. От неожиданности Галлус испугался, что свалится с дерева. К счастью, этого не произошло, но вокруг почему-то стало жарко.       Время потеряло для них смысл. Казалось, этот момент мог длиться вечно. За всю свою не самую простую жизнь Галлус никогда бы не подумал, что хотел, чтобы так и было. Но волнение не собиралось его отпускать, нарастая с каждой секундой. Его душу окутало сильное желание. Желание произнести те самые заветные слова, за которые в Грифонстоуне пернатого тут же окрестили слабаком и размазней. В голове пронеслись слова Лео, что не давали ему покоя: «Поверь, потом может быть поздно». Их гиппогриф украдкой сказал ему в Якякистане. Они были правдивыми, Галлус это прекрасно знал. К тому же, все складывается идеально: он и Сильвер вдвоем, никто не портит их идиллию своим внезапным появлением или дурацким приглашением куда-нибудь на другой конец света. Но грифон не мог найти смелости, чтобы все высказать. Он боялся.       — Знаешь, Галли, — начала Сильверстрим, заставив сердце пернатого биться в три раза быстрее, — мы могли бы… приходить сюда вместе, если хочешь.       — Конечно, сочту за честь, — глупо усмехнулся тот. Куртка показалась еще теплее.       Внезапный грохот заставил обоих встрепенуться. Краем глаза Галлус заметил какое-то движение сверху. Он обернулся и пораженно уставился на скалу с раскрытым от шока клювом. На них с огромной скоростью надвигалась лавина!       — Бежим! — прокричала Сильвер, схватила грифона за лапу и, спрыгнув с дерева, понеслась подальше от снежной волны. Лапы застревали в глубоких сугробах, куртки и шарфы цеплялись за острые ветки, но желание выжить пересиливало подобные неудобства.       Несомненно, лучшим решением было бы просто взлететь, но в такой панике и холоде крылья отказывались слушаться. Ребята бежали что есть сил, однако стихия нагоняла их слишком быстро. Наткнувшись на глубокий овраг, они мигом нырнули в него, прежде чем лавина пронеслась сверху, занеся все снегом.       Галлус открыл глаза. Вокруг было темно, лишь тусклый свет его кристалла на шее позволял увидеть хоть что-нибудь. Однако худшее было не это. Волна ужаса накатила на грифона, когда тот осознал, что заперт в снежной тюрьме, почти не способный двигаться. Паника стала нарастать в его разуме, а сердце колотилось с бешеной скоростью. Галлус часто задышал, чувствуя, как потихоньку лишается рассудка, но мысль о Сильверстрим заставила его собраться с мыслями. Хотя бы попытаться.       — Сильвер, ты здесь? — собственный голос надломился от напряжения, но грифон не обратил на это внимания. Подруга не откликнулась.       Галлус судорожно стал вспоминать, чему их учили на уроках касательно подобных ситуаций. Для начала он раскопал небольшое пространство перед своим лицом и бросил горстку снега, чтобы выяснить, где верх. Какая к Тартару разница, если он не может помочь Сильверстрим?       — Силь… воу!       Кто-то схватил его и с силой потащил в сторону. Грифон не самым грациозным образом шлепнулся на твердый пол.       — Ой, прости, я не хотела! — быстро произнесла розовый гиппогриф, помогая ему встать. Вид у нее был крайне встревоженный, — ты в порядке? Я знаю, ты не очень любишь замкнутые пространства…       — Все в порядке, главное, ты цела, — Галлус мягко обнял Сильверстрим. Та удивленно моргнула, но охотно ответила на объятия.       Отстранившись спустя минуту, грифон осмотрел место, в котором они оказались. Небольшая пещера, уходящая вглубь узким коридором. На стенах висели бирюзовые лианы, излучавшие тусклый свет, которого едва хватало, чтобы что-либо увидеть. На этом все. Итак, у них было два варианта — попытаться прокопать себе путь сквозь стену снега или исследовать пещеру дальше. Второй вариант Галлус отмел сразу — хватит с него панических атак на день. Первый вариант тоже был глупым — они даже на знают, как глубоко находятся.       Однако грифона волновало совсем иное. В его душе вдруг вспыхнула искра. Искра надежды, что вот он, тот самый момент, которого он ждал всю жизнь. Либо сейчас, либо никогда. Либо победа, либо провал и вечный позор. Ему нужно лишь собраться с мыслями. «Просто возьми и скажи ей… возьми и скажи… да, парочка слов, плевое дело, что может пойти не так?». Галлус взглянул на свои лапы — те тряслись, словно при лихорадке. Кисточка его хвоста нервно подергивалась из стороны в сторону, а взгляд блуждал по всей пещере. Он представил на секунду насмешливые взгляды от Смолдер или от других грифонов, вечные поддразнивания Лео. А что насчет ее родителей? Как они отреагируют, когда узнают, что их дочь водится с грифоном без имени, без прошлого, грифоном, у которого нет ничего, кроме него самого, Галлуса? А что, если она просто отвернется от него, перестанет общаться? Что, если скажет «нет»?       — Сильвер, я хотел бы поговорить…       — Как же так, лавины у нас случаются очень редко! — с досадой произнесла Сильверстрим, проигнорировав грифона. Тот задышал еще чаще, жар на лице стал почти невыносимым.       — Нам правда нужно…       — Может, попробовать прокопать проход самим? Или все же подождать помощи… Знаю! Я могу использовать ожерелье! Снег — это же почти как вода…       — Сильвер, подожди!       Галлус схватил подругу за плечи и развернул к себе. Взгляд ее фиолетовых глаз заставил его сердце сжаться в отчаянной попытке выпрыгнуть из груди. «Она прекрасна… к черту, что думают другие!».       — Я… я давно хотел с тобой поговорить. Это прозвучит странно, но… Еще с того момента, как мы стали вместе рисовать, с того момента, как ты по-настоящему раскрыла мне глаза на мир, со мной происходило что-то странное. Я был так благодарен тебе за то, что ты не отреклась от меня даже после… нашего не самого удачного знакомства и всего, что я вытворял. Но со временем я стал ощущать что-то другое, что-то большее, чем благодарность. Чувство тепла, что разносилось по всей моей груди, когда я видел тебя, входящую в класс, или когда ты просто говорила мне «привет».       Галлус услышал, как Сильверстрим ахнула, но продолжила внимательно слушать.       — Каждый раз я пытался убедить себя в том, что чувство ненастоящее. Может, это дурацкая шутка судьбы или Эквестрийская магия. Однако я снова и снова возвращался к мысли… что не могу представить свою жизнь без тебя. Даже когда нас разделяют по группам на уроках… мне кажется, будто от моей души отрывают частичку, и на ее месте остается лишь пустота. Пустота, которая заполняется, стоит мне увидеть тебя, твою улыбку, вновь услышать твой голос. Это… в новинку для меня, и я не знал, как на такое реагировать. Я не решился спросить совета, да и не у кого… Но теперь я понял, что… что просто не в силах скрывать…       Грифон запнулся, осознав, сколько всего наговорил. Но отступать было уже поздно.       — Я люблю тебя, Сильвер.       Подруга посмотрела на него непонимающе, затем ее лицо озарила улыбка. А еще оно стало на несколько оттенков темнее и поразительно приблизилось по цвету к фиолетовому. Галлус почувствовал, как стучит кровь у него в ушах. Щеки горели, грозясь вспыхнуть по-настоящему. Он поспешил добавить:       — Это… должно было быть более романтично, в другой обстановке! Не то чтобы я что-то в этом смыслю, но, по крайней мере не… так.       Галлус был готов к тому, что подруга посмеется над ним или назовет идиотом, к любой реакции. Главное — ему хватило духу произнести эти слова.       — Я так давно ждала этих слов, — почти шепотом произнесла Сильверстрим. Ее дыхание стало отрывистым, она… всхлипывала?       — Знаю, я звучу, как приду… стоп, что?       Теперь настала пора уже Галлусу удивляться. Он поднял взгляд и посмотрел в глаза Сильверстрим. В них стояли слезы.       — Галлус, — подруга взяла его ладонь в свои, — еще никогда в жизни… я не была такой счастливой.       Гиппогриф говорила искренне, такого ровного тона в голосе пернатый еще никогда у нее не слышал. Она продолжила:       — Знаешь, еще в первый день нашего знакомства я поняла, что ты не такой, как остальные грифоны. Чем больше я с тобой общалась, тем больше в этом убеждалась. Ты умный, добрый и верный. С тобой я чувствую себя собой, чувствую себя… в безопасности, и… Я тоже люблю тебя, Галлус!       Подруга крепко обняла грифона, уже не пытаясь сдерживать слезы. Даже он несколько раз шмыгнул носом, тронутый таким жестом. Галлус обнял ее в ответ, потершись щекой о ее гриву. Так парочка и простояла целых пять минут, лишь редкие всхлипы Сильвер развеивали тишину. Грифон же заботливо поглаживал ее по голове. Наконец, они с неохотой отступили друг от друга, оба покрасневшие, но крайне счастливые.       — Отчасти можешь поблагодарить за все это своего непутевого братца, он… помог мне быть немного смелее, — Галлус улыбнулся кончиком клюва.       — Правда? Здорово! Обязательно поблагодарим, как только выберемся отсюда, — Сильвер неловко усмехнулась и указала когтем на грудь грифону, — я только заметила: наши кристаллы! Если сложить их, получится сердце! Смотри!       Гиппогриф приложила их кристаллы друг к другу.       — Вообще не похоже, — Галлус покачал головой       — Да ну тебя, зануда! — Сильверстрим хихикнула и ласково потерлась своей щекой о его щеку.       — А еще… тогда, на песенном конкурсе, да и вообще с тех пор я все хотел сказать тебе… что у тебя потрясающий голос. Ты прекрасно поешь! — произнес Галлус, покраснев с новой силой.       — Спасибо, твой голос тоже замечательный! Если хочешь, могу делать это чаще.       Грифон усмехнулся. Да, он точно этого хотел.       Еще какое-то время они смотрели друг другу в глаза с мечтательными улыбками.

***

      — Ты уверен, что видел их здесь?       Лео, Виридиан, Винд Твист и Террамар собрались около рядов поваленных деревьев, перемешанных с тоннами снега. Каждый выглядел встревоженным и разочарованным — их план не просто не сработал, так еще и пошел на ГИГАНТСКУЮ смарку! Если им не удастся найти Галла и Сильверстрим… не хотелось об этом думать.       — Да, я как раз взлетел, чтобы разведать с воздуха, они точно прыгнули в овраг где-то здесь! — отчеканил Виридиан.       — Тогда тащите лопаты, будем копать хоть весь день, но нам нужно их найти! — скомандовал Лео. Он был расстроен больше всех, в том числе и из-за своей беспомощности — заклинание в кристалле до сих пор не восстановилось.       Ребята сработали на удивление быстро — в считанные минуты им удалось выкопать довольно глубокую яму. Очередной взмах — и лопата Лео проделала сквозное отверстие в снежной стене. Гиппогриф заглянул внутрь и обомлел…       Первое, что он понял, когда увидел Галлуса и Сильверстрим: поцелуи клювами выглядят до жути странно. Но мило. Второе — он определенно завидовал и решил, что обязательно попросит Оселлус о том же при любом удобном случае. Лео не смог сдержать хитрой ухмылки. Ему не хотелось прерывать парочку в такой момент, но не мог же он заставить их просидеть здесь весь день.       — Что у тебя тут? — спросил Террамар, остальные спрыгнули в овраг следом за ним. Голубому гиппогрифу достаточно было лишь кивнуть в сторону пещеры.       — Уважаемые пассажиры, конечная! Выходим!       Реакция парочки была бесценной. Оба подскочили, вмиг став на несколько тонов краснее, и обернулись на звук.       — Вовремя… — буркнул Галлус, пряча взгляд.       Сильверстрим просияла.       — Мальчики-и! Вы не представляете, как мы рады вас видеть! Нам сто-о-олько нужно вам рассказать, и, эм… Винд Твист, зачем тебе скрипка?