Глава вторая. Провокация.

— Извините?! — Виктория прижалась к спинке стула и сдвинула брови, явно крайне негодуя. Её горевание по ситуации с родителями сменилось беспокойством за себя, что в общем не было чем-то нездорово-эгоистичным. — Вы первая в списке, по совершенно очевидным причинам. Вас бурно обсуждали на собрании, как и обсуждали то, что бы сделал каждый из Пожирателей, попадись ему возможность владения «дочерью Итана Карте». Вы ведь знаете, кем был ваш отец в кругу Лорда? — Почему «был»? Он ведь жив! — Я уже объяснял вам, что это, вероятно, не самое удачное развитие событий для него. Лорд хочет отыскать предателя. Помните Игоря Каркарова? — Помню, его же убили за… предательство? — Именно. Его поймали, и, будьте уверены, его смерть совсем не была быстрой и безболезненной. — Но зачем им искать моего отца? Он в другой стране, разве его наличие так важно для Воландеморта? — Не называйте его имени! — отрезал Снейп и сжал кулаки. Девушка обратила на это внимание, но не успокоилась, — Это для него дело принципа. Лорд не успокоится, пока не получит то, что хочет. — Я не боюсь его имени. Он как маленький ребёнок, который потерял игрушку и хочет, чтобы все вокруг поразбивали себе лбы о стены, но нашли её! — Девушка стукнула по подлокотникам и впилась в них пальцами. — Вы можете не бояться чего угодно, хотя ничего не боятся только дураки! — Директор был рассержен, девушка это чувствовала. Становилось страшно, — Я уверен, вас к ним причисляли не раз, но вот эта татуировка, — Снейп одернул рукав и показал девушке левое предплечье, не обращая внимания на её выпученные от ужаса глаза, — реагирует на его имя! И, если вы сейчас же не заткнетесь, я перенесу нас к нему, и вы попробуете назвать его по имени лицом к лицу. Посмотрим, на сколько вас хватит! Девушка замолчала и успокоилась, вжавшись в кресло. Мисс Карте знала: Снейп человек слова, и он действительно мог сделать нечто подобное. Она мысленно оставила себе пометку тщательнее выбирать выражения в разговорах с ним. — Через неделю в Австрию отправляется группа Пожирателей Смерти. Это какое-то личное помешательство Тёмного Лорда на предателях, его люди обязаны будут найти и уничтожить Итана Карте, чего бы им это не стоило. — Я не понимаю… к чему вы клоните? — Всё вы понимаете, мисс Карте. За исключением того, что я не желаю Итану зла. — Вы знаете, где он? — Нет. Тем не менее, у меня гораздо больше шансов его найти, чем у делегации Лорда. — Почему он не отправил туда вас? — Моя репутация более, чем чистая. Туда отправляют провинившихся и желающих выслужиться, — Снейп тяжело выдохнул, — Сейчас меня больше беспокоит команда надзирателей. Я слышал фамилии девушек, которых собираются обречь на это, но… никого более полезного, чем вы, там нет. Девушка сдвинула брови в негодовании. — Полезных для чего? Это крайней степени неадекватность! Я не понимаю, зачем… Тёмный Лорд мешает образовательному процессу. — Неадекватность, — согласился Снейп, — но сделать с этим мы ничего не можем. Не сейчас. Лорд не берёт во внимание ход образовательного процесса. Ему по большей части на него плевать, лишь бы детям внушали то, что полезно для потенциального строя при власти Тёмного Лорда. — Зачем я вам? Я не собираюсь ни с кем спать! — Кто вас спросит? Долохов? Розье? Мальсибер? — с напором ответил Снейп, — Я рассчитывал, что вы менее тупоголовы, чем остальные! — Вы не можете… — Я могу всё, мисс Карте. У вас в данном случае выбор невелик. А они весьма искусны в сведении девушек с ума. Они ломают разум. Не забывайте, что каждый из них хочет именно вас. Или вы подчиняетесь мне, или ваш отец умирает и ваше чудесное молодое тело достаётся кому-то из Пожирателей, а они, я точно знаю, вас просто так не оставят. — А вы оставите? — До того по-детски ответила мисс Карте, что Снейпу стало тошно. Нет, она не выглядела как ребёнок и уж тем более им не являлась, но отвращение к ситуации накрыло директора с головой, — Непреложный обет. Вы обязуетесь защитить моих отца и мать, я уверена, это посильно для вас, а потом делаете со мной… что вы задумали. — Не знаю. Я подумаю над тем, что вы сказали. В пятницу после пар я жду вас здесь. Обговорим сделку. Кто по-вашему будет скреплять это всё? — Я об этом не подумала. Может… я не знаю, сэр! Я не хочу смотреть им в глаза после того, как они узнают… Это мерзко и унизительно! — Вы спасаете своих родителей, в этом нет ничего постыдного. — Я добровольно отдаюсь Пожирателю Смерти, что может быть постыднее? — Будьте благодарны за то, что вас хотя бы спросили. Выбор у вас есть. — Дети не должны платить за ошибки родителей… — прошептала девушка. Тушь на её ресницах поплыла, оставив на месте слез полосы. Глаза покраснели, а губы попали в плен зубов, от чего припухли. — Не должны. Но вы и не ребёнок, сами это доказываете. — Вы поняли, о чем я говорю! — Ступайте в комнату. 16.09.1996 Вечер среды проходил неспокойно. Девушка находилась, как и предыдущие полтора дня, в глубоком смятении. Страшно было даже думать о том, что должно произойти. Точнее сказать — что должно будет происходить на, по всей видимости, постоянной основе. Тогда, в кабинете директора, девушка не спросила имена тех других, которых постигнет та же участь. Не описать словами ту надежду, которая хранилась в голове мисс Карте на то, что остальные так же, как и она, учатся на седьмом курсе. Не так напряжённо она думала о своих сокурсницах, предполагаемо оказавшихся на этой откровенно незавидной позиции, как о девчонках младше. В тяжёлых думах вечером она вышла из своей комнаты в гостиную. Там, как и обычно, сидело несколько десятков подростков, общающихся или готовящихся к следующему учебному дню. Несколько человек посмотрели на неё, но в целом она не привлекла внимания, выходя. Путь до астрономической башни не повлёк за собой приключений. Вечернее спокойствие этого места всегда до этого завораживало её, а сегодня она не могла себя заставить посмотреть вниз. Слишком многое произошло с того момента, как она была здесь в последний раз. Выбравшись из мантии, девушка скинула её с себя на пол и, придерживаясь за перила, опустилась на неё. В кармане брюк мисс Карте нащупала пачку сигарет и аккуратно достала одну. Весь прошедший учебный период этого года она курила в комнате, даже не открывая окно. Кто, кроме неё, мог чувствовать этот запах сейчас? Конечно, после каждой сигареты она убирала его заклинанием, чтобы мягкая мебель, легко принимающая в себя все запахи, не сдала её. Когда она жила не одна, приходилось прятаться. Вредная привычка, сформированная у неё так давно, что она бы и не вспомнила при каких обстоятельствах, вынуждала девушку искать разные места в школе, чтобы удовлетворить эту потребность. Запах сигарет всегда ей нравился. Мать девушки курила всегда, сколько Виктория себя помнила. Та не утруждалась избавляться от этого едкого для многих аромата. Вдыхая его тогда, в детстве, мисс Карте наверняка неосознанно ассоциировала его с мамой, поэтому и любила. Держа в руке вторую по счёту тонкую белую убийцу, девушка думала о том, насколько же она молода, красива и глупа. Ей часто казалось, что нет на свете более глупого человека, чем она, но сейчас эта мысль была до абсурдного смешной. Настроение девушки улучшилось после подобной самотерапии. Рассматривая свои остроносые туфли и улыбаясь, мисс Карте, несмотря на своё нежелание это делать, осмелилась заглянуть между перилами вниз. Не существует слова, описывающего тот страх, который чувствовала девушка перед высотой. «Одно лишь заклинание, и более чем столетняя человеческая жизнь оборвалась. Белый гроб, рыдающая Макгонагалл…» Сейчас, находясь на берегу Чёрного озера, директор Дамблдор отзывался в сердце девушки, которая толком его и не знала. Её удивляла сила, способная оборвать такую важную фигуру. Такого сильного мага. «По всей видимости, Снейп в свои… сколько ему?.. оказался сильнее директора Дамблдора. Было ли это вообще возможно? Существует ли сейчас человек, способный дать отпор Воландеморту? Неужели эта сила кроется в мужчине, с которым мне придётся связаться?» Страх… Да, Снейп всегда вселял это чувство в учеников и, по правде сказать, многих преподавателей. Девушка много думала о новом директоре с момента убийства им Дамблдора. Сложно сказать как она к нему относилась, ведь тогда, когда это произошло, она думала, что выигрышной для неё самой будет победа Воландеморта. Не потому, что она разделяла его взгляды, а потому, что от этого зависела свобода и жизнь её родителей. Сейчас, когда всё изменилось, она понимала, что если Свет проиграет, Тьма её не простит. Лечь под убийцу — откровенно не самая высокая цена за свою жизнь и за жизнь родителей. 18.09.1996 На ватных ногах девушка добиралась до кабинета директора в пятницу. Снейп сидел за столом, глядя в бумаги. Мисс Карте смутилась от того, что он с ней не поздоровался, но всё же прошла и опустилась в гостевое кресло. — Ваше сознание будет открыто для Тёмного Лорда, если он сюда явится. Он обещал навестить Хогвартс после победы. «Войти в открытые двери его как новый правитель, а не вор», — мужчина фыркнул и покачал головой. — Вы хотите сказать, что мне нужно закрыть своё сознание? — Не говорите глупостей. Вы не сможете ему противостоять ни в чём. Я пытаюсь найти выход, но это совершенно точно не окклюменция. — Чтобы он не понял моего отвращения к себе остаётся только меня убить. Во всех остальных случаях он об этом узнает. — До вашего отвращения ему нет никакого дела. Он лишь рассчитывает на то, что я поступлю с вами должным образом. Вчера было собрание. Пожиратели прибудут сюда через месяц.  — Но что они будут делать в школе? Преподавать? Все должности заняты…  — Они будут не преподавать, — раздражённо прошипел Снейп, — Система образования и без них пострадала за эти пару недель от рук Кэрроу. Учителя из них никудышные, как и ожидалось. Вот только их боятся. Надзиратели будут следить за порядком. — Что это значит? — Мисс Карте сдвинула брови.  — Сложно сказать. Уверяю вас, хорошо никому от этого не будет.  — А что по поводу девушек? Они обсуждали этот вопрос? — Мы обсуждали этот вопрос, мисс Карте. Ваше имя звучит в последнее время на собраниях слишком часто, и я порядком от него устал. Вас хотели заполучить все трое. Не обольщайтесь, это лишь вопрос престижа. — Трое? Вы говорили две фамилии. — Для вас это не должно иметь значения. После моего слова он отдал вас мне. — Поэтому Кэрроу сказал, что вы сделаете со мной что-то ужасное?  — Именно. Тёмный Лорд рассчитывает на то, что я смогу сломать вас более продуктивно, чем остальные. — То есть… когда он хотел, чтобы вы меня наказали, он имел в виду… — Да. Девушка поджала губы и смутилась. — Он же не узнал про моих родителей, правда? — Практически молящим тоном прошептала Виктория и наклонилась ближе к столу. — Нет. К тому же, я и сам пока не располагаю их точным местоположением. Когда он смотрел мои воспоминания, они были изменены. Он думает, что я вас запугал и… — Вообще-то, запугали, — девушка закрыла рот под уничижительным взглядом Снейпа. — Он думает, что я уже заключил с вами сделку. Одностороннюю, если так уместно сказать. — Что это значит? — Вас не могут трогать другие. Они знают, кому вы принадлежите. Девушка сморщилась и покачала головой. В её понимании она принадлежала только самой себе. — Зачем вы это делаете? Защита, обет… Вы идёте против воли своего повелителя, чтобы… — Молчите, — отрезал Снейп и встал с кресла, Виктория съежилась на своём. Он подошёл к ней и молча протянул руку, — Ну же! — девушка осторожно вложила свою ладошку и, неожиданно для неё, они аппарировали.  Оказавшись в чужой гостиной, Виктория справлялась с рвотными позывами и головокружением: парная аппарация дело нелёгкое. Тем более, парная аппарация из места, в котором это делать нельзя. — Всё в порядке? — спросил он. Девушка удивилась, но кивнула.  — Где мы? — В моём доме. Не задавайте лишних вопросов. Садитесь, — Снейп сам сел на небольшой диван, студентка расположилась как можно дальше от него.  — Что происходит? Почему мы у вас дома? Мы ведь ещё даже не заключили контракт, почему мы не можем решить все вопросы в Хогвартсе? — забеспокоилась она, когда осознание действительности к ней пришло в полном объёме. — Слишком много вопросов, мисс Карте. Выберите хотя бы один. — Что мы тут делаем?  — Гриффиндорцу предоставили выбор вопроса и он задал самый тривиальный… Ничего другого я не ожидал, — закатил глаза Снейп, — В Хогвартсе у всего есть уши, жаль только, что я вспомнил об этом слишком поздно.  — Вы же… я не понимаю, я все ещё ничего не понимаю.  — Вы используете это выражение слишком часто. Я уже начинаю жалеть о том, что ввязался в это всё, — Снейп встал с дивана и вышел из комнаты. У девушки появилась минута, чтобы осмотреть помещение: закрытые чёрными шторами окна, такая же тёмная мебель и идеальная, почти стерильная чистота. Часто он тут бывает? Не похоже, что комната обжита. Мебели было мало: шкаф в потолок, диван, чуть дальше — обеденный стол и три стула, на столе светлая скатерть и бумажные салфетки. Стены цвета светлого, но всё ещё холодного дерева, делали помещение чуть больше, но тем не менее, атмосфера девушку явно напрягала.  Снейп появился из ниоткуда, ступал он практически бесшумно. Протянув ей пузырёк с тёмно-желтой жидкостью, Северус вернулся на своё место на другом конце дивана и посмотрел на то, как Виктория держит склянку в руках. — Я не пытаюсь вас отравить, мисс Карте, если бы я хотел это сделать, вы бы об этом не узнали.  Девушка откупорила флакон и принюхалась. Успокоительное. Тихо выдохнув, она выпила его до дна. — В договоре ваше мнение особой роли не имеет, я бы хотел просто осведомить вас об условиях. — Как?  — Что за глупые вопросы? Вот так, мисс Карте! Это война, тут никто с вашим мнением считаться не собирается. Вам остаётся только смириться.  — Или лечь под другого пожирателя… — скорее для себя добавила девушка. — С этим тоже будут проблемы. Что касается условий. Я защищаю ваших родителей, чего бы мне это ни стоило так, чтобы об их местонахождении не узнал никто. Даже вы. До наступления мирного времени, какая бы сторона ни победила. — Виктория согласно кивнула, — Вы, не сопротивляясь, слушаетесь меня во всём и ведёте себя так, как я скажу. — Да, директор. — Для всех, повторюсь, всех знакомых вам людей, вы показываете то, что я вам скажу. Тёмному Лорду необходимо видеть результат. — Я понимаю… — протянула она. Снейп был подозрительно мягок, — Но… вы смогли обмануть… его по поводу моих родителей. Зачем вы это делаете? — Итан сам просил меня о помощи, только и всего. Ничего личного я к вам не испытываю. — Я и не думаю! Просто… вы так и не ответили зачем вы обманули своего повелителя и ринулись мне помогать… — Потому что я имею долг жизни, за который приходится платить. Тёмный Лорд не мой повелитель, мисс Карте. Я, в отличие от вас, принадлежу сам себе. — Не ваш Повелитель?! — Виктория отшатнулась и посмотрела на Снейпа широко раскрытыми глазами. Тот выглядел спокойным. — Именно, — отрезал Снейп, — Вы же отдаёте себе отчёт о том, что об этом не должен знать никто? — Как понимать выражение «Он не мой повелитель»?! — Так и понимать. Я не собираюсь перед вами оправдываться. По моему мнению, лучше мою причастность к свету обсудить с его сторонником. — Но зачем? Вы — правая рука Тёмного Лорда, вам в случае его победы достанется всё, чего вы можете хотеть! — Не унималась девушка, — А защищаете моего отца не только из-за долга жизни, но и потому… потому что вы сами предатель! — Виктория опустила глаза в пол и быстро захлопала ресницами — Да, я предатель. И трус, в отличие от вашего отца. — Но зачем тогда вы… все ещё служите ему, выполняете все его требования, это же… неправильно для сторонника света! — А я и не сторонник света, мисс Карте. Я игрок Дамблдора. Вы никогда не задумывались о том, как светлая сторона получает сведения о Тёмном Лорде? — девушка все ещё не поднимала на него глаза, лишь тяжело дышала, — От меня, мисс Карте. Всю информацию, которую получает Орден Феникса, он получает от меня. Не ройте себе яму сами. Держать рот закрытым куда полезнее, — Снейп странно осмотрел её губы, а потом перевёл взгляд на испуганные карие глаза ученицы. Она сдвинула брови и вжалась в кресло. Злилась. — Обет ещё не заключён, — твёрдо сказала она, когда Снейп встал, — Вы не можете… — Я могу всё, мисс Карте, — выдал он, явно задавливая девушку авторитетом. — Какой бы искусной в магии вы ни были, я сильнее. Держите язык за зубами и всё будет проходить… наилучшим для вас образом. Если же нет, я за себя не ручаюсь. — Девушка ещё сильнее вжалась в диван и кивнула, смотря прямо в чёрные глаза своими медовыми. — Да, сэр. Когда мы заключим обет? — Обет — это слишком. Я передумал. Мы можем умереть в случае невыполнения, а ходу войны это никак не поможет. — Я тоже об этом думала. — Тёмный Лорд думает, что договор уже пришёл в исполнение, значит, нам не обязательно проводить сам обряд. Достаточно будет… договорённости. Если вы согласны, разумеется. Охота на вашего отца, а вместе с ним и на мать, начинается в воскресенье. Тёмный Лорд внимателен ко всему и слишком трепетно относится к предательствам подданных. Если пойдёт слух, что я предатель, он любыми правдами и неправдами добьётся от меня верного ответа. — Наверное, я последняя идиотка, но я вам верю. — У вас просто нет выбора, мисс Карте. Каждая поступила бы так. — Не нужно мной манипулировать, директор. У меня есть выбор. Ну, по крайней мере, не мешайте мне создавать убеждённость в том, что это так. — Я вами не манипулирую, я говорю всё прямо. Хотите — тешьте себя невидимым правом голоса. Перейдём к следующей части договора? Девушка закатила глаза и уставилась в стену, представ перед Снейпом в профиль. Её поза ощутимо закрылась, Виктория закинула ногу на ногу и скрестила руки. — В глазах Лорда я пообещал вам защиту от остальных Пожирателей, соответственно, вы неприкосновенны. Он хочет видеть на вас увечья, пусть даже самого Лорда в школе не будет. Каждая крыса в замке, имеющая с ним связь, обязана будет докладывать ему о состоянии, в котором вы находитесь. Я не собираюсь наносить вам серьезных увечий, лишь создавать видимость насилия. Надеюсь, вы сами это понимаете. — Понимаю. — Я не смогу воссоздать в своём сознании сцены половых актов с вашим участием, уж извините, у меня никогда не было связей со студентками. — А если взять ваши школьные воспоминания? Может, так получится сделать? — Не получится. Он не идиот, мисс Карте. Обычно Тёмный Лорд задерживается именно на таких воспоминаниях дольше всего, он распознаёт обман. — Что от меня требуется? — Быть готовой к визиту ко мне, когда бы я вас не вызвал. Они все ожидают от меня крайней жестокости, и я дам им повод думать, что все именно так и происходит. — Вы ведь не собираетесь действительно… так со мной обращаться? — слегка наивно и тихо сказала девушка, наклонив голову. — Воспоминания — это не фильм, мисс Карте, а такие яркие, как секс, обычно не транслируются целым куском, они показывают самые важные моменты и остроту ощущений. Тем более, я сам смогу их корректировать так, чтобы он не заподозрил обмана. — То есть, чтобы все получилось, у вас должны остаться в памяти только самые яркие моменты? В нашем случае, жестокость? — Вы просто немного не понимаете, как это происходит. Мои воспоминания останутся при мне полностью, я не собираюсь стирать из своей памяти другие отрывки. Тёмный Лорд, проникая в мое сознание, попадает туда, куда я его веду. В созданное мной же пространство. Представьте мой класс зелий, вы же помните его? Девушка кивнула и воссоздала в памяти старый кабинет. — Представьте, что стеллажи из склянок, которые обычно стояли за моим столом, находятся на всех стенах. Все флаконы выглядят по-разному, в каждом из них мои воспоминания. Тёмный Лорд, проникая в мое сознание, направляется мной в этот класс, окружённый темнотой. Он думает, что попал в реальное пристанище моих мыслей, и я, в свою очередь, не перечу ему. Я обманываю его тем, что он пришёл именно туда, куда хотел, но на самом деле я лишь привожу его в ненастоящий сборник того, что он хочет увидеть. Девушка была заворожена этим рассказом, ведь все гениальное действительно просто. Он не изменяет воспоминания в своём сознании, он создаёт, если так можно выразиться, свой новый «внутренний мир», показывая Воландеморту лишь его. — На следующем собрании он совершенно точно захочет увидеть плоды моих стараний над вами. Я не знаю, когда он это сделает, но действовать нам надо как можно скорее. Если вы согласны, завтра после отбоя кто-то из Кэрроу должен будет привести вас ко мне. Я обязан показать ему степень своей жестокости, чтобы слухи о вашем наказании пошли скорее. У меня будет немного времени чтобы обработать это воспоминание для того, чтобы перед Лордом оно предстало в лучшем… худшем виде. — Спасибо, директор, — аккуратно сказала девушка. — А что будет в случае невыполнения мной своих обязанностей? — Я прекращаю помогать вам, — на утвердительный кивок от студентки, Снейп продолжил, — Мне сейчас необходимо нанести вам метки. — Вы имеете ввиду… синяки? — Можно и так сказать. Подойдите сюда и снимите блузку, пожалуйста. — Что?! — Виктория, несмотря на всю предшествующую этому беседу, испугалась. — Я не смогу иначе это сделать. Прекратите капризничать. — Вы же не собираетесь меня бить? Снейп закатил глаза и мисс Карте повиновалась. Подошла к мужчине и стянула сначала гриффиндорский галстук. Больше для себя, чем для практичности. В этот момент она не хотела осознавать, что предаёт порядки факультета, хоть и в общем-то ей было не впервой. Первая пуговица рубашки была самой сложной. Тяжело выдохнув, Снейп выразил своё нетерпение её медлительностью. Он явно не собирался с ней нянчиться. Когда рубашка, наконец, стекла с плеч девушки, бледность ее лица удвоилась. Снейп откровенно ее рассматривал. — Подойдите ближе, обопритесь коленом сюда, — Снейп легко постучал по области около своей правой ноги. Испытывать его терпение не хотелось. Девушка повиновалась. Осторожно выполнив приказ мужчины, мисс Карте поняла, чего от неё хотел Директор. Она, несмотря на то, что прямого указания не было, опустила второе колено меж его ног. Смотреть ему в глаза не хотелось. Когда тот протянул свою руку, девушка послушно опустила в неё ладонь. Она даже не знала, что именно он собирается сделать. Снейп положил сначала одну кисть, потом вторую на плечо девушки и начал неторопливо проводить ими вниз, к запястью. На коже начали проявляться синяки, и с каждым движением его рук они становились все отчетливей. Беспалочковая и, по всей видимости, очень сложная, магия удивила её. Он остановился лишь у запястья. Видимо, решив проявить свои творческие способности, схватился за него так, как если бы Снейп с силой прижимал её руку к кровати. Девушка, увидев всё это, ахнула и приблизилась к нему чтобы рассмотреть плоды его трудов. Её правое колено почти прижалось к весьма чувствительному месту на теле мужчины, и тот, скорее рефлекторно, перехватил её ногу своей рукой, скользнув к её лицу испепеляющим взглядом. — Осторожно. — Предупредил он. Дыхание мужчины ускорилось. После завершения работы над руками, Снейп потянулся к ее ноге, чтобы проделать ту же самую процедуру, но был остановлен голосом девушки: — Не надо! — Возможно, слишком резко выдала она. На вопросительный взгляд мужчины она пояснила: — Я… зачем на ногах? — Вы думаете, если бы это всё было по-настоящему, я бы занялся только вашими руками? — Сомневаюсь, но… Не могу ли я завтра просто надеть брюки? После некоторой паузы, Северус выдал ответ: — Можете. Я об этом не подумал. И избавьтесь от туфель. Каблуки явно не спутник жертвы. — Я вас поняла. Я могу одеться? — Нет. Осталась шея, — Снейпу нанесение фальшивых отметин на её тело, казалось, нравилось. — Вы хотите сделать вид, что душили меня? — девушка подняла одну бровь, подражая Северусу. — Нет, — грубо ответил он, — Садитесь ко мне на колени. — Что? Я и так… тут. — Выдала Виктория и недоверчиво на него посмотрела. — Нормально сядьте, будто вас постоянно нужно поправлять! — Ну извините! Не часто я сижу на коленях профессоров! — Мисс Карте, у меня такое ощущение, что мы с вами пятикурсники в нишах. Заключи мы с вами обет, вы бы давно умерли. Девушка закатила глаза на язвительную реплику зельевара. Все же подчинившись, она, держась за диван позади Снейпа, перекинула правую ногу через его бедро. «Развратная поза, даже слишком» — На шею следы придётся наносить самостоятельно, — сказал Директор и положил руку на талию ученицы, наклоняя ее ближе к своему лицу. — Что значит «самостоятельно»?! — Мисс Карте, просто помолчите хотя бы минуту. Я начинаю жалеть, что выбрал вас, а не младшую Уизли! — Джиневра в списке для Пожирателей?! — Да. Она последняя из ныне живущих Уизли сейчас находится в Хогвартсе. Её братец сбежал вместе с Поттером, так что она тоже не находится на хорошем счету у Тёмного Лорда. — Бедная девушка… — Выдавила из себя Виктория и все же добровольно наклонилась к мужчине, подставляя шею. Когда директор прикоснулся губами к бархатной коже, осуществляя задуманное, девушка начала периодически нетерпеливо ерзать на его коленях. Снейп продолжал свою пытку, несмотря на то, что движения студентки весьма сильно отвлекали его. Изредка посматривая на результат своей кропотливой работы, директор наслаждался ароматом, вроде бы, геля для душа, и гордился своими способностями в усмирении девушек с таким невыносимым характером. Он, кажется, никогда не обращал внимания на то, какими духами пользуются его студентки, — если, конечно, исключить случаи отдельных индивидуумов, выливающих на себя весь флакон сразу, — но сейчас он позволил себе глубоко вдохнуть. Когда губы и зубы Северуса уже не находили свободного места для новых засосов, большинство из которых уже успели покраснеть, он спустился ниже, к груди. Выцеловывая дорожку от шеи к манящим окружностям, Снейп почувствовал руки на своей голове и то, как девушка потихоньку наклоняется корпусом назад, при том, что нижняя часть её тела сползла, и оказалась в районе паха мужчины. — Думаю, — произнесла девушка, ещё слегка задыхаясь от действий Снейпа, — этого будет достаточно, чтобы поддержать образ жертвы. Снейп с полминуты смотрел на неё, а после согласился с её словами. — Договор заключён. Завтра после отбоя, напоминаю, будьте готовы к визиту Кэрроу. Девушка кивнула и встала с его колен. Взяв рубашку с другого края дивана, она вернула её на место. Пока мисс Карте завязывала галстук, она поняла, что половину следов в принципе не видно. Зачем он тогда так долго занимался ее телом, было ей самой не понятно. *** Оказавшись в кабинете Директора, девушка подошла к зеркалу и поправила мантию. Слегка разворошила длинные русые волосы и достала из кармана мантии монетку. Трансфигурировав ее в небольшую емкость, девушка заклинанием налила туда воды. — Что вы делаете? — Спросил Снейп, сдвинув брови. — Поддерживаю образ, — она окунула длинный ноготь в емкость и поднесла руку к глазу. Когда вода капнула на ресницы, девушка часто заморгала, от чего тушь немного стекла по щеке чёрной полосой. Повторив действие на правом глазу, она немного размазала помаду и оглядела образ в зеркале. — До встречи, мисс Карте. — Доброй ночи, директор, — сказала девушка и развернулась, чтобы уйти, но резко вспомнила одну важную вещь, — Извините, профессор… — Что, мисс Карте? — Я могу поговорить с Джиневрой? Мне её очень жалко. — Жалость ко всему — это распространённое явление среди гриффиндорцев, — выдохнул он, — Вы можете поговорить с ней, но сохраняйте легенду. — Спасибо! И я не… собиралась рассказывать ей о том, что вы на нашей стороне! — Пару секунд спустя за ней захлопнулась дверь, а Северуса будто ударило током. — На нашей стороне… *** В этот вечер понедельника гостиная гриффиндора была наполнена гулом голосов. Студенты, склонившись над своими учебниками, обсуждали домашние задания, но стоило Виктории появиться, как разговоры стихли. То, как девушка проходила через гриффиндорскую гостиную, осталось у неё в памяти ярким пятном. В очередной раз все внимание было приковано к ней. Виктория, включив в походку всю свою драматичность, прошла в комнату, не забыв шмыгнуть носом на лестнице. Как только девушка скрылась за поворотом, она услышала громкое обсуждение её появления. Каждый уголок комнаты наполнился шёпотом и взглядами, словно сама атмосфера гостиной затаила дыхание в ожидании разъярённого садиста-Снейпа, который вот-вот придет и за остальными гриффиндорцами. Всем было крайне интересно, что с девушкой сделал директор. Слухи о происшествии на Тёмных Искусствах разлетелись на всю школу. Через мгновение тишину разорвал громкий шёпот, который быстро перерос в оживлённое обсуждение. — Вы слышали, что с ней сделал Снейп? — спросил кто-то, и его голос эхом разнёсся по комнате. — Говорят, это было что-то ужасное, — подхватила другая студентка. — Она вышла оттуда бледная, как призрак. Эрни случайно прошел мимо кабинета Снейпа, он слышал крики! Теперь каждый ученик знал, что произошло, и все с нетерпением ждали, когда Виктория сама расскажет, что случилось на самом деле. Вернувшись в комнату и прислонившись к двери, девушка улыбнулась и испытала облегчение. Механизм был запущен! На стеклянном столике, сотворённом из зеркала, возвышалось нечто необычное. С опаской приблизившись, она разглядела изящный поднос, уставленный жареными помидорами, золотистыми куриными ножками и гранатовым соком. Её внимание привлекла скрученная записка, лежащая рядом, а затем и изящная красная роза на длинной, тонкой ножке. Улыбка озарила её лицо, и дрожащими пальцами она развернула послание. «Мисс Карте! Вы пропустили ужин. Тарелки унесёт домовик в 22:00.  Директор С.С.»  Этот почерк она узнала бы и без подписи отправителя. Так же тщательно и красиво были вырисованы замечания на её работах по Зельеварению все прошлые года её учебы здесь. Девушка быстро написала ответ и сложила его на тумбочку, пока сама принялась за еду. «Директор! Спасибо за заботу. К слову, моё появление в гостиной вызвало шквал обсуждений, да и слухи о том, что я была у Вас, разлетелись по школе. Я уверена, что Ваш план работает превосходно. В.К.» Покончив с трапезой, девушка дождалась домовика. Тот появился с громким хлопком, испугал её. — Добрый вечер, мисс, — произнёс негромко молодой домовик. Его длинные уши были прижаты к голове. На нём была надета серая чистая наволочка. Эльфы Хогвартса обычно носили более яркие цвета, а те, что встречались девушке в других волшебных домах, обычно выглядели очень потрёпанными. — Здравствуй. Как мне к тебе обращаться? — приветливо спросила девушка. — Мисс… может обращаться к Паместу с любым вопросом. Памест поможет мисс! — Хорошо. Меня зовут Виктория. — Существо широко раскрыло и без того огромные глаза и кивнуло, — Памест, отнеси, пожалуйста, тарелки куда нужно и вернись. У меня к тебе просьба. — Хорошо, мисс Виктория! Памест все сделает! — Эльф принял из рук волшебницы поднос и сказал: — Мисс Виктория хочет выбросить цветок? Этот цветок Хозяин приказал оставить у мисс! — Я забыла про него, — соврала волшебница и взяла красную розу в руку. Памест исчез. Достав из кармана мантии волшебную палочку, девушка проделала сложный пасс рукой и роза мгновенно затвердела, будто покрывшись тонким слоем стекла. Несмотря на сомнения по поводу того, стоило ли принимать такое подношение, она была уверена, что очень немногим девушкам Северус Снейп дарил цветы. Это нравилось её самолюбию, несмотря на то, что по всему её телу располагались синяки и укусы, оставленные этим же Северусом Снейпом. К тому моменту, как она закончила, эльф снова появился, но на этот раз намного тише. — Мисс Виктория хотела видеть Паместа, Памест вернулся! — Более воодушевленный домовой выглядел куда радостнее, чем раньше. — Передай вот эту записку Директору, пожалуйста. Если он чем-то занят, оставь её на его подушке в спальне. — Девушка ехидно усмехнулась. — Да, Мисс Виктория, Памест всё сделает! — Эльф засветился от счастья и исчез. День, проведённый в суете и размышлениях, оказался не напрасным. Обстоятельства сложились куда более благоприятно, чем она могла себе представить. Теперь она отчётливо понимала, что держит судьбу в своих руках. Мысли о директоре не давали ей покоя. Она размышляла о том, как использовать его желания в своих интересах. Она знала, что может угодить ему, если потребуется, а это давало ей уверенность в своих силах. Возможно, не так уж и страшно было бы оказаться под покровительством Пожирателя Смерти, если бы им можно было управлять. Особенно если этим Пожирателем окажется могущественный и, по правде говоря, менее пугающий, чем остальные, Снейп. 19.09.1996 Пасмурное утро смотрело на Викторию Карте из окна. Несмотря на это, настроение девушки можно было назвать весьма сносным, с учётом чудовищных обстоятельств в виде новых школьных порядков и сегодняшней неизбежной встречи со Снейпом. На завтраке она бы очень хотела не появляться, но её роль обязывала. Да и с новыми правилами было, если честно, страшно нарушать строй. Каждое утро начиналось с построения учеников, после которого весь факультет во главе со старостой отправлялся на трапезу. В обычный день её непоявление, скорее всего, осталось бы незамеченным, но сегодня был иной случай. Многие перешёптывались, то и дело поглядывая на девушку, когда гриффиндор начал путь в Большой зал: сегодня она предстала перед всеми в брюках и водолазке с длинным воротником: на завтрак всем студентам было разрешено ходить без мантий и отличительных знаков. И сейчас, после вчерашнего громкого появления в гостиной, ничего никому показывать ей уже было не нужно. Вся школа и так знала о случившемся. Под рукавами виднелись уже ставшие фиолетовыми следы рук Снейпа, а выражение её лица можно было с уверенностью назвать траурным. — Мне Питер сказал, что её Снейп избил за тот случай на уроке семикурсников, — мальчик-третьекурсник, худой как спичка, прошептал рядом идущему. — Как маггл, даже заклинания не использовал! После того как это долетело до слуха Виктории, девушка едва сдержала смех: не знали дети о том, какая сцена скрывалась за этими синяками и укусами, хоть последние девушка и скрыла за воротником. Никто из тех, кто обсуждал её сейчас, и не догадывался, как смотрел на неё Снейп! Сегодня на ней не было привычной юбки и каблуков, хотя даже сейчас, в военное время, невысокая девушка не хотела отказываться от них. — Мне кажется, это неправда, — прошептал второй молодой человек. — Ты видел её вчера?! Мне рассказывали, что у неё вся шея была в укусах и волосы растрёпаны! Как будто вампир напал! А ведь ты знаешь, какая Карте нежная! Без укладки её из комнаты не выгнать! — И это верно. Может, он её… это? — Третьекурсник слегка покраснел. — Вполне возможно! Я слышал… — Хватит! — резко сказала Виктория, обернувшись. Мальчики чуть ли не подпрыгнули от громкого голоса девушки. Спрашивать, что им необходимо прекратить, они не стали. Лишь переглянулись. Виктория медленно выдохнула, пытаясь успокоить свои нервы. Она знала, что слухи и сплетни всегда будут частью её жизни в Хогвартсе, особенно после таких инцидентов. Но сейчас она должна была показать, что она не сломлена и не собирается терпеть их грязные разговоры. — Слушайте внимательно, — сказала она, пристально глядя на мальчиков. — Все, что вы здесь говорите, не имеет никакого отношения к реальности. То, что произошло между мной и профессором Снейпом, касается только нас двоих. И если кто-то из вас еще раз позволит себе подобные высказывания, я приму меры. Понятно? Мальчики, осознав серьезность её слов, быстро закивали. Виктория знала, что её авторитет в их глазах теперь был непоколебим. Мало ли, на что способна покалеченная Снейпом психика... *** На самом завтраке в большом зале, как и обычно в этом году, был слышен лишь шёпот. И ведь только несколько месяцев назад тут стоял громкий смех. Многие боялись даже лишний раз звякнуть бокалом или неаккуратно провести вилкой по тарелке. Директор, место которого часто пустовало, сегодня сидел во главе стола и мрачно наблюдал за всем этим фарсом. Настроение было мрачнее тучи. И сам он не знал от чего это было: от скорого избавления от морали? Очередного. От тяжести ответственности, возложенной на него? Привык. От состояния детей, находившихся у него в подчинении? Исправимо. От тяжелых взглядов, что кидал на него каждый? Нет. Не на него. На мисс Карте. Было пакостно от того, что он сам обрёк девушку на эти перешёптывания и грязные слухи. Совесть, хоть и нечасто, но всё-таки просыпалась в этом мужчине. Ему самому-то было глубоко всё равно на то, что говорят про него. Но она, несмотря на то, что имела поразительную способность выводить Снейпа из себя, не заслужила такого отношения от сверстников.  «И от родителей, — подумал Снейп, — тоже» Когда время завтрака закончилось, студенты один за другим начали выходить из зала. Мисс Карте выскользнула из кабинета, но далеко уйти она не успела. Почувствовав руку на своём плече, Виктория вздрогнула и обернулась.