Глава шестая. Желанная

Её длинные пальцы, как говорила её мать, были похожи на руки пианиста. Девушка всегда носила два золотых кольца — на безымянном пальце левой руки и на среднем пальце правой руки. Вместе с её извечно красным маникюром они выглядели очень гармонично. Она отметила это, когда сцепила пальцы в замок на шее Снейпа. Снейп сделал вид, что не заметил прикосновения тёплых рук и, перехватив девушку за талию, поднял её. Когда они добрались до его спальни, он аккуратно опустил её на кровать. По сравнению с директором Карте казалась маленькой, едва доставая ему до плеча. Эта девушка, несмотря на свою хрупкость, обладала внутренней силой и решимостью. Она всегда мечтала о независимости и самостоятельности, что порой усложняло её отношения с окружающими, включая Снейпа. Сейчас, оказавшись в сложной ситуации, она утешала себя мыслью, что всё происходящее может принести пользу. Разве не к этому она стремилась? Обида Снейпа на её мысли казалась ей несерьёзной. Его мужское самолюбие было задето, и это действительно требовало внимания, ведь сохранить отношения с человеком, который обещал защитить её родителей, находящихся в опасности, было важно. В то же время она не хотела потерять доверие директора, если оно вообще было. Он открыл ей свой секрет, заявив, что не принадлежит Лорду, и у него были причины так поступить. Если Карте не могла никому рассказать об этом, то как быть с их человеческими отношениями, которые уже переходили все границы? Нельзя было медлить... Прежде чем она успела понять, что происходит, он развернул студентку и толкнул к подушкам в изголовье. Паника, охватившая её, заставила обернуться на Снейпа, стоя на коленях и опираясь на руки. Глаза у него горели недобрым, будто бы тот мужчина, который вырезал на запястье той женщины в воспоминаниях тёмную метку, сейчас находился с ней. Карте чувствовала, что должна сопротивляться ему, но не могла. Не она ли думала, что ему нельзя показывать страх? Она услышала, как он нащупывает ремень и как сбегает вниз собачка молнии брюк. Его дыхание стало сбивчивым и возбуждённым. Северус потянулся вниз, чтобы достать палочку и заставить платье на девушке испариться. Нижнее бельё было сорвано вниз его руками. Её разум внезапно помутился. Тело не позволило ей распрямиться и дать пощёчину. Виктория лишь прогнулась, ожидая дальнейшего, и развела колени, из-за плеча наблюдая на Снейпом. Что-то странное закрутилось внизу её живота, будто бы щекоча внутренние органы и учащая сердцебиение. Снейп, такой тёплый и безопасный ещё несколькими ночами ранее, сейчас казался угрозой — но адреналин, прошедший по венам, заставлял девушку желать большего. Будто бы здесь, оказавшись под ним, она могла не переживать о внешнем; все задачи скатывались к простейшим, придуманным самой природой. Ей не нужно было держать контроль и думать. Неожиданно Снейп остановился, словно осознав происходящее. Он держал смирно лежащую на локтях девушку за бедра. Ждал, видимо, пока она начнёт кричать и вырываться. А этого не произошло. Студентка рассмеялась. Сначала тихо, лишь легко потряхиваясь, а затем и громко, истерично. Ведьминым смехом. Снейпу подумалось, что она сошла с ума. — Это всё, что вы можете предложить? — Сказала Карте, улыбаясь безумной улыбкой и глядя на него из-за плеча. Она попыталась воспользоваться его минутным замешательством, чтобы подняться и убежать. Выпрямилась на коленях и развернулась, чтобы выскочить, но была остановлена большими холодными руками. — Я люблю, когда меня провоцируют, — угрожающе произнёс он, перехватывая и фиксируя её руки. В следующее мгновение он подстроился сзади, прижимая её к себе и не позволяя оборачиваться на него, и сделал сильный толчок. Вскрик, вырвавшийся из губ девушки, был приглушён серией ударов кожи об кожу. Она негромко шипела сквозь зубы, но была в восторге от внезапного вторжения и от того, что знала, какое удовольствие ему доставляет. Прознав, какой Виктория может быть, Снейпу наверняка захочется повторения, и вот тогда-то можно будет понемногу менять правила игры. Карте прикусила губу, подавляя стоны. Мужчина позади неё ощутимо бил в шейку матки на грани с болезненностью. Свою правую руку он положил ей на живот, тем самым пригвоздив к себе, а пальцами левой больно впивался в её плечо. Она крепко зажмурилась, дыша через рот, и сосредоточилась исключительно на извлечении удовольствия из череды ударов. Он хрипел от острых ощущений при каждом рывке вперёд, но кроме этого вокруг них царила тишина. Снейп развязно входил в неё снова и снова, а она больше не могла это терпеть. Сжав его внутренними мышцами, студентка вскрикнула и дёрнулась, повторяя импульсы и имитируя оргазм. Снейпу этого оказалось достаточно. Почувствовав, как она сжимает его, он с силой толкнулся к шейке матки и яростно завершил их маленькое представление, вонзаясь пальцами в её бедро и в экстазе откидывая голову назад. Девушка быстро дышала. Всё закончилось. Она снова опустилась на локти и повернула голову в его сторону. — А я люблю провоцировать, — улыбаясь, проговорила она. Снейп стоял позади неё, глубоко дыша и глядя в карие глаза. Спустя пару минут он отстранился от студентки и, отшатнувшись, быстро поправил свою одежду. Карте заставила себя перевернуться на спину и погрузиться в близкое ко сну состояние. Что дальше делал Северус, дела ей не было.

***

Вся следующая неделя проходила в относительном спокойствии. Снейп не вызывал её к себе, но она чувствовала его тяжёлый взгляд на приёмах пищи, когда он всё-таки на них появлялся. Виктории казалось, (а обычно чувства её не подводили), что он ждёт её инициативы. Она теперь совершенно отчётливо понимала, что Снейп, каким бы грозным и сильным он ни был, всего лишь человек. Мужчина. — И представляешь, он выгнал меня из своих покоев в час ночи! Я, конечно, не горю желанием спать в его кровати, но вдруг я могла попасться кому-то из патрулирующих! Не дай Мерлин, ещё и к одному из Надзирателей! — Негодовала Джинни, ярко жестикулируя. — Они на этой неделе подозрительно много шастают по коридорам, ты заметила? — Ответила Виктория, отправляя в рот кусочек яичницы. — Да! Куда ни пойдёшь, там эти… изверги. Подожди… ты давненько ничего не говорила о Снейпе. — Он на этой неделе меня не вызывал, но даже сейчас, я уверена, сверлит меня взглядом, — предположила девушка. Рыжая аккуратно заглянула на преподавательский стол и практически наткнулась на чёрные глаза. — И вправду, Карте, он выглядит очень грозным. Может, вы поссорились? — Нет, ничего такого… Всё даже хорошо. — Всё также не сопротивляешься? — Да, я в последнее время даже начала привыкать к нему, — опустила глаза в тарелку она. — А… какой он? Ну, знаешь… в этом? — Он бывает жёстким, даже слишком. Но к этому можно привыкнуть, я думаю. — Без зазрения совести врала девушка, — В крайний раз он был более чем обходительным. — Снейп? Обходительным? — Удивилась рыжеволосая. — Да… Я даже разрешила ему называть меня по имени. — То есть, всё это время, когда вы спали, он называл тебя… мисс Карте? — Снейп в принципе не особенно разговорчив. Он тоже предложил мне называть его неформально, но я отказалась. — У тебя был шанс называть директора по имени и ты отказалась?! Ты точно сумасшедшая, Карте! — Округлились глаза девушки. — Если бы Малфой предложил мне такое, я бы согласилась, не раздумывая! — Я не могу. — Как? Это же, наверное, так классно! Для всех он Директор, а для тебя… Северус… — Джиневра, ты слишком это романтизируешь. Мы с ним не пара, не друзья, и даже не хорошие знакомые! При нынешних обстоятельствах я бы вообще не делала необдуманных поступков. Я бы хотела держаться на расстоянии. — Всё с тобой понятно… Сегодня вечером у тебя? — Спросила Уизли, переводя тему и всё же приступая к трапезе. — Да, если ты уверена, что Малфой сегодня тебя не вызовет. — Тихо ответила Виктория. — Не должен. Карте отправила в рот последний кусочек яичницы и пожелала рыжей приятного аппетита, а затем встала из-за стола. Она почувствовала на себе множество взглядов. Это было не впервые, но сейчас ощущение было особенно острым. Обычно завтрак заканчивался, и она могла спокойно уйти по своим делам — никто не ждал её до последней минуты. Особенно учитывая, что последний курс, к которому она относилась, имел больше свободы и мог заниматься своими делами, не спрашивая разрешения. В воздухе витало напряжение, которое она не могла понять. Девушка решила не обращать на это внимания и направилась к своему следующему пункту назначения. Она знала, что ей предстоит много работы, и не собиралась тратить время на размышления о странных взглядах и поведении однокурсников. Она вышла из зала, чувствуя, как взгляды провожают её. Но к игрушке Снейпа нельзя было прикасаться. Джинни девушка часто врала. Даже не врала, а проворачивала грандиозные планы продуманной лжи, создавая нужный образ. Например: она скрывала, что начала получать удовольствие от встреч со Снейпом или то, что однажды сама пыталась его соблазнить. Она бы ни за что не призналась Уизли, что происходит на самом деле, хотя и доверяла ей. Она бы не сказала, что его прикосновения заставляют её таять, а голос — дрожать. И уж точно не призналась бы себе самой, что хочет встреч с Северусом сама. Хочет, чтобы он сам этого желал. 30.10.1996 Астрономическая башня встречала мисс Карте на своём пороге. Её высокие стены, сложенные из старинного кирпича, были покрыты мхом, который, казалось, хранил в себе истории прошлых веков. Ветер, играющий с листвой деревьев, окружающих башню, шептал свои тихие песни, добавляя нотку таинственности к этому месту. Мисс Карте остановилась на мгновение, чтобы вдохнуть свежий воздух, наполненный ароматом осенних листьев и лёгким запахом дыма от тлеющей сигареты. Она, зажатая между пальцами девушки, медленно тлела, и её дым, смешиваясь с прохладным воздухом, растекался по горлу, доставляя приятное, почти медитативное ощущение. Она закрыла глаза, наслаждаясь этим моментом тишины и уединения. Внутри башни царила атмосфера покоя и сосредоточенности. Звёзды казались такими близкими, как будто можно было протянуть руку и прикоснуться к ним. Мисс Карте почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее, а мысли становятся яснее. Она знала, что именно здесь, среди звёзд, она может найти ответы на свои вопросы, понять своё место в этом огромном мире. Тем временем в полутёмном коридоре Хогвартса, где стены украшены гобеленами, а из окон пробивается лунный свет, Филч, завхоз школы, медленно идёт по узкому проходу. Его глаза, как всегда, полны бдительности, но в этот вечер он замечает что-то необычное. Филч останавливается и прислушивается. Звук едва уловимый, но всё же заметный. Это скрип половиц, который доносится из-за угла. Завхоз медленно приближается к источнику звука и видит, как в тени появляется женская фигура. Девушка испуганно вздрагивает и делает шаг назад. — Мистер Филч... — Начала было она, но была прервана его скрипучим голосом. — Каждый год! Каждый год по несколько раз проговаривают правила! — Завопил Филч, лязгнув зубами. — И всё равно куча школьников их нещадно нарушают! — Я просто... — Просто! Итак, проступок — нарушение комендантского часа. Рекомендуемое наказание... — Филч, нахмурив разросшиеся брови, осматривает девушку. — Как ваша фамилия? — Лонгботтом, — без зазрения совести врёт она. — Я готова отработать прямо сейчас, — закивала она, глядя на филчевскую кошку, миссис Норрис. Филч разворачивается и идёт вперёд, не оборачиваясь. Девушка, чувствуя, как её сердце колотится в груди, покорно идёт за ним. Она старается не смотреть на его спину, чтобы не выдать свою растерянность. Завхоз ворчит себе под нос что-то про "былые порядки". Они проходят через несколько коридоров, пока не оказываются в кабинете Филча. Завхоз открывает дверь и жестом приглашает девушку войти. Она переступает порог и видит неизвестную комнату: она была без окон, душной и мрачной — её освещала керосиновая лампа, свисавшая с низкого потолка. Вдоль двух стен стояли шкафы с ящиками для документов, на каждом из которых наклеены по алфавиту фамилии провинившихся учеников, внутри ящиков — записи о наложенных наказаниях. На дальней стене висели начищенные до блеска цепи с кандалами. Ни для кого не секрет, что Филч всё время уговаривает Дамблдора ввести в действие Указ о подвешивании к потолку за лодыжки. На секунду Карте показалось, что именно это он с ней и сделает. — Ваша задача — навести порядок в этом кабинете до конца моего патрулирования. У меня нет времени, чтобы оформлять на вас пергамент по нарушению. Подойдёте завтра. Миссис Норрис, дорогая, нам надо идти. — Филч берёт кошку на руки и ретируется. Девушка кивает и подходит к столу. Она начинает перебирать бумаги, раскладывая их по стопкам. В это время Филч выходит из кабинета, закрывая за собой дверь. Девушка остаётся одна, чувствуя себя ещё более неловко. Она продолжает работу, перебирая пергаменты на столе. Один из них, казалось, был открыт совсем недавно, будто Филч читал его перед тем, как уйти в патруль. Развернув его, девушка пробежалась глазами по тексту: «Уважаемый мистер Филч! Благодарим Вас за интерес к курсу "Магический мир для сквибов. Что делать, если Вас не принимают родственники?" и за то, что подали заявку на участие. Мы тщательно рассмотрели Ваше заявление и рады сообщить, что Вы успешно прошли отбор и приглашены на занятия. Занятия начнутся 4 ноября 1996 года в библиотеке "Айланд" в Лондоне. Программа курса включает теоретические и практические занятия, а также индивидуальные консультации. Мы уверены, что курс будет полезен для Вас и поможет лучше понять свой магический потенциал. Мы подготовили для Вас подробные материалы, включая учебные пособия, тематические статьи и рекомендации по развитию магических способностей. Кроме того, у Вас будет возможность общаться с другими участниками курса и обмениваться опытом. Если у Вас возникнут вопросы или потребуется дополнительная информация, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться к нам. Мы всегда готовы помочь и поддержать Вас на этом пути. Ждём Вас на занятиях и желаем успехов в изучении магического мира! С уважением, Имануил Далтон Председатель клуба "Магический мир для сквибов"» Девушка замирает, не веря своим глазам. Она не может понять, как это возможно. Хмурится и откладывает пергамент. Школьники избегали Филча, как прокажённого. Он был неприятным, мелочным и склочным человеком. Его голос, похожий на скрип несмазанной двери, разносился по коридорам Хогвартса, вызывая у окружающих лишь раздражение и неприязнь. Даже преподаватели старались держаться от него подальше, хотя и признавали, что он добросовестно выполняет свои обязанности. Но почему он вообще работает в Хогвартсе? Ведь он не маг. Может быть, это тот же аттракцион невиданной жалости, что сработал когда-то с Хагридом? Или его держат здесь из жалости, как и Хагрида, несмотря на его странности? Филч часто упоминал телесные наказания, которые при Дамблдоре были отменены. Значит, он работает здесь уже давно. Странно. Внезапно дверь его кабинета открылась, и в комнату ворвался Пивз, полтергейст Хогвартса, известный своей способностью доставлять неприятности. Он парил в воздухе, размахивая руками и издавая раздражающие звуки. — Эй, ты! Что ты здесь делаешь? Филч тебя не позвал на нашу маленькую пирушку в коридоре? Девушка вздрогнула от неожиданности и подняла голову, ничего не отвечая призраку. Его слова вызвали у неё лишь раздражение и желание поскорее уйти. — Конечно, старому сквибу не понять нашего веселья! Он всегда пытается его прервать. Вот и платит за это дорого! Из коридора донёсся шквал возмущения Филча, шаркающей походкой направляющегося к ним. Пивз, заметив это, широко улыбнулся и, взмахнув руками, вылетел из комнаты, крича: — Старый сквиб! Старый сквиб! Призрак стремительно улетел из поля зрения девушки в сторону, откуда доносились звуки взрывов. Кажется, это были фейерверки. Карте, охваченная адреналином, выбежала из комнатки с палочкой наготове. Пивза не было видно, но доносились отголоски его звонкого смеха. Филч, протирая руками глаза, стоял в нескольких метрах от неё. Его лицо было бледным, а на лбу выступил пот. — Мистер Филч... — Прошептала девушка, подбежав к нему. Её голос дрожал от волнения. Филч обернулся, его глаза горели ненавистью. — Убирайся отсюда! — Крикнул он, его голос был хриплым и дрожащим. — Вам нужно к мадам Помфри! Она осмотрит ожоги! — Карте пыталась говорить спокойно, но её голос всё равно дрожал. — Я сказал убирайся! Немедленно! — Филч повернулся и, хромая, пошёл обратно в свой кабинет. За ним тянулся липкий след из какой-то вязкой жидкости, которая, по всей видимости, стекала с его ботинок. Карте смотрела ему вслед, чувствуя, как её сердце сжимается от жалости. Этот человек, несмотря на свою неприятность, был просто несчастным. Он был одиноким и непонятым, и его жизнь была полна боли и страданий. Она развернулась и пошла прочь, повсюду замечая этот липкий след, который казался бесконечным. Филча стало жалко.

***

Северус умирает на каменном полу Малфой-Мэнора. Он не ожидал ничего другого, ведь если верить в рай, ад, Бога, преступление и наказание, то ему уготован отдельный адский котёл. А дожидаться победы Поттера, чтобы потом отправиться на прекрасный курорт «Азкабан» на старости лет, он не хотел. Сейчас Снейп с достоинством принимал свою судьбу. На протяжении долгих лет он служил Тёмному Лорду, выполнял его приказы и наблюдал, как его действия приводили к страданиям и смерти. Но в глубине души он знал, что всё это было ради высшей цели. Он верил, что однажды его жертва будет вознаграждена. Жертва ради Лили. Лили. Она была умной, смелой и талантливой. Он сразу почувствовал к ней влечение, но знал, что не может быть с ней. Их пути разошлись, но их судьбы продолжали переплетаться. Когда Тёмный Лорд начал набирать силу, Северус понял, что должен сделать выбор. Он стал шпионом Дамблдора, рискуя своей жизнью, чтобы защитить Гарри Поттера. С каждым днём его жизнь становилась всё тяжелее. Он видел, как страдают люди, как рушатся судьбы, но он знал, что это всё ради будущего. Он верил, что когда-нибудь его жертва будет оценена, и он сможет наконец-то обрести покой. Сейчас, умирая, он чувствовал облегчение. Он сделал всё, что мог, и теперь ему оставалось только ждать. Зачем, спрашивается, жить? Он, возможно, и мог бы выжить, попросить Поттера всё-таки попытаться спасти его от тюрьмы, но зачем? Снова оправдаться перед Визенгамотом, потом вернуться в Хогвартс на нелюбимую работу и учить пустоголовых детей до конца своей бессмысленной жизни? Ну уж нет. Ему в принципе было всё равно куда он попадёт, что же с ним будет после этого дурацкого белого туннеля, но к его удивлению, он попал в давно въевшееся в память место у озера. Снейп сидел под деревом со своим дневником в руках, но он не обратил на это внимания, ведь издалека к нему бежала, нет, летела рыжеволосая девушка в летнем красном платье. Когда она всё-таки добралась до него, присела рядом, легко откинув золотые пряди за спину. «Лили…» Она была, как в детстве — яркая, светящаяся изнутри. На вид ей было не больше одиннадцати лет. Девочка подбежала к Снейпу и села рядом. — Сев, — улыбнувшись, сказала она. — Прости меня... — Его лицо озарила эта забытая юношеская открытость и наивность. Он потянулся было к ней рукой, но одумался. — Всё случилось из-за меня. — Лили покачала головой. Вдруг она начала меняться. Вытянулась ростом, выпрямила волнистые рыжие волосы, потемневшие от возраста. Она становилась старше. Ей стало около двадцати. Снейп, расширив от ужаса глаза, отшатнулся от неё. — Северус… — помрачнев, проговорила миссис Поттер, — Ты же знаешь, что моя душа привязана к Джеймсу, я люблю его… — Она чуть наклонила свою голову в сторону, — Представляешь, у нас скоро будет малыш... — Малыш? — Да, — засветилась она, — Хотя маггловские врачи говорят, что это девочка. Северус нахмурил брови и вгляделся в давно забытые черты лица Лили. Она продолжала взрослеть. — Ты же знаешь, что Джеймс не держит на тебя обиду и сожалеет обо всём, что произошло? — С надеждой проговорила она. Снейп, как болванчик, кивнул. — Он даже согласился с тем, чтобы предложить тебе быть крёстным малышки! А я... ты же знаешь, что я очень этого хочу! С лица Снейпа снова пропали все эмоции. Лили не была настоящей. — Ты давно умерла. — Холодным голосом проговорил Северус. Лицо Лили сделалось печальным. Вместе с ним начало меняться окружавшее их поле. Повяли прекрасные цветы. Засохла голубая река. Листья с многовекового дуба опали. А глаза любимой Лили больше не светились тем волшебным огнём, который на протяжении стольких лет спасал его от тьмы даже в самые безысходные моменты, когда казалось, что весь мир рушится. — Уходи. — Тихо сказал он. Лили, будто бы ожидавшая этого слова, встала над ним. — Выгони. — Женщина протянула ему палочку. Не ведая, что делает, Снейп направил кончик Лили в грудь. Нечеловеческим криком прозвучало заклинание. В следующее мгновение всё растворилось в зелёной вспышке. Проснулся Снейп в своей кровати. Белые простыни измятыми клочками валялись у подножья. По лбу градом стекал пот, сердце бешено колотилось. Кошмары в последнее время стали ужаснее: в них не было кровавых сцен, практически не было Тёмного Лорда, но была она. Это было больнее, изматывало в разы сильнее. Он начинал задумываться о том, какие знаки хочет ему подать мёртвая Лили Эванс Поттер. Ночь была тяжёлой для всех.