Часть 3. Смена сущности

      Алукард превращает старого Сиэля Фантомхайва в вампира, выпивая всю его кровь. Сиэль не издаёт и звука, в отличие от людей, которых он обращал, — не было даже вздоха, не то, что стонов.       Себастьян Михаэлис, в этот момент находящийся далеко от них — на задании по просьбе Интегры и согласия на это Сиэля — чувствует, что контракт оказался разорван. Душа Сиэля пропала. Он срывается с места, возвращаясь в особняк Хеллсинг. По пути он начинает понимать, что случилось. Себастьян слегка ухмыляется, ведь его уже давно не маленький граф наконец сделал ход, которого так ждал Себастьян. В груди он чувствовал мерзкое демону ощущение — привязанность. И он был рад, что теперь Сиэль будет «жить», и ему не придётся исполнять контракт, съедая душу лорда.       Воздух вокруг Себастьяна словно загустел, сгустившись в липкую, тягучую субстанцию. Мысль о разорванном контракте билась в его разуме, как бешеное сердце. Он чувствовал пустоту, где должна была быть душа Сиэля, огромную, зияющую дыру, пронзающую ткань реальности. Сиэль, его граф, всегда играл по правилам (пусть всегда и им же придуманным), в рамках контракта, даже тогда, когда он истязал себя до предела, испытывая преданность Себастьяна на прочность. А теперь нарушил контракт. Видимо, Алукард настолько хорош, как о нём говорят, раз он смог склонить его господина к предательству. Хитрый, смелый, «непредсказуемый», по мнению графа, ход.       Себастьян прибыл в особняк Хеллсинг, движения его были плавными, неспешными, но в них чувствовалась напряжённая энергия. Всё-таки он не должен был оставлять это просто так. Уж для вида надо было и подраться. Однако чем ближе он был к месту, где последний раз чувствовал жизнь графа, тем меньше ему этого хотелось.       Он увидел Алукарда, стоящего неподвижно, словно изваяние, возле пустого кресла, где должен был сидеть Сиэль. Воздух вокруг Алукарда дрожал от невидимой силы, от ещё не застывшего следа вампирической трансформации. Себастьян не спешил вступать в диалог. Он знал, что все будет ясно без слов. Алукард не издавал звука, лицо его было нечитаемое, как всегда. Но в глубине холодных красных глаз Себастьян уловил тень огромной насмешки. Взгляд Себастьяна упал на пол, где было небольшое пятно застывшей крови. Крови Сиэля. Кровь, которая теперь текла в венах вампира. Он прикоснулся к невидимой нити контракта, связывавшей его с Сиэлем, — нити, которая теперь превратилась в пепел. Пентаграмма под перчаткой исчезла. Контракт был действительно расторгнут.       И по иронии судьбы, это было сделано самим Сиэлем, тем, кто заключил этот самый контракт. Себастьян подошёл к Алукарду и отдал ему лёгкий поклон. Он чувствовал любопытство. Как Сиэль смог так ловко уйти от него? Это было выше некоторых из его ожиданий. И в тоже время его привязанность к графу, скрытая за маской холодного профессионализма, расцветала с новой силой. В этот момент он увидел небольшое кольцо, брошенное на пол рядом с осколками. Это было семейное кольцо Фантомхайвов. Он поднял его и на мгновение замер. На камне кольца, покрытом тонкой плёнкой крови, он увидел трещину. Прямо-таки ознаменование новой жизни.       Себастьян улыбнулся. Сиэль всегда был превосходным стратегом, но этот ход был спонтанным. Использование Алукарда в качестве средства освобождения. Он преуспел даже в быстром решении, и Михаэлис был уверен, что его граф уже продумал следующие ходы. Теперь у Сиэля нет никаких ограничений, кроме тех, что он сам на себя наложит. Себастьян понял, что их жизнь изменится навсегда. Его миссия, возложенная на себя самостоятельно: вырастить лучшего графа — закончена. А новая только начинается: вырастить лучшего вампира. Он будет служить Сиэлю и в его новой ипостаси, но уже не по контракту, а по выбору. Хотя, конечно, учить вампира будет тяжелее. Особенно отвлекаясь на охоту за душами для себя. Но это было даже интереснее.       Сиэль внезапно появился за ним, обнажив клыки. На нём больше не было повязки на глаз, а синева радужки сменилась на багряный закат. — Алукард обещал обучить меня, Себастьян, — сказал своему слуге Сиэль. — Ну же. Обучай прямо сейчас, Алукард. Здесь рядом точно есть люди.       Себастьян склонил голову, едва заметно улыбнувшись. Сиэль, даже в новом облике, сохранял свойственную ему грациозность и уверенность. Багряные глаза горели неистовым огнём, отражая собой закат, который словно отражал саму его новую сущность. Воздух вокруг изменился, стал гуще, насыщеннее — запах железа и земли смешивался с едва уловимым ароматом крови. Это был запах Сиэля, нового Сиэля-вампира. — Граф, — тихо произнёс Себастьян, его голос звучал как шёпот, — Обучение вампира — это сложный процесс, требующий терпения и… определённого количества жертв.       Алукард, до этого наблюдающий, перебил демона. — И ты не зол? Не зол, что я украл у тебя душу? — на его лице было разочарование и призрение. — О, погляжу, мой Господин не сказал тебе, что знает: я давно не хочу убивать его. — Нет, Себастьян, я был не уверен, что это так. — Всё равно, — демон пожал плечами. — Похоже, Алукард, ты не получил, чего хотел. — Ха, — вампир широко ухмыльнулся, — Твой господин принадлежит мне, пока я добровольно не дам ему испить моей крови. Так что как посмотреть. Я отдам его тебе, только если мы сразимся, демон!       Себастьян забыл об этой маленькой детали. Однако что его вид, что настоящие мысли, были одинаковы: спокойны. — Хорошо, вампир. Мы устроил сражение. Не сейчас — позже. Однако я согласен на это условие. А теперь обучи моего графа, как ты ему обещал. Негоже не выполнять условия, не так ли?       Алукард хмыкнул и начал объяснять графу Сиэлю природу вампиров. Он был определённо доволен ответом Себастьяна.

***

      Продолжение было перенесено в ночной город. — Повторюсь, необходимо освоить контроль над жаждой, научиться скрывать свою истинную природу, и, разумеется, владеть своими новыми способностями.       Сиэль, слушая его, уже приблизился к ближайшему переулку, где виднелся силуэт позднего прохожего. Его движения были быстрыми, грациозными, напоминающими скольжение хищной кошки. Себастьян, со своей сверхчеловеческой скоростью, легко последовал за ним, сохраняя дистанцию, готовый к вмешательству. Алукард оставался на месте, молча наблюдая. — Алукард говорил о скорости, силе, и… о чувстве «вкуса», — Сиэль остановился, его взгляд упал на молодого человека, одиноко идущего по улице и державшего в руках книгу. — Начнём с первого, — прошептал он, его голос был низким, словно рокот грома.       Себастьяну не потребовалось много времени, чтобы понять, что Сиэль собирается сделать. В мгновение ока, он оказался рядом с мужчиной, и тот, даже не успев закричать, рухнул на землю: его шея была прокушена. Кровь, алая и густая, медленно стекала на мостовую. Себастьян вздохнул. Это было жестоко, но… неизбежно. В будущем ему предстояло обучить Сиэля контролировать себя, подавлять зверя, который пробудился внутри него. Первым делом — скрывать следы.       Себастьян быстро и эффективно убрал тело, используя свои навыки и магию, стерев любое свидетельство происшествия. Сиэль, тем временем, наслаждался вкусом крови, его лицо исказила гримаса наслаждения, быстро сменяющаяся отвращением. — Слишком примитивно, — пробормотал он, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Алукард говорил о более… — граф Фантомхайв задумался, как бы описать кратко, — Изысканных методах.       Себастьян, понимая, что эта ночь только начало их долгого пути, терпеливо сказал: — Мой лорд, вампирская сила — это инструмент. И, как любым инструментом, ей нужно учится управлять. Мы начнём с контроля над жаждой. Это займёт время, но я уверен, что вы справитесь.       Сиэль, с его новыми, ужасающими способностями, не был похож на того мужчину, которого Себастьян воспитал за все эти годы. Теперь перед ним стоял настоящий хищник, но это был все ещё его граф, его Сиэль. И Себастьян был готов посвятить себя воспитанию этого нового существа.