Первые искры

      Хантер определённо не идеальный опекун. Как минимум потому, что ему всего пятнадцать, и он ровно пол года назад узнал, что вся его жизнь — сплошное враньё. Хантер не умеет общаться с людьми, торговать, а психологическое состояние бывшего Золотого Стража оставляет желать не то, чтобы лучшего, а хоть чего-нибудь. И тем не менее, вот он, тот, кто по идее сгорел заживо в пожаре, стоит посреди комнаты с ребёнком на руках и старается не дать панической атаке захлестнуть себя с головой. Ребёнку всё равно, он лишь тихо сопит, убаюканный песней. Хантер медленно сползает на пол и заставляет себя дышать.       — «Нужно придумать ему имя… » — Проносится где-то на подсознании, когда Хантер отключается.

***

      Хантер определённо не лучший воспитатель. Как минимум, потому-что его самого с детства растили как солдата, поэтому он с усилием вчитывается в текст, сидя в очередном заброшенном здании, пока Матиас играет со своими игрушками. Если несколько соломенных кукол можно назвать таковыми. В книгах для молодых родителей часть повторяются слова «забота», «любовь» и «уважение». Хантер действительно приходит в ужас, когда осознаёт, что понятия не имеет, как это. У него нет и не было примера перед глазами, но есть ребёнок, которому всё это нужно прямо здесь и сейчас.       Хантер старается следовать инструкциям, воспитывая в Матиасе прилежность и «любовь к самовыражению», что бы это не значило. А сам, тем временем, ворует им еду с очередного прилавка на Теневом Рынке и убегает от стражи.

***

      Хантер определённо не лучший старший брат. Хотя бы потому-что, братья, как правило, деляться своими переживаниями, но он предпочитает держать всё в себе. Матиас становится взрослее, начиная постепенно брать на себя ответственность в виде Кинга — случайно найденного ими маленького зверька, у которого не было никого, кроме братьев. Хантер посчитал это неплохим результатом. Возможно, он не был так уж плох в роли воспитателя. К тому моменту он уже примеряет на себя личину Красного Кардинала и начинает пользоваться популярностью у различных преступников на Кипящих Островах. Все знают, что только он может предоставить им диковинку из другого мира, а так же наплести в три короба и продать обычную салфетку по цене дома. Не их конечно, дом в котором Хантер и Матиас живут достался им за бесценок, как и домашний демон Сычик. Хантер просто одолжил их на время, которое не счёл нужным сообщать предыдущим владельцам.

***

      Хантер далеко не лучший защитник, хотя бы потому-что даёт слабину и истерика, царапающая его нутро уже много лет, вырывается наружу с громкими воплями. Сколько бы ни было лет Хантеру, и кем бы он не слыл на Кипящих Островах, в душе он всё ещё глубоко травмированный ребёнок, на которого скинули всё, к чему не должен быть причастен любой другой нормальный ребёнок: грабежи, побеги, воспитание и защита младшего брата. Хантер так долго держал вокруг себя щит, что даже не заметил, как начал задыхаться.       Чьи-то руки обнимают его и прижимаются к себе. Хантер хватается за них, как за спасательный круг.       — Извини… — Шепчет он, ощущая руку у себя в волосах, монотонные движения успокаивают, заставляют дышать ровнее.       — Тебе не за что извиняться. — Говорит Матиас еле слышно, но Хантеру этого достаточно.

***

      Хантеру не обязательно быть лучшим в чём бы то ни было, ему достаточно просто быть рядом.