Финал. Дополнение

Эва зевнула, откладывая книгу в сторону и заправляя выбившуюся из косы прядь за ухо. — Ого, как у тебя отрасли волосы! — Реймсс перевел взгляд на толстую косу, которая уже была ниже талии. — Да… — смущено согласилась девушка. Ее волосы наконец стали выглядеть как прежде: здоровые, блестящие и отрасли за это время достаточно. Все потому, что она начала нормально есть. Прошло чуть больше года после войны и ее жизни в другой стране. Первые месяца три Эва почти ничего не ела. Боялась, что вновь наступит голод, да и не было никакого аппетита. Однажды она просто глянула на себя в зеркало и абсолютно не узнала свое отражение. — Когда он вернется, он меня тоже такую не узнает. Затем тряхнув головой, исправлялась: — Не вернется. Эва начала понемногу есть, брать на обед порцию побольше, заставляла себя есть по утрам и это дало свои плоды. Она не выглядела как прежде, но по крайней мере стала выглядеть здоровой и вернула себе свою красоту. С привычкой есть побольше, она пыталась привыкнуть перестать думать об Амене. Точнее - перестать его ждать и считать живым, а вот это давалось сложнее. — На улице так тепло, может пообедаем где? Реймсс был хорошим. Добрым и чутким, но не тем. — Я уже договорилась о встрече. — Эва в который раз ему отказывала, прокручивая кольцо на пальце. Ни с кем о встрече она не договаривалась. У нее не было здесь никого. Реймсс кивнул, но затем вновь натянул на лицу улыбку, мол, ничего страшного. Деваться было некуда, пришлось уйти с работы на обед. Эва не решилась сесть за столик в ближайшей забегаловке, это было опасно. Вдруг и Реймсс решит сюда придти? Ей пришлось пройтись чуть дальше и найдя свободный столик, сесть прямо за террасой. Аппетит так и не появился, но она помнила, что должна поесть. Открыв меню, девушка быстро прошлась глазами по содержимому, выбирая то, от чего ее хотя бы не будет тошнить. Как будто все было не то и Эва решила взять обычный кофе и пирожное. Может в нем нет ничего полезного, зато оно вкусное. Платили ей немного, но ей хватало и на такие вещи. Заказ принесли быстро и Эва сразу же сделала глоток, обжигающего напитка, тут же скривившись. Не то. Опять. Кофе совсем не то, но в который раз она лишь отбросила эти мысли подальше и сделала ещё один глоток. Кажется, у нее и впрямь получалось жить дальше. Она смогла найти работу, пусть даже в другой стране вновь оказалась в библиотеке, ей нравилось. Эва любила громкий смех Дии и болтовню Исмана, но больше любила тишину. Может от того, что стала проводить время с Аменом? Кто знает. Но в библиотеке было тихо и ей было спокойно. Она хорошо делала свою работу, улыбалась другим. Всегда старалась помочь, пусть и была опять до невозможности одинокой. Шло время и она смирились, поняла, что в этом ничего такого нет. Вокруг сплошь и рядом были несчастные люди, которое кого-то потеряли на войне и то что Эва была одной из них, было понятно. Ее боль не была исключительной. Поэтому она просто жила как есть, пытаясь радоваться тому, что вообще жива. Она скучающе подняла взгляд на небо, кажется пойдёт дождь, а у нее и зонта даже с собой нету. Переводя взгляд ещё ниже, она вдруг замерла, натыкаясь на такой же удивленный взгляд карих глаз. Первое мгновенье Эва не осознала, кого видит перед собой. Ей казалось, это невозможно и она в который раз списала все на свое богатое воображение и не умение отпускать. Не первый раз ей кто-то мерещился. Однако последние пол года это было крайне редко и не так явно. Только мужчина был шокирован не меньше. Содержимое его рта он выплюнул обратно в тарелку, от чего Эву чуть не стошнило и поднялся с места: — Эва! Девушка открыла рот, затем закрыла, но так и не смогла сказать и слова, не в силах подняться. Нет, это невозможно, просто невозможно. — Эва! — мужчина повторился, его голос звучал все так же радостно, но с долей сомнений. Он ведь не мог так ошибиться, верно? — Ти…Тизиан? — наконец заговорила она и мужчина закивал. В следующее мгновенье они подорвались друг другу на встречу, обнимая так крепко, как могли. Окружающие лишь улыбнулись, они решили, что очередная влюбленная пара нашла друг друга после войны. Но для них это значило другое. Маленькая частичка ее прошлой жизни осталась жива. — Боги, я так боялась, что и ты умер… — всхлипнула она. — Я жив и еще как. — хмыкнул он, сжимая ее ещё сильнее. Ничего в нем не изменилось. Все та же добродушная улыбка и яркий взгляд. Несмотря на тяготы войны Тизиан остался собой. Напротив, сняв с себя форму, он будто бы сбросил оковы. — Погоди, что значит «и ты?» — нахмурился он. Эва отстранилась. Не могла произнести в слух то, что Амена тоже нет. — Он жив! Эва, он жив! — тут же затараторил мужчина. — Идем, я отведу тебя! Ну же! Эва еле перебирала ногами, пока ее тащили к невзрачному автомобилю. Он чуть ли не силой затолкал ее на переднее сиденье и сам запрыгнул на водительское. Все казалось каким-то до боли реальным сном. Она ведь приучила себя думать, что Амена больше нет, что даже не готова увидеть его живым. — Столько всего нужно тебе рассказать, боги! Мы ведь…все это время…тебя искали! — речь Тизиана была бессвязной. Он был искренне рад, что нашел ее, а Эва пыталась выцепить любую информацию. Едва мужские пальцы коснулись руля, она вздрогнула, а он проследил за ее взглядом. — Да это…небольшая плата за жизнь. — два пальца на правой руке отсутствовали, но едва ли сам мужчина переживал об этом. — А он…? Тизиан завел мотор и двинулся с места. Он ответил не сразу, не знал, как сказать. — Он изменился, Эва, но он все тот же генерал. — девушка притихла, воображая себе самое худшее. — Его приказной тон никуда не делся, имей в виду. — он перевел все в шутку, но его взгляд остался наряженным не просто так. Эва представила себе Амена прикованного к кровати или к инвалидному креслу, но живого. Он жив и он здесь. От этого встреча не казалась ей такой страшной. — Да мы здесь на самом деле лишь из-за тебя. — из его голоса резко пропала та сама усмешка, он стал серьезным: — Не представляешь, как долго мы тебя ищем, ты… — он осекся, подбирая слова правильно: — Не бросай его так сразу, Эва, пожалуйста. Тизиан понимал, что у этих вечных поисков — вероятнее всего будет плохой исход. Она могла выйти замуж и даже успеть родить ребенка, что тогда? Амен отказывался принимать эту реальность. Он был уверен, что Эва его ждёт и даже не думал, что может не хотеть его видеть. Или же он, как и Эвтида, цеплялся за ускользающее прошлое? Разве ему оставалось что-то другое, кроме как найти ее? Он потерял все, мог потерять и Эву. Доподлинно Тизиан не знал ответов на эти вопросы, но женщин понимал куда лучше. Он знал, что верность может быть относительной. Может ей стало так тяжело, что пришлось лечь под первого попавшегося мужчину, что проявлял к ней знаки внимания. Тизиан бы это не осудил, каждый пытался выжить как мог, а женщинам делать это гораздо сложнее. Он резко нажал на газ и Эве пришлось ухватится за ручку двери, чтобы не упасть: — Я ведь уже здесь, никуда не денусь. — нервно сказала Эва. С таким вождением они и вовсе могут не добраться до нужного места. — Прости, я просто… — он неловко улыбнулся. — Прости. — теперь уже звучал резче, будто он извинялся за что-то. — Эва, я…я даже перестал надеяться. — она молчала, давала ему выговориться: — По правде думал, что мы тебя никогда не найдем и отговаривал его от поисков, хотел, чтобы он просто жил дальше, а ты…нашлась сама. Иногда было невыносимо смотреть, как генерал вновь идет вперед, вновь возвращается из архива, узнав, что никакой Эвтиды в этом городе не было. — Она могла сменить имя. - замечал Тизиан. Амен ничего не отвечал. Могла, он знал это. Могла не осесть в ближайшем городе, как он ей сказал и тогда их поиски затянулись бы на десятки лет. И каков шанс, что она будет ждать его все это время? Что она вообще его ждёт? Амен не был дураком, он все понимал, но продолжал искать. — Как долго вы меня искали? — Да весь этот год, как война закончилась. Эва вздрогнула, отворачиваясь к окну. Он искал ее. Он обещал вернутся и искал ее все это время. — Как…как вы спаслись? — Это… — мужчина осекся. — Было сложно, ты и сама узнаешь и… увидишь. — Увижу? — она быстро досталась в чем дело: — Амен… он сильно изменился? Значит ее предположения о инвалидной коляске могут оказаться верными? Мужчина молча кивнул, не вдаваясь в подробности. Война изменила всех и все таки даже Тизиана. Эва помнила его донельзя болтливым, но сейчас он поговорил от силы минут пять и замолчал. Она воспользовалась этой передышкой, размышляя. Эта встреча была неожиданной. Она и правда почти перестала ждать. Эва ждала его три года в столице и в конце концов, оказавшись в другой стране, вновь оставшись одна, твердо решила, что ждать больше не станет, не будет лелеять себя ложными надеждами, как бы ей не хотелось этого. Она не прекращала о нем думать, но даже не надеялась на встречу. Тизиан отъехал немного за город по дороге в лес, пока не подъехал к небольшому двухэтажному деревянному дому. Остановившись, он вышел и Эва последовала за ним. Она едва успела осмотреться, кругом был один лес и только. Наверняка, если не знаешь об этом месте, просто так сюда не попадешь. Подходя ближе, мужчина неожиданно заговорил: — Я же говорил, что наколю дров! Он свернул за поворот на задний двор и Эва напряжено шла следом. Наконец она увидела его. Амен был обнажен по пояс, стоял к ним спиной, даже и не догадываясь о ее присутствии. Он молча потянулся за поленом, ставя его и разрубая топором снова. Тизиан подошел ближе: — Оставь, остальное я доколю сам, тебе нечем заняться больше? — звучал резко, но очевидно, просто волновался. — В лесу я уже был и ловушки проверил. — голос такой же, каким она и помнила. Со спины ей показалось, что Амен вообще не изменился, однако его образ в ее воспоминаниях был настолько закреплен, что Эва не могла не увидеть изменения. Топор в левой руке, но он правша. Тогда она и заметила огромный угодливый шрам на правом плече и руку, которой Амен почти не двигал. Он поднимал и ставил поленья левой рукой и ею же разрубал. Эва сглотнула. Ладно, он на своих ногах, со всеми конечностями, если одна из них работают плохо, то это не так уж и страшно. — Оставь, говорю. Амен поднял взгляд на друга, стоящего напротив, останавливаясь. — Ты сам вызвался идти в город, почему тогда вернулся так рано? Тизиан смолчал, не знал, какие слова подобрать. Впервые его красноречие было бессильно и это разозлило генерала. Он бросил топор в сторону, разворачиваясь, намереваясь самому поехать в город, в архив, но замер, успев ступить только один шаг. Наверное, в тот момент показалось, что весь мир остановился. На лице Амена промелькнуло неверие. Он не мог осознать, что Эва действительно стоит сейчас прямо перед ним, что это не иллюзия, а он лишний раз не ищет ее лицо в толпе. Эва думала о том же. Она дотронулась пальцем до кольца, будто убеждаясь, что это не мираж, что оно реально, а значит реален и сам Амен. Это казалось невозможным. Она уже смирилась, что все это останется лишь в ее воспоминаниях и просто продолжала ими жить, так и не найдя в себе сил, начать жить заново. Амен сделал несколько шагов в ее сторону: медленных, вкрадчивых, будто боялся ее спугнуть, пока между ними не осталось и пары шагов. Вблизи она наконец увидела все остальное. Все те шрамы, что покрывали его тело, лишь говорили о том, сколько боли ему пришлось пережить. Эва бегло опустила взгляд, пытаясь их сосчитать. Один, второй…седьмой, восьмой…десятый, один… — Эвтида. Она вздрогнула, отрывая взгляд от его тела. Никто не называл ее полным имен. Никто кроме него и это вдруг сняло с нее очки, обрушило реальность на голову. Это он, настоящий, живой. Не ее воображение, перед ней действительно Амен. Она не смогла произнести и слова, лишь чувствовала, как градом покатились слезы с ее глаз. Тогда-то маска невозмутимости на его лице дрогнула. Взгляд сделался мягче и не выдержав, он рванул вперед, притягивая ее в свои объятия. Эва потянулась следом, обнимая в ответ и начиная плакать ещё больше. Здоровой рукой Амен обнял ее за плечо, зарываясь лицом в волосы, вдыхая тот самый запах, что даже снился ему. Сзади стоял Тизиан, который тоже не смог сдержать слезу от этого зрелища. Амен чуть отстранился, приподнимая ее за подбородок. Его взгляд метнулся на девичью кожу, все таки остался шрам. Но как и тогда, так и сейчас — он ее абсолютно не портил. Аккуратно утерев слезы, мужчина ее поцеловал. Почти так как раньше. Эва прикрыла глаза, вставая на носочки, чтобы углубить поцелуй. Он был соленым от ее слез, но при этом такой нужный сейчас. Его губы терзали ее, будто через поцелуй он хотел показать, что не сдался, что искал ее долго и знал, что найдет. Все то, что ему так сложно выразить словами. Эва попыталась отстраниться, когда воздуха стало не хватать, но мужская рука на ее голове ей этого не позволила. Нет, он ее не отпустит, не так быстро. Лишь когда она мстительно укусила его за губу, он оторвался от нее, смотря глубоким, потемневшим взглядом. Оба тяжело дышали, но не отступали, будто готовясь к новому забегу. И Эва ожидала, что он вновь наброситься на нее с поцелуем, но неожиданно Амен просто наклонился, притягивая ее ближе, утыкаясь своим лбом в ее. Он ведь и не знал сейчас ничего о ней, как и она, через что им пришлось пройти. Вмешался Тизиан, который хоть и не хотел портить момент, ясно понимал, что он здесь лишний: — Ну… вы развлекайтесь, а я в город съезжу по делам. — все понимали, это лишь предлог оставить их одних. — Идем в дом, Эвтида. Амен властно обхватил ее руку своей, не давая ей и шанса вырваться. — Я быстро помоюсь и вернусь. — он посмотрел на нее и Эва не могла не увидеть, как он напряжен. Боится, что убежит? — Я…буду здесь. Лишь тогда он позволил себе ненадолго уйти. Эта кратковременная передышка была необходима им обоим. Они должны перевести дух, подумать. Амен стоял под струями воды и понимал, что за все время их разлуки, могло многое измениться. Может она любит другого? Может у нее даже есть ребенок? Он отмахивался, когда Тизиан говорил тоже самое, но это не отменяло того, что это возможно. И все же, он почему-то был уверен, что нет у нее никого. Чутье ему кричало, что она его ждала. Если бы он был хорошим человеком, он бы узнал как все обстоит прежде, чем наброситься с поцелуем и может отпустил бы ее жить дальше, но он плохой человек. Нет, он ее не отпустит. Он искал ее столько времени, не для того чтобы отдать другому. Эва думал о том же. Она уже свыклась с простой, мирной, ничем не примечательной жизнью. Вот только это была даже не жизнь, а существование. Девушка бросила взгляд на плиту и неожиданно для себя улыбнулась, подходя ближе. Амен вернулся быстро, уже одетый в простую светлую футболку и штаны, он замер в дверном проеме, не в силах оторвать взгляда. Эва мигом развеяла все его опасения всего лишь одним действием — она сварила кофе, так, как научил ее он. На столе стоял две чашки, девушка аккуратно переливала из турки содержимое в каждую, даже не замечая стоящего сзади генерала. Закончив, она повернулась и сразу наткнулась на прямой взгляд мужчины, вздрагивая от неожиданности. Боги, а она забыла, как бесшумно он передвигается. — Я тут кофе решила… — Вижу. Она могла бы ничего не делать, просто ждать его и все, однако поступила иначе. Эва смущено заправила выбившуюся за ухо прядь и Амен оказался рядом в ту же секунду, хватая ее за руку. Она вздрогнула больше от неожиданности, нежели от испуга. Давно поняла, вреда он ей не причинит. Его рот приоткрылся от удивления, а глаза сощурились, когда он увидел кольцо, что отдал ей когда-то. — Ты его надела. — пробормотал он. — Я его и не снимала. — исправила Эва. Они вновь встретились глазами. Каждый додумывал, опасался самое худшее, но теперь было очевидно — они ждали этой встречи больше, чем нормальной жизни. Даже едва владея правой рукой, Амен не растерял прежней силы. Он на удивление быстро прижал ее к столу, нависая сверху: — Ты ведь понимаешь, что будет, раз не убежала. — его дыхание обожгло висок и Эва прикрыла глаза, понимая, что абсолютно не властна над собой. — Я… не буду спрашивать о прошлом. — эти слова и ему дались с трудом, но на саму девушку они произвели ещё больший эффект. — Что? — она резко вскинула голову, отталкивая его, но он не сдвинулся и на миллиметр. — Ты даже не дал мне ответного обещания о верности, а сейчас говоришь, что я там с кем-то… — Могло быть всякое. — перебил он, ни капли не страшась ее ярости. — Обещание не дал, ты права, но другие меня не интересовали. — Эва фыркнула, будто не верила. Мужская рука легла на заднюю поверхность шеи, не давая и шанса отстраниться: — Думаешь, я маленький мальчик, не умеющий держать член в штанах? Или насильник? Эва прикусила губу. Верно, у него было достаточно возможностей взять ее, но он этого не делал. Насильник бы давно воспользовался своим преимуществом. — Ты генерал, едва ли тебе приходилось кого-то заставлять. — Я был генералом. — Прошипел он. — Теперь я калека. В этот момент Эва видела, как это задевает его. Все его регалии и достижения канули в лету. Не только ее жизнь изменилась, его могла измениться и похуже. Он выдохнул, не давая эмоциям и травмам завладеть над собой. Он искал ее так долго не для того, чтобы сейчас сорваться. — В любом случае, все что у тебя есть это я сам. А я не останавливался ни перед чем, чтобы вернуться, чтобы тебя найти. Думаешь, тратил время на других? Амен не склонен ко лжи. Будь у него другие женщины, он бы признался, даже зная, что сделает ей больно. И Эва ему поверила. — Я ждала тебя. — призналась она. — Я вижу. — он дотронулся до кольца на пальце. — Нет, в Берлине тоже, все это время я… — на мгновенье она вновь оказалась в той квартире без намека на светлое будущее. — Тише… Амен поцеловал ее в висок, спускаясь ниже. Его губы умели быть нежными, пусть это и было ему не свойственно. Поэтому вскоре поцелуи быстро перестали быть невинными. Они оба скучали друг по другу, в том числе и по прикосновениям. Эва обвила его шею руками, прижимаясь всем телом. Нарочно провоцировала, знала, что это возымеет эффект. Генерал оттянул ее за волосы назад. И вновь удовольствие граничащее с болью. Сам Амен был таким. Вот он защищает ее ценой собственной жизни, прикасается нежно, оберегает от других, а через мгновенье шлепает, причиняя боль, говорит какую-то колкость. Эва никогда не знала, что будет ждать ее в следующую секунду. И она уже очень давно призналась сама себе, что ей это нравится. Этих обжигающих поцелуев ей хватило, что захотеть больше. Она плавилась от грубых прикосновений. Амен не забыл о ее чувствительном местечке, оставляя на ней свои метки, специально, на зло другим, всем тем, кто посмел на нее заглядываться и думать, что у них есть шанс. Он подхватил ее здоровой рукой и Эва тут же обвила его талию ногами, нарочно опускаясь чуть нише, чтобы потереть о его эрекцию. Амен рыкнул, не скрываясь своей реакции и поспешил пройти в гостевую на большой диван. Едва он опустил ее, Эва поспешила перевернуться на живот, но Амен ее остановил: — Нет, ложись на спину. Она подчинилась. Переодически она размышляла о их ночи. В те времена, когда она настолько отчаивалась и искала во всех воспоминаниях хотя бы крупицу любви, сознание услужливо подкидывало ей воспоминания из их ночи. Он ведь будто специально развернул ее к себе спиной, делая все таким безличностным, будто ему было плевать. Потом он брал ее по разному, но именно начало, которого они оба ждали отложилось в памяти особенно сильно. Сейчас же он намеренно уложил ее на спину. Быть может взять ее сзади ему было и удобнее, но он хотел видеть ее лицо, хотел иметь возможность поцеловать. Эва быстро задрала платье, избавляясь от белья. У самого генерала не хватило выдержки, чтобы раздеться, он лишь приспустил штаны, устраиваясь меж ее разведенных ног. Он уже не мог прикрываться маской невозмутимости, он слишком долго ждал Эву, чтобы остаться равнодушным. Проведя членом уже по влажным складочкам, он удовлетворено выдохнул и направив себя, навалился на нее сверху, оставляя в опоре здоровую руку. Эва зашипела от дискомфорта. Она хотела этого не меньше, но долгое отсутствие секса давало о себе знать. Амену хотелось ее потрогать, помочь расслабиться, но он практически не ощущал поврежденную руку. Мог поднять что-то легкое, но точно не смог бы доставить удовольствие женщине. Он досадливо поджал губы. Все что мог, это продолжать входить глубже и покрывать поцелуями все, до чего дотянется. Эва была хозяйкой своему телу. Она очень быстро расслабилась, приспособилась, сама прижалась к нему сильнее. До сих все происходящее казалось сном и очередной резкий толчок доказывал ей, что это реальность. Сбитое мужское дыхание и прямой взгляд убеждали ее, что Амен здесь. Эва видела, как забываясь, он пытался помочь себе правой рукой и это натолкнуло ее на обсурдную мысль: — Стой! — Амен замер внутри нее, но отстраняться не спешил. Испугался, что сделал ей слишком больно или того, что она передумала. Он себя знал, он не насильник, но отчетливо понимал, что едва ли сможет принять ее отказ, едва ли сможет отпустить из собственной жизни. — Теперь ты ляг на спину. — Эва уперлась своей маленькой ладошкой в его грудь, слегка надавливая. Он колебался. Не привык подчиняться кому-то, однако уступил, все так же не сводя своего прямого взгляда. Теперь Амен лежал на диване, а Эва забралась на него сверху. Она не спешила, смотрела то на вставший член, то на Амена. Его рука предупреждающе сжалась на ее бедре. Эта медлительность была невыносима, но он не торопил. — Я помогу. Эва кивнула и привстав, направила его внутрь себя, медленно опускаясь, пока член не оказался полностью в ней. Амен шумно втянул воздух, не отрывая глаз от места, где их тела соединялись. Черт возьми, он ещё об этом пожалеет. Эва слегка поерзала, устраиваясь поудобнее и наконец принялась двигаться. Вначале аккуратно, неумело. Амен откинулся на подушку, на пару мгновеньев прикрывая глаза. Эва видела, как дрогнул его кадык, как приоткрылись губы. Теперь она упивалась той властью, что имела над ним. — Нравится, генерал? — сама не понимала, почему подначивает его. Глаза Амена опасно сверкнули. Но он мог не притворяться, Эва ощутила, как дернулся его член, когда она назвала его генералом. — Не хочешь меня поцеловать? — обманиво-нежно спросил он. Эва не понимала, в чем подвох. Она медленно наклонилась, приближаясь к его губам и едва дотронулась до них, как мужчина сорвался с цепи. Его рука мигом оказалась на пояснице, не давая отстраниться, а бедра стали неистово врезаться в ее собственные. Эва застонала в поцелуй. Как она не пыталась быть главной, ей нравилось, как Амен брал все в свои руки. Он изводил ее своими проникновениями, сам не позволяя себе кончить раньше. В конце концов Эва выпрямилась и Амен подтолкнул ее: — Ну же, Эвтида, неужели не хочешь себя потрогать? Сквозь приоткрытые ресницы, Эва бросила на него взгляд, ощущая, как его рука властно сжалась на ее ягодицах. Она хотела, очень и после его слов это не казалось каким-то неправильным. Ее пальцы ловко скользнули к завиткам темных волос и принялись потирать клитор. Амен не прекращал двигаться, не прекращал удерживать ее на месте рукой. Очень скоро он ощутил, как ее стенки сокращаются все сильнее и сильнее и Эва наконец вскрикнула, задрожав всем телом. Амен гортанно простонал, изливаясь внутрь до последней капли, как и хотел когда-то. Теперь последствия были не страшны для них, ведь они рядом. Эва обессилено рухнула прямо на него, позволяя ещё какое-то время находиться внутри. Они молчали. Едва все происходящее внутри каждого можно выразить словами. Эва гладила его шрамы, проходясь пальцами по каждому. Знала, сейчас лучше не спрашивать, но когда-нибудь она непременно о них все узнает. Ближе к вечеру явился и Тизиан: - Тук-тук, это я! - он кричал намеренно, чтобы привлечь к себе внимание. Ступал осторожно, не желая увидеть того, чего не хотел. Наткнулся на них сидящих на кухне. Амен скривился от его ора и мужчина тут же расслабился, понимая, что все в порядке: — Слава богу, а я уж думал, вы тут… — он замялся, понимая, что начал говорить лишнее: — Поесть в общем привез, знал, что вы тут заняты, так что… Амен закатил глаза, а Эва спрятала краснеющее лицо в ладонях. Однако поесть не отказалась, к тому же ей необходимо все узнать, а никто ей не расскажет во всех подробностях лучше, чем Тизиан. Она выждала какое-то время, пока все усядутся, начнут есть, прежде чем спросить: — Как вы выбрались? Мужчины переглянулись и Амен кивнул, позволяя другу все рассказать. Амен хотел вернуться к Эве, но сбегать от битвы не собирался. Он бы не бросил свой отряд. Это было не просто сражение, эта была самая настоящая бойня. Обе стороны понимали, это последний рубеж, который одних отделяет от победы, других - от поражения. Не удивительно, что генерал своей жизни не жалел и получил осколочное ранение. Тизиан был рядом, он оттащил его подальше. Воспользовался небольшим затишьем, утаскивая его ещё дальше от бойни к Ливию. Глаза лекаря изумлено расширились. Он сам был полностью в крови, будто дрался, а не спасал жизни. Он выполнил свою работу, перевязал рану, но не больше: — Он умрет. Ранение серьезное и я не уверен, что вытащил все осколки. — Черта с два он умрет! — Тизиан встряхнул его за шкирку: — Умрет он - умрешь и ты! — Думаешь ты первый, кто меня этим пугает? — зло сощурился Ливий. — Да мы все здесь передохнем, если не уберемся сейчас же. Оба замерли, переглядываясь. Теперь мысль сбежать не казалась такой абсурдной, к тому же Амен был без сознания, припираться он не будет. — Я…знаю, где стоит машина, у меня есть ключи. — напряжено произнёс Тизиан. — Далеко мы можем не уехать, сам знаешь. — не менее напряжено ответил Ливий. - Знаю. Жажда жизни была слишком сильна, чтобы не попытаться. — Ливий конечно раз пятьдесят предлагал мне его бросить где-нибудь в лесу, но как видишь, он здесь. — Амен сверлил его недовольным взглядом. — Ну а что? В первую очередь ты жив благодаря ему, если бы не лекарь, умер бы там да и все. — Я бы не умер. — ощетинился мужчина. — Ну да, просто так значит я тебя на собственном горбу тащил. Оба замолкли. Очевидно, этот разговор поднимался между ними не в первый раз и что-то надломило в каждом. В Тизиане, который привык полагаться на генерала и пришлось принимать все свои решения самому. В Амене, который на время стал беспомощным. Кто-то не зная всей истории, наверняка за спиной считал его трусом и предателем. А он просто лишился всего. — Так вы…живете в лесу теперь? — аккуратно начала Эва. — Да, мы же кроме как стрелять ни на что и не способным. - Тизиан ухмыльнулся, пусть и натянуто. — Теперь егеря. — Но как нашли меня? И где Ливий сейчас? — В столице, где ж ему ещё быть. Наверняка пытается стать именитым лекарем. — пробурчал Амен. — Верно. — теперь Тизиан улыбнулся искренне. — Просто ездили из города в город на границе, искали твое имя в архиве, пока ты не нашлась сама. Эва кивнула. Да, это могло бы и не принести результатов. Она ведь тоже могла бы просто взять и уехать дальше. — Темнеет уже, отвезти тебя домой? — Она останется здесь. —перебил Амен, а Эва смущенно кивнула. — Но где я буду спать, чтобы не слышать, чем вы там занимаетесь?! - Тизиан возмущенно вскочил с места. На самом деле он и впрямь не хотел слышать все эти стоны всю ночь, пусть понимал, что они точно будут. — Поспи на диване. — Да он жуть какой неудобный! — Ничего, переживешь. Эву, которое вначале одолело смущение, вдруг просто расперло от смеха. Невозможно было равнодушно наблюдать за их перепалкой. Мужчины переглянулись и неожиданно рассмеялись вместе с ней. Тизиан ещё громче, едва не свалившись со стула, Амен - более сдержанно, но не менее весело. Амен бросил на нее взгляд, не переставая улыбаться. Теперь-то она никуда от него денется, будет рядом, будто бы Эва не желала лишь того же.