Глава II - 3

******

- Я услышала звон стекла, и уж подумала, что всё-таки тебя убила. - Разбила, ты хотела сказать. Извлечённый из ножен клинок бликовал холодной, тщательно отполированной сталью. Нуар вертел его и так, и эдак, любуясь лаконичностью едва заметного изгиба. Необычной линией закалки, удивительно похожей на отару кучевых облаков. Кончиком ногтя он попробовал остроту меча, и с шипением отдёрнул руку - клинок оказался бритвенно-острым. На мече не нашлось ни клейма, ни даже самого крошечного отпечатка пальцев. - А Вольпина?.. - спросил Адриан, пытаясь перерубить кружащуюся в воздухе снежинку. - Сбежала, само-собой. Они спрятались на крыше безымянного дома на острове Сен-Луи. Баг вообще тянуло к островам и Сене, их запруженным туристами улочкам. Нуар её страсти не разделял, но рад был оказаться подальше от воя сирен и источника этого шума - полиции. Впрочем, не он один: едва только на горизонте показался первый микроавтобус с голубой надписью "Префектура Парижа", Ямабуси как в воздухе растворились. Баг выразительно кашлянула в кулак. Камненосец оторвался от созерцания меча. И принялся созерцать уже Леди Парижа, с тем же немым восхищением. Судя по выражению на симпатичном личике, ждала она не этого. - А-а-а... это был "какого хрена"? Прости, я пока не силён в кашлётном диалекте, - вздохнул Нуар, положив меч на колени. - Быстро учишься, однако ж. - Послушай... я увидел, как за девицей гонятся мотоциклисты. Прямо по льду. Что я должен был подумать? Что они хотят взять у неё номер модистки?.. не оставлять же всё как есть. Нужно было дурочку спасать. - Когда мы встретились, кот, ты уже успел ввязаться в погоню, порубиться на мечах, и бодро улепётывал. А на улице, на минуточку, из витрины буланжери торчала машина. Всё как ты любишь. Умеешь. Практикуешь. Чувствую, между твоим лаконичным "не оставлять как есть" и вот этим всем бардаком спряталась история. Я тактично умолчу про мираж, который едва не сделал со мной такое, от чего обычно умирают. Адриан, состроив глупую мину, блуждал глазами по тёмным, медленно ползущим облакам. - Ты обещал... обещал мне, что не будешь светиться перед людьми, Нуар. И вот опять. Нам нельзя бездумно себя проявлять. Она качнула головой в сторону стены брендамуэра, на которой заканчивалась эта, и начиналась кровля следующей крыши; над кирпичом мастерски потрудился художник: во всю стену красовалось не граффити даже - настоящее полотно. Таинственная фигура, бредущая по дороге, в свете фонарей, отбрасывала на нарисованный асфальт тень в форме изогнувшего спину кота. Стилизованная под сороковые надпись гласила: "коты всегда возвращаются домой". Художник, очевидно, в глаза не видел настоящего Нуара, и очень ему польстил ростом и шириной плеч. - То есть, если вопрос стоит о "проявлении", и человеческой жизни, мы выбираем конспирацию? - мрачно спросил Адриан, отводя взгляд от шедевра уличной живописи. - Мы... - девушка осеклась. Устало потёрла глаза. - Ох. Я хотела сказать, что всегда можно быть осмотрительнее. Ладно... ты прав. Просто эта девица... она тебе не показалась подозрительной? - Чёкнутой слегка? Он, как мог, пересказал всё выпытанное у Вольпины. Начал со встречи мотоциклистов, умолчав подробности, какие могли его выдать. Хватало и приключений на площади. Баг, в самом начале нервно теребившая чёрную прядку возле бледного лица, быстро успокоилась, и конец эпического повествования встретила с выражением, достойным изваяния всеведающей богини. Сложив руки на груди, она задумчиво смотрела на неспешно бегущие, серого цвета воды Сены. Крепкий ветер, несущийся с реки, изумительно играл алыми ленточками в иссиня-чёрных волосах, забранных в два практичных пучка. Снежинки, кружась, изумительно облетали изумительно-изящную, затянутую в красный с черным костюм, фигуру. Костюму этому по оригинальности было далеко до того, что Адри видел на Вольпине. Но самой кицуне, по мнению Агреста, было ой как далеко до Баг... Словом, Адриан опять залюбовался. "Всё-таки есть в ней что-то такое, что-то... я не знаю что, но оно определённо есть. То, из-за чего пишут стишки, и никому потом их не показывают". - Ну? - вслух произнёс Нуар. - Ты ей удачно подвернулся, - ответила Баг, едва шевельнув губами. - Окажись на твоём месте я, этой Вольпине пришлось бы рассказать если не всё, то почти всё. - О-ля-ля! Ура. Пытки? Нуар, многозначительно двигая бровями, взмахнул мечом. Камненосица, недоверчиво глянув на сверкнувший в опасной близости от бедра кончик клинка, посторонилась. - Я бы не стала ввязываться в конфликт двух сил, мотивы которых мне не ясны. Конечно, они навели шороху в нашем городе. Но вмешательство, как ты заметил, количество бардака не уменьшило. Так что кицуне придётся с нами поговорить, если она рассчитывает принять руку помощи. Правда... Она поймала пальцами беснующуюся на ветру ленточку. Повертела её разглядывая, будто видела в первый раз. - ...мои знания о кицуне не добавляют симпатий этой "Валь". - Они едят детей? Не смотри так. Мне просто интересно, что должен сделать человек, чтобы ты спокойно стала смотреть, как его на ломтики режут острыми предметами. - Кицуне, - сквозь зубы выдохнула Баг, зябко ёжась, - очень специфичные камненосцы. Они не уникальны, входят в "миллион безымянных". Как и мы с тобой, они становятся сильнее с возрастом. Но мы-то постареем. А они - нет. Это один из немногих амулетов, которые дарят людям долгожительство. Тут миф не врёт. Так что твоей "Валь" может быть как шестнадцать, так и сто шестнадцать лет. По крайней мере в облике камненосицы это будет незаметно. Есть и минусы. Для неё - у кицуне слабые амулеты. Единственное их средство защиты - мастерские наведённые иллюзии. Поэтому кицуне без покровителя долго не живут. Или сбиваются в стаи. Нуар понимающе кивнул. Желающих обзавестись амулетом, дарующим долголетие должно быть немало. - Правда, если верить мифу, кицуне - умелые соблазнительницы, - сказала Баг, почему-то смущённо потупив взгляд. - У похожих амулетов это свойство обозначает способность читать поверхностные мысли, и залезать в голову. Что хорошо стыкуется с иллюзиями, но... кхм... возможно это просто сказки. В любом случае, на камненосцев какие бы то ни было чары, особенно слабого амулета, работать не будут. Но не это нам интересно... Их глаза встретились. - Ты тоже заметила, как она двигается? - спросил Нуар. Баг кивнула. - Да. Она быстрая, как кобра. Может, потому что она уже... гм... - на бледных щеках проступил румянец, - м-м-м... повзрослела. Или потому что ей действительно много лет. Или... у неё есть покровитель. - Я тоже об этом подумал. Тонкие стрелки бровей изумлённо поползли вверх. - О покровителе, - фыркнул Адриан, - я подумал о покровителе. А не о том, что она уже повзрослела, дорогая Леди. Это меня мало волнует. - Конечно, конечно. Ага-а... Изумлённый Адриан упустил рукоять меча. И клинок, звякнув, грохнулся на черепицу. - Да ты никак ревнуешь? Х-ха! Ха-ха! - Я говорю о "покровителе". Ага. Да. Он есть. Наверняка. - Разумеется. Ведь очевидно, что эта наша кицуне, как там... не повзрослела. Ну разве ж так взрослеют?.. давай напряжём память, и попробуем разобраться с этим раз и навсегда! Начнём сверху... Баг, фыркнув, запустила в его сторону коробочку йо-йо. Адриан не успел уклониться - коробочка, с тихим стуком, щёлкнула его по лбу. Леди резко дёрнула верёвку на себя, и оружие вернулось ей в ладонь. - Кстати, хотелось бы услышать мнение эксперта, - не унимался Адриан, потирая ушибленный лоб. - Как взрослеют камненосицы? С какого места стартует этот невозвратный процесс?.. Нуар, тихо смеясь, заслонил лицо руками. Но коробочка, в этот раз, легонько ударила в живот. - Дурак, - буркнула Баг. И всё-таки улыбнулась. - Миледи, ты дикарка. Посмотри на себя, с тобой невозможно говорить об... ай! Больно!.. серьёзных вещах! Ведёшь себя, как не повзрослевшая... ой... ладно, ладно! Сдаюсь! Девушка, подбрасывая на ладони йо-йо, с вызовом посмотрела на Нуара. А затем произнесла: - Интересно узнать, где ошивается её покровитель. И кто это. - Если таковой имеется. Ты её прежде здесь не видела? Не слышала даже? Баг отрицательно покачала головой. - Не похоже, чтобы она была сильно издалека. Её французский... м-м-м... получше моего. Она точно не из Канады, можешь поверить. Очевидно, что и не из Японии. - Кицуне может быть старше, чем кажется, - напомнила Баг. - Могла раньше жить где-нибудь здесь. Во Франции. Этого мы тоже не можем исключать. Ёжась, она дохнула на озябшие пальцы. - Слушай, пора заканчивать. Я начинаю замерзать, а это значит, что костюм теряет силу. - Боишься, что узнаю, насколько ты повзросле... чёрт! Ты однозначно быстрее меня, а это значит, что зрелище не будет даже противозаконным... ау! - Скажи, что собираешься делать, и я пойду, - по-кошачьи фыркнула Баг. - Вы, вместе с самураями, спутали мне все планы. Меня ждут... важные дела. Куда важнее твоих подкатов. - Подкотов. Выгуливаешь детишек? Среда ведь, детский день. Не своих, конечно, или... своих? - Нуар, закругляйся. Я замёрзла. Адриан обречённо махнул рукой. Кончиками пальцев коснулся срубленного уха. Кровь перестала, но рана жутко саднила. - Она назначила рандеву. Почему б не явиться? Будет шанс хорошенько её расспросить. Чего морщишься? - Да так, - усмехнулась Баг, - боюсь, что ты ничего не узнаешь, а вот она узнает больше положенного. Женская интуиция. Идея, прямо скажу, так себе. - То есть ты не идёшь. - То есть я не иду, - кивнула Баг. - Нет смысла. Если она и дальше будет нарываться на неприятности, то отхватит, прости за сленг, от самураев. Самураи отхватят от полиции. Это раз. Два: она меня видеть не захочет, и снова сбежит. Думаю, не будь меня, вы бы сейчас мило болтали ножками на крыше. - Бросаешь её на растерзание психопатов? Голубые глаза остановились на Нуаре. В них читалась печаль... и сожаление. - Я не знаю даже, в чём их конфликт. И вмешиваться в то, чего не знаю - не стану, Нуар. Может они её ремнём выпорют, кто знает? А, может, она станет для нас занозой почище Бражника. Лично мне хватает и его. Я не хочу, пойми, Нуар, встревать в историю, которую начала кицуне. Но уже понятно, что в неё можешь вляпаться ты, и тогда я уж... никуда не денусь. Поэтому будь осмотрительней, и не подставляй меня. Она запрыгнула на поручень, обрамляющий крышу. Застыла на нём, ловко балансируя руками. - То есть за меня ты готова заступиться. Почему?.. Адриану очень, ну очень хотелось услышать ответ на этот вопрос. Он, конечно, знал, что не услышит. И не услышал. - Кстати, - бросила она через плечо, - дважды подумай, прежде чем соберёшься рубить кого-нибудь этой железкой. Даже из благих побуждений. - Что?.. Не собираюсь я никого им рубить. Для меня, Леди, это раритетная железка. И только. Девушка, по-балетному грациозно развернулась на самых кончиках носков. Взмахнула руками, удерживая баланс - это было непросто, даже на малой высоте чувствовалась крепость ветра. - Я уверена, что так же говорят и те, кто при первой возможности пускают "раритетные железки" в дело. Сначала они рубят скрученные маты. Потом этого им становится мало. - Ага. Фехтовальщики, по-твоему, потенциальные маньяки. - Нет. Я говорю не о фехтовальщиках. А о тех, кто рубит настоящими мечами ненастоящих людей. Стреляют из настоящих пистолетов, настоящими пулями по... да, ты угадал. Ненастоящим людям. Мишеням. Я не большой эксперт в оружии. Но меня заставляет напрячься отмазка в духе "от спортивных ружей не тот эффект". Я человек прямой, Нуар, и если вижу, что кто-то тренируется с настоящим оружием, думаю так: "этот кто-то готовится убивать. Потому что боевое оружие создано, чтобы убивать". И он убьёт. Мотив не важен. Убьёт. Потому что, видит Бог, люди умеют добиваться цели. Адриан раздражённо вложил меч в ножны. Круглая цуба звонко щёлкнула о латунную оковку. -Ради твоих нервов, Миледи, - буркнул он, ставя меч рядом. Скрестил на груди руки. - Это их мир, не мой. В любом случае, теперь у них на одно орудие убийства меньше. Баг вздохнула. По её напряжённому лицу он видел - разговор этот доставляет ей удовольствия не больше чем ему. - Мне льстит твоё беспокойство, - уже мягче добавил Адриан, рассматривая влажный металл крыши. - Но ведь это правда не мой мир. - Я знаю, - тихо произнесла она. - Но они бывают убедительны. Так... что и сам не замечаешь, как там оказываешься... Повисла пауза. - Кстати, - первым прервал молчание Нуар, - чтоб уж я наверняка не попал ни в чей мир, не хочешь сходить куда-нибудь?.. ну там... Агрест произнёс это быстро, взволнованно-поспешно. Он оторвал взгляд от пола, чтобы узнать, заметила она, или нет. Не заметила. На месте, где только что стояла красно-чёрная фигурка, зияла пустота. Будто никого и не было. - Стабильность, - вздохнул он, - мой конёк. Адриан улыбнулся. Даже с крошечной высоты своих лет, он понимал: не смотря на все фырканье, взаимные шпильки и смешные обиды, сейчас творится история. Его история. Стремительные пробежки по пустынным крышам Парижа. Неловкие приключения в сплетении тесных улиц, все эти кафе и бистро, закаты и рассветы, застывающие на коже туманы и снегопады... жаркие, в летней тоске дни. Смурные, дождливые дни осени, пахнущие горячим шоколадом и влажным каштаном. Посиделки на высоте древних башен, болтание ногами над безбрежным морем Города Огня. Глаза голубые и зелёные. Девочка и мальчик. Или девушка или парень?.. Девушка-загадка, и парень-простак - так будет вернее. Тайны, недомолвки, личные секреты, которые дороже всех сокровищ Миракля... Всё это навсегда останется с ним. И никакие неприятности, никакие мечи, никакое горе этого у него не отнимет. Нуар крепко, до дрожания ресниц, зажмурился, улыбаясь. Ему всё никак не удавалось поймать за хвост неуловимое "сейчас". Быть может, когда получится - он почувствует себя по-настоящему счастливым?.. быть может получится в этот раз?.. ...много, очень много лет спустя, он откроет глаза. Увидит отражение в зеркале (смеяться над ним, или плакать?.. в любом случае, в итоге мы получаем лица, какие заслужили). Улыбку, уже не такую тёплую, но всё ещё искреннюю. Сошедшиеся морщинки в прищуре усталых глаз. Белые полоски честно заработанных шрамов и шрамиков. Недельную, с первыми признаками седины, щетину. Голос, надломленный и сухой. Царапающий слух, как наждак, сквозь шум воды льющейся из крана воды произнесёт: - Сопляк. Зелёный, наивный, глупый, самоуверенный сопляк. Вот кто это был. Невозможно терпеть. Но, Боже, до чего он был прав... "ничто у меня этого не отнимет". Ха. Устами младенца... Воистину. Устами младенца... Но всё это будет потом. Невообразимо далеко... а сейчас, сегодня, над Парижем кружится снег.

Слушаем: Big in Japan - Neja