Бонус.

      Том стоял в полутёмной комнате, освещённой лишь тусклым светом от настольной лампы, которая бросала мягкие тени на стены. Запах бумаги и чернил витал в воздухе, смешиваясь с едва уловимым ароматом свежезаваренного чая, который Джоан оставила на столе. Его сердце колотилось в груди, словно дикий зверь, пытаясь вырваться на свободу.        — Джоан, я могу тебя поцеловать? — с мольбой в голосе произнёс Том, заглядывая в её глаза. Он облизал пересохшие, потрескавшиеся губы, чувствуя, как его голова раскалывается от напряжения. Вокруг него всё словно сжималось, и он не мог избавиться от ощущения, что без неё он просто сойдёт с ума.        Он ощущал как с каждым днём в дали от неё сходит с ума, времени уроков и коротких встреч по вечерам совершенно не достаточно. Его кости казалось выворачивало на изнанку, а тело охватывал жар и озноб как при простуде, но ни одно из зелий, что ему дали не помогло. Он чувствовал себя лишь хуже.        Джоан, обойдя стол, делала вид, что занята. Она собирала пергаменты, перекладывала их, вытаскивала новые из выдвижных ящиков, но её движения были нервными и резкими. Каждый раз, когда она избегала его взгляда, в Томе росло отчаяние, и вместе с ним — свирепая ярость.        — Нет, мы же уже говорили об этом, — нетерпеливо отрезала она, не поднимая головы. Её голос звучал так, будто она пыталась убедить не только его, но и саму себя.        Стол был преградой между ними, Джоанна пыталась отгородится от него, она избегала его. "Она не должна меня избегать! Всё же стало хорошо, она меня избегает. Нет, нет, я ей нравлюсь! " — думал он, подходя к столу. —" Она меня любит, любит, да, она моя. Моя. "        Том шагнул ближе, его дыхание стало тяжёлым, как будто в воздухе было слишком много электричества. В его глазах горел огонь, и он чувствовал, как его одержимость перерастает в нечто большее, чем просто чувства.        — Пожалуйста, — с дрожью умоляюще прошептал он, его голос стал низким и хриплым, когда он принялся вместе с ней перебирать чужие домашние задания. Том пытался ненавязчиво прикоснуться к её руке, ощущая как кровь шумит в висках отбивая быстрый ритм сердца.        Его глаза болели и от сухости начали слезится, но он даже не пытался это скрыть зная, что Джоан питает слабость к жалкому виду и если он оасплачется то она точно сделает всё, что он захочет.        Мышци его лица сокращались и подрагивали не повинуясь его воле, от чего его натянутая улыбка напоминала больше оскал. Он в очередной раз незаметно вытер вспотевшие ладони о брюки. Ему жизненно необходима Джоан.        — Ты не понимаешь, — произнёс он, его голос дрожал от подавляемой злости. — Я не могу жить без тебя.        — Реддл, второй раз этот номер не пройдёт! — огрызнулась она не поднимая головы от стола.        Том совершенно не понимал, что было такого манящего в столе, когда на против неё стоял он.        Том вновь облизнул губы, выдыхая аромат сливок и клубники. От такого знакомого запаха у него задрожали колени и он оперся рукой о стол удерживая своё вертикальное положение.        — А объятия? — надломлено спросил он осипшим голосом. — Ты же можешь меня обнять? Дружеские объятия, друзья же обнимаются, да? Пожалуйста, Джо, — с нездоровым блеском в глазах произнес Том беря её за плечи и утыкаясь горячим лбом в её плечо.        — Хорошо, объятия и всё, — сдалась Джоанна не сумев догнуть свою линию категоричного отказа, её сердце смягчилось от болезненного вида Тома.        Том обнял её, крепко прижимая женское тело к себе, словно стремясь поглотить её, слиться целиком и полностью. Он чувствовал как её близость остужала болезненый жар и ломоту в теле, словно он погружался в прохладную воду после долго хождения под палящим солнцем пустыни.        — Ты можешь всегда меня вот так обнимать когда мы одни? — с закрытыми глазами протянул он около её уха.        — Том, даже друзья не обнимаются так часто, — похлопала она его по спине. — Тебе уже лучше? Может тебя довести до медпункта?        — Мне лучше когда я обнимаю тебя, мне ни одно зелье не помогло, а ты обняла и всё прошло, — он потерся щекой о её макушку как большой кот, хотя с его ростом он скорее тигр переросток.        Том не лукавил, эти не долгие объятия разогнали туман в его голове. В первый их разговор под клятвой Джоан говорила о навязчивых идеях фикс, и похоже его разорваная душа выбрала себе цель — Джоан. Она его Немезида, его нейзбежная судьба, та кто может определить его жизнь и смерть.        "Это ещё одна причина почему Джоан должна быть моей, она моё солнце, "— он провел кончиком носа по её волосам, и как бы не в знчай мазнул губами по её лбу. Волна удовольствия прошлась по его телу и он быстро спохватившись немного отстранился не позволяя Джоан заметить его момент неловкости. Не сейчас.       — Ты должна быть со мной, — прошептал он ей в волосы. Джоан отшатнулась, её глаза наполнились негодованием.       — Том, ты не можешь так говорить! — её голос дрогнул, и она сделала шаг назад. — Это неправильно!       — Неправильно? — его глаза сверкнули, и в них заиграла безумная искорка. — Неправильно — это то, что ты меня избегала! Ты не можешь просто взять и уйти! Он шагнул ближе, и Джоан почувствовала, как её сердце забилось быстрее.       — Я не могу быть твоей, — произнесла она, её голос стал почти шёпотом.       — Ты не понимаешь, — прошипел он, его тон стал угрюмым и угрожающим.       Джоан почувствовала, как страх охватывает её, но в то же время внутри неё зажглось желание понять его, узнать, что стоит за этой безумной страстью.       — Почему ты так одержим? — спросила она, её голос стал тихим, но полным решимости.       — Потому что ты — всё, что у меня есть, — произнёс он, его голос стал почти шёпотом. — Я не могу представить свою жизнь без тебя.       — Это не любовь, — произнесла она, её голос дрогнул.       — Это больше, чем любовь, — произнёс он, его глаза сверкнули. — Это необходимость. Я не отпущу тебя. Слышишь?       Том подошёл ещё ближе, и в его глазах зажглось безумие.       — Не приближайся! — закричала она, но её голос звучал неуверенно.       — Ты думаешь, что можешь меня остановить? — его голос стал низким и угрюмым. — Ты не знаешь, на что я способен ради тебя. И я уверен ты не захочешь знать это.       Том схватил её за запястье, его прикосновение было сильным и властным. Она почувствовала, как его тепло проникает в неё, и в то же время — холодный страх от его одержимости.       — Ты должна понять, — произнёс он, наклонившись к ней так близко, что она могла почувствовать его дыхание. — Я не отступлю. Ты моя, и я сделаю всё, чтобы ты это поняла.        Сердце Джоан колотилось, как будто пыталось вырваться из груди. Она видела в его глазах безумие, и это пугало её, но вместе с тем в глубине души зрели искры радости от мыслей, что Том настолько в ней нуждается, но она сама ещё не осознавала этого. Пожар вскоре разгориться.       — Том, отпусти меня! — прошептала она, её голос дрожал.       — Нет, — произнёс он, и в его голосе звучала решимость. — Я не отпущу. Мне тяжело без тебя. Я не могу жить в этом мире, если ты не рядом.       Он прижал её к стене, и в этот момент она поняла, что его одержимость стала его жизнью. Он был готов на всё, чтобы удержать её рядом.       — Ты — моя единственная надежда, — произнёс он, его голос стал почти шёпотом. — Я не отпущу тебя, Джоан. Не когда ты так близко. Она почувствовала, как её сердце сжалось от от странного притяжения и тревоги. Внутри неё боролись противоречивые чувства. Она понимала, что его одержимость может привести к чему-то ужасному, но в то же время она не могла игнорировать ту искру, которая возникала между ними. Она всё же давно наступила в разложеные им сети.

***

       Огромные окна замка отражали последние лучи солнца, окрашивая стены в тёплый золотистый цвет. В коридорах слышался шёпот студентов, которые собирались на занятия и обсуждали последние слухи. В это время в одном из отдалённых уголков замка, в темном коридоре не подалеку от кабинета ЗОТИ, собирались несколько учеников.        Том Реддл, с его характерной уверенной осанкой, стоял с группой своих сторонников. Они обсуждали последние успехи на уроках, когда разговор неожиданно зашёл о профессоре Хьюз.        Один из слизеринцев, что лишь недавно прибился к его группе, смеясь, начал рассказывать, что профессор ЗОТИ, несмотря на свою строгость, на самом деле не так уж и страшна.        — Знаете, я слышал, что она просто пытается казаться серьёзной, — произнёс один из его друзей, но Том, почувствовав, что разговор начинает принимать нежелательный поворот, резко прервал его.        — Не говори так о профессоре Хьюз, — сказал он, его голос стал холодным. — Она заслуживает уважения.        Товарищи Тома переглянулись, удивлённые тем как глупо Пирс задел запретную при Реддле тему, но вмешиваться не стали, раз язык слишком длинный то это его проблема, а не их.        Неловкую тишину разбил Флимонт Поттер. Он в своей привычной манере к ним подошёл с ухмылкой на лице.        — О, смотрите, кто тут у нас! — воскликнул Поттер, вставая перед ними. — Похоже, вы обсуждаете профессора Хьюз. Неужели у вас нет ничего более интересного? Ох, точно! О том, что ты бегаешь за её юбкой как собачонка уже знает ве-е-есь Хогвартс. Ей должно быть очень неловко перед коллегами за такого наглого и мелкого воздыхателя.        Том не стал отвечать, но в его глазах уже мелькала искорка раздражения. Он ненавидел, когда кто-то вмешивался в его дела.        — Ты лучше следи за своим языком, Поттер, — произнёс он, поворачиваясь к Флимонту с холодной усмешкой.        — Ты лучше следи за своим? — усмехнулся Поттер. — Кстати, ты ведь часто задерживаешься у неё по вечерам, может у тебя там особые отработки в её компании? — много значительно приподнял он брови, вызывающе улыбаясь Тому.        Слова Поттера вызвали гнев в Томе. Он всегда воспринимал подобные оскорбления близко к сердцу, особенно если дело касалось Джоанны.        — Ты нарываешься, Поттер, — произнёс Том, его голос стал низким и угрюмым. — Я не тот кого тебе стоит злить.        Флимонт, не желая отступать, встал и подошёл ближе к Тому. Их взгляды встретились, и в воздухе повисло напряжение, словно между ними возникло невидимое поле силы.        — Я готов к любому вызову, Реддл! — выпалил Поттер, его голос звучал уверенно. — Ты не сможешь напугать меня своими угрозами.        Том, ощущая, как гнев закипает внутри него, быстро сжал кулаки. Он не мог позволить себе выглядеть слабым, особенно тогда когда этот придурок задевал честь Джоан.        Внезапно он сделал шаг вперёд и схватил Поттера за ворот мантии.        — Проваливай, — произнёс он выпрямившись он был на голову выше Поттера, в его голосе чувствовалась угроза.        Поттер не растерялся. Он резко толкнул Тома в грудь, и тот, потеряв равновесие, отступил на шаг назад. В этот момент напряжение достигло критической точки. Толпа студентов, собравшаяся вокруг, замерла в ожидании.        — Давай, покажи, на что ты способен, — бросил Поттер, его глаза сверкали от вызова.        Том, не желая упустить шанс, бросился на Поттера. Их кулаки встретились с глухим ударом, и вскоре вокруг них разразилась настоящая драка. Удары следовали один за другим, каждый из них был полон ярости и ненависти. Студенты вокруг начали оживлённо кричать и подбадривать своих фаворитов.        Том, используя свои навыки, попытался поймать Поттера с правого фланга, но Флимонт оказался быстр и ловок. Он увернулся и в ответ нанес удар в живот, заставив Тома согнуться.        Гнев переполнял его, и он снова бросился в атаку, на этот раз целясь в лицо Поттера.Драка продолжалась, и вскоре оба парня оказались уставшими, но ни один из них не собирался сдаваться. Каждый из них хотел доказать свою правоту, свою силу. В воздухе витали крики одобрения и возмущения, но они не слышали ничего, кроме звука собственных ударов.        Наконец, когда оба оказались на полу, тяжело дыша и потирая ушибленные места, Джоанна, проходившая мимо, остановилась, наблюдая за происходящим. Её возмущение зашкаливало, и она не могла поверить, что эти двое готовы были драться прямо под носом у профессора.        — Вы что, с ума сошли?! — воскликнула она, подбегая к ним.        Том и Флимонт, оба с разбитыми губами и покрасневшими лицами, замерли на мгновение, глядя на неё с удивлением.        — Это не то, что Вы думаете, — пробормотал Поттер, пытаясь оправдаться.        — Неужели? — Джоанна скрестила руки на груди, её взгляд метался между двумя парнями. — И что же это тогда? А, точно должено быть вы учились белету и неудачно затормозили лицами о пол!        Том, всё ещё разъярённый, не спешил отвечать. Внутри него бушевали эмоции, и он чувствовал, что нужно как-то оправдаться, но слова не приходили.        — В мой кабинет, оба, — произнесла она, и в её голосе послышалась нотка раздражения.        Двое парней встали у стеночки ровным строем, но если один выглядел смущенным, то второй нагло палился в окно!       — Мерлин, помоги! Что за чертовщина? Каждый день одно и то же, — с раздражением воскликнула Джоанна, расхаживая перед двумя побитыми парнями. Её возмущение было заметно, и она с трудом сдерживала язвительные эпитеты, которые вертелись на языке. В воздухе витал запах пота и пыли, а освещение в кабинете создавало мрачную атмосферу, подчеркивая её гнев. — Ладно, Поттер, но ты, Реддл, что за неожиданное рвение к дракам? Или тебе заняться нечем, как только сидеть у меня на отработках вечерами?!       В её голове щелкнула мысль: действовать дерзко и радикально, в духе этого нахала. Раздражение вспыхнуло, как зажжённая спичка. Джоанна схватила Тома за ворот мантии и оттащила его чуть в сторону от Флимонта Поттера, который, казалось, был готов провалиться сквозь землю от смущения.       — Том Марволо Реддл, признайся, ты затеял драку перед моим кабинетом, чтобы потом иметь оправдания для профессоров? — зашипела она, глядя на него с презрением. В её голосе слышался ледяной оттенок, а глаза сверкали, как у хищной птицы.       Том, насупившись, слушал её, не спеша оправдываться. Его спокойный взгляд скользил по её лицу, и напряжение в теле постепенно спадало: плечи опустились, кулаки разжались. Не дождавшись приглашения, он сел на стул, и теперь Джоанна смотрела на него сверху вниз. Он откинулся на спинку, вытянув длинные ноги, его колени слегка касались её.       — Отработки с вами — это определённо приятный бонус, но драка возникла не по этой причине, — произнёс он с безукоризненной вежливостью. В его голосе не было привычной игривости, и это настораживало Джоанну. Она почувствовала, как внутри неё заколебались противоречивые эмоции: гнев, недоумение и симпатия которую она так упорно пыталась схоронить как можно глубже.       — Тогда что произошло, Том? — спросила она, опираясь рукой на стол. В её голосе прозвучала искренность, которую она сама не ожидала. — Я достаточно тебя знаю, и ты бы проклял, а не кинулся с кулаками. Это не похоже на тебя. Том вздохнул, дернув челюстью, но рот упорно держал на замке. Он, похоже, не хотел делиться своими мыслями, опасаясь, что выскажет что-то лишнее. Ногти Джоанны заскребли по столу, издавая раздражающий звук, и она выпрямилась. Молчание Тома заставляло её внутренности клокотать от сдерживаемых чувств; ей хотелось вытрясти из него все ответы, но Поттер, стоящий в стороне, продолжал наблюдать со слабой усмешкой на губах.             — Хорошо, Том, раз ты не хочешь говорить, я спрошу у Флимонта. Возможно, он будет сговорчивее, — произнесла Джоанна, дёрнув подбородком и отворачиваясь от Тома.       Она перешагнула через ногу Реддла, сдерживая детский порыв наступить на него. Подойдя к Поттеру, она скрестила руки на груди и молча посмотрела ему в глаза. Они встретились взглядами, и в воздухе повисло напряжение. Через несколько секунд глаза Флимонта начали слезиться, и он принялся их растереть.       — Ладно! Ладно, я всё скажу! — воскликнул он, как будто вырвавшись из плена.       Стул Тома скрипнул, но он удержался на месте, вцепившись пальцами в стол.       — Я со своими друзьями обсуждал профессоров, это был просто шуточный разговор, вы сами знаете, как это бывает? — начал оправдываться гриффиндорец. — Я и ляпнул… про вас кое-что, — он опустил голову, но Джоанна заметила, как у него заалели уши и даже лоб! — Реддл услышал и вмазал мне.       Джоанна удивлённо захлопала глазами, а затем перевела взгляд на Тома. Его щеки слегка покраснели, и это выглядело неожиданно мило... Последняя мысль было явно не к месту.       — Что ж, мистер Поттер, за вашу честность я назначаю вам неделю в зале славы. Напоминать, где швабры, не нужно?       — Да, Профессор Хьюз, — кивнул парень, неловко взлохматив свои волосы. — Вы простите, я не хотел оскорбить или что-то в этом роде.       — Поняла я уже. Идите, Поттер, с завтрашнего дня приступайте к отработке, — отмахнулась она от его извинений. Поттер кивнул и, ещё раз извинившись, убежал, сверкая пятками. Джоанна оглянулась на Тома.       — Ну и что мне с тобой делать, рыцарь ты наш? — вздохнула она, глядя на парня, у которого была разбита губа. Он словно намеренно оставил свои боевые ранения красоваться на лице.       Подойдя ближе, Джоанна обхватила его лицо левой рукой и, указав ему палочкой, выпустила луч исцеляющей магии. Том дёрнул носом, скривившись от неприятных ощущений, а затем, как кот, требующий ласки, прижался к её руке, щурясь с удовольствием. Джоанна попыталась убрать руку, но он ловко схватил её, притянув ближе.       Его яркий, игривый взгляд внимательно следил за ней, подмечая, как на её лице начала проступать краснота, а дыхание участилось. Он поцеловал центр её ладони, наслаждаясь реакцией Джоанны, как будто целуя её губы. Когда он провёл по ней языком, Джоанна почувствовала, как её сердце забилось быстрее, и ей захотелось присесть на корточки, чтобы спрятать горящее лицо в коленях.       — Я пришёл сюда не только за отработкой, — произнёс он. — Джоан, до моего выпуска остался месяц. Ты станцуешь со мной на выпускном? — его глаза светились, а румянец на щеках придавал ему ещё более невинный вид, которому Джоанна не могла сопротивляться.       — Том, я н... Он перебил её, поднимаясь со стула и нависая над ней, как хищник над своей жертвой.       — Джоан, я не вижу никого другого в роли своей партнёрши! Мы уже танцевали на вечере профессора Слизнорта, и никого это не смутило! — он подходя ближе прижал её к столу, заставив упереться бедрами в его поверхность. Она отвернула голову, стараясь не смотреть на Тома. Реддл издал низкий гортанный звук, напоминающий рык. Адреналин от драки и гнева ещё не полностью утих, и сейчас эмоции овладели им быстрее, чем он сам над ними. Том прижался лбом к сгибу её шеи, вдыхая знакомый, успокаивающий запах.       — Джоанна, ты будешь со мной танцевать на балу, и это не обсуждается, — прошептал он у её уха, целуя, его нежные касания скользили по её шее, заставляя Джоанну дрожать. Но она всё ещё сохраняла рассудок. Руки Джоан сжали его волосы, оттягивая голову Тома от её ключиц.       — На этом всё, Том, помни, где мы находимся, — произнесла она, стараясь сохранить строгость в голосе, хотя внутри неё бушевали эмоции.       — Конечно же, Профессор Хьюз, — нагло осклабился он, и в его голосе проскользнула игривость, которая заставила её сердце забиться ещё быстрее.        — Джоан, я знаю, что ты преподаватель, а я студент, но это временное явление и не должно нас останавливать, — произнёс он, наклоняясь ближе. — Я готов ждать, но не могу больше скрывать свои чувства.        — Ты их и не особо старался скрыть, — устало растерла Джоан переносицу.        Джоанна почувствовала, как её внутренний мир рушится. Она знала, что это неправильно, но не могла игнорировать то, что чувствовала.        — Дождись своего выпуска, Том. Всего один месяц, хорошо? В этот момент в кабинет вновь вошла группа студентов, и Джоанна резко отстранилась от Тома, словно её поймали на горячем. Она быстро привела себя в порядок, расправила мантии и приняла строгий вид.        — Что вам нужно? — спросила она, пытаясь скрыть смущение.        Первокурсники переглянулись, явно удивлённые атмосферой, царившей в комнате. Один из них, мальчик с веснушками, тихо произнёс:        — Мы пришли узнать, когда начнутся занятия, профессор Хьюз.        — Занятия начнутся через пятнадцать минут, — ответила Джоанна, стараясь говорить уверенно.        Она обратила внимание на Тома, который, казалось, не собирался уходить. Его ухмылка была самодовольной, и он явно наслаждался ситуацией.        Как только студенты разошлись, Джоанна вернулась к Тому, и между ними вновь возникло напряжение. Она не могла больше игнорировать его присутствие.— Ты не собираешься уходить? — спросила она, пытаясь звучать строго, но в её голосе звучала нотка усталости.       Она смотрела в его глаза, и в них отражались искры света, которые заставляли её сердце колотиться. Том улыбнулся, и в его глазах плясали смешинки.       — Уже ухожу, Профессор Хьюз, — игриво произнёс он сделав шаг назад.