Каждой Наташе по котику

В очередной раз за этот вечер, Наташа думала Ване. О его мягких волосах, которые она так обожала трогать (а если повезëт и понюхать). О Ваниных глазах, того же цвета, что и еë – цвета тëмного аметиста. О его запахе, улыбке. О его улыбке она думала чаще всего.    Не счесть сейчас тех улыбок, которыми он орудует каждый день. Они красивы, безусловно, но до противного приторны, насквозь пропитаны фальшью. Наташа скучает по тем временам, когда Иван, Оля и она сама жили под крылом заботливой матери. Мама. В те времена Ванечка улыбался очень часто. И до того его улыбка была искренней и яркой, что даже хмурые воины, глядя на него, приподнимали уголки губ в кроткой улыбке.    Теперь они видятся не часто. Ваня избегает свою младшую сестру. Но почему? Наташа просто хочет его тепла, прижаться к нему под боком и обнимать. Чтобы было тепло, чтобы он улыбнулся. Чтобы вновь ласково назвал по имени.    Налив себе вина в бокал, Таша отходит от стола и грустно смотрит в окно. Красивый вечер.    На всю квартиру раздаëтся трель звонка и воплощение Беларуси оборачивается в сторону двери. В глазах был заметен немой вопрос.    Поставив бокал на стол, девушка двинулась в сторону двери. Протяжный и противный звук повторился. В глазок никого не было видно и, уняв разбуяшувшуюся  паранойю, она взяла с тумбочки в прихожей нож и открыла дверь.    Ни перед дверью, ни на лестничной площадке никого не было. Посетовав было на озорных детей, Наташа хотела закрыть дверь, но услышала писк. Чуть опустив взгляд девушка увидела небольшую корзину, накрытую платком. Она была в недоумении.    Промелькнула мысль, что там могла быть бомба или ещё какой неприятный сюрприз, но из корзинки вновь раздался писк. Тогда, на свой страх и риск, Наталья подцепила кончиком ножа платок и осторожно стянула его с корзинки, готовая в случае чего захлопнуть дверь и запереться.    Под платком оказался спрятан котëнок. Самый обыкновенный котичек. Шумно выдохнув Наташа задумалась.    Это котëнок. На вид, примерно, месяц или полтора на этом свете. Серый. И очень-очень пушистый. Глазëнки голубые. На этом анализ можно было закончить, хотя узнать пол котëночка было бы интересно.    Кивнув своим мыслям, блондинка (натуральная блондинка) тихонечко взяла котика и стала его осматривать. Лишая не наблюдалось, но мало ли какие болезни могли скрываться в этом мелком тельце. Немного осмотрев котика, Наташа выявила – это кот.    Брать этот комок шерсти к себе в квартиру Арловская не хотела, но оставлять котика зимой в холодном и пустом коридоре ей не позволила совесть, так что временно она приютит этого котика, а дальше видно будет.    Стоило двери в квартиру закрыться, как на пару этажов выше послышалось три облегчëнных выдоха и один чих. *** – Вы идиоты?! – из телефона было слышно, как человек обеспокоенно ходит и до хруста заламывает пальцы. – Ната всех нас убьёт, когда узнает. – Да не парься, шеф. – ответила девушка и посмеялась в ладонь. – Мы всë чисто сделали - даже будь госпожа Наталья трижды Шерлоком Холмсом, не смогла бы найти следов. – вторил девушке мужской голос с хрипотцой. – Если что - эта идея была продумана и реализована без меня - я вас покрывать не буду! – Ваня попытался придать голосу твёрдости, но на другом конце СНГ лишь посмеялись. – Охотно верим. – четвëрка друзей ухмылялась. ***    Затащив пушистого гостя в свою квартиру, Наталья вновь призадумалась. Котикам ведь много нужно. Лоток, корм, игрушки. Вспомнив, как себя вёл Руссокот - Михаил Иванович - Наташа ужаснулась. Тот пушистейший комок шерсти был то ли мейн-куном, то ли персом, но был очень большого размера и обожал тырить мясо из супа. Ей такого безобразия не надо.    Пока котик с любопытством озирался по сторонам, Наташа села перед ним на корточки и заговорила: – Не вздумай лезть на стол. И на подоконники тоже. Мебель не царапать или сразу отправишься на улицу. – Наташ, котик думать не умеет.