Он

Секс был таким интенсивным, что он даже отреагировал не в первые секунды. Лишь когда Джеймс, этот ублюдок, задал свой вопрос, спит ли она, ему пришлось-таки вернуть свое самообладание… Ричи замер, перестав переть тугую киску. О, да, насчет того, что она тугая, нельзя было спорить. Такая узенькая… такая хорошая. Находиться там, внутри, трахать что есть мочи было благим делом… но потом Джеймс, отец Ким, стал звать ее через дверь, тарабанить, и эта дымка от остатков алкоголя в крови, усиливающих адреналин, от отличного траха, рассеялась. Ему пришлось напрячься и вернуться полностью в происходящее… в текущую их ситуацию, где он остался на ночь у чувака, с которым работал длительное время, в его доме, принял компанию его дочери только охотно… и теперь он, Джеймс, засек их. Что, они слишком шумели? Да нет, не это, хотя обычно Ричи ебал кисок так, что оры, их и его, на полном серьезе разносились на весь дом. Но не в этот раз. Он помнил, конечно, помнил об ее отце. Сказать по правде, это даже придавало некую остринку. Опасность. Возможность, или угроза, быть замеченным. Пойманным врасплох. Хм… это усиливало ощущения. Но в то же время он не хотел, чтобы их с Ким поймали на самом деле. Это… это испортило бы веселье, это очевидно. А сейчас этот старый хер этим и занимался. Стучал, звал свою горячую дочурку, вот уже требуя открыть… Он видел, как перепугалась Ким. Видел ее теперешний взгляд. Он сам по правде говоря немного пересрался… но вовсе не был напуган до чертиков. — Ким, — продолжал Джеймс. Требовательно и сердито. — Ким, я с тобой говорю или с кем? Ситуация была паршивой. Да, паршивой. Однако он не находил этой истинной паники в себе, которая заставила бы мигом отстраниться от этой похотливой сучки и носиться по комнате, в отчаянии размышляя, как выбраться из этой нереально сложной ситуации. Неа… Нет. Не та ситуация. Не экстренная ситуация. Хотя для кого как. Что ему этот Джеймс? Главным было то, что Ким непроизвольно сжала его своей киской от страха… Вот это было и правда то, чему стоило уделить внимание. Так приятно и охуенно, черт… Ким и так была у́же некуда, будучи азиаткой, будучи с такой по природе своей маленькой киской, а уж если она делала так. Ух, ему было очень сложно держаться. Он хотел сделать еще много вещей, если бы только это представлялось возможным. Стук в дверь. Снова. Еще немного, и Джеймс мог бы проломить ее своей лапой. Ким тем временем вертела головой, будто бы пытаясь понять, что ей делать, как поступить. Ричи наблюдал за ней с ленивой улыбкой и все еще не отпускал от себя. Она была такой страстной девочкой, что она уже наглядно продемонстрировала, и ему просто хотелось забыться в ее тепле… Такая сладкая девочка. — КИМ! — Я, я просто читаю книгу, пап, — сказала Ким в ответ уже изрядно разъяренному Джеймсу. — Поэтому ты заперлась там? Он опустил голову к ее шее, тихо захихикав от несдержанного веселья… Читать книгу. Запершись. Оф, умора. Он прижал губы к ее лебединой шее, мягко целуя и слегка двигаясь… остановиться было так сложно. Он чувствовал, как Ким была напряжена всем телом. Вне всяких сомнений, ее данная ситуация нервировала куда больше. Ну и что теперь? Что поделать. По сути… по сути, они бы даже могли продолжать, пожалуй. Он сомневался, что Джеймс пойдет на такие серьезные меры и выломает дверь. Каким бы грозным он там не был. Но он и не угоманивался и продолжал тарабанить в дверь. — Я просто хочу уединения, пап! — крикнула Ким на сей раз. Ричи посмотрел на нее, на ее пухлые губы, и с трудом удержался, чтобы не чмокнуть их. Вместо этого он взял лучше за бедра, натягивая дальше. — Отстань, пап!.. Оставь меня в покое! Ее голос один уже ее подводил, да? Был таким напряженным. Тут и недалекий догадается, что дело не чисто. А Джеймс естественно не был дураком. Он уже явно просек, что его самого не было в гостевой комнате. Что он никуда не ушел и был здесь, в доме, пялил его дочь. Он и разрешил-то остаться с натяжкой… Будто что-то уже подозревал. Ну, что сказать? Догадки подтвердились, ха-ха. — Ричи, — обратился он вдруг уже к нему, и Ричи навострил слух. — Ричи, я знаю, что ты там. Ты думаешь, тебе это сойдет с рук?.. Ты знаешь, что я убью тебя, как только ты выйдешь? Вау… Вот и угрозы подъехали. Вот уже и впрямь неприятный поворот. Но все равно и не с таким справлялись. — …К чему эти истерики, Джеймс? — подал и он голос, решив, что и дальше молчать было бы глупо. Джеймс знал об его текущем местоположении. Ничего не поделать. — Мы все здесь взрослые люди, — напомнил он. — Почему бы просто не смириться?.. — Мы просто смотрим телевизор и болтаем, — вмешалась вновь Ким. Хорошая девочка… Она тоже вставляла свои пять копеек, не приныкалась уже давно, как напуганная мышка в страхе за последствия, которые могут ее ожидать с ее отцом. Просто умница. Ричи погладил ее по щеке и подмигнул ей, несмотря ни на что. — Не надо мне пудрить мозги, Ким. Открывайте дверь, вы оба! — и вот Джеймс стал теперь походить просто на отца, сердитого на то, что застал свою любимую единственную дочь в объятиях альфа-самца, как из какой-то комедии. Да… Да, но ситуация по-прежнему оставалась серьезной. Все-таки мало ли что человек может совершить в приступе ярости. А Ричи тем более знал Джеймса, ведь все-таки был знаком с ним и столько раз общался лично. Он больше не улыбался. Он нехотя отстранился, когда Ким в очередной раз попыталась оттолкнуть его, поддался в этот раз, потом наблюдал с легким развлечением за тем, как она схватила его джинсы и боксеры и кинула ему. Он подхватил свое шмотье и стал натягивать, поняв намек. Но блин, так не хотелось прерывать веселье, хотя бы на время… У него еще стоял. Удовлетворить свои очевидные потребности этой ночью требовалось в любом случае. И в какой-то момент Ричи просто захотелось оставить Ким здесь, разбираться с ее отцом самостоятельно, а самому выпрыгнуть в окно, как он уже для себя решил… Но потом желание поразвлекаться с ней еще пересилило, и он твердо решил, что она пойдет с ним. Если, конечно, так же решится спрыгивать со второго этажа. — Что мы будем делать? — лихорадочно прошептала Ким, в спешке натягивая на себя свой топик и свою юбку… Он задержал взгляд на точке между ее ног и кивнул в сторону окна. Он и так на него косился то и дело, и она скорее всего понимала, к чему он вел. Она напряглась, застыла. — Ты хочешь… — Да, — ответил он, долго не мусоля. Он собирался сделать это, собирался спрыгивать в ближайшие пять минут, или того меньше, с ней или без нее. — Здесь не высоко… Ты со мной? По правде сказать, ему уже приходилось это делать. Как-то. Он уже спрыгивал с такой высоты, при похожих стечениях обстоятельств… Теперь, похоже, судьба решила подколоть его, чтобы он повторил сей трюк еще раз. Он видел замешательство в глазах Ким. Но и желание пойти с ним тоже было. Оно ясно. Зачем ей оставаться в компании слегка чопорного отца? Тем более сейчас, когда он рвал и метал. Не лучше ли было пойти с ним, когда он мог дать ей… практически все, чего она не пожелает. В эту ночь. — КИМ, ОТКРОЙ! Он подошел к окну и раскрыл его нараспашку. Джеймс не сдавался, и теперь было очевидно, что он наваливался на дверь телом с явным намерением таки пробраться внутрь. Черт его знает, какие именно картинки представлялись в его голове, но в любом случае его дебильное воображение явно строило нечто, что приводило его в ужас, иначе Ричи был непонятен его настрой. Он переключился обратно на Ким и протянул руку. — Иди ко мне. Она подошла. В глазах все еще прослеживался страх, но он был почти уверен, что она сделает это. Она все-таки была хорошей девочкой и, судя по всему, была от него без ума. Что ж, как здесь было не воспользоваться шансом? — Я прыгаю первым, — сказал Ричи, — потом ловлю тебя. Поняла? Она кивнула. Хорошая девочка. Он наклонился к ней и быстро чмокнул в губы, не в состоянии долго быть без них, потом перевел дух и, долго не думая, высунулся из окна и спрыгнул… Полет был секундным. Хопа — и он уже на земле. Слегка… повредил ноги, но ничего серьезного. Лишь размял их немного, и порядок. Он запрокинул голову и протянул руки. — Давай, прыгай. Ким еще мешкала мгновение-другое. Она уж явно не привыкла к такого рода трюкачествам. Она обернулась в один момент, потому что этот гад продолжал ломиться, и, может, все-таки готов был оказаться в ее комнате в любую секунду… Затем она прыгнула. Ричи поймал ее, как и обещал. Она приземлилась ему прямо на руки, прямиком в объятия, и он крепко обхватил ее, удержав равновесие и не повалившись. Ким была по сути своей хрупкой. Да, высокой для девушки, но хрупкой. Худенькой и стройной. Он закрыл глаза на мгновение, прижимая ее к себе, и полез целовать. — Умница, — ее губы стали казаться еще более сладкими… и ему не терпелось снова ощутить ее рот на себе. — Просто умница, — Ричи поцеловал ее еще один раз, глубоко, прежде чем отстраниться и посмотреть на нее. Ким глядела в ответ. Ее слегка трясло. Тем не менее он улыбнулся от прилива адреналина, зная, что она испытывала сейчас нечто похожее, и легко хлопнул ее по плечу, подбадривая. — А теперь бежим. Он схватил ее руку, и они помчались. Куда глаза глядят. Вел он, а она лишь следовала за ним, очевидно всецело ему доверяя. Только вот до его ушей донесся резкий отдаленный грохот в один момент, и он обернулся. Там, в ее доме, в окне ее комнаты, виднелась голова Джеймса, который яростно осматривался по сторонам в поисках их. Но была ночь и было темно, тем более что они прижимались к углам, полностью оставаясь вне поля видимости. — Я тебя прибью, Ричард Райтвуд! — снова комично. — Я убью тебя при нашей следующей встрече и отрежу тебе яйца! У-у-у, да. Да, печаль-беда. Сильная угроза. Но тоже не то чтобы шибко оригинально. Это тоже было… не то чтобы на каждом шагу, подобные прямые угрозы в его адрес, но имело место быть вне всяких сомнений. Ричи посмеялся. Уже более громко, не сдерживаясь. Он продолжал путь и тянул Ким за собой. Также в его голове промелькнула мысль о том, как он, незаметно от Ким, в один момент отшвырнул ногой использованный презерватив прямиком к двери, чтобы когда этот хер открыл ее, если откроет, он тут же увидел картину маслом. — Ух, — сказал он некоторое время спустя и остановился, взявшись за колени и переводя дух. Ким так же притормозила рядом с ним, и он мог видеть на ее лице улыбку… Он улыбнулся следом, зная, что эта ситуация будоражила ее. Здесь все на лицо. — Меня чуть приступ не хватил, — легко соврал он. — О, неужели? — отозвалась Ким неверящим голосом. Ричи ухмыльнулся. И что ему было здесь сказать? — Да, детка. — Он выпрямился и протянул к ней руку, снова, но когда они уже были в относительной безопасности. Ким не поддалась сразу, явно теперь для вида, маленькая негодница, но приняла-таки его руку и дала притянуть ее к себе. Ричи вновь поцеловал ее. С тем же пылом, как недавно… Когда они были в кровати, и Ким трахала его. До чего это было охуительно, о… Тогда и сейчас. — Такая ягодка… м? — прошептал он, отлипая лишь на миг от этих губок… Она трепетала в его в руках, она была покорной. Он чувствовал, что от него требовалось лишь щелкнуть пальцем, и Ким готова была сделать для него… много вещей. Он поцеловал ее снова, проникая в рот языком. — Такая сладкая… Его руки перешли ей на задницу. Сжали. Вообще-то Ричи не удержался, чтобы шлепнуть ее по заднице, пару раз, и, мимолетом осмотревшись, потеребил ту, потряс. Ким удивленно ахнула. Он впился опять в ее ротик. — Тебе нравится так, м-м? — игриво продолжал он, прекрасно все видя и так. Резвый кивок… Такая покладистая и послушная. Голова шла кругом от всяких невинных мыслей, что конкретно он может еще с ней сделать. Он прикусил губу, когда наконец-то насытился — немного — и глянул вниз на нее. — Ночь только начинается, а? Ким прильнула к нему. Стала ластиться. Ему до одури сильно захотелось выебать ее прямо здесь, на улице, потому что терпеть было, черт, трындец как сложно. Но он сдерживался. Он сдерживался, как бы она не дразнила. — Конечно… — промурчала она, трогала за грудь. Ричи слегка улыбался, наблюдая. Она подняла свои красивые глаза и посмотрела на него. — Папочка… Он вздохнул более нервно. Тело отреагировало; все части тела отреагировали, и понадобилось собрать всю силу воли в кулак, чтобы вот так спокойно переложить руки на хрупкие плечи и просто ей сказать: — Будь так добра, маленькая. Не называй меня так, — он произнес это не без капли строгости в голосе. Ему было это не надо, устраивать здесь… прямо здесь. — Пока что, — добавил Ричи, замечая ее грустный взгляд и побредя дальше. Надо было сматываться, куда-нибудь. Они же не могли пробыть на улице всю ночь? Надо было спешить, удовлетворять все-таки всякие свои потребности… Он держал Ким за руку и продолжал идти быстрым шагом. — Куда мы идем? — спросила она в конце концов. Он пожал плечами. — Не знаю. — Его глаза блуждали в поисках какого-нибудь места, которое могло бы попасться им на пути, он лихорадочно соображал, где они могли бы уединиться вновь и он мог наконец присунуть ей. — Идем куда душе угодно, я думаю, — сказал он, обернувшись через плечо на долю секунды. — А у тебя нет дома? — заговорила она вновь, когда они прошли еще шагов десять, и Ричи закатил глаза. Эти нотки сарказма в ее голосе различить было ну просто невозможно. — Не поверишь, но да. Есть таковой, — сказал он, шагая вперед… «Думай, думай», крутилось в голове — и вообще у него уже имелись кое-какие мысли. — Я бы с радостью отвел тебя туда, уже трахал бы на всю катушку. Но мы не можем туда пойти, потому что твой отец — твой отец — может нагрянуть именно в это место, а может, он уже там. — Да… Это совсем уж не могло быть весело. Ричи поправил челку. — Короче ясно одно: мы не идем туда. — Тогда куда же мы идем? — не отставала Ким. Ричи усмехнулся и указал на забегаловку, уже виднеющуюся вдали: — Вон туда. — Он обернулся, видя, что она смотрела в нужном направлении. Потом она нахмурилась. — В кафешку? — переспросила она, но-о продолжала идти. — Серьезно? — А что такое? — безмятежно произнес он, не отпуская ее руки. Он убеждался в своей идее все сильнее. — У тебя нет денег на еду или что? — Очень смешно, — пробормотала Ким, вызвав у него улыбку… Они помолчали, просто продолжая идти, но, кажется, размышляли об одном. — Думаешь, он не найдет нас здесь? Угу. Именно это и крутилось в его голове. Да… — Меня терзает такое чувство, что как ни крути, логичнее будет пойти в это кафе, нежели ко мне домой. Ты так не думаешь? — Он снова повернулся. Ким помешкала и кивнула. Он удовлетворился ответом. — Вот и я о том же. — Но если он ищет нас и найдет нас здесь? — Значит мне придется подключить в дело кулаки в таком случае и вышибить из твоего дурного отца все дерьмо, — просто ответил Ричи, и все на этом. Больше сказать ему было нечего. Он заметил, как Ким напряглась от его слов. — Ты в курсе, что говоришь о моем отце? — Когда он посмотрел, она с прищуром глядела на него. Прямо этакая фурия… Такая сексуальная, красивая, немного опасная. Ух. Но лучше было не думать об этом в лишний раз — опять же, пока. Иначе он сомневался, что отвечал бы за свои действия. — Я знаю, — сказал он по поводу ее обвиняющего вопроса и открыл дверь забегаловки для нее. — Шутка. Мы снова убежим. Это ее не задобрило. Она все еще хмурилась. Сводила свои бровки. Ричи поджал губы, сдерживая улыбку, лукавую, да, и подождал, пока она пройдет. Бросил взгляд на ее попку, прошел внутрь следом, закрыл дверь. Окинул глазами забегаловку куда менее заинтересованно. — Пошли, — он быстро заметил один свободный столик и направился к нему. С одной стороны, если так посмотреть, было даже не так уж плохо, что этот придурок прервал их с Ким. Теперь заодно поедят, перед очередным раундом… Он шутливо отодвинул перед ней стул, помог присесть, и приземлился напротив, прочищая горло. — Что будем заказывать, красавица? Потому что все равно мгновение-другое, и к ним приперся официант. Пока тот задавал очевидный вопрос, Ричи смотрел на нее, наблюдая, как она откидывает назад свои волосы, делает это немного нервно. Она подалась вперед, опершись на локти, и, не смотря вверх, ответила, официанту, а не ему: — Будьте добры, чизбургер и какой-нибудь сок. Ричи с легкой ухмылкой поднял голову, посмотрев на не очень приветливого с виду парня перед собой: — Будьте так добры, — повторил он слова своей прелестной спутницы, — дайте нам что-то и впрямь стоящее в этой вашей вшивой забегаловке. — В его глазах мелькнуло удивление. Но оно не было долгим, нет. Вывод от этого напрашивался сам собой; что, должно быть, ему приходилось слышать подобное нередко, а еще что, может, он и сам знал, какое это дрянное место. Ричи также видел своим периферийным зрением Ким, которая прямо застыла на месте. Он добавил: — И пиво, отменное пиво. Лады? В нем уже успело выветриться недавно выпитое. Немного сна, секс, потом эта погоня… Подзаправиться явно не помешало бы и было нужно. Он подмигнул немного опешившему официанту, подождал, когда он уйдет на доброе расстояние, и лениво посмотрел на Ким. Свою сегодняшнюю принцессу. Она улыбалась. Во-от. Вот теперь — другое дело. Такой она нравилась ему больше, как ни крути. — Ты просто человек без скромностей, не так ли? — спросила она. Ну, а ему не терпелось вставить ей и начать трахать. Оставалась ли бы эта улыбочка на ее хорошеньком лице? Он сомневался. — Ты бесцеремонный. — А с кем мне церемониться? — ответил он, уже полностью серьезно. — Ты видишь сейчас в этом сраном месте каких-нибудь представительных людей, а не наших местных алкашей и опущенных дам? В основном, — добавил без энтузиазма. Ким засмеялась. Не то чтобы громко, просто стала хихикать, прикрыв ладошкой рот… Так, надо было прекращать смотреть на нее. Реально, блядь. Вон, пялиться лучше в окно или еще что… Слишком охуенная, а он же никто иной как первобытный зверь, дикарь, если угодно, в этом самом плане. С некоторыми он заводился с полоборота, достаточно было даже каких-то невинных действий, это правда. Ким просто входила в это число. — Я вовсе не вижу кого-то здесь значимого, — произнесла Ким, успокаиваясь, и он покивал, забавы ради. — Просто, ну… мне показалось, что ты ведешь себя так, словно не так уж часто здесь бываешь. Наша местность не такая уж и большая. И ты не часто тут бываешь? Он усмехнулся. — Маленькая наша местность или не маленькая, но еще добрых две-три кафешки найдется. — Он помолчал на многозначительный взгляд. — Хорошо, две от силы. Но главное они есть. Там я бываю чаще, скажем так. — Я бы и сейчас лучше тебя туда повел, — добавил также, — но идти дальше и, в общем, давай не париться об этом. — К чему эти осложнения. Что есть, то есть, рады должны быть и этому. — Так ты не любишь это кафе, — сделала вывод Ким. Без укора, без ничего. Ричи кивнул. — Да, я… — он нахмурился. — В последний раз, насколько я помню, здесь в официантах был не этот чувак, а одна миленькая девчонка — приезжая, наверное. Я ее трахнул… Прямо здесь, в уборной. Было дело. Хотя, сказать по правде, у него уже практически выветрилось это воспоминание из головы, ну и поделом. Он видел, как Ким напряглась от его слов… Не то чтобы она сильно изменилась внешне, но ощущалось это некое напряжение, что бесспорно накатило на нее. Еще он видел, да, видел, что она не очень-то… не очень-то ревновала. Довольно-таки редкое явление. Он-то… Он-то привык быть в их месте, что называется, парнем нарасхват, все такое, а тут такой прием. — Ясно, — просто сказала она вместо всего остального. Маленькая дьяволица. — Что, не ревнуешь? — Им принесли еду. Ричи посмотрел вниз на свой паек и взял вилку, а Ким отзеркалила его движение. Она выдержала недолгую паузу. — Я думаю, все дело в том, как к этому относиться, — сказала она. Он приподнял брови, пережевывая. — Хм? — Типа, — Ким посмотрела задумчиво в сторону и махнула неопределенно рукой. — Ну, типа я знаю про тебя уже продолжительное время. Я знаю твой образ жизни… Что ты бабник и все такое. Я, я привыкла, понимаешь? Меня это не напрягает так, как, может быть, следовало бы, — она опустила глаза и продолжила есть… Ричи смотрел на нее. — Ну, думаю, ты понял фишку, да? — Она посмеялась, немного нервно, натянуто. — Это не значит, что я не хотела бы, чтобы ты был моим… и только моим, — сказала также через паузу. Он улыбнулся. — О? — переспросил, и на невинный кивок продолжил: — Ты хотела бы этого? Она упомянула об этом уже не впервые; маленькая грязная… чертовка. И она не отворачивалась после такого очередного заявления. У нее на губах осталось немного соуса. Она возложила своей миссией провести так сексуально по ним языком. Он купился. И так был на нервах, все это время, а тут дразнят прямо перед лицом. И что? Он был виноват? Разве он был виноват, что джинсы опять стянуло, а думать о чем-либо другом, не о трахе, было невозможно? Этот ее теперешний, немного загадочный взгляд. То, как она заерзала на сиденье. Он нагнулся бы сейчас, чтобы типа завязать шнурок, а сам заглянул бы под стол, на ее прелестные ноги, но с трудом удержался, лучше продолжая есть. Эти макароны были хороши, но… Но. Тем временем соблазнение не прекращалось. У Ричи только промелькнуло нечто похожее в мыслях, а Ким уже как бы невзначай коснулась его ноги своей. Он отчетливо почувствовал, как она провела носком по его голени и выше. Его бросило в жар. — А мне здесь нравится, — сказала она, объявила. То, что совсем его не волновало. Ни вообще, ни тем более теперь. — Здесь как-то… уютно, что ли. Такая комфортная обстановка, — она перестала окидывать взглядом забегаловку и посмотрела на него. Между ее бровей пролегла едва видимая морщинка. — Только одна беда: мне хочется в туалет. — Так иди, — медленно пробормотал он. — Что тебе мешает? — Ну-у, — сказала эта чертовка и надулась. Член уже готов был сам выпрыгнуть из джинс к этому моменту. А она ведь знала — она ведь знала об этом. И давила еще, подталкивала к самой грани, заставляла… сходить по ней с ума лишь сильнее. — И это все?.. — спросила она, уже с нотками плаксивости в голосе. Ричи просто напрягся уже всем телом. — Все, вот так просто? Ты даже не хочешь присоединиться ко мне… папочка? Как только это последнее слово слетело с ее губ, так сразу он захотел перегнуться через стол и засосать ее. Именно так. Блядь… И зачем они пошли в людное место? Не легче ли было прикупить чего по дороге в первом попавшемся магазине, быстро похавать и заняться главным делом, и делать это где угодно, даже затащить ее в какие-нибудь кусты? Он едва ли мыслил рационально, но себя не винил, с такой киской… — Так что́, — заговорил он, смотря в ее бесстыжие глаза и тихо прочистив горло, — так ты хочешь поиграть, м? Хочешь… чтобы папочка вновь слегка позабавился с тобой? — Слегка. В том-то и дело, что слегка. Серьезно. Перспективы, здесь, в таком месте, были неутешительные. По ряду причин. Ким захихикала, прикусывая нижнюю губу. — Угу… Еще и покивала невиннее не придумаешь… Черт. Ну и что ему было с ней делать? Да, точно. Верно. Он прекрасно знал, что именно ему нужно было делать. И он пошел бы на это, без проблем. — Грязная девочка, — прошептал он почти одними губами, чуть улыбаясь. Ким изобразила из себя еще бо́льшую невинность, и терпеть было уже никак нельзя. — Ох… как же ты постараешься для папочки. — Правда? — промурлыкала она, все еще отправляя еду, в свой чудесный ротик, но уже так неохотно. — Ты обещаешь, что будешь грубым со мной, папочка? — О, не волнуйся, буду, — немедля отозвался Ричи. Он дотянулся до бутылки пива, не прерывая зрительного контакта, и пригубил его, хотя сейчас бы лучше, он не спорил, он куда охотнее прижал бы губы к кое-чему другому. Например, к этой роскошной пизденке между шикарных ног Ким. Тоже развлечение. — Иди в туалет, — сказал он, почти что давал руководство. — Я посижу еще немного… — Я и правда хочу помимо всего остального в туалет, — вставила Ким. — Да, и я посижу еще сколько-то… минуту-две, — прикинул он, — и потом я к тебе присоединяюсь. Мы запираемся, наплевав на остальных, и друг друга удовлетворяем и лишь потом выходим оттуда… Звучит как план, а? Отличный план. Может, безбашенный немного, но других каких-то вариантов все равно не было. Ему было надо здесь, ему надо было сейчас. Организм не ждет. Ким вновь прикусила губу, пока он ей рассказывал, и пару раз согласно и послушно закивала. — Д-да… — Уже заикаешься? — усмехнулся Ричи. В ответ он получил тихий неопределенный звук, выданный ее горлом. — А теперь представь, что с тобой будет, когда я стану вылизывать твою щель. Она напряглась, вся сжалась от его заявления. Хм… Как же… как же ему не терпелось уже приступить к делу. — Иди, — повторил он, потребовал. Ни на какие шутки уже не тянуло. Он НУЖДАЛСЯ, блядь, в том, чтобы удовлетворить свою ебучую потребность. Она ушла без вопросов, без лишней болтовни. Отлично… Отлично. Это самое то. Теперь нужно было подождать. Чуток, самую малость. Член уже пульсировал нереально, сидеть и продолжать ничего не делать было невозможно, и, промучившись так должные пару минут, Ричи бросил быстрый взгляд в сторону других посетителей, поймав кои-чьи на себе, не удивился и медленно после этого поднялся. В штанах было очевидно некомфортно. Видимый стояк, который заметит и самый невнимательный. Но Ричи взял пиво, сделал еще пару глотков, смочив горло и сполоснув рот, и после этого вышел из-за стола и пошел прямиком в туалет этой сраной забегаловки. Ну, где она там? Где его сегодняшняя девочка-бомба? Ждет… конечно, ждет. И до этого ждала, приличный такой отрезок времени. Отходя немного назад, он знал, что она увлечена им. Это было взаимно, ну… Да. Он никак не мог не видеть ее красоту, ее отменное тело, тем более когда она так броско порой наряжалась, и ее взгляд, что молча просил: «Выеби. Выеби уже меня». А он не спешил. Зачем? Он просто отнес ее к категории девочек погорячее, которые его хотели, которых он все равно трахнет, но чуть попозже, когда придет для этого час. Вот с Ким этот час пришел. Потом — уже завтра скорее всего — тот придет для кого-то другого. Он добрался до туалета и, помешкав секунду, отворил дверь. В нос сразу ударил неприятный запах хлорки и слабый запах человеческих отложений. Господи, в этом сральнике что, не могут убираться почаще? Ричи поморщился, но это не могло его остановить. Нет уж. Вот уж нет; он и не в таких ситуациях умудрялся заниматься главным. Свою девочку он обнаружил сидящей на подоконнике, чуть ли не на самом краю. По виду было понятно, что она тоже не в восторге от всего этого, но ничего не сделать. Он остановил ее, когда она хотела встать, подняв руку. — Сиди, — сказал он. Ким покорно осталась сидеть. Ричи скупо улыбнулся. — Отлично… — Он посмотрел вниз на ее трусики, которые она, уже успев припустить шортики (о, такая хорошая девочка), охотно ему демонстрировала. Ричи не сводил взгляд и шагнул ближе. — Ну что ж, приступим? Дверь он запер. Теперь никто не зайдет сюда. Сраный толчок был в их распоряжении на время, как говорится. Блеск. Он опустился перед своей королевой на корточки и, смотря в глаза, отодвинув без церемоний край белья, припал к такой желанной щелке… О, Боги. Ох… Он поднял глаза на это блаженное лицо и принялся охотно вылизывать такую сладкую и сочную дырку. Вообще-то он не был любителем куни, это так. Но временами — как здесь было удержаться? С некоторыми хотелось, с некоторыми нет. Ким… вот с Ким он хотел без возражений. Он шлепнул по бедру и зарылся лицом, вдыхая этот аромат желания и промычав несдержанно. Сама она прикрывала рот ладошкой. Старалась не шуметь, ерзала. Хотя зачем, зачем было сдерживаться? Пусть все здесь узнали бы об этом, пусть эта похоронная хуйня хоть как-то растряслась бы. Ричи оторвался, сплюнув на щелку в очередной раз, и посмотрел на Ким. Ее щеки стали еще краснее, чем раньше. Ее дыхание ускорилось, она подходила. Он поцеловал смачно ее во внутреннюю сторону бедра, задержавшись там, и вернулся к киске, работая языком и вылизывая ее всю. Между тем он успел вынуть из штанов (долгожданная свобода) и надрачивал себе. Вот так. Не слишком быстро. Но и не медленно. Он не мог иначе с такой красавицей, так трахая языком ее еще совсем юную вкусную кисоньку… Ким вошкалась над ним и строила всевозможные лица, но все от получаемого кайфа; она неровно дышала, временами задыхалась, сжимая и разжимая кулак, пока не закричала в конечном счете от логичного экстаза. Он зловеще улыбнулся, смотря вверх на нее, такую пылкую, такую чувственную, невероятную, и ласкал еще некоторое время, пока не поднялся на ватные ноги и не шлепнул ее по бедру в качестве намека. — Давай, — он бесцеремонно оттолкнул ее от подоконника, по-прежнему тяжело дышащую, и оперся на стену рядом, спуская джинсы с трусами сильнее и предлагая ей отведать десерт в этой забегаловке. — Давай, поработай для папочки. Она приземлилась на колени сразу и не мешкая взяла в свой сладкий ротик. Отлично… Просто заебись. И долго не церемонясь с этим, вобрала вот уже через пару секунд на всю глубину, о!.. Вот это… Вот что он называл охуеннейшим минетом. Сразу, с места в карьер, без всяких лишних заморочек, просто глубоко в глотку и все на этом. Такая хорошая девочка… опытная. Это безусловно нравилось. Но он все-таки взял за затылок, став помогать ей. Только так, да, только так. Чтобы добиться еще более лучшего результата. Это же никогда не помешает, а? Так что он просто… просто вот так, да, вот так, схватив за длинные красивые волосы, начал… оказывать ей поддержку в ее работе. И какая же та была усердная… Боги, Боги. Он был сейчас на седьмом небе. И это неудивительно… с таким ротиком… Ричи зажмурился, не в первый раз, беря Ким так и отстраняя резко от себя, чтобы через секунду опять притянуть обратно, насадить ее вот так сладким ртом на свой пульсирующий член. Да. Прямо туда, где ей было самое место. Во-от так, глубже… — Ох!.. — не выдержал он, выдав это громко, но и срать на это. Ротик. Такой рабочий ротик. И как Ким удавалось?.. Вот же черт. Это было не дело. Нельзя было останавливаться, если у него в наличии был такой рот, нельзя было прекращать. Это… было бы настоящим преступлением. Он чувствовал, как к его лицу уже прихлынула кровь. — А-а, да… Что-то с чем-то. Охренеть. Ей вообще было восемнадцать лет или сколько? Да, он понимал, что в их дни с такого рода умениями никого не удивишь, но все равно… Как она так умудрялась? Он забыл, когда в последний раз ему отсасывали с такой пылкостью и таким усердием. Это было незабываемо. Сейчас он думал так. — Вот так, девочка, — пробормотал, отстраняя по новой, и притягивая снова. Была такой послушной — она даже не сопротивлялась ни разу, даже когда он был особенно с ней бесцеремонен. Это ли не счастье?.. Нет, Ричи не мог насытиться. Это было чересчур хорошо. А конец был близок… Он уже подходил, ага. Он уже… терял последнее терпение. Никакого удивления, если было так — с заглотом, каждый раз. Он открыл широко рот, смотря вниз, на это, прежде чем выдать сквозь зубы: — Сильнее, — и еще сдавленнее, по-другому не получалось: — Соси меня сильнее. Она… подчинилась. А он знал. Знал, что она на такое пойдет. Она была от него без ума. Только так можно было трактовать это. Она сидела на карачках, полностью держа его у себя во рту, и смотрела вверх на него… Когда Ричи отпустил ее — снова, — начала задыхаться, рвано дышать. Но никаких капризов, никаких тупых просьб перестать. Четкое выполнение своей миссии. Снова и снова. О, черт возьми, он сам сходил с ума по этой девочке. Чего скрывать… Среди тех, кого трахнул, были единицы, кто умел так искусно брать в рот. Это было что-то с чем-то. Он не пожалел ни разу, что завел дружбу… с Ким. — Давай… Еще раз, — сказал он, буквально взмолился сдавленно, уже не думая ни о чем; в голове стояла дымка, которую нельзя было развеять никак, лишь одним понятным эффективным способом. Он ухватился за затылок крепче, не собираясь никуда отпускать от себя, и притянул обратно к себе. Ким успела глубоко шумно вдохнуть — он уже очутился внутри… готов был сдохнуть без этого рта, не находясь в нем долго. — Давай. Ты хорошая девочка. Ты послушная девочка. Сделай мне все, что требуется… …Просто вот так, эти считанные секунды, этого хватило; Ричи запрокинул голову и окончательно попал в нарвану. Слишком приторные сравнения… хех. Но что еще было делать. Не привык к такому, но когда было так, как было, трудно было порой. Оставаться собой. Все, что он делал, это трясся телом от мощнейшего оргазма, и изливался и изливался в крохотную глотку, чувствуя себя лучше некуда. Только потом… отойдя немного, Ричи открыл глаза (хотя даже и не хотелось, хотелось насрать окончательно на все) и взглянул на Ким. Она задыхалась, еще не отошла… Ну что же, он не торопил ее. Пусть бы успокоилась, после своей умопомрачительной работы. Хорошая… Ричи облизнул быстро сухие губы и положил опять руку ей на голову, но на сей раз лишь чтобы погладить, приласкать. Она постаралась для него. Она заслужила какой-никакой награды. Она подняла на него свои большие глаза, оставаясь на коленях. — Тебе понравилось, папочка? — так тихо прошептала она. И столько надежды было в ее взгляде, что просто… Он резко наклонился, взял за щеку и поцеловал — просто вместо всяких дурацких слов, проникая в поистине чудный ротик языком, снова исследуя его и чувствуя смутный привкус собственной спермы. Он продлил поцелуй на некоторое время все равно, потому что было надо, хотелось самому, и лишь после отстранился, заглянув в глаза. Ее были увлажнены прямо сейчас. После того, что было. А может, и не только. Как бы то ни было. Он практически мог утонуть в ее глазах в этот момент. — Лучше слов, да? — сказал тихо. Так же. Смотрел на ее лицо, немного испорченный макияж, и, блядь, представляя лишь то, как испортит его окончательно. Ким кивнула своей головкой. — Да… — Замечательно, — пробормотал Ричи. Он смотрел на нее еще, изучал внимательнее, зная, что не принял во внимание все детали изначально, и потянулся нехотя к ширинке, застегивая штаны. До лучшего времени. До скорого времени. Если Ким подумала, хоть на секунду, что на этом все кончится… Что ж, это было не так. Нет, нет. Было бы даже КРАЙНЕ тупо отпускать этой ночью ту, у которой были такие таланты, ха? Какая-то нелепица, ей-Богу. Так что по этой причине он просто… протянул руку ей навстречу, помогая подняться с не блещущего чистотой пола. Подтянул ее потом к себе, не удерживаясь от такого соблазна, чтобы поцеловать ее еще раз, влажно и ненасытно — под настойчивые… стуки в дверь уборной и не самые лестные слова в их адрес. Да. Да, ага. Их опять отвлекали, от важнейших вещей, с похожей ситуацией, как время назад. Практически идентичной. Хм. Ричи отстранился первым от своей девочки, посмотрев ей в глаза и зная, просто догадываясь, да, что она разделяет его безрадостные мысли. Но он все же усмехнулся и щелкнул легко по носу. — Идем? Ким мешкала, казалось, собираясь что-то сказать, но потом передумала и лишь кивнула. Отлично. — Если, конечно, ты готова к схватке не на жизнь, а на смерть, — по-дурацки пошутил он, пятясь по направлению к двери и не отпуская руки Ким… Он отворил шпингалет, и тут понеслась. — …Вы что себе позволяете? Совсем уже стыд потеряли или что, я не пойму? — орала среди этой кучки из трех человек, выстроившихся в очередь в сраный сортир, одна из них. Самая горластая и самая безобразная. — Людям тоже нужно справлять нужду, вы здесь не одни!.. — …маленькие, заплывшие жиром глазки, вообще жиры, сползающие со всех сторон, не чистое от частого употребления алкоголя лицо, одежда безвкуснее некуда — словом, типичная никчемная свинота. Не способная ни на что, кроме как рвать глотку где надо и где не надо. Ричи обошел ее вместе с Ким, эту и других недовольных, продолжающих поддакивать этой жертве красоты и лишь что-то недовольно ворчать; никогда не имеющих смелости озвучить свои претензии сами нормальным человеческим языком, во всеуслышание. Ну да хрен с ними. — …Мы ждали тут полчаса, пока вы не… — О, как же так, — не удержался Ричи от сарказма, холодно смотря на эту жабу перед собой, — как такое возможно; поди вся еда в огромной тарелке остыла, вот это трагедия. — Он пошел дальше, не обращая на моментальные оскорбления в свой адрес внимания, и обнял улыбающуюся от уха до уха Ким за плечо, увлекая за собой. Она веселилась, как и он, и все было хорошо. Не так ли? Отличная компания и остаток ночи, еще не подошедшей к концу; сказать по правде, времени до утра было еще навалом. Это все, что было нужно. Он обнял Ким крепче и перевел руку ей на упругую задницу, быстро обернувшись на продолжающую надрываться толстуху, и даже специально, чтобы позлить еще сильнее, шлепнул Ким. Она дернулась, но не возражала. Вовсе ничуть. Ричи вышел с ней в главный зал, бросая взгляд на их столик, где они не доели, и склоняясь к ее уху, чтобы прошептать: — Погнали в мотель.