Глава 17. Достойные или что-то в таком роде

Форд разложил на столе все необходимые бумаги, а по центру расположил квадратный футляр. Кивнув самому себе, он подошёл к детям, которые играли на полу в шахматы. — Стэн сказал, что подойдёт через пять минут. МакГакета пока нет, — отчитался Диппер и с лёгким раздражением в голосе бросил сестре: — Ты собираешься ходить или как? Мэйбл в данный момент пыталась жонглировать пятью пешками. — Это мой ход: шоу талантов! Прадядя Форд, тебе нравится? — Вполне. — Тогда я могу съесть слона Диппера. — Нет, не можешь, это бред. — Если это бред, то почему я выигрываю? — Кто тебе сказал? Форд рассмеялся и опустился рядом на пол, скрестив ноги. Хотя ходы Мэйбл были хаотичными, Форд увидел в них что-то знакомое. Через несколько минут его осенило. — Диппер, ты позволишь доиграть партию за тебя? Он выглядел удивлённым, но уступил своё место, а Мэйбл хрустнула костяшками. Если Диппер и ожидал чего-то, то явно не того, что Форд, точно так же как и Мэйбл, понаставит фигуры в совершенно случайном порядке, будет подкидывать их в воздухе и катать по доске. — Вы двое что, издеваетесь надо мной? — Мне известно 182 вида шахмат — это довольно популярная игра в мультивселенной, — сказал Форд, вертя ладью между пальцев. — И невероятным образом случайные ходы, совершаемые Мэйбл, соответствуют одному из самых сложных видов. Дорогая, у тебя врождённое понимание хаотичности вселенной. Не сомневаюсь, что ты бы прекрасно справилась с путешествиями в другие измерения. — Видишь, Дип-Доп, не всем дано столь продвинутое понимание шахмат. Лицо Диппера приобрело неописуемое выражение оскорблённости. Появление Стэна в гостиной ознаменовало начало хаоса — чего и следовало ожидать, когда все четверо Пайнсов находились поблизости. Со словами «Нет, только не Мэйбл!» Стэн подхватил её на руки, а она громко рассмеялась от неожиданности. — Спасена от ботанских игр, слава богу. Ты так больше не пугай меня. — Прадядя Форд, — чирикнула Мэйбл, — а ты поймаешь меня, если прадядя Стэн меня перебросит тебе? Только отойди подальше. Форд с лёгкостью поймал её, а когда Стэн сделал хватающий жест руками, покачал головой и отступил на шаг, крепче прижимая Мэйбл к себе. — Не отдам. — Эй, что? Форд быстро увеличил расстояние между ними, благо, комната была достаточно большой. Мэйбл смеялась, но попыток сбежать не предприняла. Стэн попытался выхватить её, однако Форд ловко уворачивался, не позволяя коснуться себя даже кончиками пальцев. Они кружили по комнате, как два хищника, пока у Стэна не лопнуло терпение. Он сделал серию резких выпадов, в процессе которой ему удалось загнать Форда на кресло. Оступившись, Форд налетел на спинку, под его весом кресло завалилось назад, а Стэн, не удержав равновесия, врезался в них, и они одним барахтающимся клубком оказались на полу. — Я слишком стар для… — застонал Стэн. — Йи-иха! Форд успел поймать прыгнувшего на них Диппера — что не так-то просто, когда лежишь на спине — и не очень-то грациозно спихнул его на Мэйбл. — Куча мала! — крикнули дети одновременно. Видит Вселенная, Форд давно так не веселился. Несмотря на возню, в которую их затянули дети, он сразу заметил присутствие постороннего. А именно Фиддлфорда, стоявшего в дверях с растроганным выражением. — Рад тебя видеть, — Форд кое-как выбрался из кучи малы и пошатнулся назад. — Взаимно, друг мой. К твоему плащу что-то прицепилось. Форд оглянулся, чтобы обнаружить смеющуюся Мэйбл, которая держалась за полу его плаща, лëжа на спине. Она не разжала рук, даже когда он сделал несколько шагов навстречу Фиддлфорду. — Кажется, вы с Тейтом должны были съездить на рыбалку? Как прошло? — О, прекрасно! Он сказал, что с удовольствием ещё раз повторит такое. — Это замечательно, — Форд сжал его плечо. Ум Фиддлфорда продолжал обретать ясность, и его прошлое «я» становилось видно всё отчётливее, словно очертание солнца в утреннем тумане. Теперь, когда все были в сборе, они могли перейти к делу. Расселись за стол с бумагами и футляром. Форд остался стоять. — Всё, что будет произнесено на этом собрании, должно храниться в строжайшем секрете. Я доверяю вам эту важнейшую информацию, поскольку полностью уверен в каждом из вас. От нас зависит безопасность, не побоюсь этих слов, всего мира. Форд расправил плечи и окинул присутствующих строгим взглядом. Диппер догрызал уже вторую по счëту ручку, Мэйбл со значением указала на надпись «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО» на своём чёрном свитере; правый глаз Фиддлфорда щурился через зелёную линзу очков, а левый косил куда-то в сторону; Стэн поковырял в ухе и громко сказал: — Будет краткий пересказ? Я это полностью дослушать не смогу, помру от тоски раньше. — Первое — Трещина, — продолжил Форд, кладя широкую ладонь на квадратный футляр. — Я заключил её в сферу, но даже самая сильная конструкция не сможет остановить её разрушительное действие. Мы, однако, можем замедлить его. Вот, взгляни, — он передал кипу чертежей оживившемуся Фиддлфорду. — Ты наверняка сможешь модифицировать схему или использовать её в качестве основы для новой модели. — Ëж-чертëж, ну и работку ты задал мне, старый друг, — радостно проскрипел Фиддлфорд, раскладывая чертежи по всему столу. — Второй пункт нашей сегодняшней повестки — Билл Сайфер. В пещере, где находилось заклинание его призыва, я нашёл ещё одно изображение, предположительно, наш единственный шанс избавить мир от его присутствия, — Форд положил в центр стола лист с рисунком. — Это Круг Зодиака. Билл находился в центре круга, по периметру которого находилось девять символов. Все наклонились вперёд, чтобы получше рассмотреть рисунок. Первой сориентировалась Мэйбл: — Эй, это ëлка с кепки Диппера, странная фиговина с фески дяди Стэна, а вот вопросительный знак с футболки Суса. И ладонь с шестью пальцами! Звезда с глазом с тента Гидеона! Сердце с толстовки Робби! — Разве избранные не должны быть достойными или что-то в таком роде? — поморщился Диппер. — Что здесь забыли Гидеон и Робби? — Боюсь, на это у меня нет ответов, мальчик мой. Когда я вернулся домой и познакомился со всеми вами, мне бросилось в глаза скопление этих символов. Не думаю, что это совпадение. — Умник, объясни, откуда такая уверенность, что именно мы представляем эти самые символы, — расщедрился Стэн на участие в обсуждении. — Я распродал несколько партий кепок с ëлкой. — Билл сам косвенно дал нам подсказку, — подал голос Диппер. — Он называл Зуса Знаком Вопроса, а Мэйбл — Падающей Звëздочкой. Только я почему-то был Сосной, а не Ëлкой. — Этим можно пренебречь, — Форд махнул рукой. — У меня есть гипотеза, что символы не всегда следует воспринимать буквально. Например, эти очки, очень похожие на мои, могут обозначать ум или изобретательность. Это точно не я, поскольку мной уже «занят» символ шестипалой руки. Фиддлфорд, окажешь ли ты мне честь представлять символ очков? — Стэнфорд, для тебя — хоть ламу. — У меня есть свитер с ламой, — вспомнила Мэйбл. — Мы можем заставить всех его примерять, пока не найдём того, кому он идеально подходит. — Оставим этот вариант на самый крайний случай, — сделал себе пометку Форд. Стэн как всегда выступил в роли конструктивного критика. — И что, мы будем собирать хороводы, пока не найдём нужных человек? Это не самое тупое, что мне приходилось делать в жизни, но… Хотя и не самое бесполезное… Чëрт, по моим низким стандартам это вполне нормальное занятие, и мне это не нравится! — У нас нет другого выбора, кроме как пробовать снова и снова, пока не получится. Основную проблему представляет Гидеон, поскольку он находится в тюрьме. — Поверь, было бы куда хуже, если бы он был на свободе, — сказал Диппер. — Он ужасный тип, которому плевать на всё, кроме своего нелепого начëса. — Возможно, сейчас самое время извиниться за громадного робота-убийцу, которого я создал для него, — Фиддлфорд смущëнно откашлялся. — Ах, но ведь ты был не в себе, мой друг… — Всё нормально, мистер МакГакет, это было жутко, но после этого мне не страшны аттракционы для взрослых! — Мэйбл права, мы это пережили, и я смогу в будущем добавить в резюме строчку о том, что сражался с гигантским роботом. Все разом кинулись утешать Фиддлфорда, за исключением Стэна. Когда его с двух сторон атаковали локти Диппера и Мэйбл, он зашипел, потирая бока, и пробурчал: — Ну-у, это хотя бы не машина Судного дня. Так что мы с Шестопалом тут главные злодеи. — Я свяжу вам злодейские свитера! Парные! Мэйбл вырвала изо рта Диппера ручку, и Форд едва успел подложить ей чистый лист бумаги, чтобы она не начала рисовать эскиз прямо на чертежах, разложенных на столе. — Я хочу поговорить с Гидеоном, — вслух размышлял Форд. — Нужно убедиться, что он не находится под влиянием Билла. Ещё мне интересно узнать, как он нашёл мой дневник — я закопал его во дворе начальной школы на глубине трёх метров! Это непосильная задача для ребёнка его возраста, я уже не говорю о том, зачем ему могла понадобиться такая яма. Стэнли, мне нужен план тюремного здания. Стэнли? Что с тобой? — Не обращайте внимания, — пробормотал Стэн, массируя виски. — Просто думаю о том, как потратил тридцать лет на поиски книжонок, которые за одно лето нашли две мелкие сопли. Диппер недовольно пробормотал нечто о том, что он уже почти подросток, в то время как Форд сочувственно похлопал Стэна по плечу. — Не факт, что ты добрался бы до дневника, даже если бы нашёл нужное дерево. Я до сих пор не понимаю, почему Диппер так легко обнаружил его. Единственное объяснение — это то, что защитный механизм со временем стал нестабилен из-за влаги или чего-то подобного. Так у тебя есть план тюрьмы? — Есть, конечно. Как ты хочешь попасть туда? Подкоп? Подкуп? Третий вариант на «П», который я не могу назвать при детях? — Я использую старую-добрую «В». Вентиляцию. Поздним вечером Форд выдвинулся в город. Шарф и капюшон на месте, чёрное пальто со времён портала, сапоги на мягкой подошве — он был идеально подготовлен. Мэйбл также внесла свой вклад, чтобы обеспечить успех миссии. Форд ласково потрепал её по голове и ушёл, гордо неся на своём плече наклейку с хорьком в фиолетовой маске. Вентиляция оказалась на удивление чистой, чище, чем полы в коридорах, и это наводило на мысль о том, что этот маршрут пользовался определённой популярностью. С лёгкостью взломав замок, Форд вошёл внутрь одиночной камеры. На нарах спал маленький пухлый мальчишка с монструозного вида начëсом, в котором вполне можно было бы спрятать кого-нибудь. Гидеон сонно заморгал голубыми глазками, когда Форд позвал его. — Я же скзл не будить мня до полдника… — О, ничего, этот разговор не займёт много времени. Я пришёл обсудить дневники. — Какие ещё дневники? Вы кто? — Я — автор дневников, — Форд распахнул полу плаща, и слабый свет фонаря, идущий от оконца, блеснул на трëх золотистых обложках. Что ни говори, он умел эффектно себя подать. Гидеон резко сел, вытаращив глаза. Он соскочил с постели и засеменил вперёд. — Вы… Вы?.. — Именно. — Форд поднял кулак и поочерёдно разогнул все шесть пальцев, за чем Гидеон наблюдал с отвисшей челюстью. Форд уже во второй раз сталкивался с восторженной истерикой в сторону своей скромной персоны, поэтому он просто молча ждал, пока Гидеону не надоест невнятно восхищаться, перебивая себя самого, пританцовывать на месте и пронзительно хихикать. Его хотя бы не тошнило. — О-оо, мистер Автор, я большой почитатель ваших трудов! У меня к вам столько вопросов! Я полагал, что вы давно умерли, но фортуна благоволит мне! Спорно, подумал Форд, а вслух сказал: — Насколько мне известно, ты нашёл мой второй дневник. Каким образом? — Он был захоронен на заднем дворе моей начальной школы. — И что же заставило тебя выкопать яму глубиной три метра в этом месте? Гидеон снова захихикал и взмахнул ладонью. — Нет, конечно, копал не я. Я распустил слухи о сокровищах, которые индейцы оставили в тех местах, и безмозглые старшеклассники приняли их за чистую монету. А яма мне нужна была, чтобы сделать ловушку для миссис Палмер. Эта дура давно напрашивалась. Ваш дневник оказался подарком судьбы. — Подарком судьбы, говоришь. И как же ты им воспользовался? Манипулировал жителями города, обманывал их, совершил сделку с демоном, попытался отрезать Дипперу язык ножницами!.. — Вы его знаете? — Он мой хороший друг, как и Мэйбл. Они в подробностях рассказали мне всё, с чем и кем им пришлось столкнуться этим летом. — Вы им верите, потому что услышали их версию первой! Да ладно, посмотрите на меня, разве я похож на мальчиша-плохиша? Гидеон ткнул пальцем в пухлую щëку, хлопая ресницами. Форд обвëл ладонью помещение: — Мы в тюрьме. Для взрослых. Это довольно красноречиво, на мой взгляд. — Мои адвокаты над этим работают, — насупился Гидеон. — О каком демоне шла речь? — Билл Сайфер, очевидно. — Абсолютно бесполезный тип. Он даже не смог выполнить свою часть договора, мне пришлось всё делать самому. — Что он хотел взамен? — Какую-то услугу, не знаю, он сказал, что мы обсудим это позже, но я разорвал договор раньше. — …то есть, разорвал договор? — Я сказал, что сделка отменяется, и оборвал с ним все контакты. Форд сомневался, что мнение Гидеона сыграло здесь решающую роль. Возможно, Билл сам передумал, понял, что от сделки с Гидеоном нет проку. Может, всё это было частью шоу? — Мистер Автор, — деловито сказал Гидеон, — я понимаю, что моя репутация потерпела фиаско, но позвольте нам подробнее обсудить это за чашечкой чая. Если вы предпочитаете что покрепче, я могу отобрать заварку у Тобиаса. — Я здесь не за этим, а чтобы предупредить тебя. Сайфер куда более опасное создание, чем может показаться на первый взгляд, с ним категорически опасно заключать сделки. — Тогда зачем вы написали во втором дневнике схему призыва? — Я был глуп и не понимал всей опасности ситуации. Не повторяй мои ошибки, не слушай его, не верь тому, что он говорит, и не призывай больше. Понятно? Гидеон недовольно кивнул, но Форд сомневался, что до него удалось достучаться. — И верни страницы, которые ты вырвал из моего дневника. Заклинание призыва Билла достаточно длинное, так что можно надеяться, что без страницы, на которой оно записано, Гидеон не сможет снова заключить с ним сделку. Если, конечно, Билл не явится к нему самостоятельно. — Я ничего не вырывал. — Парень, я дважды повторять не буду. — Понятия не имею, о чём речь. — Сам напросился. Форд стремительно наклонился и схватил Гидеона за лодыжку. Тот успел только вскрикнуть, как оказался в воздухе вниз головой, бестолково барахтаясь и подёргивая свободной ногой. Форд интенсивно потряс его, как свинью-копилку. Из карманов тюремной робы вывалились расчёска, зеркальце, две конфеты, несколько рисинок и фигурка самого Гидеона, слепленная из хлебного мякиша. — Ах ты дрянь! — заверещал Гидеон. — Я натравлю на тебя Призрачного глаза! Происходящее всё больше и больше напоминало дешёвый фарс, и Форд ощутил, как от резкого голоса Гидеона нарастает головная боль. Он понятия не имел, как общаться с детьми, и уж тем более, как их допрашивать. О таком не напишут в книжке по психологии в твёрдой обложке. Едва ли это было знание, доступное широкой публике. По коридору прогрохотали шаги охранника. Форд мгновенно опустил Гидеона на койку. Тот плюхнулся на матрас, злобно сверкнул глазами и немедленно принялся поправлять прическу. — Глифул, что ты там орёшь?! — Меня убивают! Убиваю-у-ут! — Ради всего святого, ори потише, — процедил Форд, сжимая переносицу. Дверь в камеру распахнулась, загорелся свет, и Форд оказался лицом к лицу с обалдевшим охранником и его пистолетом. — Чего ты ждёшь? — закричал Гидеон. — Пристрели его, недоумок! — Добрый вечер, — вежливо произнёс Форд, морщась, когда Гидеон дошёл до самых высоких нот. — Часто вам приходится терпеть подобные оскорбления? Охранник фыркнул в усы. — Постоянно. Крысёныш избалованный. Вам чего надо? Прибить его решили? Вставайте в очередь. — Нет, ни в коем случае. Ваш подопечный кое-что забрал у меня, я всего лишь хочу это вернуть. Не могли бы вы поспособствовать? — И что же он забрал? — Страницы из моей рукописи. Они очень важны для меня. — Хм. А взамен я чего получу? Если бы у Форда была при себе земная валюта, он бы с готовностью предложил её в обмен на любезность. — У меня нет денег, — признался он. — Но есть знания. Я учёный, изобретатель. Скажите, что доставляет вам неудобство в жизни, и я решу эту проблему. — О как. У меня проблем много, дай-ка подумать… Телек рабочий вон всего на трёх каналах, можешь больше сделать, но чтобы за них платить не надо было? Полночи Форд провёл за техническим усовершенствованием примитивного ящика — за нужными деталями пришлось смотаться на свалку к Фиддлфорду. После того, как охраннику было представлено более двухсот телеканалов, он вручил Форду страницы из дневника, которые изъял при обыске из причёски Гидеона. — Долго ты, — сказал Стэн, встретивший его дома под утро. — Не сцапали тебя? — Чтобы меня, как ты выражаешься, «сцапала» охрана в земной тюрьме? Умоляю. Стэн громко зевнул, не потрудившись прикрыть рот. — Ладно, пора на боковую. — Ты ещё даже не ложился, как я погляжу. — Привычка. Тридцать лет каждую ночь с твоей железякой выясняли, кто из нас самый упёртый. — И ты победил. Дай себе наконец отдохнуть. — Обязательно, Шестопал, — Стэн похлопал его по плечу. — Обязательно.