Часть 44

      Холодно. Страшно. Одиноко.       Гарри лежал ничком, спрятав голову между коленей и обняв себя руками, посреди тёмного зала.       Он не мог до конца осознать и принять, что этим тёмным и холодным залом было его собственное сознание.       Нет выхода и нет понимания, как выбраться.       Ведь от себя не убежать…       — Верно, малыш… от себя не убежать! — притворно сочувствующий вкрадчивый голос окружил его, окутывая и давя.       Поттер вскинул голову, с ненавистью вглядываясь в тёмное пространство.       Серовато-зелёный туман стелился по тёмному полу рваными полупрозрачными космами, подступая к нему всё ближе.       Срывая голос, Гарри рявкнул в темноту:       — Неужели ты правда думаешь, что никто и ничего до сих пор не понял?! Неужели ты думаешь, что тебе удалось хоть кого-то обмануть? Глупая ты, безносая тварь!       — Ну-ну, мой дорогой… — из серо-зелёного тумана материализовались мерцающие зеленью глаза с вертикальными зрачками. — У меня нет цели кого-то обмануть. Нет цели спрятаться… у меня есть конкретная цель прожить эту жизнь за тебя… в сильном, здоровом и молодом теле. Я зачну детей, создам сильный могущественный род колдунов и колдуний, которые продолжат моё дело и станут править миром, не разделяя его на магическую и магловскую половины.       Поттер вскочил с чёрного пола и подскочил к зависнувшим в воздухе мерцающим радужкам.       Вкладывая в свои слова всю ненависть, возмущение и злость, которые клокотали внутри, не имея выхода, он прокричал:       — Мои друзья найдут способ выковырять тебя из меня! И ты сдохнешь окончательно! Не будет ни ублюдков, наделённых разрушающей властью, ни господства! И тебя тоже не будет!       — Ты так в этом уверен? — зелёные радужки вспыхнули ярче, узкие зрачки сузились ещё сильнее, и голос тихо издевательски рассмеялся: — Я сношаю твою рыжую шлюху, и она с готовностью раздвигает ноги передо мной, потому что видит твоё лицо. Те, кто хотел убить меня, смотрят мне в рот, потому что я говорю из твоей утробы. Неужели ты думаешь, что они смогут так просто убить тебя? Тебя?! Того, кого они берегли последние восемнадцать лет? Не смеши…       — Я найду способ вырваться или с радостью унесу тебя в могилу! Чтобы ты чувствовал, как гниёт и разлагается это тело! — сквозь зубы прорычал Гарри, сжимая кулаки в бессильной злобе и ощущая, как ногти врезаются в кожу ладоней.       — Хм… — издевательски протянул змееподобный голос. Было слышно, что он наслаждается происходящим: — Мальчик… маленький, самоуверенный… глупый. Придёт время, и ты примешь меня всецело… мы с тобой подружимся. Станем едины и всесильны.       — Никогда… я никогда не приму тебя, — прорычал Поттер, чувствуя, как мелкая дрожь сотрясает его от кончиков пальцев до макушки. — я ненавижу тебя всей душой… как же я ненавижу тебя! Я буду сопротивляться до последнего, до тех пор, пока осознаю себя.       — Это всё временно, малыш. Твои силы не бесконечны, а у меня впереди вечность.       — Посмотрим… — выдохнул Гарри, резко поднимая руку и ударяя кулаком в самый центр правой мерцающей зеленью радужки.       Эхо громкого издевательского смеха Волдеморта раскололо тёмный зал и затихло.       Больше не было ни голоса, ни клочьев тумана.       Только тихий всхлип бессильных слёз нарушал тишину молчаливого зала в чертогах разума Гарри.

***

      Северус переступил порог Малфой-мэнора, окинув тёмный просторный холл усталым взглядом.       Не покидало ощущение, что он зря явился на это сомнительное сборище.       Две дюжины стариков и сопливые подростки никак не могли помочь в борьбе.       Или всё-таки могли, и Снейп просто успокаивал себя, подспудно чувствуя грядущий отказ в сотрудничестве от членов Ордена?       Тяготила неизвестность — кто будет биться на стороне крестража? Насколько сильно будет оказанное сопротивление? Чем закончится противостояние, если Орден падёт? А он падёт. Это всего лишь вопрос времени…       С усилием потерев лицо ладонями, он медленно двинулся к лестнице на второй этаж.       Тело, измученное длительной нагрузкой, болело, требуя отдыха.       Добравшись наконец до своих комнат, Северус тихо притворил двери за своей спиной.       С громким хлопком посреди спальни появилась Мипси, и он едва сдержался, чтобы не закатить глаза.       — Новый Лорд что-то желает? — склонилась в поклоне эльфийка, складывая маленькие ладошки в замок перед собой.       — Помоги снять сюртук и сорочку, и на этом всё… — голос Северуса тихий и приглушённый, будто все силы покинули его, как только Снейп переступил порог своей спальни.       — И всё? Быть может, Мипси принесёт Лорду ужин или наполнит ванну?       Длинные нежные уши эльфийки трепетали от едва сдерживаемого желания угодить, и он против воли усмехнулся:       — Предупреди меня, когда мисс Грейнджер прибудет в мэнор, и веди её сразу же ко мне. Это пока всё, Мипси.       Коротко кивнув, она сосредоточенно поджала губы и бросила извиняющийся взгляд на него, решительно распахивая полы его сюртука и принимаясь аккуратно освобождать раненую руку от ткани.       Сочувственные взгляды эльфийки совсем не помогали, когда Мипси отдирала ткань сорочки от ожогов.       Когда с раздеванием было покончено, Северус, поморщившись, устроился на подушках и улыбнулся Мипси:       — Можешь быть свободна! Спасибо.       — Мипси явится сразу же, если что-то потребуется! — заверила эльфийка, растворяясь в воздухе.       Устало прикрыв глаза, он провалился в сон почти мгновенно.

***

      Члены Ордена, позабыв о субординации, в открытую выясняли друг с другом отношения, не гнушаясь переходить на личности, указывая друг другу на неопытность или старость, трусость в прошлых рейдах или просто старые обиды.       Минерва и Кингсли тоже что-то горячо обсуждали.       Всеобщее сумасшествие ни коим образом не трогало ни одного из них.       Не в силах больше выдерживать непереносимый гвалт, Гермиона выхватила палочку и послала в воздух сигнальную искру, не заботясь о сохранности потолка гостиной дома на Гриммо, 12.       Бордовая искра, взлетев над головами, разорвалась с оглушительным треском, осыпал все вокруг яркими искрами, заставляя орденовцев повскакивать со своих мест и задрать головы к потолку.       В пальцах подрагивает от напряжения древка палочек, кто-то занял боевую стойку, а особенно ретивые новобранцы уже целятся по сторонам в поисках невидимого врага, но основная цель Гермионы достигнута.       Рты наконец-то захлопнулись, и наступила благостная тишина.       Прочистив горло, она сделала шаг вперёд, привлекая к себе внимание членов Ордена:       — Господа, позвольте внести посильную лепту в наше обсуждение.       Непонимающие, озадаченные и откровенно пренебрежительные взгляды обратились на неё.       — Я знала многих из вас, — начала Грейнджер, заложив руки за спину и обводя присутствующих внимательным взглядом. — как смелых, умных и отважных борцов за добро и справедливость. Со многими из вас мне выпала честь сражаться бок о бок в войне против Тёмного Лорда.       Она оглянулась через плечо на Макгонагалл и Кингсли.       На лице Минервы застыло смущённое выражение, Бруствер отвёл глаза, складывая руки на груди. Оба чувствовали себя неуютно.       Ну и плевать. Не об их уюте сейчас речь.       — Что с вами стало? — Гермиона вновь обвела присутствующих взглядом и нахмурилась: — Неужели вы настолько не готовы признать свои ошибки, что ставите на кон окончательную победу над Волдемортом?       — Мы, по-твоему, должны поверить шпиону? Что ему мешает снова сыграть на два фронта? — сложил руки на груди Дин Томас, недоверчиво прищурившись и переглядываясь с другими такими же молодыми орденовцами, которые одобрительно закивали, соглашаясь с его словами.       — Ты видел воспоминания? Слышал слова Снейпа? — спокойно поинтересовалась Грейнджер, вопросительно вздёрнув бровь.       Дин поджал губы, явно не соглашаясь, но промолчал.       Уже неплохо.       — Наговорить можно чего угодно! А воспоминания подправить… — начал было пожилой орденовец, но здесь вклинился Бруствер, выступая вперёд и становясь рядом с Гермионой:       — Я говорил и повторю ещё раз! Воспоминания Северуса проверены дважды. Они — подлинны. В этом нет никаких сомнений, и моя личная беседа с Северусом — ещё одно основание ему доверять.       Не отрывая взгляда от уязвлённого лица Томаса, Гермиона продолжила:       — Я видела, как менялся Гарри. Я видела, какие ранения получили ребята после стычки в «Ракушке», и я уверяю вас, что они обязаны профессору жизнью.       — А кто послал их на эту вылазку?! Кто послал их на верную смерть и потом «геройски» спас? — взвился Симус, подаваясь вперёд.       — Инициатива выйти в рейд исходила от Рона и Малфоя! — отчеканила Грейнджер, ощущая, как её голос начинает звенеть от напряжения.       Снова тихий гул обсуждений наполнил гостиную.       — Услышьте меня! Прислушайтесь к здравому смыслу! — поморщившись, воскликнула она, перекрикивая тихий ропот: — Если бы Снейп был заинтересован во власти, он убил бы Гарри на месте. У него была такая возможность, поверьте! Если бы он был заинтересован в победе Пожирателей, он бы не искал способ свести Тёмную Метку и таким образом лишить сил Тёмного Лорда. Если бы он хотел Гарри смерти — он бы не позволил заняться поиском безопасного извлечения осколка души Лорда из его тела!       Её голос сорвался, и Гермиона замолчала, бросая в толпу разъярённые взгляды.       Переведя дыхание, она повернулась к поражённому Брустверу и тихо проговорила:       — Я ухожу, Министр. Моё мнение, думаю, очевидно.       Повернувшись лицом к Минерве, Грейнджер натянуто улыбнулась:       — Если вас не затруднит, профессор, пришлите мне Патронуса с ответом от Ордена. Я очень жду, — помедлив, она добавила, прямо посмотрев в глаза Макгонагалл: — Мы ждём.       Расправив плечи, Гермиона шла через тихо переговаривающуюся толпу орденовцев, и ей очень хотелось верить, что все сказанные сегодня слова были сказаны не зря.