Часть 47

      Взгляд Северуса блуждал по задумчивому лицу Гермионы, которая, опустив глаза, выводила пальчиками на его предплечье какие-то известные только ей символы. Её тёмные брови едва заметно нахмурились, а губы поджались.       И только сейчас до него начал доходить смысл произошедшего. В полной мере. Кажется, что и до неё тоже, и, несмотря на то, что их тела были по-прежнему тесно переплетены в объятиях, а его член всё ещё ощущал жар её лона, Северус почувствовал, как между ними вновь начинает расти стена отчуждения.       Своевременно, не правда ли?       И он совершенно не понимал, как себя вести. Никогда прежде он не задерживался в объятиях женщины, с которой переспал, так надолго. Сейчас же он боялся пошевелиться, сказать неуместную фразу или каким-то другим образом форсировать события.       Но. Если ты не знаешь, с чего начать — начни с важного. Начни первым.       Продолжая хранить молчание, Снейп, прибегнув к беспалочковой магии, сначала очистил их тела, а затем быстро наложил на Гермиону так нужные в этой ситуации чары.       Она подняла на него благодарные золотисто-карие глаза и едва слышно прошептала, чуть отстраняясь от его тела:       — Спасибо.       — Мисс Грейнджер, вам совершенно не идёт кротость как сценарий поведения, — он чуть поморщился, снова привлекая её к себе и оглаживая пальцами изящный изгиб талии. — выкладывайте, до чего додумались. Я видел ваше выражение лица — я знаю, о чём говорю.       Гермиона медлила с ответом, и Северуса обожгло неприятной догадкой, предположением, которое совершенно точно могло быть реальной причиной её поведения.       Вероятнее всего, она жалела о том, что случилось, и не знала, как начать разговор. Как сказать, что произошедшее стало досадной ошибкой, всплеском гормонов, неожиданным порывом, жалостью к нему и чёрт знает чем ещё…       — Жалеешь? О том, что случилось? — он приподнялся на локте, глядя на неё сверху вниз и продолжая рассеянно гладить пальцами её талию, поднимаясь чуть выше и ощущая, как её кожу осыпают мурашки от каждого невесомо-ласкового прикосновения.       Грейнджер фыркнула и покачала головой, перекатившись на спину и давая ему возможность лицезреть свой профиль, длинные чёрные ресницы и потревоженное пушистое облако каштановых кудрей, отливающее золотом в приглушённом свете ночников.       — Я не жалею. Я, скорее, не понимаю… — всё-таки ответила она, и в голосе её не было ничего, кроме задумчивости и озадаченности.       — Неужели я услышал эти слова от тебя! Я так о них мечтал, но не думал, что они достанутся мне такой ценой… — закатив глаза, тихо усмехнулся Снейп, но, поймав её совершенно не располагающий к веселью взгляд, проговорил серьёзным тоном: — Прошу продолжайте, мисс Грейнджер.       — Я не понимаю, как произошедшее отразится на нашем дальнейшем взаимодействии. Я не уверена, что мы сможем поменять стиль общения, и… — Гермиона замялась, подбирая слова.       Северус ей не помогал.       Просто удивлялся тому, как сильно она переживает о гипотетической утрате возможности ругаться с ним тогда, когда посчитает нужным, ведь если люди спят в друг с другом, то нужно непременно вести соответствующим образом.        Как два слабоумных полудурка, чаще всего…       — …сохранить выстроенную сегодня линию взаимодействия, — наконец выговорила Грейнджер, чем окончательно подтвердила ход его мыслей.       Эту бы дипломатичность да в мирные цели…       — Если ты переживаешь о том, что не сможешь мне дерзить и вести себя, как высокомерная сучка — можешь быть спокойна. За тобой сохраняется эта возможность, — стараясь сохранять серьёзность в голосе, кивнул Снейп, окидывая её лукавым взглядом, и добавил, одним движением руки пододвигая её тело к себе: — Но имейте в виду, мисс Грейнджер, что за собой я оставляю право реагировать на ваши выпады так, как посчитаю нужным. Если помните, я обещал досчитать до трёх, но так и не привёл своё обещание в действие…       — После минувших событий меня больше не пугают ваши «считалочки»… — тихо протянула она, бросив на него дерзкий взгляд золотисто-карих глаз, и, чуть помедлив, всё-таки добавила: — И я вовсе не «высокомерная сучка», как вы изволили выразиться…       Он с облегчением и удовольствием отметил, как напряжение, сковывающее её ещё минуту назад, медленно отступает, и острые плечи расслабляются.       — О, ещё какая, мисс Грейнджер… — протянул Северус, проводя кончиком носа по её острой скуле, и едва слышно прошептал, ощущая, как её тело вновь осыпает мурашками от его голоса и прикосновений: — Поверьте, мне есть чем вас удивить…       Её брови взлетели вверх от удивления, и Гермиона уже открыла рот, чтобы продолжить шутливый диалог, как вдруг в комнаты Снейпа, вновь игнорируя стены, влетел полупрозрачный Патронус в виде кошки и проговорил голосом Макгонагалл, обращаясь к Гермионе:       — Орден Феникса проголосовал и согласен поддержать Нового Лорда в войне против крестража. Ты была великолепна и чрезвычайно убедительна на собрании, милая. Кроме этой радостной новости, есть ещё одна. Рон пришёл в себя и очень ждёт твоего визита, Гермиона.       — Немыслимо… — выдохнул Северус, откидываясь на подушки и прикрывая глаза. В голове шумело — он до конца не признавался себе, как важна ему была поддержка Ордена, и теперь она у него была.       Благодаря самой невыносимой Всезнайке из всех Всезнаек.       Непревзойдённо смелой, умной, отважной Всезнайке.       Грейнджер облегчённо выдохнула, опустив голову и наблюдая исподлобья за тем, как Патронус, выполнив распоряжение, растворяется в воздухе полупрозрачными струйками серебристого тумана.       — Что ж... от теории мы переходим к практике… и пусть все выживут в конце. — напряженно протянула она, полностью игнорируя заинтересованно-удивлённый взгляд Снейпа, которому было очень странно слышать свои собственные слова из её уст.