Часть 1

А значит, остались только Иллюзия и дорога. Первое за тысячелетия санкционированное подключение к Сетевой Сфере произошло на уровне, который по меркам Города можно было считать новым. Самый край, незаселенная, незараженная зона. За ней, впрочем, строители уже начали возводить новый сектор. Эмбрион был выращен с помощью оборудования, которое Килли нашел по наводке Управляющих. Сложный набор аппаратуры работал не только с биологической составляющей организма, но и загружал в мозг субъекта виртуальную программу психологического развития. Чтобы на выходе не получить безвольный овощ. Управляющим лучше знать. Килли было все равно. Впрочем, ребенок, который сможет сам ходить, говорить и обслуживать свои базовые потребности, определенно логичнее. Искусственное взросление нового маленького человека было остановлено восемьдесят семь тысяч шестьсот часов спустя. Программа была перенастроена с тем расчетом, чтобы у ребенка оставался достаточный запас лет, дабы исполнить свое предназначение. Большую часть этого времени Килли провел в режиме гибернации. Изредка он покидал его, чтобы проверить обстановку. Автономное оборудование работало само по себе и не требовало его вмешательства. Кремневиков сюда не пожаловало, только строитель, остановить которого можно было и без драки. Когда программа завершилась, в лабораторию загрузился представитель Управляющих. Ребенок только пробудился и вышел из капсулы. Первыми его словами стало: – Так это ты? Мне говорили, что меня встретят и будут защищать. Как тебя зовут? Стоило полагать, обучающая программа подготовила носителя к тому, что его ждет. Он уже знал, что ему предстоит сделать. Оставалось догадываться, в какой форме ему преподнесли эти знания. Сканирование сетчатки – глаза были голубые, очень знакомого оттенка – произошло автоматически. Происхождение: человек Следов заражения не обнаружено – Килли. Показатели систем организма никак не изменились, но все же… что-то поменялось. Что-то стало легче. Чувство, которому он не мог дать названия. – А я… Тут ребенок заметил Управляющего, который тактично медлил, давая новому человеку первоначально освоиться в непривычной среде и познакомиться со своим телохранителем. – О, а вас я знаю! – Добро пожаловать в базовую реальность, – приятным голосом приветствовал его Управляющий. – Все в порядке? Мы проводили неоднократную симуляцию пробуждения и пребывания в имитации условий базовой реальности. Ощущаете дискомфорт? Есть ли помехи? Аппаратура, помимо прочего, вживила в тело ребенка стандартный набор имплантов, которые требовались для самомониторинга, считывания сигналов и анализа окружающей среды. И, конечно, для подключения. – Ничего такого, – ответил ребенок, разглядывая свои руки. – Все так, как было там. – Рады слышать. Управляющий понаблюдал, как ребенок встает, проходится по лаборатории – просторному и длинному помещению, вмещавшему в себя блоки управления, питания, сложную сеть труб и кабелей и отсеки поддержания жизни. Пустые капсулы с прозрачными крышками рядами протянулись вдоль стен. Слабое освещение все еще горело только в одной – той, которая и была задействована. Ребенок остановился рядом с Управляющим и осторожно протянул к нему руку. Прокси не помешал ему, когда указательный его палец коснулся кокона. Мальчик покосился на Килли. Ему явно хотелось подойти и к нему тоже, но он не решился. – Ты выполнил свою миссию. Управляющие благодарны тебе за содействие. Мы этого не забудем. Если тебе потребуется помощь, мы окажем ее в рамках наших возможностей, – сказал Килли Управляющий. Ребенок отступил и поскреб пальцем откинутую крышку капсулы. Ему очень хотелось поговорить, он он чувствовал, что пока не стоит встревать. – Тем не менее, мы будем признательны, если ты продолжишь сотрудничать с нами. Человек нуждается в защите. Кроме того, мы ожидаем, что столкнемся с трудностями при оптимизации процессов Сетевой Сферы. Иными словами, запуск всех необходимых задач невозможен при разовом подключении. Мы полагаем, вам придется покинуть этот уровень и последовательно преодолевать остальные, что сопряжено со многими рисками. Наступило молчание. Ребенок стрельнул глазами с одного участника довольно односторонней беседы на другого. – Килли, – робко позвал он, – ты... будешь меня защищать? – Да. Килли не вдавался в анализ логических цепочек и реакций, которые привели его к такому ответу. – Спасибо, – почти хором сказали мальчик и Управляющий. Управляющий продолжил, не обращая внимания на смущение ребенка. – В таком случае запомните координаты, где находится необходимое для человека снаряжение к путешествию. Вы сможете отправиться туда после того, как мы проведем тестовое подключение и начнем работу. Человеку с геном сетевого терминала не нужны никакие интерфейсы. Конверсионная башня уровня активировалась, но загрузки хранителей не последовало. Авторизация была пройдена успешно. Маленький человек какое-то время стоял, широко распахнув глаза. На его сетчатке отображалось очень много данных. – Первичная настройка завершена, – прокомментировал Управляющий. Башня загрузки отключилась. Мальчик моргнул. – Там очень много… всего, – наконец выдохнул он, делясь впечатлениями. – Диагностика показала, что отсюда мы можем охватить около десяти уровней для стабилизации, – пояснил Управляющий. – Однако дальше начинаются помехи. Присутствуют как аппаратные, так и программные сбои. Направляйтесь за снаряжением, после я провожу до места, где потребуется заново войти в Сеть. Путь – если считать и поход за снаряжением, и дорогу до точки нового соединения – занял у Килли и его маленького спутника сорок три тысячи восемьсот часов. Ребенок перенес путешествие лучше того, прежнего – хотя бы потому, что выжил и не заразился. "Прежнего" Килли помнил плохо. Но все же – помнил. Ребенок был любопытен, разговорчив и неосторожен. Как любой человек, которого он встречал. В памяти не отложились лица или имена, только опыт. Люди нуждаются в защите по умолчанию. Стоят ли они ее – они сами показывают позже. Есть такие, которые ничем не лучше кремневиков, что крадут детей и выращивают на их основе себе подобных. Тысячи часов. Длина маршрута Килли никак не занимала. Даже если носитель гена состарится в пути, можно будет найти возможность сохранить образец ДНК. Альтернатив нет, значит, и думать не о чем. Остается только идти. Идти скрытыми маршрутами, порой долгими и обходными. Высокие лестницы, дома, у которых не видно подножия или вершины, мосты над пропастью, бесконечные коридоры. Тьма, рассеиваемая гудящими лампами. Кишки кабелей и змеи труб, уходящие из ниоткуда в никуда. Слепые окна секций, в которых не было и, скорее всего, не будет людей, для которых их возвели неуправляемые строители. Проходы, большие и маленькие, жилами пронзающие монументальные пласты Города. Арки и колонны, виадуки и каналы, где не ступала нога человека. Только пустота кралась на цыпочках под жужжание оборудования, вшитого в городское тело. Сотни часов подряд они не встречали никого, а после – отбивались от кремневиков. Еще сотни часов, и Килли заставил огромного строителя перенести их с одного края обрыва пустого нежилого массива на другой – такой же не жилой. Еще сотни часов, и на пути попалось поселение, но и оно вскоре осталось позади. Так, с помощью Управляющих, которые старались держать с ними связь на протяжении всего пути, было положено начало конца эпохи хаоса. **** Поселение охватывало целый блок уровня и состояло из отдельных районов, связанных между собой. Люди здесь научились пользоваться доступными без Сети технологиями и были хорошо вооружены. Килли и Сетевой инженер попали сюда аккурат в тот момент, как здешняя научная группа пыталась создать брешь в Мегаструктуре, оказав этой самой группе услугу – пробили брешь сами с другой стороны. После произошло много всего, и, как выразился Управляющий, “разъяснительная работа прошла успешно”. Структурно-конверсионная башня соседнего уровня была уничтожена, здешняя – перенастроена, и проведен весьма убедительный инструктаж, который включал в себя не только переговоры, но и масштабное сражение с целым юнитом истребителей. Сетевой узел уровня был выведен из строя. Теперь нужно было двигаться дальше. Они стояли на вершине лестницы, прорезавшей тело здоровенного блока. Через океан темно-туманной пустоты проступали колонны цилиндрических структур, усыпанных яркими точками. С расстояния едва улавливались на деле огромные строители, которые все еще имели дело с последствиями недавней бойни – пожар потушили, теперь восстанавливали поврежденные участки. – Теперь я могу справиться с этой работенкой сам, – сказал инженер, кладя пальцы на рукоять массивного пистолета на поясе. Какое-то время назад он взломал склад снаряжения хранителей, как Килли когда-то, и теперь впрямь был экипирован на совесть. Этот склад, впрочем, в его послужном списке был не первым, но прежнее снаряжение пришло в негодность. Много тысяч часов минуло, теперь это был высокий, крепко сложенный светловолосый мужчина. Настолько светловолосый, что будто седой. – Как считаешь? – оборачиваясь на спутника, спросил он. Ответ, как всегда, пришел с небольшой задержкой, словно над ним все-таки размышляли, а не давали по инерции – и чисто по смыслу – вопроса: – Да. С первого подключения к Сети прошло еще семьдесят тысяч часов без малого. Наведение порядка могло занять еще в десять раз больше. Или в сто. Тысячелетия изоляции уровней, бесконтрольного роста и беспорядочного заражения по определению не дали бы возможности навести порядок везде сразу. Порой удавалось охватить за раз несколько уровней, если оборудование Мегаструктуры функционировало корректно. Но в связи оставалось полно помех, и чаще приходилось решать все на месте. С людьми порой выходило сложнее, чем с хранителями – последние хотя бы подчинялись приказам, хотели оно того, или нет. Инженер мог остановить уже начавшуюся бойню, мог предупредить истребление, но даже не в его власти было изменить саму основу, предназначение охранной системы. Они устраняли, устраняют и будут устранять всех, кто подвергся мутации. На любом заселенном уровне их оставалось только отключить. На хранителей можно было положиться только в виртуальном пространстве Сети, где они до сих пор продолжали устранять вредоносные программы. Инженер и Килли прошли уже очень много. Но не охватили и сотой части. Рядом раздалось шипение. В поверхности площадки образовалась выемка, в которой запузырилась материя, набирая объем и приобретая форму. Прокси-организм загрузился в антропоморфном облике, но не потрудился отрастить себе рук или ног. Лицо его, белое и гладкое, мало отличалось от других, что носили его собратья. Странно гармоничное, бесстрастно-невозмутимое, с характерным знаком во лбу. – Пожаловал, – прокомментировал инженер. – Какие новости? Конденсат рассеялся, и Управляющий полностью сформировался. – Приветствуем вас. Перенастройка структурно-конверсионной башни прошла успешно, хотя мы столкнулись с помехами при загрузке прокси-организма. – Критических неполадок в оборудовании нет, – возразил инженер. – Наложенные на башню загрузки ограничения затронули настройки нашего канала сетевого шлюза на данном уровне вследствие непредвиденных ошибок в расшифровке протокола. – Значит, ты не об этом пришел нам сказать, – заключил инженер. – Верно. Вынуждены сообщить, что хаотичное заражение продолжается, а в Городе по-прежнему остается много слепых зон для нас, что во многом нивелирует наши усилия по стабилизации положения. Мы делали все возможное, чтобы склонить преимущество в нашу сторону, но не добились значительного прогресса. Инженер оскалился. – Кремневики. Давно эти ублюдки нам не попадались. Он посмотрел на своего спутника и подумал, что только Килли может так агрессивно хмуриться. От Управляющего тоже не укрылось, как глаза Килли слегка сузились. Килли не выносил кремниевую жизнь. Почти с самого начала их появления он противостоял им, но уже не помнил. Это было слишком давно. – Многие их сообщества продолжают свою разрушительную деятельность. Так как они обладают базовыми технологиями системы охраны, то способны давать им серьезный отпор или вовсе оставаться для них незамеченными. Кроме того, особо развитые кластеры копируют вооружение и снаряжение хранителей. Можно сказать, угроза растет прямо пропорционально тому, как мы ее устраняем. Инженер выругался. – У меня еще куча работы! Город все еще растет, и сколько, драть их мать, здесь идиотов, которые не знают, что играют с огнем! Бодают лбом мегаструктуру! Тыкают пальцем в конверсионные башни! Экспериментируют с реликтами! Управляющий терпеливо дослушал тираду до конца. Взгляд равнодушных, вытянутых его глаз с фасеточными зрачками остановился на Килли. – Участие сетевого инженера необходимо в деактивации враждебных людям структур, а мы не можем полагаться на хранителей в вопросе контроля над кремниевыми созданиями. Мы будем признательны, если ты будешь сотрудничать с нами по этому вопросу. Управляющий вежливо подождал, но ответа не последовало. – Значит, мы пойдем разными дорогами. Это случилось позже, чем я ожидал, – наконец произнес инженер. В туманной пропасти в унисон с механическими потрохами Города гудели потоки воздуха. Из дальней дали докатывалось эхо скрежета и стука. Инженер переглянулся с Килли и хлопнул его по плечу. – Спасибо за все. Удачи, куда бы ты ни пошел. Килли промолчал. Что такое удача? Он не помнил. Впереди у него бесконечная бездна времени, в которую канет и этот человек вслед за тем, что однажды всплыло в его сознании после критического урона от ядерного взрыва. Однажды он забудет их всех, как забыл даже себя. Поэтому неважно, кто куда идет. – Ну, может, еще увидимся, – сказал инженер. Миф, в который здесь не верил никто. Но он сам – хотел верить. Однажды настанет эра, когда время и расстояние перестанут иметь значение. – В добрый путь, – ответил за Килли Управляющий. Тот, не оборачиваясь, махнул рукой напоследок. Еще долго было видно, как он спускается по лестнице, что прорезала отвесную стену структурного массива. За спиной у него лениво развевался побитый плащ. Килли и Управляющий какое-то время смотрели инженеру вслед, пока он не исчез в тумане внизу. – Ты мог бы пойти с ним. Вряд ли бы он был против, – озвучил Управляющий. Килли мог бы много всего. Но в его мозгу едва осталась тень концепта “личные цели”. Перед ним поставили новую задачу, и базовая логика подсказывала выбор. Инженер озвучил свой, и Килли повторил: – Он сказал, что пойдет своей дорогой. Управляющий задумчиво помолчал. Сотрудничество департамента Управления Сетевой Сферы и агента, перехваченного некогда у Хранителей, длилось многие столетия. Они хорошо знали его и ожидали, что он согласится. Охранная система Сетевой Сферы некогда захватила много боевых единиц людей, чтобы не дать им попасть в руки преступникам, которые украли технологии Хранителей и подстроили их под себя. Но это не сделало положение лучше. Заражение шло чуть ли не быстрее, чем Хранители успевали создавать новых агентов и избавляться от заразы и ее переносчиков. Людей – настоящих – становилось все меньше. Некоторые из них сами предпочли примкнуть к новой кремниевой жизни. Для Хранителей не было разницы между кремниевой жизнью и людьми, которые не пожелали покинуть свое настоящее тело и подверглись мутации. Началось истребление человечества. Тогда Управляющие вмешались. Они перевербовали одного из агентов, стерли его регистрацию и отправили на поиск того, кто сумеет остановить хаос. Они не зря выбрали его. Он уцелел за столько времени и был способен противостоять противникам, превосходящим в силе. – Что ж… мы постараемся поддерживать связь с вами обоими. Однако помни о том, что мы можем загрузиться не на всех участках Города. О некоторых вещах Килли стоило напоминать. Без памяти о себе и других людях он мог функционировать, а инструктаж по возможности следовало обновлять. Упорядочивание Сети все еще продолжалось. Управляющие не знали, есть ли хоть где-нибудь хранилище с записью памяти их лучшего агента. И тем более не знали, возможно ли ее восстановить. Объем велик. Больше, чем вместили бы триста людских жизней. – Передаю координаты ближайшего сообщества кремниевых существ. Решение о переговорах или ликвидации оставляем за тобой. Управляющий знал, что Килли всегда принимал решения сам. В этом, как во многом другом, он был уникален.