И что это было?

После нашего позднего завтрака, я принесла вещи парня, и ушла в гостиную, чтобы он мог спокойно переодеться. В голове был полный бардак. Присутствие Чимина что-то делало со мной, сердце стучало, как сумасшедшее, а голова кружилась от переизбытка кислорода. Дверь сзади хлопнула, и я обернулась. – Спасибо за постиранную одежду. Серьезно, ты очень помогла мне вчера. - Парень подошел ко мне, и тепло улыбнулся. А мой мозг снова покинул тело. Взгляд застрял на его губах, и я сглотнула. Между нами повисло молчание. Покраснев, я отвернулась и сделала пару шагов назад. Возьми себя в руки, черт возьми. – Все в порядке. Я рада, что ты не пострадал. - Чувствуя себя полной дурой, я схватила телефон со столика и протянула парню, - ты можешь вызвать такси с моего телефона. Тебе, наверное, уже пора. Я буквально выгоняла его из моего дома, но не хотела позориться еще сильнее. Отойдя к окну, я выглянула на улицу, и глубоко вздохнула. На город опускались сумерки. Деревья едва заметно покачивались от слабого ветра, где-то на соседней улице были слышны споры соседей, а чуть дальше по улице незнакомая парочка сидела на скамейке. Парень с девушкой улыбались, и о чем-то разговаривали. Я вновь вспомнила о Ёнджине. Мы ни разу не выходили просто гулять. Вполне очевидная вещь, если ты находишься в тайных отношениях со знаменитостью, но иногда хотелось просто пройтись по парку или покататься на велосипедах вдоль реки Хан. Там открывались потрясающие виды на ночной Сеул. – Могу я записать твой номер телефона? На всякий случай, если компания узнает о произошедшем, и захочет с тобой поговорить. Голос Чимина раздался очень близко. Я повернулась к парню, и кивнула в знак согласия. Через 10 минут мы оба стояли возле ворот моего дома, и смотрели на подъезжающую машину. Чимин вновь был в своем черном худи, а лицо спрятано в глубоком капюшоне. – Еще раз спасибо тебе. Надеюсь, это не последняя наша встреча.- Парень повернулся ко мне, и протянул руку для рукопожатия. Я улыбнулась и вложила свою руку в его. Только в этот момент я поняла, что не хочу, чтобы он уезжал. Какие шансы, что мы снова встретимся? Я вновь буду лишь незаметной девушкой в толпе его фанаток. – Не знаю, увидишь ли ты меня, но я тебя точно еще увижу, - я тихо засмеялась, намекая на свое постоянное присутствие во время их концертов. Чимин сжал мою ладонь, и его лицо осветилось ответной улыбкой. Это был идеальный момент. Тот, про который люди могут вспоминать на протяжении многих лет и счастливо улыбаться. Теплый осенний ветер играл на моих волосах, в животе летали бабочки, а щеки сводило от улыбки. Чимин смотрел на меня, не отрываясь. Его карие глаза медленно изучали мое лицо, пока рука сжимала мою в затянувшемся рукопожатии. Таксист просигналил, и мы оба пришли в себя. – До встречи, Чимин. И не попадай больше в такие ситуации, пожалуйста. В следующий раз меня может не быть рядом. Чимин кивнул, бросил последний нечитаемый взгляд, и сел в машину. Даже после того, как такси уехало, я все еще стояла снаружи, не в силах выбросить из головы теплое прикосновение Чимина к моей ладони, и взгляд, которым он скользил по моему лицу. Если бы неделю назад кто-то сказал мне, что мы с Чимином будем стоять около моего дома, и общаться, я бы, наверное, покрутила у виска и сказала, что это невозможно. И посмотрите, где я сейчас. Сжав руку в кулак, я закрыла ворота, и вернулась в дом.

***

На протяжении следующих 3 дней я безвылазно сидела дома. На работу идти было не нужно, с друзьями видеться не хотелось, а мокрые улицы и непрекращающийся ливень не слишком располагали к прогулкам. Время года преображалось, холодные и промозглые ночи пришли на смену солнечным дням. От Чимина или компании ничего слышно не было. Первые пару дней я настороженно относилась ко всем входящим звонкам, хоть втайне и надеялась, что парень со мной как-то свяжется. Но дни проходили, и мой мозг начал воспринимать произошедшее как сон. До сих пор не верилось, что несколько дней назад сам Пак Чимин сидел на моей кухне и завтракал вместе со мной. Приняв душ после очень раннего завтрака, я уселась в гостиной с горячим кофе и телефоном, пролистывая новостную ленту. Внезапный звонок на телефоне заставил меня вздрогнуть. – Го Ын-а, привет! Поставив кружку с недопитым кофе на журнальный столик, я включила громкую связь. – Он-ни, как дела? Что-то случилось? Начальницу я всегда воспринимала с особой теплотой. Кан Мин Со была старше меня на 3 года, и хоть и была моей начальницей, но наша с ней история дружбы началась еще в университете. Познакомились мы с ней в первый год моего обучения, когда случайно столкнулись в кафетерии и она пролила кофе на мою блузку. Не услышав ожидаемого смеха, я была удивлена искренними сожалениями девушки, и с тех пор мы с ней были почти как сестры. Поэтому, после выпуска из университета для меня не стало проблемой найти работу. Моя подруга тире начальница тире любимая наставница всегда была готова прикрыть мою спину. – Прости, пожалуйста! Я знаю, что у тебя сейчас запланированные выходные, но мы тут в безвыходной ситуации. – В голосе девушки звучали угрызения совести. – Мне очень нужна твоя помощь. И я знаю, что обещала не вмешивать тебя в работу с Бантанами, но мне правда больше некого попросить. На моменте с «Бантанами» я подвисла. Все в нашем отделе знали о моей ситуации. И знали, что никогда и ни при каких обстоятельствах я не соглашалась писать про них статьи. Это было огромным послаблением со стороны моего начальства, но меня в эти дела не вовлекали, из-за чего некоторые коллеги воротили от меня носом, тихо ненавидя. А иногда и не совсем тихо. Поэтому, просьба Минсо была неожиданной. Она никогда не просила меня ни о чем подобном. Прикусив большой палец от волнения, я положила телефон на столик и уперлась локтями в колени, надеясь, что новости не будут включать в себя пьяного и избитого Пак Чимина. – Так что с Бантанами? И что с Сонхуном? Насколько я знаю, он про них пишет? Глубокий усталый вздох на другом конце провода, и Минсо отвечает: – Давай по порядку. Сонхун в больнице, попал в аварию, – открыв рот, я уже почти задала вопрос, но подруга быстро продолжила, – он в порядке, не волнуйся. Отделался легким сотрясением и сломанной рукой, но ближайшие дни проведет в Сеульской Национальной. По поводу BTS, ничего горячего. У них зарубежное расписание, улетают в Европу. И мне очень нужен второй человек в аэропорт. Услышав ответ Минсо, я буквально выдохнула и почувствовала, как напряжение покидает мои сгорбленные плечи. Не замечая моих внутренних терзаний, начальница продолжила: – Юнджэ завтра утром будет на радио, там у Энхайпен шоу, а Бонхи уехала на выходные из Сеула. Я бы и сама поехала, но директор Чхве сообщил, что завтра у нас итоговое квартальное совещание. Больше некого попросить… – голос к концу предложения стал тише, и я почувствовала вину за свой отказ от полноценной работы в компании. Не думаю, что в других агентствах кто-то бы так просил выйти журналиста и заняться своими прямыми обязанностями. Я была бесконечно благодарна подруге. – Я приеду, он-ни. В какое время рейс? – Гоын-а, я же говорила как сильно я тебя люблю? Спасибо-спасибо! Рейс в 11 часов дня, но в аэропорт нужно приехать пораньше часа на 2, как обычно. Мало ли какие форс мажорные обстоятельства. – Голос Минсо, наконец-то, приобрел знакомые звонкие ноты, и я улыбнулась. – После этого, обещаю, не буду беспокоить тебя все оставшиеся дни! Поговорив с девушкой еще несколько минут, я отключилась, и свернулась калачиком на диване, укрываясь пледом. По телевидению шла какая-то дорама, а я медленно засыпала, вновь прокручивая в голове все детали встречи с Чимином. Утро следующего дня встретило меня темными тучами и моросящим дождем. Пришлось простоять в пробке более 30 минут, к счастью, с самого поступления в Сеульский университет я приучила себя выходить из дома заранее. Поэтому сейчас я спокойно подъезжала к огромному зданию аэропорта, пока дворники автомобиля пытались справиться с усилившимся дождем. Припарковавшись, я отправила сообщение коллеге, и вышла из машины, сразу прячась под зонтом. Сегодня я была одета в джинсовый костюм, на лице минимум макияжа, как я люблю, а длинные каштановые волосы были собраны в хвост. Спустя 5 минут я уже стояла недалеко от стойки регистрации вместе с коллегой, улыбчивой девушкой по имени Мин Хе Юн, и потягивала кофе. До прибытия мемберов у нас оставалось еще полтора часа, и здание постепенно наполнялось большим количеством фанатов и журналистов. Повсюду стояли люди с плакатами, камерами, и даже было пару человек с арми-бомбочками. Атмосфера напоминала пчелиный улей. Было шумно, но я ощущала тихий восторг. Как будто приехала сюда не по работе, а чтобы взглянуть на любимую группу хотя бы издалека. Мысли мои были далеко, а коллега продолжала что-то увлеченно рассказывать, даже не обращая внимания на мою рассеянность. Хеюн была болтушкой, и в данную минуту мне это было на руку. Не приходилось делать вид, что я увлечена разговором и придумывать новые темы для обсуждения. Я обводила взглядом толпу, пока на моем лице играла мягкая улыбка. Настроение поднялось с отметки «не очень» до «отлично». Чувство предвкушения чем-то напоминало ожидание саунд-чека на концертах Бантан. – Пойдем на линию? Еще минут 40, но лучше заранее занять места. – Я кивнула, соглашаясь с коллегой, и начала медленно продвигаться к журналистской линии, подхватив коллегу под локоть, чтобы не потеряться в толпе. Свободных мест еще оставалось много, но с каждой минутой людей с камерами прибавлялось. Встав в первой линии ближе ко входу в аэропорт, я опустила рюкзак на пол, и присела на корточки, доставая планшет и фотокамеру. К счастью, основным журналистом сегодня была Хеюн, а я лишь должна была делать некоторые пометки, и снимать происходящее. К тому же, шанс того, что мемберы будут давать интервью или оставлять какие-либо комментарии стремился к нулю. Они в принципе никогда этого не делали. Лишь проходили сквозь импровизированный коридор, и иногда останавливаясь для фотографий. – Как госпожа Кан уговорила тебя приехать? – сверху раздался голос коллеги, и я посмотрела на девушку. – Ну, то есть, ты же обычно не работаешь с ними? На лице Хеюн было нечитаемое выражение, и чувствовалось, как ей некомфортно спрашивать об этом. – Я не могла ей отказать. Они и так слишком много мне позволяют. Ты ведь слышала, что случилось с Сонхуном? Хеюн кивнула, немного расслабляясь. У меня было подозрение, что девушка боялась моей реакции на вопрос и возможной агрессии, и это заставило меня задуматься. О чем вообще шепчутся у меня за спиной? Настроив оборудование, я открывала заметки на планшете, когда услышала громкие крики и визги людей возле входа в здание аэропорта. Переглянувшись с Хеюн, я подняла камеру, настроила вспышку, и повернулась ко входу. Стук сердца отдавался грохотом в ушах, губы пересыхали, а ладошки начали медленно, но верно потеть. Такого никогда не происходило при работе с другими артистами. Я всегда была в отличном настроении, но поставленная задача и холодная голова стояли на первом месте. И это еще один плюс в пользу того, что я не была способна работать с Бантанами. Невозможно контролировать себя, когда все, чего тебе хочется – это широко улыбаться и впитывать образы парней, надеясь позже найти фотографии в сети и сохранить в галерею. Мой телефон уже давно был переполнен. Когда открылись автоматические двери, вокруг засверкали вспышки камер, и послышались вопросы журналистов многочисленных изданий: – Вы расскажете причину поздки в Великобританию? – Это правда, что вы едете в Лондон для съемок клипа к новому альбому? – Как скоро вы планируете вернуться в Корею? Первым в здание вошла тройка: Сокджин, Юнги и Хосок. Лица двух старших хёнов закрывала кепка и маска, а Хосок открыто улыбался, подняв руки и здороваясь. Не отходя от дверей, мемберы, окруженные телохранителями, ждали остальных участников, но не давали никаких комментариев. Спустя несколько секунд, двери снова открылись, пропуская оставшихся участников группы. Лидер вместе с макнэ-лайном кивнул головой, и уже в полном составе ребята начали продвигаться все ближе к нам. Вопросы летели со всех сторон. Хеюн, так же, подняла микрофон на уровень груди и ждала приближения мемберов. Что касается меня, я просто старалась не смотреть на Чимина. Сердце стучало как бешеное и мои щеки наверняка порозовели. Сосредоточившись на работе, я приблизила к лицу камеру, и начала делать снимки, вглядываясь в видоискатель фотоаппарата. Искала удачный кадр, фиксировала, щелкала, потом снова искала кадр, фиксировала, щелкала. Круг выверенных действий повторился не меньше 5 раз, пока в видоискателе я не наткнулась на такую знакомую блондинистую шевелюру. И в тот момент, когда я была готова сделать кадр, парень повернул голову, и посмотрел прямо на меня. Рука дернулась, фотография получилась смазанной, и я опустила фотоаппарат, впитывая взгляд Чимина как губка. Отвести глаза от него было выше моих сил, а факт того, что он сам смотрел на меня даже не моргая, устраивал в моей груди маленькую революцию. Уже в следующее мгновение на его лице показалась улыбка, а я закусила щеку, чтобы не расплыться в ответной. Почувствовав тычок в бок, я повернула голову к Хеюн и смутилась. Девушка стреляла в меня недовольными взглядами, поэтому я сжала фотоаппарат, и вновь подняла его к лицу, приближая кадр и делая снимок Чимина. На этот раз он получился качественным. Когда мемберы приблизились к нашему с Хеюн месту, их шаги замедлились. Чувствуя неладное, я вновь опустила фотоаппарат, и взглянула на парней. Они остановились буквально в двух шагах от нас, и, самое странное, начали отвечать на вопросы моих коллег. Моментально переведя оборудование в режим видеосъемки, я нажала кнопку записи и зафиксировала камеру на руке, прижимая локоть к животу, чтобы на видео не было тряски. – Благодарю всех за то, что пришли проводить нас. Не могу дать ответ на вопросы по поводу причины поездки, но возвращение в Корею планируется в течение пары недель. – Намджун улыбался, пока отвечал на вопросы, но смотрел прямо в объектив моей камеры. Чувствуя волнение, я сильнее прижала локоть, контролируя дрожь в руках. Хеюн, подняв микрофон, начала задавать стандартные вопросы, касающиеся даты релиза альбома, и остальных планов мемберов, а я осмотрительно не отрывала взгляда от Намджуна. Мне до сих пор было стыдно перед Хеюн. Несмотря на то, что я не работала с BTS, я никогда не давала повода усомниться в моей работе с другими артистами. А сегодня мое внимание и концентрация были на нулевом уровне из-за любимой группы, и, в частности, из-за Чимина. Чувствуя, что он продолжает на меня смотреть, я заставляла себя не отводить взгляда от лица лидера. Пару минут спустя, Намджун еще раз поблагодарил всех, и отошел от нас, двигаясь дальше к стойке регистрации. Остальные мемберы последовали за ним. Только Чимин немного замедлился, поворачиваясь ко мне, и кидая последний взгляд, на который я ответила с едва заметной улыбкой. – И что это было?