Его выбор

— Неслихан! Неслихан, ты в порядке? Эти слова Алтая, совсем как тогда в доме Софьи, доносились до Неслихан будто сквозь какую-то пелену. В ушах стоял шум от выстрелов, которые только чудом не попали ей в спину. Затылком она ощущала холодную оштукатуренную и побеленную стену, прислонившись к которой, скрылась от опасности. Но теперь, кажется, все миновало. Она оглянулась — мир перед глазами расплывался. Было чувство, что она смотрела на все это со стороны. Или же видела какой-то сон. Или кино с собой в главной роли. И теперь, по закону жанра, ее пришел спасать мужчина. — Вставай, Неслихан, пойдем отсюда, — Алтай потянул ее за руки и поднял с пола. Его рука легла на ее талию. Неслихан буквально втолкнули в какое-то помещение. — Садись сюда, дыши. Ты слышишь меня? Неслихан слышала, хоть и плохо. Поэтому кивнула. Кругом было тихо, и эта тишина противоречила буре внутри. Селен, перестрелка в больнице — все это заставило понервничать. Она вдохнула пахнущий лекарствами воздух и ещё раз осмотрелась вокруг. — Что происходит? — Люди Королевы, судя по всему, напали на больницу, — объяснил Алтай. Неслихан поморщилась: чувствительность начала возвращаться к ее конечностям, и правая рука вспыхнула болью. — Что случилось? — Рука… — Неслихан взглянула на предплечье и увидела бордовое пятно поверх светлой ткани пиджака. — Аллах… — Ничего, мы же в больнице, здесь эту задачу можно решить, — утешил ее Алтай. — Снимай пиджак, я посмотрю рану. Неслихан, превозмогая боль в руке, справилась с одеждой. Тем временем Алтай обыскал комнату, в которой они оказались. Судя по всему, это была процедурная. И здесь нашлись и нитки, чтобы зашить рану, и перевязочный материал, и антисептик. — Держи, — он протянул Неслихан стаканчик с какой-то жидкостью. — Что это? — Успокоительное. Тебе нужно сейчас привести нервы в порядок. — Да, не помешает, — усмехнулась Неслихан и проглотила содержимое стаканчика. Горький привкус во рту заставил ее сморщиться. Алтай тем временем приступил к осмотру ранения. — Хорошо было бы наложить шов, чтобы не было шрама, — сказал он. — Тебя не смутит, если я попрошу тебя снять одежду? Неслихан была не в том положении, чтобы смущаться. В другое время она вряд ли бы решилась на это, ведь оказаться в одном белье перед посторонним мужчиной для нее было сверхзадачей. Возможно, был бы на месте Алтая Омер… Но такого больше никогда не случится. К тому же, Алтай тоже не чужой человек, и они живут вместе. Мысли путались в голове, и Неслихан показалось, что все это какой-то бред. Рука начинала болеть все сильнее. А может, Неслихан просто наконец отошла от шока и могла чувствовать сильнее. — Вроде не первая перестрелка, но почему-то сегодня меня впервые ранили, — призналась она, стягивая джемпер. Кровь начала подсыхать, и ткань прилипла к ране. Когда Неслихан дернула джемпер, чтобы снять его, плечо откликнулось болью. — Ничего, — отозвался Алтай. — Все бывает в первый раз. Но, надеюсь, больше с тобой такого не произойдет. В другое время он бы, наверное, растерялся, увидев свою начальницу в нижнем белье. Возможно, фантазия начала бы подбрасывать неуместные образы и картинки. Но сейчас она молчала. Да и Неслихан выглядела растерянной, подавленной, дрожащей, как бездомный котенок. Ее хотелось прижать к себе и защитить. Но сначала надо было помочь ей. — Все плохо, да? — спросила она. — Нет, почему… — неуверенно сказал Алтай. — Но да, пуля навылет не прошла. Придется доставать… — Ты точно справишься? — Ну ты же шила мне рану, — усмехнулся он. Неслихан отвела глаза и улыбнулась. Алтай тем временем набрал в шприц обезболивающее и предупредил: — Сейчас сделаю тебе укол, как почувствуешь мурашки по плечу — скажи. — Поняла, — отозвалась Неслихан. Алтай был прав: успокоительное помогло собраться, сердцебиение замедлилось, даже глаза немного стали слипаться. Впрочем, несмотря на это, в голове просветлело. Неслихан почувствовала укол, а затем рука сразу будто отнялась — как если бы Неслихан проспала на ней всю ночь. — Алтай, кажется, подействовало, — сообщила она. — Понял. Не переживай, у меня опыт есть, я из товарищей по оружию не раз пули вытаскивал, — сказал он, садясь рядом. Смотреть в область операции Неслихан не стала. Она слышала только позвякивание инструментов и ощущала на лице и шее теплое дыхание Алтая. От этого в животе появилось какое-то приятное ощущение — неужели это и есть пресловутые бабочки в животе? — Вот она, — наконец произнес Алтай и продемонстрировал пулю. Неслихан повернулась и даже изумилась — настолько она была большая. Алтай с улыбкой посмотрел на нее. И только теперь до Неслихан дошло, что их лица находятся в опасной близости друг от друга. Ещё чуть-чуть — и она сможет коснуться его губами. Неслихан вздрогнула: что за мысли? Ведь если это произойдет, уже ничего не будет как раньше. Ни он, ни она не относятся к тем людям, для которых поцелуи ничего не означают. Неслихан поспешила отвернуться. — Да, понимаю, не очень приятно, — вздохнул Алтай. Пуля звякнула, ударившись о металлическую миску. — Сейчас наложу шов, и будет готово. Он вновь принялся колдовать над раной, сосредоточенно дыша. Неслихан его дыхание почему-то успокаивало. Да и в целом, хотелось положить голову на его надежное мужское плечо, но она отогнала от себя эти мысли. — Вот и всё. Потом может немножко поболеть, когда прекратится действие обезболивания, — улыбнулся Алтай. — Как ты? — Вроде нормально, — прислушавшись к своим ощущениям, ответила она. Алтай обернул ее плечо бинтом и будто бы нечаянно провел пальцами по ее коже, от чего у Неслихан сердце пропустило удар. — Теперь точно все. Неслихан после стольких пережитых эмоций чувствовала слабость. Она понимала, что сейчас даже не сможет встать и выйти из этого помещения. Хотелось лечь прямо тут, на этой твердой, неудобной и холодной кушетке. — Спасибо, Алтай. Не обращай на меня внимания, я приду в норму. Ты сейчас должен быть рядом с сестрой. — Я уже сделал свой выбор, — он положил руку на колено Неслихан. — Селен предательница родины. А я сейчас должен быть с тобой и защищать тебя. — Алтай, так нельзя… Селен останется в больнице одна, без поддержки… Алтай вздохнул. Селен для него умерла, так и оставшись той славной малышкой, которая бегала хвостиком за старшим братом. Теперь это было абсолютно незнакомое существо, к которому Алтай не испытывал никаких чувств. — А кто позаботится о тебе? Кто поддержит тебя? — спросил он и добавил: — Я отвезу тебя домой. Глядя на ночной Стамбул в окно машины, Неслихан думала о том, как хотелось бы, чтобы это все оказалось сном. Чтобы Селен не была зомбированной предательницей своего народа, чтобы Алтай подшучивал и подкалывал, чтобы вновь вернулись их душевные чаепития по вечерам. По телу разлилась слабость, разговаривать не хотелось. Неслихан прислонила голову к стеклу и закрыла глаза. И как-то совсем незаметно для себя провалилась в сон. Она пришла в себя на диване, под пледом, опершись на чье-то плечо. Подняв голову, Неслихан увидела, что уснула на плече Алтая. А он тоже спал, откинув голову на диван. — Алтай! — Неслихан сама испугалась того, что проснулась рядом с Алтаем, да еще в такой позе. — Что такое? — он открыл глаза. — Тебе плохо? Что-то болит? Шов разошелся? — Нет, — Неслихан села и потерла раненое плечо. Рука слегка ныла, но особого дискомфорта не причиняла. — Я просто не помню, как уснула. — Ты по дороге домой отключилась. И ничего страшного, тебе сейчас нужно немного отдохнуть. После таких событий это неудивительно… — Я уснула на тебе, — растерянно сказала Неслихан и запустила пальцы в волосы. — Когда я принес тебя, ты попросила меня не уходить, — тихо произнес Алтай, легонько коснувшись ее волос. — Ты мог не слушать меня и уйти… У тебя сестра в больнице. Ничего бы не случилось. — Ничего и так не случилось. Но ты же начальство — имею ли я право ослушаться тебя? — он усмехнулся. — Да и мне спокойнее, когда я знаю, что ты в порядке. — Я в порядке, честно, — у Неслихан от этих его слов потеплело на сердце. Она положила ладонь на его руку, взглянула в его глаза и добавила: — Когда ты рядом, я всегда в порядке.